Мужчина, который попал

Когда милые друзья закончат пить мою кровь Когда будущую жизнь начнёт считать господь Я скажу - возьми обратно человечью плоть Я хочу быть просто деревом на вольном ветру Хорошо быть деревом на вольном ветру Что за жизнь начнётся когда я умру... (с) Лора. Хорошо быть деревом

      Когда Лариска вся извелась и почти полностью спряталась у Скоморохова за пазухой, Мишка остановился и присел за каким-то деревом. Поле кончилось и он находился теперь в подлеске.       - Беги обратно, к Денису, - шепнул Михаил крысе, опуская её на землю.       Просить Ларису дважды не пришлось – едва лапы её коснулись травы, как крыса ртутью выскользнула из рук и почти моментально пропала из вида. Хмыкнув, Мишка достал из сумки шприцы со слабо светящимся содержимым.       - Врата Начала, - пробормотал Мишка, снимая защитный колпачок с одного из шприцов, всаживая иглу себе в бедро и впрыскивая алую жидкость в тело.       Сердце гулко стукнуло в груди и, как будто, забилось сильнее. Тело наполнилось такой силой, какой в нём ещё никогда не было.       - Врата Исцеления, - чуть громче сказал Михаил, всаживая в бедро шприц с оранжевой жидкостью.       Трава вокруг его тела начала тревожно шелестеть, будто хотела предупредить о чём-то, предостеречь.       - Врата Жизни, - вслух сказал Скоморохов.       Жизнь была жёлтой. Она огнём пронеслась по венам и артериям и обдала жаром кожу. Мужчина достал следующий шприц.       - Врата Боли, - выдохнул он.       Боль была синей. Этот цвет напомнил Мишке нитку, которой мать когда-то, давным-давно пришила к его школьной рубашке ту самую пуговицу... Сила наполнила тело Михаила до предела. Он посмотрел на оставшиеся два шприца – с сиреневой и голубой жидкостью. Шесть врат из восьми. Больше его химики не смогли синтезировать. Скоморохов покатал ампулы по ладони и убрал обратно. Пока хватит. Он и так на пределе.       - Чуть позже возможно, - сказал он вставая.       Кагуйя нашлась почти сразу – за очередным рядом деревьев. Девочка стояла, повернувшись лицом в сторону приближающегося Мишки. Она очень сильно изменилась со времени их последней встречи. И она сильно отличалась от той Кагуйи, которую показывали по телевизору. На экране она казалась совсем маленькой, но здесь, в полумраке, среди деревьев, принцесса выглядела гораздо взрослее. Сейчас ей можно было бы дать все пятнадцать. Она стала выше, округлились бёдра, поднялась грудь. Кагуйя сменила свою старую одежду на какой-то балахон, что только придавало ей сходства с той Кагуйей, из манги. Глаза её преобразились в полноценный бьякуган, рожки заметно удлинились, волосы окончательно побелели. Разве что брови были не тщательно выщипанными кружочками, а самыми обыкновенными, как и у всех людей, бровями. Сердце у Мишки гулко ударило в груди, когда он заметил на лбу принцессы вертикальную полосу намечающегося третьего глаза.       - Дядя? – Удивлённо выдохнула Кауйя. – А где Игорь? Я явно почувствовала его недавно.       - Его здесь нет, моя дорогая племянница, - сказал Миша. – Есть только ты и я. Я восстал с того света, чтобы остановить тебя. Ты ошибаешься. Ты совершаешь ошибку.       - Я спасаю Марс! – Выкрикнула принцесса. – Я останавливаю войну.       - Ты делаешь только хуже, ослабляя сильнейшие страны мира. Они ведь могли и договориться. А теперь почти на равных с нецивилизованными, дикими странами, которые только и мечтают о том, как бы урвать побольше чужой земли и ресурсов.       - Позже я примусь и за них, - холодно ответила Кагуйя.       - Да пойми же ты, насилие никогда не приводило к миру, - развёл руками Мишка. – Ты убила очень много людей, которые тоже не хотели войны, которых ждали дома и любили.       - На Марсе тоже много людей, которых кто-то любит, - прошипела Кагуйя. – А я люблю всех их.       - И в чём проявляется твоя любовь? – В том, что ты нарушаешь волю отца и делаешь всё, чтобы перекрыть поставки на Марс?       - Поставки не прекратятся, - мрачно ответила принцесса. – Я позабочусь об этом.       - Как?! – Выкрикнул Михаил. – Поработишь всю Землю и угрозами и шантажом, а то и вовсе превращением в марионеток, заставишь людей отправить все ресурсы на другую планету?       - А хотя бы и так! – Выкрикнула Кагуйя. – Теперь, когда у меня есть подобная сила, я могу и такое. И никто мне не помешает. Даже ты дядя с твоими жалкими потугами стать сильнее. Не сомневайся, теперь я убью тебя наверняка. Чтобы ты не воскрес. Ты не поймаешь меня на один и тот же трюк!       От Кагуйи во все стороны разошлась, подобно взрыву, волна чакры. От этой волны валились, вырывались из земли вместе с корнями деревья. Над лесом поднялась стая перепугано галдящих птиц, которые стремились убраться как можно дальше от опасного места.       Ноги гудели от напряжения, но Мишка стоял. Руки, поднятые на уровень лица, едва защищали от ветра. Как только напор чакры спал, Скоморохов бросился вперёд, выращивая из правой руки длинные, тонкие и гибкие корни-верёвки. Он почти схватил Кагуйю, когда принцесса испустила ещё одну волну чакры. Михаила отбросило назад на несколько метров и поволокло по земле. Но вскоре он остановился, зацепившись корнями.       - Всё это бесполезно, дядя, - ехидно сказала принцесса. – Ты слишком слаб, чтобы что-нибудь мне сделать.       В этот момент из земли вокруг Кагуйи вырвалось не меньше десятка корней, которые начали стремительно оплетать тело принцессы. Она вскрикнула, зажмурилась, а в следующую секунду из её тела выступило множество костей-ножей, которые моментально перерезали путы.       Выругавшись, Мишка отторг корни, встал на ноги и сложил руки в печать сосредоточенности. Рядом с ним возникло три его клона. Скоморохов и его клоны разбежались, окружая Кагуйю. Та поспешила выдать новую волну чакры. Мишка воспользовался этим, чтобы залечь на земле. В сгущающейся темноте его не должно было быть видно. Клонов смело почти моментально, что заставило мужчину раздосадовано зашипеть.       - Где ты прячешься, дядя? – спросила Кагуйя. – А, впрочем, не важно!       Она ударила по земле и та пошла трещинами, разломилась на множество отдельных частей. По краям прогалины, образованной волнами чакры начали тлеть поваленные стволы, давая, пока слабый свет.       - Я вижу тебя, червь, - презрительно сказала принцесса, показывая пальцем на своего дядю, лежащего на земле.       - Хих… хих… - сказал Мишка, вставая.       Его правая рука поднялась так, будто он хотел почесать спину, но замерла, так и не завершив движение. Мужчина секунду постоял, покачиваясь, а в следующий миг прыгнул вперёд с такой силой и скоростью, что Кагуйя едва успела увернуться. Приземлившись на все четыре конечности, Михаил приготовился к следующему прыжку. Его цель была очень близко. Надо было только обездвижить её на какое-то время, чтобы наложить печать.       Две тонкие, разрезающие всё волны чакры понеслись прямо на Мишку. Тот едва смог увернуться, упав на спину на землю. Когда он поднял голову, то обнаружил, что рядом с Кагуйей возник новый, но до боли знакомый силуэт.       - Я не позволю тебе переселить в неё монстра Орочимару, - ледяным голосом сказал Игорь, направляя в сторону Скоморохова светящийся от чакры меч. – Я не позволю тебе нанести ей вред! Я убью тебя!       С этими словами Игорь крутанулся вокруг своей оси. Волосы его взметнулись лисьим хвостом. А в сторону Мишки полетела целая серия разрезающих всё на своём пути потоков чакры.