Потерянный родственник

      Когда терпеть пробивающиеся сквозь темные занавески солнечные лучи стало невыносимо, девушка заставила себя окончательно проснуться. Отчего-то ей казалось, что этот день будет таким же посредственным, как и вчерашний – проигнорировав утренний прием пищи, Рен отправится на ежедневную тренировку, измотает себя до потери пульса, а потом с трудом доберется до кровати и позволит истощенному организму восстанавливать чакру, однако хватило одного взгляда за окно, чтобы понять, что день сегодня выдался на удивление ясным.       Солнце стояло высоко над головой, когда девушка покинула свою обитель. И как ни странно, не было этой вездесущей белой мглы, окутывающей деревню, благодаря которой она и получила свое название.       – Очень подозрительная погода для Киригакуре, – подумала куноичи, прежде чем сделать пару шагов в сторону реки. На мгновение ей показалось, что это гендзюцу врага, но даже успокоив себя тем, что ни одна посторонняя чакра не ускользнет от ее сенсоров, девушка с неким беспокойством в сердце направилась к водоему.       Сколько она себя помнила, погода здесь всегда была пасмурная – надоедливый моросящий дождь, беспросветные тучи и вечный туман, являвшийся неотъемлемой частью Кири. Лишь пару раз в год солнце выглядывало из-за облаков, чтобы погреть жителей Мизу но Куни, но когда и если такое случалось, то длилось несколько дней, и все жители деревни дружно радовались эдакой благосклонности небес.       Солнечные зайчики бегали сквозь кроны деревьев и приятно радовали глаз. На минуту даже исчезло желание тренироваться – хотелось просто разлечься на мягкой влажной траве и наслаждаться таким редким днем, что впоследствии и сделала Рен. Ноющие после вчерашней изнурительной тренировки мышцы поблагодарили хозяйку, когда та в расслабленной позе улеглась у самого берега.       – Наверное, сегодня стоит отдохнуть, – вслух прикинула куноичи, закрыв глаза. – А то если и сегодня так перенапрягусь, то точно не встану с кровати следующие пару дней.       Щебет птиц, резвившихся в лесу, и шелест листьев сливались в одну прекрасную мелодию, которая вкупе с легким ветерком уносила вдаль мысли, а вместе с ними и уколы совести о незапланированном и непозволительном отдыхе.       Однако внезапно появившаяся чакра шиноби на опасно близком расстоянии от девушки заставила ее вернуться в реальность и принять оборонительную стойку. Рен лихорадочно пыталась понять, как она не заметила чакру врага, да еще и такую мощную. Неужели она провалилась в сон на мгновение? Внимательно всматриваясь в гущу деревьев, Рен ожидала нападения: летящих кунаев, сюрикенов, сенбонов, чего угодно, но не спокойного вышедшего из тени деревьев старика. По внешнему виду – светло-зеленому кимоно, такого же цвета штанам и красному хаори – нельзя было определить принадлежность к какой-либо деревне. Куноичи терпеливо ждала атаки и внимательно наблюдала за каждым движением противника, пока ее взгляд не достиг протектора на лбу, не указывающего ни на один знак какурезато, но четко определяющего, что его носитель – с горы Мьёбоку.       – Гама-сеннин? – Рен выпрямилась, вглядываясь в черные глаза мудреца и красные линии на щеках, силясь понять, какими судьбами свел их сегодняшний день.       Джирайя же не нарушал тишины и молча продолжал рассматривать куноичи – алые волосы, обрамляющие круглое лицо, были той же длины, что и у Кушины шестнадцать лет назад, проницательные глаза-хамелеоны, которые достались девочке от мамы, сейчас всматривались в старика и ждали объяснений. А Джирайя и рад бы, да только глаз не мог оторвать от точной копии бывшей джинчуурики. Он наблюдал за ней и раньше, но только издалека, а расстояние не позволяло ему увидеть унаследованные черты родителей так близко.       – Нами…, – спустя некоторое время, не сдержавшись, проговорил саннин. – Ты так похожа на свою маму.       Рен изменилась в лице – брови хмуро сдвинулись к тонкой переносице, образовывая едва заметную складку на лбу.       – Не может быть, – подумала девушка. На мгновение перед глазами перенеслась вся жизнь, по крайней мере, та, которой она могла быть, будь у Рен родители. Тайна, окутывающая ее детство, не позволяла узнать девушке, отказались ли они от нее или погибли. А может, отец бросил семью еще до появления Рен на свет, а мать умерла при родах – в приюте сказали лишь то, что она была подкидышем. Быть может, это единственный шанс, когда ей удастся зацепиться за тоненькие нити прошлого. Девушке отчаянно хотелось верить во все происходящее с ней сейчас, однако было одно «но», вернувшее ее с небес на землю.       – Меня зовут не Нами, – с трудом изрекла девушка. – Я не та, кого Вы ище…       – Нет! – перебил ее саннин. – Может, сейчас тебя так и не зовут, но это имя было дано тебе при рождении, – собеседник выжидающе глядел на Рен. Заметив, как слегка дернулись брови и округлились глаза, он продолжил:       – Я понимаю, что нет ни одной причины, по которой ты можешь мне верить, но, тем не менее, все, что я скажу сейчас – чистая правда.       – И что Вы скажете? – внутренняя интуиция сомневалась в достоверности слов непонятно откуда взявшегося шиноби, но любопытство заодно с закравшейся в сердце надеждой одерживали верх.       – Шестнадцать лет назад у Четвертого Хокаге и его жены родились сын и дочь, которых они назвали Наруто и Нами. Жена Хокаге, Узумаки Кушина, была джинчуурики девятихвостого демона лиса. При родах печать, сдерживающая его, ослабла, и он вырвался на свободу, разрушив часть Конохи и убив многих шиноби. Но твой отец спас свою деревню, запечатав одну часть биджу в тебе, а другую – в твоем брате, Наруто.       – Они живы?! – не дав старику договорить, выкрикнула Рен. Девушка думала, раз отец спас целую деревню, значит, и сейчас они с матерью живы, но не укладывалось в голове лишь одно. – Почему тогда я здесь?       – Они запечатали демона в вас, потому что это было единственным, что им оставалось делать… . Погибли, защищая вас двоих и деревню.       – Погибли, значит, – губами прошептала куноичи, собственно, и не обращаясь к старику. Вот и спала завеса, так долго вызывавшая одни лишь бесконечные вопросы и не дающая ответов.       – А тебя в ту ночь похитили, – продолжил Джирайя, поняв, что Рен пытается осознать услышанное только что. – Конечно, Третий незамедлительно отправил за тобой лучших ниндзя, базирующихся на выслеживании преступников, но ваш след словно исчез. Вас искали и на следующий день, и на день, следующий за ним, но безрезультатно. Подключили даже другие скрытые селения шиноби, однако и это не помогло в твоих поисках. В конце концов, они прекратились.       – Похитили?!       В голове совсем не укладывалось столько новой информации – дочь Хокаге, есть брат, еще и джинчуурики, как она, родители все-таки мертвы, и в дополнение ко всему, ее похитили, когда она только родилась! Сердце подсказывало, что этому старику можно доверять, но его версия прошлого Рен отнюдь не вязалась с той историей, которую ей рассказал Тоби.