Stal og lidenskab

Легкая дымка тумана устилала мощенные камнем улочки Новиграда, на которые упрямо пробивался желтоватый свет окованных традиционными узорами фонарей. Стражники несли свои посты, сменяясь через каждые три часа у главных ворот и зданий. Город заметно ожил после исчезновения призраков в округе, о которых так любезно позаботился Ламберт пару недель назад. Теперь мужчины могли спокойно протрахивать свои денежки в борделях, а шлюхи набивать карманы, если таковые вообще имелись в их распоряжении, звенящими золотыми монетами. Жизнь потекла своим чередом. Неспешно шагая по переулку, Геральт бросил взгляд и теплую улыбку на знакомый дом, на верхнем этаже которого горел свет, проливаясь на улицу через украшенное какими-то рисунками окно. Мужчина на пару секунд остановился, помедлил, выбирая путь. В этом самом доме вот уже несколько лет жила одна сновидящая с милым прибожком, которого ведьмак не стал прогонять в свое время, а оставил своевольничать, но только внутри. Корина Тилли и Маленькая Сара звали его к себе несколько месяцев назад. Соскучились. Белого Волка тронуло это предложение, но сейчас он приехал в Новиград не за тем. Может быть, позже. Геральт направился через темные переулки дальше в город, обходя стражников стороной и избегая подозрительных личностей. После того, как он в очередной раз «позаботился» о ноге Дийкстры, спасая Филиппу, тот уж слишком сильно на него разозлился и поклялся при следующей встрече «похоронить ведьмака в выгребной яме». Белый Волк решил, что ему пока рано умирать и направился прямиком в самый дорогой бордель города. «Пассифлора» была увенчана множеством обольстительных скульптур, показывающих всю красоту женского тела, и цветниками, источавшими многогранный аромат букетов. Стоило только оказаться на территории борделя, как в голове начинало сладостно туманиться, а по телу разливалась приятная, тянущая нега, обещавшая вполне естественное в таком месте желание. Однако стоило помнить, зачем Белый Волк сюда пришел. Неделю назад ведьмак получил письмо, разливающее в воздухе слабый аромат камелии и пылавшее характерным жаром, стоило только взять его в руки. Белый Волк на минуту потерял способность двигаться, моргать и дышать. Внутри пробежал странный холодок, а потом резким взрывом по венам вместо крови потекло желание. Придя в себя и развернув пергамент, Геральт убедился, что чутье его не обмануло. Письмо было от Цири. Первое за три года. И, как не удивительно, просила она о помощи. Вспоминая те мгновения, ведьмак вошел в «Пассифлору», то ли предвкушая, то ли страшась того, что предвещает встреча. Три года прошло с тех пор, как он видел Цири последний раз. Научив ее всему, что знал сам, и дав почти отцовское напутствие, мужчина расстался с ведьмачкой, разъехавшись в разные стороны на перекрестке. Геральт надеялся, что его совсем не родительские, вдруг проснувшиеся чувства поутихнут и забудутся, если он не будет видеться с Цири, но все старания покатились в бесполезную кучу, когда в голову ударил слишком знакомый аромат камелии. В борделе было слишком много разных запахов, чтобы можно было уловить аромат ведьмачки, не сосредотачиваясь. Белый Волк заставил себя этого не делать. Он огляделся по сторонам, припомнив, что в прошлый раз это место отличалось буйством алого бархата, а сегодня этот цвет страсти сплелся с темно-синим шелком, что, как оказалось, вызывало разгул ощущений в разы сильнее. - Геральт из Ривии? – почти шепотом произнесла одна из куртизанок, оказавшаяся позади ведьмака и взявшая его за руку. - Мы знакомы? – повернувшись, с улыбкой спросил мужчина, пробежав по телу женщины глазами и чуть остановившись на аппетитных бедрах. - Нет, - она покачала головой и на секунду прикрыла глаза, справляясь с томным напряжением, которое вызывал один вид Белого Волка. Скрыть сожаление, что мужчина не ее клиент, она не смогла. – Маркиза Серенити просила о вас позаботиться, как только вы появитесь. Идите за мной. Она выпустила его руку и, соблазнительно раскачивая бедрами, стала подниматься по ближайшей лестнице, ведущей на второй этаж в роскошные комнаты для вполне понятных удовольствий. Геральт беззвучно шел за куртизанкой, ловя себя на мысли, что был бы не прочь отдохнуть часок-другой со столь привлекательной особой. «Пассифлора» привлекала клиентов с первого взгляда. Поднявшись по лестнице и дважды свернув направо, они оказались в богато украшенной комнате, в которой золото сочеталось с алым бархатом в невероятных композициях, придавая этому месту полный страсти и жажды характер. Куртизанка тут же закрыла дверь снаружи, оставив ведьмака одного. Мужчина не успел осмотреться, его чувства пронзил аромат камелии, терпким слоем стоявший в комнате. Ведьмаку показалось, что пол, покрытый ворсистым ковром, моментально отдалился, а потолок начал давить сверху с такой силой, что подкашивались колени. Но стоило дверному замку издать характерный щелчок, как из-за шторы, стуча каблучками, выбежала девушка с пепельными волосами, собранными сзади в замысловатый пучок, больше походивший на распустившийся цветок, в красном платье куртизанки, которое давало возможность любоваться прямой ножкой до самого бедра, а сверху обнажало грудь настолько, что еще немного и скрывать уже было бы нечего. - Геральт! – восторженно вскрикнула Цири, обнимая ведьмака и прикрывая глаза от нахлынувшего счастья. – Я боялась, что ты уже не приедешь. - Разве я мог? – прижимая к себе девушку, с нежностью произнес Белый Волк, вдыхая запах ее волос, кожи. Сейчас она была так близко, но, как и три года назад, оставалась недостижимой, далекой от Геральта. - Надеюсь, я не оторвала тебя от дел, - добавила ведьмачка после недолгого молчания, когда насладилась объятиями мужчины. – Не знала, к кому еще стоит обратиться с такой… - Не говори глупостей, - перебил ее Белый Волк. – Ты правильно сделала. К тому же, - он слегка улыбнулся, - я скучал по тебе. - Я тоже по тебе скучала, - ответила она, не скрывая неподдельную любовь в голосе. У Геральта защемило сердце. Он смотрел на девушку, стоявшую перед ним, и не мог поверить, что после всего, через что им пришлось пройти, именно так судьба решила распорядиться разрозненными путями их жизней. - Как ты меня нашла? – прервал он тишину. - Я слышала про стаю брукс в Скарстене, - пожала плечами ведьмачка. - Люди говорили о Белом Волке, вот я и решила попытать счастье, пока ты не уехал далеко. – И тут Цири заметила удрученный взгляд мужчины на себе и поспешила объяснить столь нескромный выбор одежды. – Я позвала тебя не просто так. Мне нужна помощь. - Говори, - кивнул Геральт, не сумев проглотить ком в горле. - Кто-то похищает девушек из «Пассифлоры», а наутро их находят мертвыми на главных улицах. Без единой капли крови. - Вампир, - утвердительно произнес ведьмак, поморщившись. - Да, но дело не в этом, - покачала головой девушка. – С одним я бы справилась, но, боюсь, что эта тварь здесь не одна. - Ты сказала, что тебе нужна помощь, - напомнил Геральт. - Нужна, - кивнула Цири. – Все убитые девушки подходят под один типаж: светловолосые, с зелеными глазами и каждая в красном платье. - Значит, ты так вырядилась, чтобы приманкой быть? – недовольным тоном спросил Белый Волк, складывая руки на груди. - Вампиров же надо как-то выманить. Я – приманка, а ты прикрываешь. Или что, - она одернула подол платья, еще сильнее обнажив бедро и лукаво улыбнувшись, - я тебе не нравлюсь? Тут комнату пронзил ее мелодичный смех, который зазвенел у ведьмака в голове. У него итак ком стоял в горле с момента их встречи, а теперь дар речи и вовсе пропал. Он не мог оторвать глаз от Цири, которая, прикрыв глаза, продолжала смеяться. Казалось, для нее сама мысль об отношениях с Геральтом была несуразной и невозможной. Ведьмак устыдился собственных мыслей. Ведь ему хотелось, чтобы девушка считала иначе. Забытая всеми богами пещера под скалами наполнялась гулким эхом, разносящимся по длинному туннелю вглубь горы. Звук падающих в подземное озеро капель превратился в нагнетающую какофонию однообразия, лишь изредка нарушаемую порывами ветра снаружи. Настенные факелы не зажигались, по меньшей мере, несколько лет. Все свидетельствовало о том, что это место идеально подходило для подыхающего кровопийцы, которого иногда подкармливают молоденькими девушками дружки с такими же клыками. Рангар сделал шаг по направлению к пепельноволосой девушке, подвешенной за железные кандалы к отвесной скале, облизывая пересохшие, потрескавшиеся губы. Он уже десять минут поглощал Цири взглядом, старался подвергнуть ее типичным вампирским фокусам, но воля пленницы была сильна, и у старого, вконец обессилевшего вампира ничего не выходило. Терпение Рангара не было безграничным, а молодая кожа, свежая кровь так и манили. В мгновение он оказался рядом с Цири, а она даже не вздрогнула. Вампир смотрел в ее глубокие зеленые глаза, обрамленные чернотой подводки, и не видел в них даже толики страха или отчаяния. Пепельноволосая пленница смотрела на монстра с вызовом, презрением. - Неужто ты совсем не боишься? – удивился вампир, опуская заостренные ногти на женское плечо. – Не чувствуешь страха? - А кого бояться-то? – усмехнулась Цири. – Тебя? А поживее никого нет? – она закатила глаза. - Ты же рассыплешься не сегодня – завтра. - Твоя кровь поможет этому не случиться, - прошептал он девушке в самое ухо, исследуя рукой грудь Цири. – Но ты такая сладкая… - его высохшие губы оказались на ее шее, припадая к ней в каком-то диком, неестественном поцелуе. – Такая нежная… Его рука заскользила с женской груди на низ живота, а потом мгновенно оказалась у пепельноволосой девушки на бедре. Цири слабо задергалась, чувствуя, как силы оставляют ее, как каждая клеточка тела обмякает, не желая сопротивляться этому монстру. - Убери от меня свои руки! – из последних сил выкрикнула ведьмачка, но походило это скорее на безжизненный стон умирающей жертвы. Она уже не могла сопротивляться странному поглощающему гипнозу, который применял к ней Рангар, когда его лицо начало расплываться перед ней. - Ты этого не хочешь, - мужской шепот донесся откуда-то снизу. – Тебе нужно другое, - теперь звук шел сверху. Вампир, оказавшись совсем близко, медленно обрисовывал языком странный силуэт на шее Цири, попутно оцарапывая бедро острыми, твердыми ногтями. - И мне тоже. Ведьмачка с тихим стоном уронила голову набок, прикрыв глаза. Она чувствовала, как жизненная энергия оставляет ее, сменяясь сонным дурманом, который внушает ей Рангар. Девушка ощущала на своем теле его морщинистые, иссохшие руки. В какой-то момент все прекратилось. Несколько секунд в пещере царила абсолютная тишина, даже вода перестала капать в озеро. Сердце Цири бешено заколотилось, но вырванных мгновений не хватило, что ведьмачка пришла в себя. Старые руки подхватили ее снизу и рывком уложили на холодный шершавый камень, скользкий от тины. Вампир навалился сверху, хрипло и отрывисто дыша. Ногтями он разорвал на девушке платье и откинул бесполезную алую ткань в сторону, оставив Цири в корсете и сверкающей бижутерии, тонкой полоской прикрывающей «райские врата». - Меня не обманешь, - смеялся Рангар, быстрым движением впиваясь в нежную шею ведьмачки острыми клыками. Она тихо застонала, почти заскулила, словно раненный щенок. – Ты не похожа на шлюху. Одной рукой вампир разорвал тесемки на своих изношенных штанах. Урвав первую порцию сладкой крови, он вытер губы тыльной стороной ладони и еще ближе склонился к девушке, разведя ей ноги умелым движением коленей. Цири не сопротивлялась, она почти погрузилась в транс при помощи чар вампира. - Тебя когда-нибудь трахали, малышка? – продолжал скалиться Рангар, предвкушая момент наивысшего наслаждения, когда можно будет одновременно познать горячее лоно и сладкую кровь пепельноволосой девушки. Теперь, когда его организм принял живительный нектар, силы понемногу возвращались к мужчине. - Отвали от нее! – заорал Белый Волк, звеня серебряной сталью ведьмачьего меча. Луна, прогулявшись по острому лезвию клинка, полыхнула в глазах Геральта. Он сделал шаг вперед. Каждое его движение ознаменовалось ледяным спокойствием, но чем ближе подходил ведьмак, тем яростнее и очевиднее становился его гнев. - Ронал! Айгрен! Ко мне! – спохватился Рангар, поняв, кто пришел по его жизнь. - Прикончите его! Но ответом вампиру была тишина. Геральт бросил вперед две отсеченные головы других вампиров, которых звал Рангар. Он попытался подняться с Цири и бежать, чтобы спастись, но вдруг почувствовал обжигающую боль в левом боку. Опустив глаза, вампир увидел клинок, по рукоятку всаженный в тело, и горящие зеленые глаза пепельноволосой девушки. - Гори в аду, тварь! – прошипела она и скинула с себя мужчину. Свалившись с камня, Рангар вытащил клинок и отбросил его в сторону, поднявшись на нетвердые ноги. Казалось, вид собственной крови вызвал у него головокружение и неразбериху. Он не верил, что может быть ранен. Геральт продолжал медленно наступать, не сбиваясь с ритма. Цири села на камне, чувствуя, что не сможет устоять на ногах, если попытается встать. - Ах ты, чертова ведьмачья сука! – завопил вампир на девушку, но тут же его внимание переключилось на Белого Волка, которому явно не понравились эти слова. – Постой! – взмолился Рангар. – Не убивай меня. Я тебе заплачу! У меня много золота. Я могу помочь… - Хочешь помочь? – почти вежливо, но со сталью в голосе поинтересовался ведьмак, оказываясь совсем рядом с вампиром. – Тогда сдохни уже! Взмах меча. Лезвие рассекает кожу, бьет кость. Отрубленная голова летит в озеро. Вода окрашивается в кроваво-красный цвет. - Геральт, - тихо позвала ведьмака Цири, когда гнев его поутих. Белый Волк повернулся и кинул взгляд на почти обнаженную девушку. Посмотрел на лоскутки, оставшиеся от красного платья куртизанки. Не раздумывая, мужчина сорвал со спины плащ с капюшоном, в котором прибыл в город, и, подойдя к ведьмачке, накинул его ей на плечи. - Пойдем отсюда, - спокойно произнес Геральт. Однако, вместо того, чтобы предоставить Цири идти самой, ведьмак бережно взял ее на руки и пошел прочь от этого зловонного места. Девушка положила голову ему на грудь и прикрыла глаза, облегченно вздохнув. Для нее этот день почти закончился, а Белому Волку еще предстояло справиться с мыслями. Опоздай он всего на полминуты, задержись подольше у городских ворот, сверни не в тот тоннель в каналах пещеры, и эта тварь добралась бы до Цири. Тогда бы Геральт не позволил ему умереть так легко. Его муки были бы страшнее всех ужасов, которыми пичкают монстров в детстве, даже солнечный свет показался бы вампиру спасением по сравнению с тем, что сотворил бы с Рангаром ведьмак. - О чем ты думаешь? – сонным голосом спросила девушка, не открывая глаз. Это заставило мужчину выбраться из собственных мыслей. Он уже вынес Цири из пещеры и теперь направлялся прямиком к Плотве, которая мирно паслась всего в ста шагах от входа в тоннели. - Надо было сразу идти за тобой, а не дожидаться, когда появятся две других твари, - сквозь зубы процедил он. - И тогда все было бы напрасно. Убийства бы продолжились. Ты сделал то, что должен был, - ведьмачка подняла на мужчину глаза, убрав голову с его груди. – Со мной же ничего страшного не случилось. - Я должен был… - Я уже не ребенок, - перебила Белого Волка Цири. – В больших городах случаются маленькие неприятности. Главное, что теперь все спокойно. Оставшуюся пару минут до лошади они не разговаривали. Ведьмачка не горела желанием обсуждать ход свершившегося дела. Уж она-то не сомневалась в том, что Геральт успеет вовремя. Чего не сказать о самом Геральте, которому едва хватило времени, чтобы подоспеть. И все же на помощь она позвала именно его. Не Ламберта, не Трисс, не Эскеля, а Геральта из Ривии, готового отдать собственную жизнь за пепельноволосую девушку. Рядом с ним Цири чувствовала себя по-другому. За годы в разлуке она перестала воспринимать его как отца, хотя это странное чувство началось еще на Скеллиге. Она не хотела признаваться в этом даже самой себе, но правда подпирала горло. - Я не знал, что ты берешь заказы в крупных городах, - заметил ведьмак, усаживая еще не окрепшую ведьмачку на лошадь. - Приходится, - пожала плечами девушка, все еще витавшая в собственных мыслях. - Жить-то ведь на что-то надо. - Я довезу тебя до корчмы, в которой ты остановилась. Утром заберешь награду и… держись подальше от больших городов, - забираясь в седло, произнес мужчина. - Кто знает… - Ты уедешь до рассвета? – разочарованно спросила девушка. - Ведьмаки редко путешествуют вместе, - пожал плечами Белый Волк, у которого внутри все содрогнулось от интонации ведьмачки. Хорошо, что она сидела позади и не могла видеть его лица. - Не оставляй меня, - попросила она, прижимаясь к широкой спине Геральта. – Возьми с собой, куда бы ты ни ехал. - Цири… - измученно произнес он. - Геральт, - твердо перебила его девушка. – Я хочу поехать с тобой. И в этот момент у ведьмака отлегло от сердца, но лишь на долю секунды потому, что потом начался резкий укор самого себя. Не было смысла искать причины, по которым рядом с Цири мир меняется, приобретает странные оттенки и разрывается на множество маленьких осколков. Она – его Предназначение. Смысл его жизни. Линия его сердца и судьбы. Теперь, даже если бы захотел, Белый Волк не смог бы оставить Цири. Он любил ее. - Геральт, - донесся до него голос девушки, - вернись на землю. - А? Что? – покачал головой ведьмак, срывая с себя дымку раздумий, которая все решила за него. - Может, поедем уже? – улыбнулась она. Они тронулись с места и рысью направились в город. Цири больше не сомкнула глаз. Сидела, прижавшись к спине Геральта и обняв его под плечи, как делают любовницы, утомленные после долгой ночи страсти. Этот жест не вызвал у девушки никаких предрассудков или нестыковок с положением. Теперь она знала, чего хотела. А Белый Волк все думал, что ведьмачка по-прежнему относится к нему, как к отцу. И это съедало его изнутри, подрывало то благородство, кое было ему присуще. Он не знал, что Рангар соблазнял своих жертв, принимая образ мужчины, который был мил их сердцу. Не знал ведьмак и того, что вампир, вкусив кровь Цири, принял облик самого Геральта. Не знал Белый Волк, что Цири любила его, и расставание три года назад отразилось раскаленным железом по женскому сердцу.