Любовь вторична

Это была холодная суббота. День вроде бы и выходной, но в графике Тецуи он числился как рабочий. Поэтому на станцию она отправилась только после того, как отработала положенное время в магазине. Из вещей у нее неожиданно насобиралось целых пять сумок. Данный факт стал новостью даже для самой Тецуи, ведь она и не догадывалась, что, оказывается, располагает немалым имуществом. И пусть «имущество» было относительно дешевым, но его было много. Проводить ее на поезд пришли все. Не было только Рико с Хьюгой и Момои – девушки решали что-то в Меян, а Джумпей застрял в пробке. Но даже без них компания была шумной и большой. Изначально Акаши хотел отвезти Куроко на своей машине, но в свете последних событий, а точнее из-за кучи внезапно нагрянувшего народа, решили взять такси. Иначе маленькую Тойоту бы просто раздавили. Машина домчала друзей до пункта назначения за сорок минут, Ацуши даже успел задремать за это время. В автомобиле говорить было неудобно, зато на вокзале парни отрывались во всю. Одно за другим сыпались приглашения в гости, на дни рождения и просто тусовки, обещания приехать самим и предложения скатать куда-нибудь всем вместе. Все чувствовали надвигающийся момент ее отъезда. Все знали, что уже не смогут с ней увидеться так просто, от нечего делать. Все ощущали эту подавляющую ауру грусти и печали. Но они продолжали улыбаться, потому что знали, все их слова – не пустое сотрясание воздуха. Это были не просто дежурные приглашения и обещания, они все их претворят в жизнь. Когда Кагами и Мурасакибара помогли Куроко занести сумки внутрь вагона, настал так яростно оттягиваемый момент прощания. Теперь никто уже не улыбался и не шутил, неподходящее было время. Только Аомине пытался подбодрить подругу в своей обычной манере: - Ну не грусти ты, - он сграбастал Тецую в объятья и прижал к себе. – Это всего лишь каких-то триста километров. - Триста шестьдесят восемь, - поправил Мидорима, но получил недовольный взгляд от друзей и замолчал. - Мы будем скучать, Куроко-чи, - Кисе казался расстроенным больше всех. Хотя, быть может, все дело было в его живой мимике, и он никогда не стеснялся выражать открыто свои эмоции. Рёта потоптался немного у съежившейся от холода фигурки Тецу и тоже полез обниматься. А за ним потянулись и Мурасакибара с Кагами. - Куроко, звони нам почаще, - наставлял тем временем Тайга. – Только реально звони, а не как в прошлый раз. - Обязательно, - выдавила из себя улыбку девушка. - Куроко-чи, я до сих пор не верю, что ты уезжаешь! - Кисе, убери от него свои лапы! - Но, Аомине-чи… - И не ной. Совсем стал как баба. Ацуши с недоумением смотрел на эту картину препираний и определенно не понимал всеобщей грусти. По его мнению, такой уж сильной беды в том, что Тецуя решила сменить место жительства не было. Он так и сказал девушке: - Ки-чин любит устраивать трагедии, - он тяжело вздохнул, как будто самолично выслушал все душевные переживания Рёты. – Но вообще-то все останется, как раньше. Мы еще не раз увидимся, Куро-чин. В ответ Тецуя подарила ему благодарный взгляд. В нем все было понятно и без слов. А Шинтаро лишь подтвердил сказанное: - В самом деле. Развели тут сопли, как будто вам по пять лет. Можно подумать, вы больше никогда не встретитесь. Тут несчастных пара часов езды, а ревете, словно она в Сибирь переезжает. - Это где? – шепотом уточнил Кисе у Кагами, но в ответ получил пару задающихся тем же вопросом глаз. - Мидорима-кун прав, - кивнула Тецуя. – Я буду часто приезжать в Токио. - Вот, - удовлетворенно кивнул Шинтаро. - Но это не одно и то же, что жить здесь! – не сдавался Кисе. - Идиот, - дал подзатыльник блондину Дайки. – Ты видишь, она и так расстроена. Зачем нагнетаешь? - Я не специально же, Аомине-чи! - Это все, конечно, хорошо, - вмешался вдруг Акаши. – Но синкансэн отправляется через пять минут. - Уже? – все взглянули на табло со временем и погодой, информация на котором подтвердила сказанные слова. - Что ж, дайте и мне попрощаться, - повернулся Сейджуро к Тецуе и протянул ей свою руку. – Мы еще увидимся, Куроко. Надеюсь, что при лучших обстоятельствах, - и уже тише добавил. – Желаю тебе счастья. Ты многое перенесла, чтобы заслужить его. Она с некоторым сожалением пожала протянутую руку и выдохнула морозным облачком свой ответ: - Спасибо. Я никогда не забуду то, что ты сделал для меня. Ей хотелось обнять его, как и остальных. Но почему-то она не могла этого сделать. Она не хотела отпускать его руку, не хотела уходить, зная, что уже не увидит его на следующий день. Но время текло своим непрерывным потоком. Куроко очнулась, только когда Кагами напомнил об отправлении. Тогда она с сожалением выпустила теплую ладонь Акаши и зашла в вагон. Синкансэн тронулся в путь. А Тецуя пыталась разобраться в себе. Почему-то перед глазами стояла картинка после того случая в магазине. Она тогда думала, что не станет встречаться с человеком, которого не сможет полюбить. Но что она вообще знала о любви? Какая она? Что это за чувство? Она любила своих родителей, и их потеря разрывала ее душу в мелкие клочья, заставляла захлебываться отчаянием и отрицать реальность. Это был ее кошмар. Бесконечный лабиринт страданий, в котором она блуждала, не находя выхода. Вот во что превратилась ее любовь. И сейчас, покидая Акаши, с которым прожила достаточно долгое время, она испытывала нечто похожее. Это бесконечная тоска по человеку, который навсегда выгравировал свой образ в ее душе. Он был так близко, он был так нужен. Он сделал все, чтобы уменьшить ее боль. Тецуя не знала в мире человека благороднее. И никем теперь так не восхищалась. Его протянутая рука была с ней всегда, даже когда она сама рьяно отказывалась от помощи. Но он ее не покидал. Наверное, он даже лучше знал, что в тяжелые времена было ей необходимо. Ни один человек так не заботился о ней. Стоило потерять его, чтобы понять это… И теперь, уезжая, она чувствовала горечь не от того, что не смогла равноценно отплатить ему тем же, а потому что такой как он остался где-то позади. Где-то в ее прошлом. Было больно, что она даже не смогла сказать, каким все это время для нее он был нужным. Но теперь уже поздно. Этот куплет жизни остался позади, что на душе только добавило печали. Не это ли те самые чувства, которые она так хотела ощутить? Не эта ли сдавленная боль в груди называется любовью? Не от того ли так грустно, что хочется остаться с ним навсегда? Почему она решила, что не умеет любить? Вибрация телефона в кармане привела задумавшуюся девушку в чувство. Она механически сняла блок и прочитала входящее сообщение. Акаши Сейджуро: «Напиши, как доберешься до Киото». И снова его забота. Она была даже здесь, уместилась в паре слов сообщения, но была трогательна до слез. Еще одна вибрация возвестила о новом СМС. Акаши Сейджуро: «Мне будет тебя не хватать». Зачем он присылал это? Чего хотел добиться? Быть может, он просто испытывал что-то похожее, но не мог все просто так оставить. И Тецуя ему написала. Набрала текст, нажала отправить и сразу же выдернула блок питания из мобильного, отключив телефон. Это было совсем ей не свойственно, но она не хотела читать его ответ. Она боялась его читать. Потом, когда наберется смелости, она соберет телефон обратно, но сейчас не сделает это ни за что… Куроко Тецуя: «Я люблю тебя».