Алая девушка

POV Асэми Никогда бы не подумала, что это селение, заросшее густыми лесами, сможет когда-нибудь вызвать во мне приятные чувства. Только в такие моменты, ты понимаешь, почему тебе полюбились те или иные вещи. Пески так глубоко запали мне в душу из-за того, что они отожествлялись с Гаарой. Я бежала из Конохи в Суну за отношениями, за счастливым будущим. Думала, что все уже понятно. Но сейчас мне не хотелось возвращаться туда. Мне казалось, что воздух, когда-то родной пустыни удушает меня, солнце плавит, а Гаара разрушает. Какая ирония! Мне Коноха люба, а Суна противна! Если я скажу, что была в отчаянии, то нагло солгу. Меня одолевала паника. Я находилась в поисках места, где могла скрыться от реальности, забыть про Гаару, про все, что с ним связанно. Скажите, странно бежать от воспоминаний о любимом человеке туда, где и происходили «зачатки отношений»? Вряд ли я когда-нибудь смогу ответить на этот вопрос. Наверное, бежала не только от Гаары, но и от Канкуро, сердце которого было разбито; бежала от Темари, ее странных взглядов и намеков; бежала от тех чокнутых, кто нападал на меня. POV Сакура Работа в госпитале отличалась большим объемом работы. Но вот что странно, со временем, я только сильнее любила свое занятие. Сначала, это были попытки догнать своих друзей, перестать быть обузой, а сейчас это некий вклад. Меня вдохновляла помощь людям, я чувствовала, что поддерживаю волю огня. В каждом жителе этой деревни, вера в волю растет, когда преграды ломаются. Преградами могут быть болезни и травмы. Моя работа сближает меня с листьями большого дерева — с жителями. Но как бы это все красиво не звучало, меня валила с ног усталость, а голова гудела. Бумаги, бумаги, они мне скоро начнут сниться в кошмарных снах! А еще и этот стук в дверь, нет, ну вы только подумайте, что надо этому придурку за дверью в два часа ночи?! Еле-еле переставляя ноги, я все-таки смогла добраться до входной двери. Нет, если это не очередная миссия по спасению мира, как в старые добрые времена, то я сломаю этим смельчаком каменные головы великих хокаге! Со столь решительным настроем я открыла дверь, а потом просто начала сползать по ней же. — Сакура, — прошептала Асэми и вопросительно посмотрела на меня. Она еще неделю назад должна была отправиться в Суну, с делегацией кадзекаге. Либо она еще не отправилась, либо снова вернулась к нам. Но без веских на то причин она не могла поступить так. Случилось что-то серьезное. — Что с тобой? — выпалила я. — Дыра в груди, сильно заметно? — с некой язвительностью в голосе спросила она. Я внимательно посмотрела в глаза этой девушке. Что за чертовщина? Это не Асэми! Я постаралась сохранить нотки переживания в голосе и не выдать подозрения. — Что-то случилось? — Смешная ты. К ней пришел говорящий труп, а она так невозмутима, — истерически рассмеялась девушка. — Я не могу понять меня, — не выдержала я. В этот момент девушка зарыдала, попыталась прикрыть свое лицо ладонями. Я по-настоящему испугалась. Ее тело будто разрывало два разных сознания, будто внутри нее шла борьба двух людей, а эту миловидную оболочку терзало и все, что она могла, так это выть. Я схватила ее за руки и буквально затолкала в дом. Она сидела на полу. Ее рыдания время от времени прерывал истерический смех, который плавно перетекал во все те же рыдания. Это один из тех случаев, когда я реально не понимала, что мне делать! — Асэми, — тщетно пыталась дозваться до нее я. — Асэми! Она убрала руки от лица и с улыбкой маньяка на лице спросила: — Сакура, кого ты постоянно зовешь? Из моей груди вырвался испуганный «Ох!» Я попятилась назад и вновь непонимающе спросила: — Что с тобой, Асэми? Ее выражение лица сменилось испугом маленького зверька, и она вместо ответа на мой вопрос задала свой: — Да кого ты постоянно зовешь? — из глаз девушки уже какой раз полились слезы. — Почему вы постоянно ее зовете? Все, все кто меня окружают! Неужели я вам так противна? Я пыталась связать в кучу все, что говорила Асэми. Почему она не отзывается? Она потеряла память? Нет, тогда бы она не помнила меня, а тем более мой дом. Что, черт возьми, случилось по дороге в Суну?! Прежде всего, нужно успокоить ее и уложить спать. А затем я доберусь до Какаши-сенсея или до Наруто, Шикамару, кого-нибудь! Называть ее по имени не стоит, иначе она расстроится еще больше… Тогда как с ней разговаривать? — Нет, ты прекрасная молодая девушка, — попыталась мягко начать я. — Ну же, не расстраивайся! — я подошла к ней, вытерла слезы и подала руку. — Поднимайся, застынешь. Она по-детски чистыми глазами посмотрела на меня и улыбнулась. Во мне проснулся материнский инстинкт, и неважно, что Асэми моя ровесница, а не маленький ребенок. Дальше не было никаких проблем и неприятностей. Она словно маленький ребенок слушала меня и делала все, что ей велят. Спустя некоторое время наша маленькая Асэми уже тихо сопела в кровати, а я осознала весь ужас происходящего. Я только что уложила спать как маленького ребенка взрослую девушку, у которой опыта во всех взрослых делах будет больше, чем у меня! Я быстро переоделась и вышла на улицу и… не смогла определиться, куда мне идти. Да уж, Сакура, порой ты тормозишь так же, как и Наруто! К нему сейчас идти не стоит, вряд ли он чем-то поможет, к тому же, по ночам они с Хинатой явно не сном занимаются. А вот Шикамару сейчас один, от него можно услышать толковый совет и здравое рассуждение. С ним можно будет пойти к Какаши-сенсею. Решено, идем к Шикамару! Я не знала, как объяснить Шикамару, что происходит и поэтому, когда он открыл дверь, я просто взяла его за руку и потащила к себе. Наверное, в голове у нашего ленивца пронеслись всевозможные мысли и про изнасилование он тоже подумал. Его протестам и вопросам особого значения придавать не стала и просто тащила его за собой. — Асэми пришла ко мне несколько часов назад, — прошептала я, наливая чай Шикамару. — А я чем могу помочь? Семейные конфликты — это не моя специализация, — прошипел парень. — Нет, ты не понимаешь, — отрицательно помахала головой я. — Женщины, — зевнул он. — Это не она. — Так ты определись, к тебе пришла Асэми или не Асэми! — не выдержал он. — Выглядит как Асэми, точная копия, но поведение, манера разговора, все другое. У нее будто раздвоение личности. Даже не раздвоение, а расстроенние или еще хуже, — прошептала я и по моему телу пробежали мурашки. — Психологические расстройства — это тоже не по моей части, — зевнул он. — С этим ты должна обратиться к Ино или Цунаде-сама на крайний случай. — Шикамару! — уже не выдержала я. — Она сначала вела себя как самовлюбленная стерва, затем назвала себя трупом и начала рыдать. Плакала как обиженный подросток, не узнавала свое имя. Спрашивала, кого я зову. А после всего этого вела себя как трехлетний ребенок с присущей ему непосредственностью. Это как тебе? — Наша гостья явно не в себе, — более серьезно начал говорить парень. — Они отправились в Суну неделю назад. В том, что все добрались, нет сомнения, так как пришло письмо с печатью кадзекаге. Может ее поведение связано все с тем же туманным прошлым? — Если это так, то все что она все говорила ложь. В это уже не верю я. — Тогда остается один вариант, — загадочно произнес парень и двусмысленно посмотрел на меня. — Какой же? — Что-то приключилось с ней в Суне, ведь не просто так она к тебе пришла, — вновь зевнул Шикамару. Я закусила губу, неужели во всем виноват все тот же любовный треугольник? Но еще неделю назад их отношения цвели и пахли, что же тогда произошло. — Выкладывай, что тебе известно. — У нее были проблемы, — аккуратно начала я, но в этот момент вспомнила еще кое-что! — Шикамару, помнишь тех типов, что сопровождали кадзекаге? — Да, но какое отношение имеют они? — Они ведь так и не разобрались, вопрос остался нерешенным. На этой ноте они ушли из Конохи. — Эх, Сакура, — обратился он — все слишком натянуто. Тут два варианта: темное прошлое или то, о чем ты так упорно пытаешься не говорить. Если Шикамару становился серьезным, то очень тяжело было что-то скрыть от него. Я осознавала всю серьезность ситуации, но даже при таких обстоятельствах не могла выдать тайны той Асэми, с которой еще недавно беседовала. Мы с Шикамару не спали всю ночь, было решено дождаться пробуждения Асэми. Мою сонливость и усталость как рукой снял визит этой девушки. Когда мы услышали шум наверху, Шикамару остался на кухне, а я пошла в ванную комнату. В ванную комнату доносились еле уловимые звуки голосов. Различить слова мне так и не удалось, так что, не выдержав, я пошла на кухню, чтобы увидеть все своими глазами. Подходя к кухне, я четко слышала знакомый голос молодой девушки, но в нем играли совершенно другие нотки. Шикамару отвечал на вопросы девушки с присущей ему ленью. Причем, в ее голосе слышалось некое напряжение. Я как можно спокойнее зашла на кухню. — Доброе утро, Сакура, — сказала Асэми, как с барского плеча и вновь переключила все свое внимание на ленивого парня. — Доброе, — немного раздраженно ответила я. — Шикамару, еще чаю? — с наигранной заботой спросила Асэми и картинно похлопала ресницами. Неужели она и с Темари поссорилась, иначе, зачем она пытается флиртовать с Шикамару. Явно же, он ее сейчас привлекает не из чистых побуждений. Надо уводить этого ленивца, пока его из чувства мести не изнасиловали. — Асэми, нам с Шикамару нужно к хокаге-сама по делам, — обратилась я к девушке, а затем перевела взгляд на парня. Она, будто ничего не услышав, спросила у меня: — А ты не желаешь чаю? — Асэми, я к тебе обращалась, — вновь в моем голосе проскальзывает раздражение. — Опять не могу понять, кого ты все время зовешь? — недоуменно спросила Узумаки. — Я тебя зову, тебя! — не выдержала я. — Ну, так и обращайся ко мне, а не зови кого-то другого, — всплеснула руками девушка. Шикамару в это время встал и попытался вывести меня, видя назревающий конфликт. А меня просто начала бить истерика. Я была готова рвать на себя волосы от абсолютного непонимания ситуации. Проблему составляли отсутствие логики в ее словах и поступках и полное непонимание с нашей стороны. — Выпусти пар, — спокойно сказал Шикамару, когда мы вышли на улицу. — Это не она! — воскликнула я. — Это совершенно другой человек! — Нет, — вскинув голову к небу, ответил парень. — Это она, все та же Асэми. Просто с ней что-то случилось, возможно, это какая-то серьезная травма. — Почему она так настойчиво пытается по-хамски вести себя со всеми? — У нее, похоже, раздвоилась личность, это может быть последствием травмы. — Значит, с ней что-то случилось либо в Суне, либо по дороге в Коноху, — твердо сказала я. — Прежде всего, нам нужно все рассказать хокаге-сама. Она может представлять опасность для деревни. — Ну, так пошли, что расслабился! — вернула своему голосу привычное звучание и вышла из некого оцепенения. Дорога до резиденции хокаге не заняла много времени. Было ли это по факту или я слишком была погружена в собственные мысли. Пропуская все знакомые лица и приветствия, мы с Шикамару мчались к хокаге-сама. Ну, как мчались, я торопилась, шла быстрым шагом и волочила за собой зевающего Шикамару. — Хокаге-сама, — ворвалась в кабинет я, не дожидаясь ответа. — Что случилось? — недоуменно спросил Какаши-сенсей, поднявшийся со своего места. — Асэми, — выдохнула я. — Что опять с ней? — Она снова в Конохе, — констатировал Нара. — Для каких целей? — вновь недоумевал Какаши-сенсей. — Так мы за этим к вам пришли, — вставил парень. Какаши-сенсей устало рухнул в кресло и сказал: «Рассказывайте». После долгих объяснений странных обстоятельств, касающихся туманной личности Асэми Узумаки, мы втроем так и не пришли к общему выводу. — Что-то случилось, — не уставала говорить я. — Что-то случилось с ней еще много лет назад, Сакура, все это тянется из ее, нам неизвестного прошлого, — уже устало пытался доказать парень. — Но она же рассказала нам с кадзекаге о своем прошлом, — вновь напоминал Какаши-сенсей. — А кто знает, правда ли это? — не верил Шикамару. — Сейчас, мы обязаны написать в Суну и узнать как дела в деревне и как проходит подготовка к фестивалю. — Шикамару! — возмутилась я. — Как ты можешь думать о такой ерунде, когда такое творится! — Женщина, дослушай же! — раздраженно рявкнул он. — Мы узнаем об их обстановке, все проанализируем. Вдруг, это ее двойник, клон, кто угодно, а настоящая Асэми беспечно рисует пейзажи Суны. — Шикамару, не забывай, что ответ придет только через два, а то и три дня, — спокойно проговорил хокаге. — В это время мы будем пристально наблюдать за Асэми. — Но только не ты, — съязвила я. — А то с такими темпами мужчиной станешь. — Эх, какая печаль, — наигранно расстроился Нара. — А когда придет ответ на наше письмо, — решил напомнить о нашем разговоре Какаши-сенсей. — Мы составим еще одно, в котором расскажем о присутствии Асэми Узумаки, — предположила я. — И когда это женщины мыслить научились, — ухмыльнулся парень. Я разозлилась и уже сжала руку в кулак, как наш ленивец похолодел и осознал свою ошибку. — Затем мы будем действовать по обстоятельствам, — закончил Шикамару. Какаши-сенсей кивнул, как бы давая на все согласие. Было решено все это, сохранить между нами тремя, не стоит пока поднимать шумиху, это может плохо подействовать на общественность. Выйдя из резиденции, на меня сразу навалилась усталость, и я в полной мере ощутила отсутствие ночного сна. Мысли о сне в одном доме с новой Асэми не могли порадовать. Как подумаю о ее улыбке с маниакальными наклонностями, так сразу в дрожь бросает. Наш ленивец предложил отправить ее куда-нибудь вместе с Ино. Убить, никого не убьет, зато обе попрактикуются в самовлюбленности и высокомерии. Из кухни доносился приятный запах жаренного мяса, надеюсь, сегодня на ужин будет не человечина. Милая девушка стояла в фартуке и улыбалась мне. С виду самая обыкновенная, но чуть она расслабится, сразу видно недобрые намерения в глазах. — А…, — осеклась я, вспомнив про реакцию этой девушки на ее же имя. — Слушай, а тебе не надоело дома сидеть? Она закатила глаза и спросила: — А у вас в Конохе есть что-то кроме каменных голов? Меня немного задел ее беспардонный вопрос, но я старалась сохранить свою беспечность. — Конечно, Ино может много всего тебе показать, — якобы мечтательно произнесла я. — Вы с ней обязательно поладите. Так что, ты согласна? — Экскурсия по Конохе или вечер дома, думаю, первый вариант однозначно впереди, — ухмыльнулась она и пошла собираться. — Она будет ждать тебя возле Ичираку, — крикнула вслед я. Сборы этой особы заняли немало времени, за это время я успела покушать и убрать за собой. Услышав звук закрывающейся двери, облегченно выдохнула и рухнула на постель. Сон долго не заставил себя ждать, несколько суток без сна дают о себе знать! Странная легкость царила внутри моего тела. Я проснулась не от истерик, криков и звуков убийства, а от солнечных лучей и звуков листвы. Часы показывали ровно одиннадцать, неужели я проспала работу?! Я запуталась в одеяле, начала вертеться и упала с кровати. На звук грохота в комнату вошла Асэми. — Сакура, ты уже проснулась? — недоуменно спросила девушка, выглядывая из-за двери. Я вскочила на ноги, откинула волосы назад и попыталась сделать голос более бодрым: — Что значит «уже»? Я работу проспала! Узумаки закатила глаза, а потом засмеялась. — Мне не хочется тебя огорчать, но ты уже второй день работы просыпаешь. — Второй день?! — не могла оправиться от шока я. Ее лицо резко поменяло выражение, и оно стало выражать некую брезгливость. — У меня нет проблем с речью, это у тебя проблемы со слухом, — она вновь закатила глаза и захлопнула за собой дверь. Черт, как же хочется исполосовать лицо этой надменной дряни! Но, пока ничего не выяснится, я не имею права бить ее. Нужно немедленно отправляться в госпиталь, они второй день без моего контроля, кошмар! Представляю, что они уже все перепутали и сбились с графика. Я быстро пришла в себя, умылась, привела в порядок волосы и переоделась. Ведь, как оказалось позавчера, у меня просто не хватило сил на смену одежды, и я рухнула на кровать в том, в чем была. Асэми уже успела куда-то смыться, это немного пугало меня, но и не могло не радовать. День начался вроде ничего, ничего до того момента, пока я не столкнулась с Шикамару… — Мне нужно срочно бежать в госпиталь, — проговорила в спешке я, сбивая нашего ленивца с ног с порога собственного дома. Он схватил меня за руку и не дал двинуться с места. — Сакура, это срочно! — его голос был холодным и серьезным, если этот парень говорил таким голос, то все пропали. — Говори, — спокойно начала я. — Не хочешь пригласить меня в дом? — Да, конечно. — И что это за письмо? — спросила я, присаживаясь на тахту. — Пришел ответ от кадзекаге, что в Суне все по-прежнему и подготовка к фестивалю идет своим чередом, — ответил парень. — И это твое «срочно»? — возмущалась я. — Завидно, что в Суне все в порядке? — Дослушай, вслед за этим письмом, стали приходить и другие письма, — аккуратно начал Шикамару и достал из кармана еще несколько конвертов. Я вскрыла эти конверты и достала письма, в них не было слов, это какие-то незнакомые мне печати. — Что это за чертовщина? — Печати. — Я вижу, что это печати! Что они означают? Вы расшифровали? — злилась я. — Люди из архива перерыли все, что можно было и смогли расшифровать только две печати из всех четырех писем, — немного нервным голос ответил Нара. — И? В чем дело? — Эти две печати связанны с кланом Узумаки, только человек из главной ветви клана Узумаки может расшифровать и использовать эти печати. — Асэми…. Узумаки! — проговорила я. Шикамару достал из кармана пачку сигарет, зажигалку и закурил. — Я говорил с самого начала, что все эти странности связанны с ее прошлым. Надо было найти, разузнать все, что связанно с ней! — повысил голос парень. — Что с тобой? Ты что-то знаешь, но не говоришь мне! Что это значит? — не понимала я. Он затушил сигарету о стол и нервно выдохнул дым. — А ты посмотри адресат. Я перевернула конверт и сразу бросила его в сторону. Как такое может быть? Откуда эти люди узнали? — Это твой дом и эти письма явно не тебе предназначены, — вместо меня проговорил Нара. — Кто-то знает, что Асэми здесь. Даже не так, возможно, она специально живет именно у тебя. У нее какая-то миссия. — Может мы просто покажем эти письма Асэми и она нам их расшифрует? — А если, им именно это и надо. Получится, что мы выполним за них эту работу. Наоборот, ей нельзя ни в коем случае показывать эти письма, — отрезал парень. — Хорошо. В этот момент в комнату зашла сама виновница нашего нервоза. И поверьте, ее присутствие не подействовало на нас как успокоительное, даже наоборот, только усилило нашу нервозность. Шикамару бросил в мою сторону краткий взгляд и я сразу поняла, что он значит, не спускай с нее глаз! Я коротко кивнула в ответ. Вечером Асэми вела себя довольно спокойно, было не похоже, будто она что-то знает. Самая обычная, эгоистичная стерва. Эгоистичная стерва… точно! — Ай, — пискнула я и прижала кровоточащий палец к губам. Даже будучи шиноби, порез пальца за готовкой не вызывало у меня приятных ощущений. Я отложила нож в сторону и подошла к раковине. — Что-то случилось? — спросила у меня Узумаки, сидящая на тахте. — Ничего… — осеклась я, но затем решила проверить свою догадку. — Минори, подай, пожалуйста, пластырь. — Конечно, — кивнула девушка и отправилась на поиски пластыря. Когда она все-таки завершила свои поиски, и они увенчались успехом, в ее белых руках лежал пластырь. — Спасибо большое, Асэми, — специально назвала ее имя я и решила проверить реакцию. -Девушка непонимающе посмотрела на меня и возмутилась: — До кого ты все время зовешь? — Я тебя поблагодарила, — настаивала я. — Нет, ты постоянно называешь это имя! Почему меня все так называют? — Асэми… — начала я. — Почему?! — крикнула девушка. — Потому что тебя так зовут! — возмутилась я. — Нет! Нет! Нет! — кричала девушка. — Да, тебя зовут Асэми Узумаки! — Я ее не знаю, — рыдала девушка. — Меня зовут Минори Мацуи, я ее не знаю! Услышав это, я полностью убедилась в своих подозрениях. Я добилась того, чего хотела, но нельзя же так просто отступать. Может, удастся добиться признания ею ее же личности? Она просто заигралась, ведь до этого она проживала жизни совершенно двух разных людей: Минори Мацуи и Асэми Узумаки. Что-то случилось, какая-то психологическая травма или встряска так негативно повлияли на нее, что она застряла в роли первой дамы. — Асэми, послушай… — мягко начала я. — Нет, не называй меня так, не называй! — молила девушка. Я решительно подошла к ней и взяла в руки ее лицо.  — Ты — Асэми Узумаки, — констатировала я. — Заткнись! — яростно прокричала девушка и наградила меня пощечиной. Я сначала не сразу поняла, что произошло. Некоторое время, я находилась в некой прострации, а когда опомнилась, то никого уже не было на кухне, кроме меня самой. Мои попытки все наладить явно не увенчались успехом, более того, Асэми Узумаки бесследно исчезла.