I'll be there with you

Он резко поднялся с постели, разбуженный собственным криком. Прилипшая к телу майка, влажные растрепанные волосы, испарина, покрывшая раскрасневшееся лицо. И бешеный стук сердца. Темнота в комнате вторила темноте увиденного кошмара. Дилан перевел дыхание. Всего лишь сон. Он закрыл глаза и рухнул обратно на подушку, горячую и влажную. В голове еще не угасли картины из недавнего видения. Мэттью. Револьвер в руке. Дилан кричит, он просит остановиться. Он бесконечно сожалеет, зная, что в этом его вина. Он смотрит, как рука не спеша, будто в замедленной съемке, подносит оружие к виску, снимает его с предохранителя… Альварес поежился, пытаясь прогнать кошмар прочь. Бездыханное тело. Пули тридцатидюймового калибра. Его раскрытые холодные глаза. И рот, застывший в крике: «Доволен? Это все твоя вина!» Дилан почувствовал, как кровь стынет в жилах, и заставил себя распахнуть глаза. Пытаясь контролировать свое дыхание, он вытер со лба пот. Он лежал и созерцал непроглядный мрак, боясь пошевелиться. Да уж, ночь сегодня на редкость жуткая. А ведь Мэтт стал часто ему сниться. И сны эти были до дрожи пугающие. Парень не высыпался вот уже которую неделю, обзаведясь парой мешков под глазами. И теперь снова. Ему было страшно и стыдно. Все началось с того, как Чарли в совершенно мрачном и непривычном виде пришел домой к Фанни. Да-да, именно пришел, а не завалился. И в руках, к огромному удивлению,не было ни виски, ни вина, ни даже пива. Лицо у него было более чем серьезное. Ни один мускул не дрогнул. Будто монументальная физиономия. Из мрамора выточена. Взгляд твердый и решительный. Тем утром Фанни сразу затушил косяк с травой о стену, приготовившись к чему-то страшному. - Есть разговор. Именно с этих слов все началось. Именно тогда Дилан нервно сглотнул, и пригласил друга на чашку кофе, хотя обычно это был стакан чего-нибудь покрепче. Именно тогда он понял, что где-то накосячил. Брови приятеля сошлись на переносице, и он первым сделал глоток кофе. В его движениях прослеживалась напряженность. Дилан никогда не видел Джордана таким. И даже голос ниже обычного. - Кудрявого в могилу загнать решил? Да, именно тогда Фанни подавился кофе. Да, именно тогда он проглотил колкую шутку и промолчал. Он кашлянул и со стуком поставил чашку на стол. - Что? - Дилан, не включай дурака. Я все знаю. Тогда он не понимал, о чем речь. Нет, не так. Он прекрасно знал, но заставлял себя поверить в то, что не понимал. С каждым словом Джордана парню становилось больнее и тревожнее внутри. Он и не знал, какой Мэтти сентиментальный и ранимый. - И вот, ты подтолкнул нашего друга к суициду, - подытожил Чарли. Звучало, как приговор. Стоило признать, что даже если сдохнет он не от петли или пули, то точно подцепит какую-нибудь заразу от бездонных потаскух, что вьются в его доме. Да, Дилан узнал и о шлюхах, и о литрах алкоголя, и о душевном разговоре Джордана и Мэтта. Никогда, никогда бы он не подумал, что Сент Клер настолько сильно переживает по этому поводу. И весь вечер мятежной тучей в квартире висело напряжение. В воздухе искрилось… сочувствие? Раньше Дил и подумать не мог, что происходит что-то неладное, до этого дня он ничего не подозревал. Так же безрадостно Чарли покинул дом приятеля, оставив того наедине со своими невеселыми мыслями. На прощание он бросил многозначительное « Поговори с ним как можно скорее». *** Дилан понял, что больше не сможет уснуть. Он нащупал на прикроватной тумбочке телефон. Яркий свет резанул по глазам, и на экране высветилось время 3:25. Не закрывай глаза, если не хочешь увидеть распростертое тело друга. Не расслабляйся ни на секунду, если не хочешь, чтобы тебя одолели ужасные мысли. Не теряй контроль, если не хочешь быть задушенным чувством вины. Альварес буквально метнулся прочь с кровати, путаясь в одеяле. Ему все равно, который час. Он уже натворил дел, как выяснилось, и один ночной визит не сделает хуже. Наверное. Но кошмарам пора положить конец. Их совместным кошмарам. - Какого?.. – злобное шипение слышно даже через закрытую дверь. Дилан буквально видит, как тонкие белые пальцы касаются выключателя на стене, а затем тянутся к дверному замку, чья холодная сталь неприятно пощипывает кожу. Дверь стремительно распахнулась и на пороге показалась фигура Мэтта, завернутого в простыню. Растрепанные волосы и невероятно сердитый взгляд, метавший молнии, который тут же сменился неподдельным удивлением и возмущением. После короткой паузы, дверь так же стремительно захлопнулась у Дилана перед носом, обдав парня волной прохладного воздуха. Он терпеливо закрыл глаза. Этого следовало ожидать. Вдох. - Мэтти. Открой, пожалуйста, - тихий стук в дверь. Тишина. Затем едва слышное шевеление и сопение. - Мэтти, - вкрадчиво повторил Фанни, - пожалуйста. Дверная ручка опустилась вниз, и на пороге вновь показался кудрявый. Он сонно щурился, но, не смотря на всю невинность этого взгляда, в глазах читался холод. И страх. Он переступил с ноги на ногу, плотнее кутаясь в ткань. От его тела исходило ощутимое тепло только что выползшего из постели человека. - Что-то серьезное? – он сказал это своим соблазнительно-хриплым голосом, пытаясь скрыть беспокойство, отчего Дилан невольно закусил губу. -Да… вроде нет. Сент Клер непонимающе приподнял бровь, как бы говоря: « А, какого, собственно, хуя, ты тут тогда делаешь, ебаный кретин?» Дилан поспешил оправдаться: - Есть разговор, - он повторил сказанные пару недель назад слова Чарли. – Впустишь? Мэтт замешкался на несколько секунд, а затем неуверенно отступил, пропуская Дилана в дом. - Чаю?.. – как-то глупо, на автомате спросил парень, но поймав насмешливый взгляд друга, тоже усмехнулся своему предложению. Он удобно расположился у стены, прислонившись к ней спиной, и опустил глаза вниз, дожидаясь, когда Альварес начнет свое повествование. Но тот явно не торопился. Он не без интереса разглядывал парня, стараясь сделать это как можно незаметнее: украдкой бросал взгляд на ниспадающие непослушные волосы, игриво вьющиеся волнами, прикрытые белой простыней плечи, выглядывающие острые ключицы. Нельзя не отметить сгорбленное тело и неестественно белый цвет кожи. А также подрагивающие ресницы и темные круги под глазами. Парень изменился за это время и даже как-то похудел. Явно прослеживалось Альваресовское влияние. Дилан в очередной раз удивился чувствительности Мэтта. Подумать только, как он мучается, как страдает, а все из-за Фанни. Из-за его любвеобильности. Но можно ли назвать страстные поцелуи и ласки любвеобильностью? Тем более, когда партнер вроде как против… Боже, он что, морально изнасиловал Мэтта? Он осекся, понимая, что пауза затянулась. - Ко мне приходил Чарли, и он все рассказал. На этих словах Сент Клер вздрогнул, не поднимая головы. Он чувствовал на себе взгляд. И боялся чего-то. Чарли все рассказал? Но зачем? Это его попытка прекратить душевные мучения Мэттью? Сейчас ему просто хотелось спрятаться за спину лучшего друга, который самоотверженно решил его защищать. Жаль, что Джордана сейчас нет рядом. *** - Чувак, забудь, он же был в неадеквате. В конце концов, это же Дилан, ты прекрасно знаешь его. Вот что, завязывай с этим. Вставай, здесь надо прибраться. - Чарли, - Мэтт перебил друга, - поцелуй меня. Джордан подавился табачным дымом и закашлялся, чувствуя жжение в горле. Он крепко зажал сигарету в зубах Ч…Что? Чарли поднял на парня испуганный взгляд и моргнул, глядя на измученное лицо друга. Его подавленное состояние вызывало отчаяние. - Да успокойся, ну. Я же должен понять, понравилось мне или нет. Он сошел с ума. Совершенно свихнулся. Тут потухшая сигарета выпала изо рта. Парень не смел шевельнуться, боясь спровоцировать Мэтта. Джордан ни за что бы не рискнул выполнять просьбу друга, если бы тот сам не прильнул к губам Террелла. Вот дерьмо! Он целовал так страстно и самозабвенно, будто ждал этого момента всю жизнь. И опешивший, окончательно растерянный Чарли отвечал ему. С такой же страстью и так же трепетно. Ему хватило секунды, чтобы понять, что Мэтти представляет на его месте совершенно другого человека. И не до конца трезвый, он целует лучшего друга, при этом не испытывая ничего и зная, что вспомнит об этом нескоро. И пожалеет. *** Сент Клер пошатнулся и вовремя успел схватиться за стоящую рядом тумбу. - Мэтт? Кудрявый метнул на Дилана растерянный взгляд. Это все из-за него. - Мэтт, ты меня слышишь? Парень, прости меня. - Прости?.. – в голосе звучит вызов. - Мне каждую ночь снишься ты, и… - Вот же чертов извращенец! Даже ночью от тебя не спрятаться! – Мэтт перебил его, презрительно выплевывая эти слова. Альварес терпеливо выдержал это, понимая, что Мэтти хочет защититься, не дать слабину. Но его руки нервно подрагивают, как и голос, выдавая парня с потрохами. - Я чувствую свою вину. Я беспокоюсь… - Ты? Беспокоишься? - Мэтт… Прости, я… Сент Клер вжался в стену, пытаясь спрятаться, скрыться, главное не видеть Альвареса, не слышать его голоса. Мэтт чувствовал себя маленькой девочкой, старательно глотая слезы, не давая им предательски блеснуть на глазах. Мэтт мечтал отмотать время к самому началу и предотвратить все это. Мэтт мечтал узнать, когда стерлась их дружба? И что осталось от нее? Он сполз вниз, оседая на холодный пол. Простыня скользнула с его плеч. - Мэтт… - Дилан снова произнес его имя. С какой-то мольбой и надеждой. Больше всего на свете сейчас хотелось поговорить и все расставить на свои места. Фанни на самом деле очень переживал за этого ранимого идиота, и одними лишь ночными видениями это беспокойство не ограничивалось. Он тревожился за здоровье Мэтта, за душевное состояние. Дилан встал со своего места и медленно сделал шаг, а затем второй, грациозно и тихо, словно хищник, пытаясь не спугнуть парня. Он сел на колени, поравнявшись с кудрявым. В комнате было темно, лишь тусклый свет из прихожей пробивался в густой мрак. Он струился осязаемыми нитями, оставляя блики на плечах Мэттью, играя в его волосах, пробиваясь под влажные ресницы. И тогда Дилан вспомнил все, ругая себя за то, что позволил предательскому чувству разрушить крепкую, строящуюся годами дружбу. - Прости меня, приятель. Я действительно совершил глупую ошибку. Мэтт робко поднял на него взгляд и Фанни готов был поклясться, что за эти глаза можно продать душу. О, как они глубоки, как очаровательны, в них затаенна детская наивность и невинность. Как они моляще смотрят… В них плещется настоящий океан, мерцающий живым блеском. Дилан пропустил вдох, утопая во взгляде Сент Клера. Он приложил массу усилий и воздержался от прикосновений, чтобы не навредить Мэтти, не оттолкнуть его от себя. Спустя несколько секунд, Альварес хрипло, безнадежно выдавил: - Если хочешь, мы забудем об этом. - Я не хочу. Он бросился на шею Дилана, сжимая его в своих объятиях. В груди искренне удивленного Альвареса что-то затрепетало. *** - Ты не подумай ничего,- за очередной бутылкой сказал Мэтт Джордану, - я просто пытаюсь отыскать себя. - Ты делаешь это странными способами, - он прошелся большим пальцем по нижней губе. - Мне кажется, что я близок к ответу, - кудрявый залпом осушил бокал портвейна, наверное, седьмой по счету. Чарли понимал: Мэтту срочно нужен Дил. *** За окном, рассеивая темноту, небо у горизонта окрашивалось в розовый. Дилан, наконец, первый раз за долгое время смог спокойно уснуть, так и не разрывая объятий Мэтта. Сегодня они предстали друг другу в ином свете. Знакомые с юности. Будто совершенно незнакомые. Другие. Не те, что были раньше. Они скрывали друг от друга что-то. Оказалось, совершенно зря. Все тайное становится явным. И это всегда приводит к хорошему.