Пёс, пёс, Баскервильский пёс...

С самого утра в небольшой квартирке на Бейкер-стрит царила скука. После завтрака Ватсон уткнулся носом в ноутбук и что-то активно строчил в блоге. Шерлок потерянно слонялся по квартире, то и дело беря в руки скрипку и тут же бросая — без головоломного расследования ему не игралось. Он попытался развлечься кроссвордом в утренней газете, но увидев, настолько примитивные там вопросы, бросил ее за диван. Он даже попробовал вникнуть в писанину доктора, но, прочитав восторженные комментарии какой-то экзальтированной девицы, возмутился и попытался втянуть того в спор, доказывая, что все было не так, как он пишет, и уж совсем по-другому, а не то, что они тут придумывают и обсуждают. Джон на возражения не реагировал, писал свои заметки, мечтательно улыбаясь растущему числу подписчиков. Шерлоку такое игнорирование совсем не понравилось. Он выхватил ноутбук и, убрав за спину, произнес:  — Мне скучно!.. — тон обиженного ребенка показал Ватсону, насколько его друг страдает. — Может, нам прогуляться возле Скотленд-Ярда, авось у них дело какое-нибудь серьезное завалялось, и они не могут сами его решить… Ватсон взглянул на тусклую пелену осеннего дождя за окном, прикинув, что ему совсем не хочется куда-то тащиться и бесцельно блуждать возле ворот полицейского управления. В такую погоду даже собаку жаль выгонять на улицу! Но, взглянув в тоскующие глаза Шерлока, Джон предложил: — А почему бы вам не позвонить инспектору Лестрейду и прямо его не спросить? — Во-первых, я гениален в своей специальности и хочу, чтобы инспектор считал, что я занят и, оказывая помощь, делаю им большое одолжение. А во-вторых… — Холмс затянул паузу, достойную Джулии Ламберт. — Что во-вторых? — не выдержал Джон. — А во-вторых, я уже звонил утром инспектору. У них сейчас затишье — ни убийств, ни громких краж. Те мелочи, что случились, они раскрывают собственными силами. Есть один висяк, над которым бьются три дня лучшие силы Скотленд-Ярда… — Тем лучше. Вот и предложите свою помощь. Я уверен, что вы блестяще раскроете это ужасное преступление. — Ватсон, вы не дослушали. Это ужасное преступление: пропавшая собака Перис Хилтон. Девушка была проездом в Лондоне и оставила пару своих любимиц в отеле. Служащие отеля «Хилтон» не уследили. Управляющий в отчаянии — если Перис вернется раньше, чем найдется ее чихуахуа, его уволят с волчьим билетом. Он обещал большую награду тому, кто найдет эту мелкую собачонку. Вот и носятся полицейские по всему Лондону в поисках пропавшего песика. Самое смешное — на взгляд полицейских, все мелкие собаки похожи. Они отловили с два десятка небольших бродячих псин. Надеюсь, вы не думаете, что я также буду заниматься поиском собак. — Наши бобби упорные, если собака в Лондоне, они ее рано или поздно, но поймают. В это время тренькнул звоночек — на электронную почту пришло сообщение. Ватсон выполнял при Шерлоке много функций: он был соседом-сожителем, летописцем-блогером, секретарем, помощником и даже агентом. Он проводил переговоры с желающими нанять гениального сыщика и получал оплату, так как бессребренник Шерлок занимался своим хобби только от любви к искусству и в борьбе со скукой. Он даже был готов сам приплатить, только бы распутать задачку посложнее. Но надо было чем-то оплачивать квартиру, покупать одежду, продукты, и даже виргинийский табак для трубки Шерлока подорожал. Джон взял в свои руки финансовую и рекламную часть дела. С того момента, как стали выходить «Записки о Шерлоке Холмсе» и его одноименный блог, о нем узнала уйма народа, и клиенты повалили толпой. Шерлок брался за самые интересные дела, обычные кражи его не интересовали. Все предложения поступали на почту к Джону, а тот их озвучивал. Шерлоку было лень возиться с компьютером, тем более, у Джона это лучше получалось. Шерлок вернул другу ноутбук, и Джон открыл сообщение, зачитывая вслух: — Лорд Баскервиль приглашает мистера Холмса посетить свой дом, Баскервиль-холл, что находится возле Дартмура, графство Девоншир. Требуется ваша помощь в поисках пропавшей очень ценной особи. Деньги на дорожные расходы и аванс в тысячу фунтов в случае согласия будут отправлены электронным платежом. При положительном результате гарантируется вознаграждение в сумме пяти тысяч фунтов. Ватсон был так потрясен, что потерял дар речи; но перспектива расследования, которое развлечет его друга и хорошо повлияет на банковский счёт, порадовали, поэтому он воскликнул: — Вот видите, никуда идти не надо, работа сама вас нашла! Интересно, кто у них пропал, что такие деньги предлагают. Наверняка кто-то важный: или молодая жена сбежала, или наследника выкрали. Иду собирать чемоданы — мы едем в Девон. — Ватсон, успокойтесь, никуда мы не едем! — Почему вы отказываетесь? Это вас развеселит. К тому же заказчик платит такие деньги! — Вот это и подозрительно. Во-первых, лорд Баскервиль никогда бы не стал писать про условия оплаты, он выше этого. Он бы отметил, что приемлет любую разумную сумму гонорара, и скорее описал бы условия проблемы: кто пропал, где, при каких обстоятельствах. Во-вторых, этот лорд никогда бы не снизошел до того, чтобы нанять Холмса. На прошлых выборах в Парламент именно Майкрофт со своей партией помешал ему выиграть и получить место депутата от Девоншира. Незыблемо: Холмсы — тори, а Баскервили — виги*. Это означает, что сообщение — не более, чем розыгрыш. Кто-то очень хочет, чтобы мы прокатились через полстраны на юг, а затем обратно. Поэтому мы будем дальше скучать. — Но а если правда выкрали наследника лорда и требуют выкуп? — Джон, какой вы наивный! Эти титулы давно ничего не приносят. Старинные дома требуют постоянного вливания денег для поддержания их в жилом состоянии. Если бы не туристы, которые приезжают на экскурсии и приносят кое-какой доход, эти древние замки уже бы давно обветшали, а аристократы — разорились. — Неужели лорд Баскервиль живет на деньги, поступающие от туристов? — Не только. Он еще разводит и тренирует охотничьих собак и лошадей. Там земли вокруг совсем неплодородные, но благородные господа приспособились — они закупают в питомниках сотни лис и осенью выпускают по десятку в неделю. А приезжим снобам что надо? Вообразить себя принадлежащим к элите. Вот и едут всякие нувориши поучаствовать в английской псовой охоте на лис. Баскервиль сдает напрокат хантеров — выезженных охотничьих лошадей, собак, натасканных гнать лису, и предоставляет пустошь в тысячу акров с десятком лис. Эту историю раскопали во время выборов; именно из-за жестокого обращения с животными он проиграл Майкрофту. Вдобавок его бизнес сильно пострадал — о нем узнали защитники природы из Гринпис и стали устраивать показательные пикеты у ворот. А когда еще облили краской парочку клиентов и их жен в меховых шубках… тогда стало совсем дурным тоном ездить к нему на охоту. — Шерлок, признайтесь, это вы раскрыли всю его подноготную? — Не буду скрывать — я. И для этого мне не пришлось выезжать из Лондона. Поспрашивал в обществе кого нужно, поискал рекламу в сети, предоставил Майкрофту полный расклад. А уж он их раскатал в тонкий блин! Политик — это страшная сила. — Тогда понятно. А теперь представьте, что у него выкрали самое дорогое. Он поспрашивал в обществе. Ему назвали имя самого успешного детектива — Холмс. Он поискал в сети — опять Холмс. Угадайте, чье имя он услышал, если решил спросить в Скотленд-Ярде? Правильно: Холмс. У человека трагедия, но помочь может лишь неприятель. Вот он и пытается как-то дистанцироваться, решить проблему с помощью денег. Он в отчаянии, если решил обратиться к вам. — Ватсон, вам бы романы писать. Этот Баскервиль — бесчувственная скотина. Не станет он так унижаться, обращаясь к ненавистному Холмсу, даже ради пропавшего сына. Готов спорить на фунт, что никто никаких денег не пошлет. Это просто уловка. — Хорошо, спорим! Если пришлют деньги — вы проиграли, мы беремся за это дело и едем в Девон. А если я ошибаюсь… — Если вы ошибаетесь, то всю неделю будете меня слушаться. Если скажу: «Идем гулять возле Скотленд-Ярда!», значит — идем и гуляем. Вы сможете только выбрать, какой зонт взять — синий или черный. Пари? — Пари! По рукам.