"Совесть" Учихи Обито

Прошел еще месяц моего существования здесь. Погиб Итачи. Обито забрал его труп и Саске, потом наговорил младшему Учихе всякой ереси, выдавая себя за какого-то Учиху Мадару. На все мои вопросы, кто это вообще такой, отвечал однозначно, так что ничего толкового узнать не удалось. И еще его чуть этот самый Саске не спалил черным огнем, но Обито снял с себя пламя своей воронкой. Перед этим мы столкнулись с шиноби из Конохи. Одного из них мужчина в маске назвал Наруто. Это дало мне веский повод для возмущения по поводу нападения на них. Ну, естественно, наш гений Учиха меня не послушал. В данный момент он сидел в каком-то паучьем углу. Я, конечно же, вместе с ним. Тогда, когда Дейдара уничтожил себя, Обито показал мне кое-что из своего прошлого. Он показал мне смерть одной девочки, и как он убил всех, кто был рядом. Потом Учиха пояснил, что эту девочку он любил и после этого случая понял истину об этом мире шиноби. Мне его искренне жаль, однако что я могу сделать? Ничего, разве только не затрагивать эту тему. До этого по незнанию я доставляла ему много боли своими, казалось бы, невинными вопросами, а он еще и умудрялся найти в себе силы ответить на них. Ох, принцесска… « — О чем думаешь?» — спросила я, ленясь отлавливать мысли. « — Да ни о чем», — тут же откликнулся он. « — А чего тогда такой кислый? Принцесска загрустила?» « — Очень смешно», — недовольно ответил он. « — Мне смешно, а ты унылое говно». « — Это сейчас к чему было сказано?» « — К реальности, мой дорогой, к реальности». Я и сама потеряла логику в своих ответах, так что для него вполне нормально не понимать, о чем я. « — Я тебя не понимаю». « — Почему?» « — Просто не понимаю», — в выражением аля ты даун пояснил он. « — Нет, почему ты не промолчал?» « — А должен был?» « — Ну, обычно, когда разговор доходил до этой стадии, ты замолкал», — сообщила я. « — А теперь нет. И что тут сверхъестественного?» « — Вот! Опять ты это делаешь! Задаешь лишние вопросы!» Он закрыл глаза, и я снова оказалась в освещенной темноте. И зачем? Что ему надо? — А просто поговорить нельзя было? — Ты имеешь что-то против? — он поднял бровь. А я так не умею. Обида. — Бровеподнималка…  — Что? — Ничего, — ответила я, не желая пояснять придуманное слово. — Насчет вопросов… Могу же я захотеть поговорить, верно? Я посмотрела на него округлившимися глазами. Чтобы Обито, да по собственной воле захотел поговорить со мной… Наверное, где-то вымерла деревня шиноби. — Не можешь, — ответила я с праведной уверенностью. — Это еще почему? — По кочану и по селедке! — сказала я, исковеркав старое доброе выражение. — Не можешь ответить, так и скажи… — посоветовал Учиха. Он протянул ко мне руку, но я отшатнулась. — Боишься? — спросил он с полуулыбкой. — Еще чего! — возмущенно воскликнула я. — Почему тогда шахараешься? В голосе послышалась издевка. Я разозлилась, но что могла сделать? Разве что попытать счастье, как в прошлый раз… Вспомнив инцидент, я хихикнула. Злость прошла, будто ее и не было. — Я не шарахаюсь, я отодвигаюсь подальше в целях ненасильственной самообороны. Надо было видеть, как вытянулось его лицо, но последующая фраза меня убила: — Удивлен, что ты знаешь такие выражения. — Придурок! Обито снова улыбнулся уголками губ. Я поняла, что разговор зашел в тупик и хотела уже что-нибудь ляпнуть, но он меня опередил. — Знаешь, всегда было интересно, почему ты так переживала из-за членов организации? Этот вопрос застал меня врасплох. Я не представляла, как выразить чувства словами и начала мякать. — Сформулируй для начала, — подсказал Учиха. — Ну, я не знаю как сказать. Я к ним привыкла, еще человеческие чувства, в моем мире такого не было… Вот все это вместе взятое и увеличенное в три раза, — кое-как объяснила я. — А за меня переживала бы? — Э? Этот внезапный вопрос вообще вывел меня из равновесия. Ты пугаешь меня, Обито, ты знаешь об этом? — Отвечай. — Не буду. — Что значит «не буду»? — Если ты задал вопрос, это не значит, что ты получишь на него ответ, — попыталась я выкрутиться. — Ты что, стесняешься? — в голосе опять появилась насмешка. Я вспыхнула. Голова горела как никогда. Он что, издевается? Смерти моей хочет? А, ну да… — Ты покраснела… — заметил он и улыбнулся, обнажая зубы. — Переживала бы, причем намного больше, чем из-за других! — сказала я. Лишь бы отстал! — Больше? — удивился Обито. — В отличие от других, с тобой я общалась, узнала тебя и даже немного понимаю. Я к тебе привыкла. Но не думаю, что мне пришлось бы переживать, ведь я всего лишь дух в твоем теле, так что если бы умер ты, умерла бы и я. Хотя о чем это я, я уже мертва! — Не думаю, что ты умерла, — заметил Учиха. — Почему? — я нахмурила брови, пытаясь сообразить, о чем он. — У тебя живые глаза. — О, да, весомый аргумент. Я показала ему «класс» в подтверждение своим словам. — Глупая… — Обито грустно посмотрел на меня. — Ты жива, просто пока еще сама этого не поняла. — Сам-то понял, что сказал? — спросила я, покрутив пальцем у виска. — Понял. А вот ты пока что нет. Но ничего, придет время, и ты поймешь. — А что я понять-то должна? — не унималась я. — Ты поймешь. — Скажу, когда узнаешь… — проворчала я. — Что? — Ничего. Этого выражения он и правда не поймет, потому что смысла в нем, как во мне здравомыслия. И вот что он только имел ввиду? Что я должна понять? Что я жива? Я мертва, и он это прекрасно знает, только вот почему-то верить не хочет… Упрямо твердит, что я жива. Но жива лишь моя душа, а сама я мертва! Хотя… Стоп! Я, кажется, поняла, о чем он! Тело — всего лишь оболочка для нас. Тогда получается, что я — это моя бессмертная душа, то есть, я жива! — Обито… — не успела я договорить, как он обнял меня. -… Я поняла… — Наконец-то… — прошептал он. — Что… Что ты делаешь?.. — тихо спросила я, пребывая в высшей стадии шока. Ничего не сказав, он отстранился и так же молча растворился. Я снова увидела мир глазами Учихи. Мне надо было подумать над его жестом внимания. Он что-то имел в виду или минутная слабость?