Усмирить Главного Дракона

*** Артур. POV Что за черт! Мы уже полчаса как пытаемся выбраться из леса, но я упорно не могу найти дорогу. Казалось бы, вот здесь должна быть тропа, ведущая к Камелоту, но нет, мы снова возвращаемся на поляну, где разговаривали. Мы ведь даже недалеко уходили в лес! Но с каждым шагом я только сильнее запутываюсь. Ты, разумеется, тоже не сможешь найти дорогу, ведь ты в двух соснах потеряешься, Мерлин! Совсем как девчонка… Девчонка. Моя девушка... Безумие! Ты опускаешь глаза, стоит мне встретиться с тобой взглядом. Боишься смотреть на меня? Почему, Мерлин? Я сделал тебе слишком больно? Мне и самому больно. Я чувствую себя убитым. Ну что за черт! Почему я не могу выбраться из этого дурацкого леса?! Тут до меня и доносится голос. Поворачиваюсь и вижу их. Две фигуры – два друида. Они одеты в длинные плащи, с закрывающими лица капюшонами. Но стоит мне обернуться к ним, они откидывают их. И Один из них – совсем старик, с залысинами надо лбом, и длинной грязно-седой бородой, другой – еще совсем мальчишка, с кудрявыми волосами и голубыми глазами. И они… опасны. Потому, что они – маги. - Сам принц Артур, Эмрис, очень рады вас видеть, такая честь! – откровенно иронизируя, говорят они, но до меня не вполне доходят их слова. Я слишком взбешен тем, что они посмели напасть на нас. - Вы кто такие? Что вам нужно? – спешиваюсь с коня и выхватываю меч, собираясь вступить с ними в схватку. До меня доносится серебристый смех мальчишки, одним движением кисти выбивающего меч из моих рук. Паршиво. Стоило прислушиваться к словам отца повнимательнее. На пустом месте он бы впадать в панику не стал. - Эмрис, объясни своему принцу, что противиться бесполезно. – Говорит старик, и я наконец понимаю, что он обращается к Мерлину. - Меня зовут Мерлин. – отвечает он. - Не нужно пытаться меня обмануть, Эмрис. Ты же знаешь, что не сможешь обмануть друида. Тем более с такими силами, как у меня. Я прекрасно знаю, кто ты такой. – обращается старый пень к Мерлину, не обращая ровным счетом никакого внимания на меня. Приехали! - Что вам нужно от нас? – вопрос Мерлина. - Трон Камелота. – ответ старика. Я по прежнему не при делах. Пользуясь случаем, стараюсь незаметно подобраться к мечу. Ну а вдруг удастся удержать на этот раз! - Вы его не получите! - Кто же нам помешает? Ты – главный защитник Камелота, и ты в моей власти, Эмрис. А принц Артур… мы в любой момент можем убить его. - Только подойдите к нему! – Мерлин, соскакивает с коня, подходит ко мне, словно бы защищая. Спасибо, Мерлин, про меч я могу забыть. Но это ладно. Мерлин – этот невинный тоненький юноша – защищает меня. Мне кажется, или у мира поехала крыша? - Мы не станем пока убивать его, Эмрис. Мы предлагаем тебе сделку. Принц Артур отказывается от трона, после чего ты вступаешь в наши ряды, и мы отпускаем твоего сюзерена живым и здоровым. К королю Утеру, причинившего всем нам столько зла, это, само собой, не относится. Мы хотим построить здесь другое королевство – королевство магов, магии, и ты, Эмрис, мог бы стать одним из соправителей, с твоей-то силой. А Артур… Он может быть твоим слугой. - Никогда! Слышите, мой ответ – нет! - Очень жаль, Эмрис. Что здесь вообще происходит? Старик нападает на Мерлина, запускает в него могущественным заклинанием, но… глаза моего слуги неожиданно вспыхивают золотом, и он… принимает бой. Мерлин – маг?! Да что за хрень?! В который раз за сегодня я не дьявола не могу понять, что творится вокруг меня. Так быстро, что и уследить не успеваешь. *** Мерлин. POV Этого я всегда и боялся. Что вся моя магия окажется не в силах защитить тебя. Что ты узнаешь о ней. И посмотришь на меня такими глазами. Все еще хуже. Я был готов к чему угодно, ненависти, отчуждению, отвращению. Но не к презрению… - Понятно теперь, что это на меня нашло. Всегда есть куда хуже и куда больнее… - Я ничего не делал, Артур. - Так я тебе и поверил. Вот и все. Конец. Хотя о чем это я, нам и так конец. Все кончилось, когда к старому да малому добавился какой-то жабец в юбке, назвать… это… женщиной у меня язык не поворачивается при всем уважении к почтенному возрасту жабца и силе, которой она… оно… обладает. На рассвете нас принесут в жертву какой-то непроизносимого названия хренотени. Надо было соглашаться хоть для вида! Хотя бы для того, чтобы выиграть время! Но все во мне восстало против того, что я услышал. Я был уверен, что справлюсь. Спасу. Все остальное в тот момент было не имело никакого значения. Молчим, сидя в самых дальних друг от друга концах каменного строения, в котором раньше не знаю, что было, а сейчас хранят сено. Похоже на бывшую, очень бывшую мельницу. - Эмрис, стало быть, - нарушает мертвенную, давящую тишину твой голос и мне кажется, что я воспаряю над землей от радости, не смотря на все звучащее в нем ледяное презрение. Ты заговорил со мной… - Я – Мерлин, Артур. Артур должен понять, что я хочу сказать этим! - Я не знаю тебя. Среди знакомых мне людей нет не одного с именем Эмрис. Мерлин был один. Я думал, что знал его. Думал, что любил. Каждое слово бьет наотмашь. Я чувствую себя избитым до смерти, когда ты замолкаешь. - Прости… - шепчут губы, которых я почти не чувствую. Но продолжаю чувствовать на них твои… Снова молчание, которое я не решаюсь прерывать. Если бы ты хотел, все понял бы сам. Заметил бы хотя бы то, что я выдал себя перед тобой, желая только одного – чтобы ты жил. Убьешь меня потом… Что ж… Такая жизнь мне и не нужна. Где я значу для тебя так мало. Артур поднимается, снова начинает кружить по периметру злым пойманным зверем. Напрасно. Мы еще в прошлый раз убедились, что выхода отсюда нет. Что наложенные заклятия не дают вырваться нам на волю, я убедился так же. Вечер сменяет все быстрее подступающая ночь. Посланным на наши поиски ни за что не разыскать нас. Еще земной поклон жабцу с ее мощными чарами. - Артур, я никогда не делал ничего во вред никому! Тебе – в первую очередь! – разрывает молчание мой глухой выкрик, вырвавшийся вдруг из самой глубины души. - То есть, приворожить меня ты решил мне же во благо, ну да, ну да. – окатывает меня ледяная волна твоего презрительного смеха. - А я-то удивляюсь, как полный дурак, чего это на меня нашло! Посмеялся, доволен, Мерлин? В запале ты называешь меня Мерлином, не замечая того, и мне хочется от этого плакать. Боги, какое же это, оказывается, счастье, просто услышать, как ты снова зовешь меня по имени! - Я не… - А знаешь что, - неожиданно резко поднимаешься ты на ноги и идешь в мою сторону. Я настолько не ожидал этого, что инстинктивно начинаю вжиматься спиной в стенку позади при твоем приближении. Несущем угрозу. Я чувствую это. От тебя идет волна ледяной ненависти… Мне не страшно умереть. Вдвойне, втройне, потеряв тебя, на пороге твоей кончины, собственной. Но мне страшно видеть тебя таким по отношению ко мне. – Не так ты плохо и придумал. Хоть будет чем развлечься перед смертью. Как именно ты собираешься развлекаться, становится понятным по тому, как ты расстегиваешь и сбрасываешь на пол куртку. Я не знаю, что я чувствую. Чего я чувствую больше – ужас или счастье, в возможность которого перестал верить. *** Артур. POV Маг! Рубануло наотмашь, перерубая грудь мечом. Маг! Сердце ухнуло куда-то вниз, безвозвратно. Маг! Ты – маг! Мой любимый, мой мальчик, мой Мерлин… Эмрис. Ты околдовал меня, приворожил! Бьет по мозгам, ударяет по тому месту в груди, где было сердце, в самую душу. Обманул. Предал. Все сплошная ложь! Так вот почему я воспылал к тебе желанием. Вот почему! Зачем тебе это? Спрашиваю. Ненавижу, когда ты начинаешь оправдываться, начинаешь просить прощения. Ненавижу! Ты околдовал меня! Заставил сгорать от страсти, переживать это безумие! Желать. Но все это было обманом. Все! С самого начала, каждое слово! Зачем тебе это, чего ты хотел? Трон? Власть? Влияние? - Эмрис, значит… - Медленно растягиваю это новое, чужое имя, надвигаясь на тебя и развязывая тесемки на штанах. Приблизившись, дергаю тебя на себя и впечатываю в ближайшую стену, прижимаясь всем телом и подхватывая под ягодицы, остервенело кусаю в шею. Ты дрожишь подо мной. Ничего не возражаешь, не отталкиваешь. Почему ты так покорен, Мерлин? - Ты приворожил меня. Теперь наслаждайся! – Бросаю я, кидая тебя на пол и наваливаясь сверху. Снимаю с тебя одежду, платок, рубаху, развязываю штаны. Ты ничего не говоришь. Только смотришь. Резким движением раздвигаю твои ноги в стороны. Я… хочу… войти в тебя. Проникнуть в твое тело. Но… Как? Ты же не девушка, Мерлин! До меня доносится твой голос. Ты шепчешь: - Войди в меня, Артур! Прошу… Как? Единственный выход, единственное неприспособленное для этого отверстие... Неловко притрагиваюсь, обвожу его пальцами, проникаю внутрь. Нет! Слишком узко. Что делать? Войти в тебя, не так уж все и отличается от девушки! Но тебе будет больно! Меня не должно это волновать, но я не могу не думать об этом. Как быть? Да как с девушкой! Ну, почти как. Сплевываю на руку, пробую просунуть второй палец, подготовить. Ты вздрагиваешь, но принимаешь его. Так, осторожно, вводя пальцы один за другим, начинаю двигать ими в тебе, стараясь расширить стенки. Я вижу, что тебе все равно больно, ты не удерживаешься и стонешь, но стон боли неожиданно сменяются стонами наслаждения, ты начинаешь двигаться мне навстречу. Тебе так приятно то, что я делаю? Почему, Мерлин? Надеюсь, это не из-за того, что ты – маг. Хмыкаю про себя. Не могу, не хочу и не собираюсь продолжать это долго. Врываюсь в тебя, резко, грубо. Иного ты вообще с твоей ворожбой не заслуживаешь! - Артур… - Шепчешь, притягивая меня ближе. - Артур… - Сильнее сжимаешь мои плечи. - Артур… - Обнимаешь меня ногами, когда я начинаю двигаться в тебе. Безумно хочется целовать тебя, покрывать поцелуями веки, плечи. Но… Не могу. Не хочу. Ты меня околдовал! Двигаюсь, все размашистее, сильнее, чаще. Животный ритм, животная страсть. Совершенно новые, упоительно-пьянящие чувства, захлестывают с головой, лишают остатков разума. Ты вскрикиваешь от удовольствия. Кричишь мое имя. Наклоняюсь. - Как давно ты маг, Мерлин? – Шепчу я, целуя, почти кусая твои губы. - Всегда! – Кричишь ты, а потом я чувствую, как ты изливаешься, пачкая наши животы, ни разу даже не притронувшись к себе, и следую за тобой следом. - Я люблю тебя. – Шепчешь. - Ты околдовал меня. – Отвечаю. - Артур, ты не можешь всерьез в это верить. – Говоришь ты, отталкивая меня от себя. Впервые. - Хотя… Ты прав. Я приворожил тебя, но напутал с заклинанием и нечаянно сам приворожился. Я не мыслю своей жизни без тебя, с первого дня, пустоголовый! – Говоришь ты и мне следовало бы врезать тебе. Но не могу. Слишком привлекательны смешинки в твоих глазах. - Я всегда использовал свою магию для тебя, Артур. Только для тебя. Если бы я хотел, я бы согласился править вместе с этими, но я предпочел сидеть тут вместе с тобой. Неужели ты не видишь, как сильно я люблю тебя? Разве мог я, любя тебя всей своей душой, сделать хоть что-нибудь… хоть как-то… против твоей воли… - Мерлин задохнулся, не в силах подыскать нужных слов. - Но… Мерлин… - Не могу сказать, что твои слова не кажутся мне логичными. Как-то даже ущемляется гордость – ничего себе, сам колдун, сам любит, но не на столько, чтобы простенький приворот потрудиться сварганить! Какой же ты лентяй, Мерлин! Повезло мне со слугой! Повезло… С любимым и любящим человеком… - Я люблю тебя больше жизни, Артур! Пойми же ты уже наконец! - Замолчи. – надменно кидаю я, но вопреки собственным словам, тону, каким все было сказано, принимаюсь целовать тебя, со страстью впиваясь в твои губы. Мой возлюбленный – маг. Это не укладывается у меня в голове. Еще меньше чем то, что он возлюбленный, а не возлюбленная. Парень, а не девушка. Которого я люблю и хочу до полнейшего умопомрачения! - Я не привораживал тебя, Артур. – Говоришь ты, когда я отрываюсь от тебя. – Я просто очень-очень сильно люблю тебя. Не понимал, как сильно, как именно, пока ты не помог мне этого понять, за что я только благодарен тебе. Знал бы ты, что мне снилось, не далее, как прошлой ночью, здороваться бы перестал! - Я верю тебе, Мерлин! Я тоже. Слышишь? Я тоже люблю тебя! – смеясь, улыбаясь, говорю я в ответ, погладив тебя по щеке. Только я знаю точно, что теперь тебе нельзя вернуться в Камелот. Ты и не вернешься туда... Мы оба. Времени до рассвета и друидского жертвенного костра все меньше. *** Мерлин. POV - Тебе больно, Мерлин? – чувствую тепло твоего дыхания у самого уха. Еще теплее только от твоего вопроса, который тебе явно неловко задавать, потому шепчешь. Но теплее всего от звучащей в твоем голосе нотки вины. Улыбаюсь, мотаю головой, успокаивающе провожу рукой по твоей голове. Теперь мне это можно, сейчас можно. Будь я не парнем, а девушкой, ты задал бы мне этот же самый вопрос, потому тебе и сложно произнести его, но ты слишком хочешь знать, убедиться, что не навредил. И мне так счастливо от этого!.. Вновь чувствую твои пальцы, осторожно, бережно, ласково поглаживающие снаружи там, где я только что чувствовал тебя внутри. Это правда, я не чувствовал боли. Одно – желание. Желание тебя! Никуда не деться - чувствую себя сейчас твоей невестой, именно этого сравнения ты старался избежать, не желая задеть мою гордость своим вопросом. Но мне так самым странным образом так нравится это удивительно странное чувство… Я стал твоим. Я твой. Теперь мы навсегда вместе. Так можно сказать иначе. О чем-то таком говорил Килгарра… Он сам понял, чего сказал? А вдруг да… правда понял, и это я не понял тогда?.. Артур убирает руку, бросает машинальный взгляд на кончики пальцев, которые потирает таким же машинальным движением – они влажные от его семени. Рука замирает, Артур всматривается внимательнее, подносит ее ближе к глазам. Теперь вижу кровь и я. Немного, но она есть. - Какая первая брачная ночь без этого, если невеста была честной девчонкой, - шучу я, и вижу, как тебе сразу же становится легче. Мне тоже. Все так хрупко и сложно в таких странных отношениях… Но может быть просто и легко, если уметь обходить острые, могущие задеть углы. Ты ложишься на спину, перекладываешь меня к себе на грудь, легко гладишь по спине, мягко целуешь в затылок. - Здорово же меня удивила эта могущая заблудиться в двух с половиной соснах девчонка, когда выпрыгнула вперед защищать меня, - пробуешь пошутить и ты, и я тронуто, благодарно смеюсь. – Прийдется мне теперь на тебе жениться, Мерлин, как подобает честному человеку. - Так уж и быть, принимаю твои руку и сердце, Артур Пендрагон. Если лупить больше не будешь. - Ладно уж, уговорил, так и быть. Смеемся, целуемся, смотрим на подглядывающие за нами сквозь щель в высокой крыше тускнеющие звезды на недостижимо далеком небосводе. - Мерлин… - хочешь ты сказать что-то и осекаешься. Но я и так знаю, что ты решил не договаривать. Едва очнувшись от упоительно-сладкого дурмана, я сам то и дело возвращаюсь к этой мысли. И тем ни менее тебя заботит больно ли мне… - Так бы я и позволил тебе, Артур, убить меня и отправиться на муки в костре одному, - договариваю я за ним не произнесенное. В конце мой шутливый голос все же срывается, - Я сам думал о том, что мне прийдется убить тебя. - Что же заставило тебя передумать? Ты в прошедшем времени говоришь, Мерлин, - кое-как отшучивается Артур. - Вспомнил кое о чем. Назовешь меня идиотом, я даже не подумаю возражать. Но лучше нам поспешить, пока ночь не закончилась. Пора вставать и одеваться, ваше высочество. - Мерлин, ты что задумал? – не обманывает тебя наигранное веселье в моем зазвеневшем от напряжения голосе. Ты обхватываешь мое лицо ладонями, пристально вглядываешься в глаза. - Доверься мне, Артур, - тепло улыбаюсь я, еще мягче касаясь твоих губ распухшими от яростных поцелуев своими. - Ясно. Да запросто. Так и знал, что если еще хоть раз пересплю с тобой, совсем ума лишусь. - Было бы чего лиш… Ты обещал не драться! – оскорблено потираю обожженную твоей ладонью ягодицу. - Мы еще не женаты. И тут на нас нападает такой смех, что становится страшно, как бы нас не услышали наши тюремщики. Это так напоминает нам, как мы смеялись по утрам в твоих покоях, так же боясь быть услышанными. Чего боюсь я – их способности мысленного общения. Могут ли друиды влезать в чужие мысли, подслушивать на расстоянии? Вроде нет, как и охоты проверять это на личном опыте. Так что прийдется тебе довериться мне, Артур Пендрагон. - Ты… Не удивляйся ничему сейчас, ладно? – прошу я, едва мы принимаем надлежащий вид. - Мерлин, есть что-то, что я все еще о тебе не знаю? – подозрительно прищуривается мой возлюбленный принц, но в его взгляде уже зажглась надежда, вопреки становящемуся все более зримым для нас пламени жертвенного костра. Во взгляде Артура… вера в меня! Ничего лучшего со мной не может больше произойти никогда в жизни. - Сейчас увидишь. *** Никак не разберу, что тебя потрясло больше – когда я закричал, призывая дракона или когда тот появился. Что стало понятно сначала по воплям ужаса за стенами, отблескам пламени, а затем по деликатно снесенному кончиком драконьего хвоста углу нашей темницы. - Я последний Повелитель Драконов, - нарочито скромно потупился я, безрезультатно пряча улыбку и с величайшим трудом смех. Но видел бы ты, Артур, себя сейчас! Надеюсь, мне не прилетит от тебя за новое то еще вранье… К счастью, Артуру Пендрагону совершенно не до этого. Он складывает в уме два и два. На валлийском не только Артур означает «медведь», но и Пендрагон – «главный дракон». Говоря иначе «вождь», конечно. Но! Но лучше мне, пожалуй, не шутить на тему того, что лаской можно приручить даже такого зверя. Как Артур. Пендрагон. Я и с Повелителем Драконов определенно погорячился. - Даже не думай об этом! – разгневанно и так знакомо ткнулся мне в лицо указательный палец. Не сразу, но получил четыре. - Я и не думать не думал… - Мерлин! - Честно-пречестно! - Мерлин… - в голосе появляется предостережение, однако глаза уже смеются. В следующее мгновение ты заключаешь меня в свои медвежьи объятия и целуешь. Здорово же тебя потрясло все узнанное и увиденное, если на глазах постороннего, еще и дракона. - Одна половина не может ненавидеть вторую половину, - слышу я за спиной то, что уже слышал однажды. – Теперь и наступит то будущее Альбиона, о котором я говорил тебе, юный маг. - Теперь давай все по порядку. Нет, теперь надо уходить. Как можно дальше от Камелота, тебе там смерть. Уходим! Артур взволновал, все еще растерян, ошарашен, но я понимаю все, что он хочет сказать. Я ошибся – самый счастливый миг в моей жизни – этот! - Артур! Теперь все будет хорошо! Ты мне веришь? – крепко сжимаю его руки, пристально смотрю в глаза. Теперь ты слышишь все недоговоренное мною. Нам нет нужды бежать. Бояться нечего. Вдвоем мы справимся со всем! Наш Камелот, о котором сложат легенды и станут рассказывать сказки, ждет нас с тобой. Так нам предсказано! – Хочешь прокатиться на драконе? Ему нисколько не сложно подкинуть нас до дома. Килгарра возмущенно фыркает огнем, но даже мой принц понимает, что это он так шутит. *** Артур садится позади меня и перехватывает руками через живот, держит крепко-крепко. Боясь не последнего дракона, не питающего к Главным Драконам особо теплых чувств, не упасть сам, а что навернусь я. Его страх за меня, то, как он боится меня потерять, делает меня счастливейшим из смертных, как не диаметрально противоположные эти чувства, страх и счастье, не могущие вызывать одно другое. Удивительно, Артура нисколько не интересует, что он плывет по воздуху на живом настоящем драконе! Только то, что вверх тормашками с дракона полечу я. - Ладно, Мерлин, давай, выкладывай все остальное. - Да все, вроде. - Тогда рассказывай, что я пропустил. - Артур, это очень надолго. - Ничего, время у нас теперь есть. *** Именно так я все в глубине себя и чувствую. Что время у нас с Артуром теперь есть. Что его хватит на все. *** Для меня же это самое все – твои губы, касающиеся моего затылка. Твои крепко обнимающие меня руки. Весь мир. Другого мне ничего не надо. Ты, Артур. У меня теперь есть ТЫ.