2AM

Какое-либо уединение было невозможным, поскольку я жила через дорогу от Гарри. Всякий раз, когда мы ругались и пытались игнорировать друг друга, всё, что нам необходимо было сделать – посмотреть через улицу, чтобы понять, был ли кто из нас дома. И прямо сейчас, к моему удивлению, Гарри дома не было. Когда пьяный Ной преградил мне путь, я не обратила внимания, что машины Гарри нигде не было видно. В какой-то степени я беспокоилась о нём. У Гарри был очень вспыльчивый характер, и я знала, как его разозлить; сегодня вечером я очень сильно его разгневала. Последнее, чего я хотела, чтобы Гарри попал в какую-нибудь неприятность из-за меня. После того, как я помогла Ною подняться по ступенькам к моей входной двери, мне практически пришлось тащить его спать. К счастью для меня, к тому времени, как мы вернулись в мою квартиру, Ной был больше не в состоянии что-либо делать. По тому, что я наблюдала, клянусь, он почти завалился в фойе и заснул. Но к его сожалению, я заставила его подняться по лестнице в мою постель. Я хотела раздеть его, чтобы он комфортно спал, но как только его голова ударилась о подушку, он погрузился в глубокий сон. Что ж, ладно. Я знала, что после сегодняшнего вечера мне будет тяжело заснуть, тем более, что пьяный Ной всегда храпел, поэтому я переоделась в одну из его футболок и решила заварить чай. Когда я поставила чайник на плиту, то оказалась в полном оцепенении. Я бродила по кухне, думая о том, насколько мне плохо, что мне нужно сходить в магазин, и почему я всё ещё с Ноем. Не в настроении размышлять о таких глубоких и запутанных вещах, я села за барную стойку и стала записывать список желаний и потребностей. Хочу: кого-то, кто заботится. Кого-то любящего. Потребность: стабильность. Уважение. Чёрт, подумала я, когда нацарапала слова в блокноте и смяла бумажку. Это не то, о чём ты должна думать в этом время ночи, упрекнула себя я. Но как бы я не старалась, мои мысли всё время блуждали по этим вопросам. Почему я была с Ноем? Почему Гарри так ненавидит его? Почему он всегда прав? Почему я просто не могла послушать его с самого начала? Если бы я это сделала, то точно не получала бы новые синяки каждый день. Но будучи такой упрямой, я никогда не воспринимала советы, которые мне давали. С тех пор, как моя мать нарушила один совет, который я считала невероятно важным; всё, что тебе нужно – любовь. Если это была истина, то почему мой отец сидел в тюрьме за любовь к моей матери. Почему я повторяла историю и позволяла Ною бить себя, когда я делала что-то такое, что выводило его? Почему в моём списке потребностей не было любви? Потому что любовь – это ещё не всё, что тебе нужно, – сказала я себя. Тебе нужно гораздо больше, чем любовь. Любовь не утоляет; думаю, это страстное желание, которое никогда не может быть осуществимо. Видите ли, когда я была младше, мой отец избивал мать и говорил, что делает это потому, что любит её. Чем старше я становилась, тем сильнее верила ему. Первый мальчик, поцеловавший меня, сразу же ударил меня, поскольку я не позволила ему зайти дальше; мне было семь лет, из-за этого я считала, что он любит меня. Первый парень, сказавший, что любит меня, страдал из-за меня, потому что я сказала ему, что это ничего не значит, если он не докажет мне; мне было пятнадцать лет, я не верила ему, потому что он никогда не поднимал на меня руку, а для меня именно это было символом любви. Первый парень, с которым я переспала, пообещал мне, что всегда будет рядом, чтобы заботиться обо мне, и что он никогда не хочет видеть, что мне больно; мне было четырнадцать лет, и по сей день он единственный парень, которому я доверяю всем своим сердцем. Как бы это ни было ужасно, я никогда не доверяла Ною. Встречаться с ним было похоже на наркотик. Всё, что мы делали, каждый раз, когда мы целовались, или когда мы были вместе, я ощущала оцепенение. Наверное, поэтому я реагировала не так, как должна была на его измены и взрывы гнева; я цепенела. И в некотором смысле, думаю, единственная причина, по которой я была с ним, была исключительно в этом. Я боялась, что быть с кем-то, кто действительно заботится обо мне, может слишком ранить. Я начинала испытывать эти чувства, которые испытывала и к Гарри, к другим, и, в конце концов, я оставалась лишь с болью и с глубоким горем. Не то, чтобы Ной не причинял мне боли, – потому что бог свидетель, причинял, – но он никогда не вызывал у меня горя; поскольку в глубине души я никогда его не любила. Уверена, сначала любовь была, но в ту минуту, когда он поднял на меня руку, всё, что я считала любовью, исчезло, и я заполнила пустоту ложью и другими наркотиками. Всё, что притупляло боль, было моим лучшим другом. Что угодно или кого угодно, заставляющего меня забыть о боли, я держала при себе. Но как только всё становилось слишком серьёзным или беззаботные развлечения превращались в глубокие разговоры, я отталкивала их. Например, Гарри. Хотя он был моим лучшим другом, и никто не мог оторвать нас друг от друга, я была близка к нему, поскольку любила то, насколько весёлыми были наши отношения. Поэтому когда всё становилось серьёзным, как сегодня, я снова отступала назад, чтобы притупить в себе все чувства, из-за этого я вернулась домой с Ноем; я больше не хотела страдать. И хотя теперь я знала, что если он бьёт меня, то это не значит, что он меня любит, что-то в нём заставляло меня держаться за него. Что-то в моём сердце цеплялось за него как клей. И ни за что в жизни я не могла определить, что именно. Свист чайника вернул меня в реальность. Я переместилась к другой стороне стойки и сняла дымящуюся кипящую воду с конфорки, быстро щёлкая переключатель. Заварив себе сладкий чай, я даже не заметил, как загорелся свет в доме Гарри напротив. Как раз когда я собиралась закрывать шторы, в окне гостиной появился Гарри, сопровождаемый миниатюрной рыжеволосой девицей с ресницами размером с Техас – очевидно, ненастоящими. Закатив глаза, я продолжила закрывать занавески, но на секунду остановилась, когда Гарри бросил на меня взгляд, но вместо ухмылки, которую я ожидала увидеть, он слегка нахмурился. Но так же быстро, как случилось, всё исчезло и заменилось на губы той, которую я теперь буду называть Гермионой. Я предупреждала вас на счёт этого парня. Злиться ли он, счастлив или грустит – если честно, любая сильная эмоция, – он идёт и находит любую легкодоступную вагину. Глубоко вздохнув, чтобы стереть тревожные мысли о моём лучшем друге, связанным с некой, похожей на женскую версию Рональда МакДоналда, девицей, я села на табурет и допила оставшийся чай в покое. — Детка? — послышался хриплый голос с тускло освещённого дверного проёма. — Ммм? — ответила я, переводя своё внимание от окна с занавеской. Ной стоял при входе на кухню в одних боксерах и носках, прислоняясь к стене, почти спящий. Если бы не сияние луны и частично падающий свет от дома Гарри через дорогу, я бы даже не заметила, что Ной хмурится. На часах было 2am (п.п.: два часа ночи). Всё казалось более спокойным, более расслабленным ранним утром. Даже Ной выглядел менее устрашающим. Нахмурившись, глядя на то, каким расстроенным он был, я с беспокойством спросила: — Что случилось? — Я проснулся, а тебя нет в постели, — вздохнул он, потирая затылок. Несмотря на то, сколько боли причинил мне этот человек, когда он протянул мне руку и предложил подняться наверх, лечь спать, моё сердце затрепетало, а мысли растаяли. Я не стала мыть кружку, а просто взяла Ноя за руку и позволила ему отвести меня в постель. И как только мы легли рядом друг с другом, Ной поцеловал меня и пожелал спокойной ночи, а я казалось, вдруг забыла весь ад, через который он заставил меня пройти на этих выходных, и прижалась к нему.

***

К тому времени, как наступил понедельник, события пятницы полностью стёрлись из моих мыслей вместе с субботними. Воскресенье было для меня туманным днём, поскольку я делала задания. Ной ошивался рядом, за исключением нескольких странных деловых встреч, но кроме этого всё вернулось к нормальной жизни, как и всегда. И поскольку Ной не собирался сидеть весь день дома, я решила, что нам с Лили нужно потратить время на себя. После того, как мы сделали все процедуры с волосами, мы решили направиться в наш любимый маникюрный салон. http://www.polyvore.com/cgi/set?id=82720969 Несмотря на то, что мы обе были слишком далеки от типичных девчонок, мы наслаждались такими вещами, как архитектура бровей, уход за волосами и маникюр, хотя обычно мы уже всё портили в течение нескольких дней. Пока я позволяла мастеру по маникюру массировать мои руки, я с удивлением наблюдала за Лили, которая выбирала между двумя оттенками розового, и смеялась, когда мастер накрасила ей половину пальцев, она стала внимательно исследовать её. — Я передумала, — она прикусила губу, когда мастер тяжело вздохнула. Я закатила глаза и самым саркастичным тоном, на который была способна, проговорила: — Сделает ли это работу лучше? После насмешливого вздоха и игривого удара в руку, мы с Лили засмеялись, а затем перешли к обсуждению её фиаско «друзей с привилегиями» с Лиамом. — Так скажи мне ещё раз, почему ты согласилась на это? Посмотрев на меня так, словно я задала самый тупой вопрос в мире, Лили парировала: — Он красавчик. Да! — Лил, только потому лишь, что он красавчик, не значит, что тебе нужно прыгать на него как на мешок с костями. Что не так с нормальными отношениями? Мы говорим о Лиаме. Он подобен самому милому ребёнку, — подчеркнула я. — Я не знаю, Эс, — вздохнула она и продолжила, — я просто не думаю, что он захочет чего-то серьёзного, понимаешь? Я имею в виду, как долго мы его знаем? — Со старшей школы. — Именно, — воскликнула она. — И за это время, сколько серьёзных отношений у него было? — Три, — с гордостью ответила я, мысленно похлопывая себя по спине за то, что знаю правильный ответ. — Правильно! И из этих трёх девушек, скольких мы знали? — Не знаю, — я пожала плечами и нахмурила брови, — двоих, может быть… к чему ты клонишь? — расстроено спросила я. Лили вновь вздохнула и продолжила: — Я хочу сказать, что Лиам лишь немногих просит стать его девушкой. И о тех, о ком он действительно заботится, он рассказывает нам. Ты, правда, думаешь, что я тот тип девушек, которые соответствуют этим стандартам? Потому что давай посмотрим правде в глаза, Эс… я не та девушка, которую захочешь привести домой и познакомить с мамочкой. Я та девушка, от которых мамы советуют держаться подальше, — она засмеялась, но похоже я не поняла юмора. Меня огорчило, что Лили охарактеризовала себя таким образом. Наверное, она была похожа на меня в каком-то смысле – никогда не чувствовала себя, что она достаточно хороша, поэтому соглашалась на меньшее. И хотя всё, что она говорила, должно было быть очень весёлым, я знала, что в глубине души она в это верит. Честно говоря, мы с Лили не были таким типом девушек, которых приведешь домой, познакомить с семьёй. Не потому что мы были на одну ночь, или на какие-то короткие отношения, но потому что мы были по большей части разбиты и сломлены. Никто из парней не хотел хлопотать и собирать нас по кусочкам, так что они просто были с нами до тех пор, пока в один прекрасный день не появлялся кто-то лучше нас; кто-то, у кого всё было хорошо. В то время, как моя семья была длинной чередой ужасного обращения, у Лили была длинная череда обидчиков в сексуальном плане. Хотя она никогда бы этого не признала, в молодом возрасте Лили изнасиловал близкий человек и из-за этого она по сей день вариться в этом. По большей части это не проблема, но бывают дни, когда она очень расстроена, и оказывается в неправильной постели с неправильным парнем, который просто не принимает слово «нет» в качестве ответа. Если бы я могла назвать, сколько раз мне звонили, чтобы забрать Лил из какого-то уличного угла, то я бы написала об этом книгу. Несмотря на всё это, Лили была самым умным и самым милым человеком, которого я когда-либо знала. И эта небольшая «игра», которую она вела с Лиамом, заслуживала того, чтобы стать нечто большим. В конечном счёте, я знала, что так и будет. Пока она не испугается и не отступит, прежде чем всё начнётся. Мы изменили тему на более лёгкую, ожидая, когда высохнут наши ногти. Когда всё было сделано, мы заплатили девушкам и ушли. Наши планы на ранний ужин дрогнули, когда мы столкнулись с двумя очень потными парнями, которые держали в руках спортивные сумки, а один из них держал ещё и футбольный мяч. — Всё в порядке, малышки? — спросил Найл с яркой улыбкой, наклоняясь, чтобы обнять меня. — Убери от меня свою потную грудь прежде, чем я расцарапаю тебя, — засмеялась я, отталкивая его пальцем. Найл лишь рассмеялся, а Гарри потянул меня за ладонь, чтобы посмотреть мой свежий французский маникюр. — И подумать только, что вы девчонки лепите это на свои… — Ой! — огрызнулась я, шлёпнув его по руке, чтобы он замолчал и не продолжал это предложение. — Сохрани свои капризные мысли для Пеппи Длинный Чулок, мистер, — усмехнулась я, вспомнив рыжую, которую он привёл домой несколько дней назад. Лили и Найл взорвались в приступе смеха, а Гарри дико покраснел и отвёл взгляд. — Ладно-ладно, — сказал Гарри, придя в себя, — кто хочет немного поиграть в футбол? Лили, словно прочитав мои мысли, состроила недовольную гримасу, посмотрела на ногти, проверяя их, и сказала: — Знаете, как бы нам ни хотелось надрать вам зад, мы не можем. Мы заплатили хорошие деньги не за то, чтобы нам испортили этих малышек через час, после того как мы их сделали. Лишь взглянув на небольшой мысленный разговор между Гарри и Найлом, я поняла, что к ночи это превратиться в полноценную игру, если я не поддержу Лили, и не запротестую. — Ты же знаешь, что в футболе играют ногами, верно? Не твоими изящными маленькими ноготками, да? — Найл задал риторический вопрос, захихикав. Закатив глаза, я моментально решила, что хочу надрать им задницы, чтобы заткнуть их. Поэтому я подошла к Гарри, вырвала мяч из его рук и направилась к открытому полю в конце улицы. Стук каблуков по асфальту сигнализировал о том, что Лили бежит, чтобы догнать меня. — Мы серьезно это делаем? — захныкала она, заставив меня посмотреть на неё с недоверием. — Конечно, — я засмеялась. — И мы победим, — добавила я с решимостью.

***

— Значит вы двое против нас двоих. Идёт? Не удивляясь глупости Гарри, я закатила глаза и сказала: — Да неужели, Шерлок. — Сохрани это для поля, любимая. Не хочу, чтобы такая красотка, как ты… — Ой, отвали придурок и передай мне мяч, — засмеялась я. Бросив взгляд на мои ноги, Найл выпрямился и скрестил руки на груди: — Ты планируешь играть в них? — недоверчиво спросил он. Закатив глаза, я невнятно пробормотала: — Я всё ещё могу надрать тебе задницу на шестидюймовых каблуках, — прежде чем вздохнуть и продолжить: — Подожди. Найл и Гарри обменялись игривыми усмешками, когда мы с Лили сняли наши туфли и куртки: я осталась в джинсах и футболке, а Лили в рубашке на пуговицах и шортах. Прежде чем я поняла, Найл стал блокировать меня, чтобы я не побежала за Гарольдом, который уже обманул Лили, выбив мяч у неё из-под ног и обегая её. Не прошло и секунды, как Найл отпустил меня, и я услышала, как Гарри кричит победное: — ЮХУУУУУУ! — Что за дерьмо, — засмеялась я. Найл лишь засмеялась над этим заявлением и ответил: — Это контактный вид спорта, дорогая. — Что? Нет, это не так! Я думала, тебе нельзя использовать свои руки! — негромко спросила Лили. — Теперь да, — Гарри подмигнул, многозначительно посмотрев на меня, отчего я прищурилась. — Начинай, Стайлс. — О, начинаю, О’Лири. И с этими словами я быстро выбила мяч из его рук и побежала так быстро, как только могла, к их половине поля. Как только я была достаточно близко, чтобы пробить, пара крепких рук обернулась вокруг моей талии, и развернула меня. У меня не было времени, чтобы поняла, что происходит, пока я не увидела, как Гарри бежит к противоположному концу поля с моим мячом. Рванув за ним, я крикнула Лили, чтобы она отняла у него мяч, что она успешно и сделала, перебросив мяч мне. Хотя он упал в нескольких футах от того места, где я стояла, я быстро завладела им прежде, чем у Найла появился шанс. И с новым моментом я была неудержима. Я побежала к воротам и забила мяч в сетку, закончив всё чересчур преувеличенным счастливым танцем, который подхватила Лили на другом конце поля. — 1:1, сучки, — подмигнула я, проходя мимо удивлённых Найла и Гарри.

***

— Кто доставляет пиццу в парк? — спросила я в недоумении, когда Найл и Гарри принесли наш обед. Найл лишь покачал головой, засмеялся и ответил: — Когда ты такой постоянный клиент, как я, они принесут её мне в спальню, если я попрошу. — Эй-эй, оставь мне кусочек! — прикрикнула Лили на Гарри, когда тот схватил второй кусок пиццы с мясом. — Мне не нравится ананасы на пицце. Сладкое и солёное никак на ней не сочетаются! — она вздрогнула, наблюдая, как Найл запихивает почти целый кусок себе в рот. — Лил, ты же знаешь, что там есть сладкая и кислая свинина? Сладкая и острая? — спросила я. Лили на секунду задумалась над этим, затем пожала плечами и сказала: — Ну, азиаты знают, как приготовить отличную еду. Гавайцы не так в этом преуспели. Найл, Гарри и я покачали головами над её словами, продолжая есть. После того, как я сломала всего лишь один ноготь, немного испачкала свою белую рубашку и слегка порвала джинсы, мы с Лили продолжили выигрывать наш небольшой матч. К большому ужасу Гарри и Найла они должны были нам ужин в качестве награды. И поскольку эти двое старались быть милыми, мы решили заказать еду в парк вместо того, чтобы куда-то идти. Но как только Найл предложил заказать еду прямо парк, а не домой, в нас проснулась наша лень и остаток времени мы провели, лёжа на поле и поедая пиццу. Как только мы доели вторую пиццу, то решили, что пора возвращаться домой. — Ладно, мне пора ехать домой, — Лили жестом указала на меня и продолжила, — так что увидимся позже, — Лили вздохнула и снова пожала плечами. Я уже хотела встать на ноги, но Найл слегка подтолкнул меня назад и я вновь села на землю. Когда я посмотрела на него, он решил объяснить: — Я поеду с Лили. Гарри может отвезти тебя домой, — заявил он значительнее, чем предполагалось. — Но… — Он прав, — добавил Гарри. — Экономит мне топливо, поскольку кое-кто каждый раз отказывается скидываться, — он пристально посмотрел на Найла, который пожал плечами, а после наконец помог подняться мне на ноги. — Ну, повеселитесь вдвоём. Я позвоню позже, ладно, детка? — Найл посмотрел на меня, а я с улыбкой ему кивнула, и быстро обняла его, затем чмокнула Лили в щёку, и стала наблюдать, как они уходят. — И затем они остались вдвоём, — вздохнул Гарри, глядя на беспорядок, который мы устроили на траве. Смеясь больше о чём-то своём, чем над чем-то ещё, я наклонилась, чтобы забрать пустые коробки из-под пиццы, бормоча: — Вот ленивый козёл. Гарри помог мне выкинуть мне наш мусор, а после помог мне надеть куртку. Мы забрали всё остальное и направились к его машине, которая была припаркована на другой стороне улицы.

***

— Бедная девочка, наверно, у неё теперь травма на всю жизнь, — засмеялась я. Несколько озадаченный, Гарри спросил: — Почему это? Слегка усмехаясь от его глупости, я вскинула брови и серьезно посмотрела на него: — Тебе доставляет удовольствие трахать кого-то, кто при этом шепчет не твоё имя? — Справедливо, — усмехнулся Гарри, пока мы переходили дорогу. Как только мы оказались на другой стороне улицы, Гарри разблокировал свой Range Rover, открыл заднюю дверь, чтобы закинуть туда свою спортивную сумку, а затем помог мне сесть на пассажирское место. Когда он завел машину, и мы поехали к дому, он продолжил тему. — Но, честно говоря, у кого такого не бывало? — спросил он, пожав плечами. Я не могла не рассмеяться, поскольку знала, что я делала так несколько раз непроизвольно. Но сразу после того, как я вспомнила те несколько раз, что случались со мной, я тут же прикусила язык, и стала молиться, чтобы Гарри не стал меня расспрашивать об этом. — И вот она – правда! — воскликнул Гарри, быстро вскинув руки вверх, а затем вновь вернув их на руль. Внешне я смеялась, но внутри у меня всё умирало. Всё, что я могла делать, это надеяться, что он отпустит тему, и мы сможем поговорить о чём-нибудь другом. Но, разумеется, всё было не так просто. Конечно же, Гарри задал вопрос, на который я не хотела отвечать. — Итак, продолжим. Так кто же это был? — ухмыльнулся он. Лёгкий румянец появился у меня на щеках, я покачала головой и сжала губы, тем самым сигнализируя о том, что не хочу, и не буду отвечать. Гарри засмеялся ещё громче, видя моё нежелание, и вместо того, чтобы закрыть тему, он продолжил дальше: — Ладно, первое или второе. Или скажи мне, с кем ты была, когда это произошло, или назови мне имя, которое ты произнесла. Я даю тебе прекрасный выбор, любимая, — нахмурился он. Я мысленно вздохнула с облегчением от этих вариантов. Очевидно, что я решила выбрать первый, поскольку не хотела признавать, что именно имя Гарри я произносила оба раза. В тот момент меня шокировало это так же сильно, как шокировало тех парней, с которыми я была, но, честно говоря, Гарри было нелегко забыть. — В первый раз я была с Куком, — я вздрогнула от воспоминаний, а после продолжила. — В другой раз с Ноем, — я вновь вздрогнула, вспоминая, как он ударил меня после этого. Но, тем не менее, я в смущении прикусила губу, когда глаза Гарри расширились. — И чьё же это было имя? — с трепетом спросил Гарри. — Стоп, стоп, стоп, — я энергично замотала головой. — Мы с тобой договорились. Я должна была сказать тебе либо с кем это было, либо имя, — рассмеялась я. Гарри слегка нахмурился и с усмешкой спросил у меня: — Неужели ты не можешь сказать своему лучшему другу? — Да! — я засмеялась ещё больше от иронии всего происходящего. — Теперь твоя очередь, крутой парень. Прежде всего, сколько раз это случалось с тобой? — с любопытством спросила я. Ухмыльнувшись, Гарри поднял руку, и мысленно пересчитал на пальцах: — На самом деле, раза три. — Ладно, теперь первое или второе. Кто это было или чьё имя это было? — спросила я со злой усмешкой. Гарри выглядел на удивление спокойным, когда ответил: — Первый раз, когда я был с Дженной – со скобками, ты знаешь её. Во второй раз, когда я был с Эбби, от неё я заработал довольно сильную пощёчину, — он рассмеялся от воспоминания, как и я, представляя эту картину. — И последний раз был с Пеппи Длинный Чулок, — он обернулся ко мне, когда использовал не очень хорошее прозвище, которым я наградила девушку, с которой видела его. — Нет… — я с недоверием замолчала. Гарри медленно кивнул, вздрогнув от воспоминаний, и сказал: — Да. — Чьё имя? — засмеялась я. Лёгкий испуг исказил лицо Гарри, но он резко его прогнал, и рассмеялся: — Нет, нет, нет, — он передразнивал меня, — у нас была сделка… Вздохнув с поражением, я подняла руку и прервала его: — Да-да, я поняла. У нас была сделка. — А ты, Эстель О’Лири, знаешь, что я не нарушаю сделки, не так ли? — спросил он абсолютно серьёзно, и в мгновение ока в моей голове вплыло одно воспоминание. Первый парень, с которым я спала, пообещал мне, что он всегда будет рядом со мной, что он будет заботиться обо мне, и что он не хочет, чтобы мне когда-либо было больно; мне было четырнадцать, и по сей день этот парень единственный, кому я доверю всем своим сердцем. Посмотрев на Гарри, я заметила, что машина остановилась, мы уже были возле наших домов. Гарри пристально смотрел на меня, отчего я смутилась, когда я расстегнула ремень безопасности и утвердительно кивнула головой на его предыдущий вопрос. Легкая улыбка коснулась его губ, когда я разрушила этот момент. — Спасибо, что подвёз, — я прочистила горло, и улыбнулась, — и за пиццу. — Даже не напоминай об этом, — улыбнулся он, а затем уже серьёзнее добавил. — Нет, серьёзно, даже не напоминай об этом. Мне не нужно, чтобы мои друзья знали, что ты надрала мне задницу в футболе. Закатив глаза, я наклонилась, чтобы быстро поцеловать Гарри в щёку, и обняла его, а затем вылезла из машины, переходя дорогу к моему дому. Хотя я не оборачивалась, я знала, что Гарри смотрит мне вслед. И по какой-то причине у меня возникло желание сильнее покачивать бедрами при ходьбе, но к счастью, к этому времени я была уже почти возле двери. Что, чёрт возьми, на меня нашло? Я размышляла об этом про себя, открывая входную дверь, и наконец, посмотрела через плечо, чтобы увидеть, что да, Гарри определенно смотрел мне вслед.