Something never change. I will love you forever.

(Луиза) Утром меня разбудила Нат. Она приготовила завтрак. Это было очень мило с ее стороны. Я так плохо с ней обошлась, а после этого она сделала так много для меня. Это очень приятно, правда. - Прекрасное колечко, - кидает Нат, сделав глоток кофе. - Что прости? - подняв голову, спросила я. - Ну, это кольцо, которое тебе подарил Сэм, - произносит она, - Оно и вправду очень красивое, и судя по всему, оно очень, очень дорогое. - Мне не важна его цена, это кольцо очень дорого не из-за денег, а из-за воспоминаний, - вздыхаю я. - В смысле? - Это кольцо, обручальное кольцо его матери. - Что прости? - Ты все услышала правильно. - Подруга, ты попала, - произносит, Нат стоя около стола и держа в руках газеты. - Я не думаю, что это так, он сказал, что это просто подарок, и я не думаю, что это что-то вообще значит, - я делаю глоток кофе. - Я не в этом смысле, посмотри, - Нат кидает газету на стол. - Что там? - Посмотри, прочти. Я беру газету в руки. На первой странице, именно на первой странице наше с Сэмом фото, а знаете, что написано над ним? Ой, нет. Там написано, что вскоре две самые богатые семьи скоро станут родными. Эти глупые заголовки. Все семнадцать лет, что-то пишут, что- то врут, но такого еще не было. Я изучила всю эту газету, после чего, наконец-то, решилась ответить Нат. - Я могла ожидать все, просто все, но не до такой степени, - я закрываю газеты, - Но все всё забудут, как и те остальные тысячу заголовков, - я мило улыбаюсь Нат. - Но это самый ужасный заголовок, - протягивает Нат, - Но я рада, что ты так думаешь, - подруга выдает улыбку в ответ. - Хорошо, - вздыхаю я. - Хорошо, - отвечает Нат. Через минуту я слышу громкий хлопок двери, а еще через минуту моя мама входить в кухню, а за ней мой отец. - Нет, ты видела? - мама кидает газету на стол. - Да, мам, видела, - уверенно отвечаю я. - Все таки эти змеи и до этого добрались, - кажется еще чуть-чуть и она все здесь разнесет, - И вообще, почему это ты так спокойна? - Просто я к этому привыкла. - Луиз, он подарил тебе обручальное кольцо его матери, - произносит папа. - И что? Это просто подарок. - Ты хоть понимаешь, что это кольцо уже из поколения в поколение передается невестам. - Но есть исключение. - Дорогая, может быть это не исключение. - Слушайте, почему вы не верите мне? Все это правда! Его мать была не против! - Я, пожалуй, пойду, - произносит Нат, - До свидания. - Ладно, прости, - произносят родители в один голос. - Просто поймите, что он мой друг, каким бы он не был, он мой друг, и я не собираюсь из- за каких-то газет что-то менять, - протягиваю я, - Все всегда хотели знать подробности жизни семьи Весентовых, каждый год происходит одно и тоже, - я встаю со стула, - Просто к этому надо привыкнуть, как привыкла я. - Да, конечно, - мама берет газеты со стола, - И это первый шаг, - она ловко выкидывает их, - Не стоит так нервничать. - Главное теперь, чтобы Сэм не натворил глупостей и его отец, - произносит папа. - Надеюсь, что у них хватит на это головы. - Я, пожалуй, позвоню Максиму, - папа берет телефон в руки, - Луиз, а ты бы не могла позвонить Сэму? Я беру телефон и быстро набираю ему, но, конечно же, он не отвечает. - Он не отвечает, - произношу я, когда отключаю телефон. - Как всегда, - вздыхает мама. - Я должна к нему съездить, - я встаю со стула. - Лу, он взрослый парень, - кидает папа. - Но мы все знаем, что этот самый взрослы парень сможет натворить столько дел, - произношу я. - Она права, - соглашается папа. - Я не надолго, правда, - киваю я. - Ох, говорила же я, что их дружба была не очень хорошей идей, - произносит мама, когда я уже почти выхожу из кухни. - Наша тоже была не очень хорошей идеей, - смеется отец. *** (Сэм) Я отошел только на пять секунд, а уже два пропущенных звонка. Конечно же они еще и от Луиз. Что она хотела? Опять читать свои нотации. Нет, я не буду перезванивать ей, потому у меня нет для этого настроение. - Мистер Богданов, - Анна вошла в кабинет с газетой. - Да? - я повернулся к ней. - Мне кажется, вам стоит это прочитать, - она протягивает газету мне. - Хорошо, спасибо, - я сморю на газету, - Вы можете идти, - я отпускаю Анну. Опять грязные крысы написали очередную гадость в газету. Как? Как у людей хватает столько злобы, столько яда, который они разбрызгивают на других. Почему за богатыми людьми ведут слежку, не думаю, что они тоже люди, что они не хотят чувствовать этот яд на себе. Я перелистываю страницу. Заголовки, вот самая страшная вещь в этой жизни, заголовки газет, которые могут испортить вам репутацию. Это так не правильно, так не правильно… Вот тебе кажется, что ты только начал жить нормально, что все уже нормально и тут грязные крысы все портят! Я разрываю газету и кидаю ее в дверь. Затем за газетой летят парочку бумаг и еще несколько вещей, но это совсем другая история. (Луиза) Я вхожу в офис Сэма. На мне черная юбка, белый топ и белые кеды, так же черная кожаная куртка. Через плечо висит черная сумка Шанель, а в руках маленькая коробочка с маленьким шоколадным тортиком, ведь я знаю, что, похоже, это единственная слабость Богданово младшего. - Привет, Ан, - произношу я подходя к столику секретарши. - Здравствуйте, мисс Весентова, - кидает блондинка. - Сэм в своем кабинете? - Да, - кидает секретарша. - Что так грубо? - За вас боюсь. - Читали газеты? - Не только я. - Значит он… - Более чем. - Тогда пожелайте удачи, - произношу я. - Удача вам уж точно пригодится. Я делаю шаги вперед и через секунду аккуратно открываю дверь. Моим глазам показывается ужас, хаос который происходит сейчас в его кабинете. - Как будто кто-то пронесся через твой кабинет, при этом оставив тебя в живых, - произношу я, закрывая дверь. - Это был я, потому что если бы это был кто-то другой, он бы с радостью убил меня, - усмехается он. - Но я пришла уж точно не за этим. - А я уж подумал. - Брось, - произношу я, подходя к его столу и ставя маленькую коробочку на его стол. - Что это? - Я понимаю, что это маленький подарок по сравнению с твоим… - Надеюсь, что за твой подарок нас не поженят, - смеется он. - Держи, надеюсь, что хоть из-за него ты не разнесешь весь этот город, - улыбаюсь я и открываю коробку. - Решила побаловать меня сладеньким? - усмехается он. - Даже черные души любят сладкое, - отвечаю я. - Значит для тебя я черная душа? - Немного, - произношу я, снимая с себя куртку. - Значит белое с черным? - он встает со стула и подходит ко мне. - В каком это смысле? - Ну, ты, в белом и черном, - он прикасается к моей талии. - Что ты творишь? - в недоумении произношу я. - Хочу отблагодарить тебя за сладкое, - произносит он. - Во, нет, Богданов, я пришла совершенно не за этим, - я убираю его руку, - Между нами ни чего не было и ни когда не будет, - я делаю шаг назад, - Или эти чертовы газеты питают тебя надеждами? - Ты опять испортила всю романтику, - кидает он. - Ты никогда не был романтиком, - усмехаюсь я. - Ладно, тогда, зачем ты пришла? - Пришла попросить тебя, чтобы ты не вздумал никуда звонить, никому не говорить, а главное никого не упекать в тюрягу и бить за эту чертову статью, - я выдыхаю. - Ты уверена, что я это все смогу сделать? - Ты не забыл, что пока моей семье подчиняется весь город, тебе как ни как полгорода, - отвечаю я, - Плюс…. - Плюс что? - Плюс твоя несносность в характере и всего такого, - я скрещиваю руки, - Прости, если обидела и затронула как-то тебя, ведь я приехала не за этим, - я поправляю волосы, - Слушай, прости, - теперь я замолкаю. Кажется, я завела в тупик не только себя, но и его. Плюсом смогла обидеть того человека, которого обидеть просто не возможно. Которого обидеть никто и никогда не смог. Потому что это Луиза…