I Want You To Stay

После прогулки Анастэйша и Лоик не имели возможности увидеться. Девушка вернулась к занятиям с наставницей, проводя вечера за просмотром фильмов, а Лоик был погружен в радиотрансляции и интервью, которые, по его словам, имеют фиговое свойство никогда не кончаться. Особенно, думала Стэйша, когда ты столь популярен, и твоё имя кричат на весь мир. За четыре дня Ло зашёл в студию лишь раз по каким-то личным делам. Он немного поболтал с Сией за кофе, а потом они со Стэйшей случайно пересеклись у лифта, только и успев поздороваться. Лоик работал очень много, а Стэйша не чувствовала острой необходимости вмешиваться и расспрашивать его, куда он пропадает. Потому что не её это дело, да и странно бы это выглядело. Сегодня самочувствие англичанки оставляло желать лучшего: с самого утра её немного тошнило, а в ушах стоял прямо какой-то колокольный звон. Добавим к этому всему немного женской злости, потому что причины такого, по-настоящему хренового, нездоровья Купер не знала. Сегодня она была явно не в настроении что-либо делать, потому что любое резкое движение приносило адовы муки организму, а крики на площадке только подливали масла в огонь. В два часа дня Стэйша была уже в полуамёбном состоянии: в голове буквально били в гонг. На записи рекламного ролика для шоу она едва держалась на ногах, мысленно моля всех, кого не лень, чтобы день скорее кончился. - На тебе лица нет, может, домой, а? - заботливо поинтересовалась Сия, прикладывая ладонь к холодному лбу ученицы. Сейчас всем дали небольшой перерыв, и участники разбрелись, кто куда. - Я в порядке, правда, - Стэйша предприняла попытку улыбнуться, но вышло не ахти. Сия как-то недоверчиво сканировала бледное лицо своей ученицы. - Просто немного голова болит. Тем более, мы снимаем этот ролик уже три часа, скоро всё закончится. - Я в этом сомневаюсь, - Фёрлер ткнула пальцем куда-то позади девушки, и Анастэйша обернулась. Режиссер упорно переставлял в кадре массовку, словно шахматных фигурок, и очень эмоционально объяснял им, что надо делать. Похоже, он был очень недоволен, и Купер только скривилась. Всё как всегда. Стэйша сидела неподвижно, остерегаясь любых перемещений на своих двоих, потому что просто не могла контролировать накатывающую тошноту. Чёрт, надо было всё-таки съесть что-нибудь питательное за прошедшие два дня. Купер только сосредоточенно думала над тем, почему же ей так фигово, и не заметила, как сжала пластиковый стаканчик слишком сильно. Кофе перелился через край, обжигая ладонь. Девушка тут же зашипела, дёргая руками, как ненормальная. - Так, всё. На сегодня достаточно. Быстро лечиться, - Сия поднялась с кресла, хватая удивлённую Стэйшу за руки. Блондинка тащила её к выходу из павильона, как маленькую девочку, а Купер только мученически переставляла ноги. - И чтобы завтра я тебя здесь не видела, поняла меня? - Фёрлер строго посмотрела на Анастэйшу, отпирая перед ней двери. - Выспись, прими лекарства, поешь обязательно... Стэйше так и хотелось сказать в ответ: "Да, мам". - Ладно-ладно, ухожу, - англичанка благодарно обняла Сию на прощание и направилась к лифтам под её пристальным взглядом. - Позвони, как доберёшься! - прокричала женщина, прежде, чем створки мягко закрылись. Как только Анастэйша оказалась на улице, она поняла, что пешком точно не доберётся. Её качало из стороны в сторону, как припадочную, тело напоминало желе, поэтому решение пришло сразу же - такси. Не долго думая, Анастэйша запрыгнула в первую попавшуюся жёлтую машину. Водитель был немного ошарашен, когда полуживая девушка едва не развалилась на заднем сидении, и поинтересовался, хорошо ли она себя чувствует. За последние полчаса этот вопрос уже успел поднадоесть, поэтому Стэйша только неразборчиво пробурчала адрес, прося доставить её к гостинице как можно скорее. В машине всё стало ещё хуже, если это вообще было возможно. Купер осенило, что её, ко всему прочему, ещё и укачивает. Ну просто фантастика какая-то! Ругательств в голове девушки уже не осталось, поэтому она уговаривала свой желудок успокоиться, да и себя заодно. Вдох, выдох. Вдо-о-ох... Наверное, никто так упорно не пытался остаться в сознании, как эта упрямая англичанка, хватающаяся за любую возможность сфокусировать взгляд. Перед глазами всё расплылось в серые пятна, уши заложило, но Анастэйша всё же чётко расслышала что-то вроде "Эй, мисс, с вами всё в порядке?", и выловила взволнованное лицо мужчины, обернувшегося к ней. Последнее, что ей удалось услышать это жуткий грохот. Как будто обрушилось небо, или где-то рядом разорвалась на ошмётки бомба. Стэйша ясно уловила свист тормозящих колёс, очень противный скрежет металла, который будоражил внутренности, запах гари, горячего асфальта и вкус крови прямо во рту. Вязкой, солёной и тошнотворной. А потом Стэйша до одури больно приложилась головой о переднее сидение прежде, чем перед глазами собралась темнота. Она понимала, что происходит. Помнила, как приходила несколько раз в сознание в карете скорой помощи, слышала писк сирены и крик медработника, чтобы готовили какой-то кислородный баллон и чего-то ввели внутривенно. Стэйша даже не успела испугаться, как следует, и окончательно очнулась на кушетке в приёмном покое. Зрение вернулось, всё было вполне чётким, но жуть как болели позвоночник и висок. Ощущение не самое приятное, как будто тебя забили до полусмерти, а потом ещё и асфальтоукладчиком переехали. Господи Боже мой. Рядом с больничной кушеткой стоял какой-то полный мужчина в голубой медицинской форме и фиксировал что-то в карточку. Его вид был уж очень сосредоточен, и Анастэйша мысленно приготовилась к худшему. - О, мисс, Купер, вы пришли в себя, - сухо продекламировал доктор, проверяя охренительно болючий катетер, воткнутый в женскую руку. У Анастэйши сразу возник вопрос, откуда этот человек знает её имя, но он был глупый, поскольку в сумочке она всегда таскала с собой удостоверение. Боже, спасибо за шанс им воспользоваться, незабываемая поездочка. - Я хочу домой, - осипшим голосом сказала Стэйша, стараясь немного привстать, наплевав на острую боль. - Конечно, домой... - мужчина вчитывался в показания, не обращая внимания на пациентку, которая пыталась сесть. - Да успокойтесь вы ради всего святого. Лягте обратно. У вас подозрение на сотрясение, незначительные ушибы по всему телу и катастрофически низкий гемоглобин. Вы себя что, голодом морите, милочка? - он со скепсисом оглядел лежащую девушку, которая была бледнее белых простыней. - Нет, что вы, у меня небольшой стресс. Вот и всё. Так мне можно домой? Вы отпустите меня? Я не хочу лежать в больнице. И что это за дрянь у меня под кожей? - англичанка дёрнула рукой и тут же поморщилась. - Это всего лишь глюкозная капельница, вам необходимо восстановить силы. Я настоятельно рекомендую вам остаться в стационаре для дальнейшего обследования. Скоро придёт ваша томография, мы обсудим курс препаратов, которые необходимо пропить для восстановления, - мужчина пытался образумить девушку, которая уже мысленно изо всех ног бежала домой с дикими воплями. И плевать на ссадины и чуть ли не вытекающий через уши мозг. У Стэйши были самые мерзкие воспоминания, связанные с больницами. В детстве она очень тяжело переносила корь. Она лежала одна в палате, болело горло, слезились глаза и жутко хотелось к маме. На тот момент ей было всего пять лет, но жуть, нагоняемая больницами, въелась в мозг навсегда. - Одну вас никто не отпустит. Только под вашу собственную ответственность. Или под контроль близких, если вы обязуетесь приезжать на осмотры. И только так! - отрезал, как гласил бейдж, доктор Беннер. - Доктор, я уже в полном порядке, правда, - безбожно врала девушка, одолеваемая болезненными спазмами. Причем, болело реально всё. Такого с ней никогда не было. Даже когда её в детстве ударило железной качелей по лицу, было не так адски больно. Стэйша старалась даже дышать через раз. - Я вполне справлюсь дома. Я с детства больницы не люблю, мне здесь только хуже станет. Не надо усугублять моё и без того стрессовое состояние. Боже, Купер, ты можешь не болтать как умалишённая? Ты в аварию попала, у тебя может быть сотрясение мозга, а ты лопочешь скороговорками. Анастэйша во все глаза умоляюще смотрела на мужчину. Он недоверчиво глядел на неё из под очков, теребя в пальцах ручку. - Хорошо. Звоните, за вами могут приехать. Но сначала томография! - строго заверил мужчина, покидая палату. Купер оглянулась ища свою сумку. Вещь лежала на кресле у кушетки, и дотянуться до неё было непросто. Стэйша изловчилась как настоящий акробат, вытягивая затекшие ноги, и старалась поддеть ремешок носком. Трубка капельницы как-то чудовищно дёргалась, а игла глубже впивалась в вену. Кое-как телефон был добыт, и девушка сделала первое, что пришло в голову: - Алло, Нотте?

***

- Где она? Лоик мигом примчался в больницу. В принципе, он не сильно паниковал, но машина сама собой поехала под сто пятьдесят после слов "Я тут в аварию попала..." - Кто она? - на Лоика смотрела молоденькая медсестра, не понимая, что случилось у парня, который едва не вышиб дверь. - Девушка. Невысокая, худая такая, каштановые волосы, карие глаза... - Молодой человек, вы не заявлиение в полицию пишите. Фамилию скажите. - Купер. Анастэйша, - быстро проговорил он, ожидая справку. - Пятая палата, прямо по коридору и... У Нотте просто не хатило нервов дослушать, и он побежал искать любую дверь с цифрой пять. Было уже плевать. Офигевшая медсестра у стойки регистрации выпучила глаза, наблюдая, как удаляется мужская фигура. Он влетел в первую попавшуюся палату и угадал. Увидев Анастэйшу, он сначала вообще её не узнал. Разодранные джинсы, синяки на руках, какие-то трубки, впивающиеся в её тело, бледные губы и уставшие карие глаза. У Лоика создалось такое впечатление, что лежащая перед ним Купер ничего не чувствовала в этот момент. Она один сплошной клочок боли. Господи, бледная, как смерть. Ещё бледнее, чем обычно. Ему нравился цвет её кожи, чистой, ровной и белой, но сейчас одну щёку разрезала тонкая красная линия, а синяки под глазами выступили особенно чётко. Как будто Стэйша размазала по лицу тушь. Он медленно приблизился к кушетке, и Стэйша, увидев его, тут же попыталась встать, но Лоик крепко схватил её за плечи и уложил обратно. Это была явно не та англичанка с горячим характером, румянцем на щеках и живыми, бьющими через край, эмоциями, пусть и не всегда позитивными. Как-то давно он уже сравнивал её с куклой, но не думал, что сможет увидеть её еле живую на самом деле. Лоик не стал задавать вопросы, хотя знал, что Купер обязательно полезет отвечать и даже съязвит что-нибудь. Он решил просто расспросить всё у доктора, которому как раз сообщили о том, что его пациентку приехал забрать какой-то сумасшедший. - Доктор, у неё есть серьёзные травмы? - торопливо спросил Лоик, глядя мужчине в глаза. - Разрешите поинтересоваться: вы её молодой человек? - спросил Беннер, слегка спустив очки на переносицу. Стэйша посмотрела на Лоика, умоляя просто увезти её отсюда любым способом. - Э-эм. Нет, - Купер нахмурилась, глядя в потолок. - Я её друг. Так что с ней? - Не стоит сеять панику. По-моему, вы переживаете больше, чем она сама, - доктор подошёл, выуживая длинющую иглу из вены Стэйши. Глаза Лоика расширились. - Но она сильно ударилась головой во время резкого торможения автомобиля. Томография не ужасная. Несколько следующих дней вашу подругу будут преследовать говокружения, так что контроль со стороны близких жизненно необходим, - кажется, он рассказывал это им обоим, помогая Стэйше освободиться от проводов. Мистер Беннер аккуратно посадил Стэйшу, доставая фонарик из кармана, чтобы проверить реакцию зрачков. Девушка еле слышно ахнула от резкой боли в спине, но в голове у Лоика стоял какой-то кошмарный крик. - Можно сказать, что она в норме, - доктор слегка похлопал англичанку по щекам. - Вы, конечно, можете её забрать домой. Но присмотр... - Да-да, я понял, - оборвал Лоик, желая просто выбраться отсюда напару с Купер. - Если нет такой возможности, то пусть лучше останется здесь на пару дней, - продолжал монотонно втолковывать мужчина. - Нет. Я её заберу. - Дело ваше, - мужчина покинул палату, вручая Лоику какую-то коробочку и выписку. - Пропить в течение недели, через два дня на контроль. - Понял, спасибо, - пробормотал Лоик, подходя к сидящей Анастэйше. Она только подняла пустой взгляд, принимая его руку, чтобы подняться, и Лоику стало безумно жаль эту крошечную неугомонную англичанку. Стэйша упрямо молчала, пока они выбирались из больницы и выходили на парковку. Девушка еле перебирала ногами и пару раз чуть не грохнулась на голый асфальт вместе с Нотте, пресекая все его попытки подхватить её на руки. Как только он останавливался, чтобы заглянуть ей в глаза и удостовериться, что она вообще в сознании, Купер глядела со вселенской ненавистью. Странная она сейчас. Он не стал выяснять. Она ещё раз оступилась, и Лоик едва успел поймать желеподобное тело, прежде чем оно рухнуло вниз лицом. - Стэйша, ты меня, конечно, прости, но ты травмировала голову, а не ноги. Ты можешь хоть немного шевелиться? - ещё один ненавистный взгляд карих глаз, и парень понял, что шутка не удалась. С горем пополам они добрели до машины, и, устроив девушку на заднем сидении, Лоик сказал: - Может, хоть немного улыбнёшься. Всё обошлось. Ты осталась жива, - он вручил Стэйше её сумку, пытаясь приободрить девушку. Но попытка с треском провалилась, и в ответ последовала тишина. Нотте ехал медленно, чтобы не создавать стрессовую ситуацию для Анастэйши, потому что, наверняка, ей было немного жутко. Она едва не попрощалась с жизнью несколько часов назад, что тут думать. Хотя, чёрт её разберёт. Кажется, Стэйше было абсолютно плевать на всё, что происходило вокруг на данный момент. Она была всё ещё немного в шоке и не могла пошевелить ни одним мускулом. Спустя сорок минут они, наконец-то, прибыли. Глаза Стэйши заметались, и только потом она поняла, что Нотте притащил её в свою квартиру. Да уж, покаталась она сегодня. Ещё в лифте она чувствовала себя относительно нормально, но как только они оказались перед входной дверью, что-то пошло не так. Пока Ло искал по карманам куртки ключи, Анастэйша, оперевшись о стену, медленно сползла вниз, уставившись в одну точку. Её ноги отказывались что-либо чувствовать и будто одеревенели. Эврика! Не прошло и года, как Нотте нашёл долбанные ключи и пытался вставить их в замок. Мать его, он что, впервые делает это? Когда он торопится, то у него нихрена не получается. Чудо свершилось - дверь открыта. Аплодисменты. Стэйша закатила глаза. Лоик повернулся, чтобы пропустить Купер вперёд и помочь войти, но она, видимо, и на полу неплохо устроилась. - Я смотрю, тебе и тут хорошо. Или, может, её величество соизволит пройти в холопские хоромы? - Нотте, прекрати так несмешно шутить. Ты сегодня не в форме. Лучше помоги мне подняться. Кажется, меня сейчас стошнит, - впервые за пару часов Стэйша заговорила осипшим голосом. - Не на меня, надеюсь? - Ты, блин, издеваешься? - Купер уже начала подниматься сама. - Ладно, прости, - Лоик, слегка улыбнувшись, подал ей руку. - Боже, как же мне фигово, - проскулила Анастэйша, ведомая парнем по квартире. - Можешь прилечь здесь, - они, наконец, остановились в просторной спальной комнате. Как только Анастэйша увидела нормальную кровать, а не жёсткую кушетку, её тело перестало слушаться, – как будто бы оно слушалось до сих пор - и она просто кое-как улеглась. - Эй, - Купер дёрнула ногой, и теперь была очередь Лоика закатывать глаза. Но он всё-таки подошёл и послушно стянул с неё балетки. - Так: одеяло, таблетки, чай, - бормотал парень, направляясь на кухню. Он перебирал все возможные рецепты успокоительных напитков в своей голове. Стэйша лежала и понимала, что это просто какой-то бред. Голова отказывалась думать, но девушка ясно осознавала, что необхожимо сказать Лоику простое человеческое спасибо за его терпение и какую-то маниакальную, хоть и скрытую, заботу. А почему бы не отблагодарить его сейчас? Ну, конечно, когда бы Анастэйша ещё додумалась до этого. Ничто не остановит Купер, которой что-то кровь из носу надо сделать, поэтому не удивляйтесь сильно: она уже встала и, шатаясь, отправилась за парнем. Вот только сил не рассчитала, и у порога её сознание с ней распрощалось. Девушка мешком грохнулась в обморок, а Нотте только и успел подлететь на этот звук. Такого испуганного бельгийца, наверное, ещё никто не видел. Он принялся слегка похлопывать девушку по щекам, стараясь привести её в чувство. - Господи, Купер, тебе последние мозги отшибло сегодня? Что ты творишь? Ты своё подозрение на сотрясение решила плавно в диагноз перевести? Тебе лежать нужно, идиотка, - Стэйша пришла в себя и что-то неразборчиво бормотала ему в ответ. Господи, эта англичанка способна язвить даже при смерти. Лоик просто затащил её обратно на кровать. Достав из шкафа одеяло, он укрыл девушку, а потом, погасив свет, вернулся в гостиную. Ночью ему пришлось растрясти Стэйшу, чтобы она всё-таки приняла лекарства, но, кажется, она и тогда спала, кое-как запив таблетку остывшим приторным чаем.

***

Стэйша проспала в сутки. Сутки. Лоик даже подумал, что она впала в спячку, как медведь. Ночевать на диване ему было непривычно, но что не сделаешь ради друга, как говорится. Купер всё-таки проснулась, но не до конца понимала, где находится. Боль вроде отступила, кажется, препарат подействовал. Было заметно лучше. - Э-э-эй, где я-я-я? - протянула Анастэйша, разглядывая белые стены комнаты. В дверном проёме материализовался сонный Лоик, который всё равно бдил, чтобы застать девушку в сознании. - Прекрати верищать. Ты у меня. Что, совсем ничего не помнишь? Интересные таблеточки тебе прописали, - Нотте улыбаясь, присел на край кровати, наблюдая, как Купер, смущается. - Господи, Лоик, прости меня, - она это так сказала... - Ты чего, Анастэйша? - парень удивился, вглядываясь в её виноватое лицо. - Я не хотела тебя стеснять, доставлять неудобства, заставлять решать мои проблемы... Почему ты не отвёз меня домой, а? - спросила она, заправляя волосы за уши. Лоик поймал себя на мысли, что хотел бы сам так сделать. Даже несмотря на то, что полтора дня назад она была разбита, выглядела она всё равно очень... По-своему красиво. - Прекрати, ладно? Всё в порядке. Врач сказал, что за тобой нужен присмотр. А ты одна... Блин, это совсем не то, что он хотел сказать. Явно. В глазах Анастэйши мелькнуло что-то совсем нехорошее, и Лоик понял, что она собирается либо кричать, либо рыдать прямо сейчас. Почему он не может контролировать свой язык? Вот же чёрт!.. - Та-ак, забыли. Главное, что с тобой всё хорошо, правда? Ну ты чего? - Боже, ну ты же сильная, Купер. Прекрати всё это. Ты бы никогда не позволила ему увидеть тебя слабой. - Да так. Ничего. Отвези меня, пожалуйста, домой. Я хочу в душ, и мне нужно переодеться, - она передёрнула плечами, избавляясь от накатившего приступа жалости к самой себе. Всё, закончила. Нормально. - Ты точно себя хорошо чувствуешь? Принять душ можешь и здесь, а по поводу одежды не беспокойся. Сейчас что-нибудь попытаюсь найти. - Нотте, у тебя много женской одежды? - слабо улыбнувшись, спросила Стэйша. - Шутишь, Купер, значит, ты в порядке. - Да, ты прав. Я в норме. Может, это, домой? - Ты неисправима, Анастэйша. Хорошо, я отвезу тебя домой, но только при одном условии, - Лоик встал с кровати, отправляясь за ключами. - При каком? - Стэйша поднялась с кровати, обрадованная, что голова в порядке. - Ты пойдёшь со мной в кино, – Лоик возник в дверном проёме, сверкая своей самой милой улыбкой. Господи, ну почему ты такой? Стэйша неоднозначно нахмурилась. - Что на это раз? Документальный фильм про какой-нибудь импрессионизм? - закатив глаза, спросила девушка. - А вот и нет. Мне тоже на всю жизнь хватило той неофигни в современной... Фигне. На месте выберем кино, - Лоик наблюдал, как Стэйша переплетает косу. - Я соглашаюсь на это, только для того, чтобы ты, наконец, отвёз меня! - пригрозив пальцем, сказала Купер, улыбнувшись парню в отражении. - Ну пойдём.

***

Лоик провёл Стэйшу до самой двери её номера и нравоучительно говорил: - Звонить буду каждые три часа. Телефон не на бесшуме. Вставай очень аккуратно, не надо плясать, поднимаясь с постели. И да. Если что-нибудь понадобится - звони и не думай. Хотя, это твоё обычное состояние. Всё ясно? - Ага, - Анастэйша ответила, не успев переварить всё, что протараторил Лоик. - И ещё кое-что... В следующий раз ходи пешком, Купер.