Осколок в сердце

В мою голову что-то врезалось. Я подняла взгляд, недовольно оглядывая учеников, краем глаза замечая, как распинается Зоэ, прыгая туда-сюда. Вдох. Выдох. Какой же скучный день. Я оглядела свою парту, и мне на глаза попалась небольшая белая бумажка. Странно. От кого бы это? Развернув ее, я быстро пробежалась глазами по строкам и, хмыкнув, вновь осмотрела учеников, сидящих передо мной. Кто-то пригласил меня на крышу для важного разговора. Интересно, кому я могла понадобиться? — Эльза, подойди сюда. Я вздрогнула, услышав бодрый голос учителя. К доске что ли? — Ну же, иди сюда, — она поманила меня рукой. — Расскажи нам про сердечно-сосудистую систему, о которой я только что рассказала. Короткий кивок, и я поднимаюсь с места. Пока иду к доске, успеваю пробежаться глазами по раскрытым учебникам одноклассников, чтобы по картинкам запомнить хоть что-то. Учительница выдала мне длинную тяжелю указку и слегка подтолкнула к манекену. Блин. Знаю, что кровь идет от сердца, по телу, конечностям и опять туда возвращается, но вот куда именно? — Ты не знаешь? — удивленно спрашивает Ханджи, а я закусываю губу и мотаю головой в сторону. — Плохо-плохо, — женщина качает головой, забирая из рук указку. — Садись. Под тяжелыми взглядами учеников сажусь на место, не в силах даже бросить всем раздражительные взгляды. Сегодня меня словно настигла какая-то апатия. Вроде, все было хорошо, но я перестала спать по ночам и теперь сверкала огромными синяками под глазами. А самое странное, что даже днем мне не хотелось спать. Просто ходила весь день вялая, как зомби, а ночью, как бы я не закрывала глаза и не считала овец и баранов, все равно провалиться в сон я не могла, пусть и ужасно хотела этого. Следующая к доске пошла Криста и, продемонстрировав свои знания в анатомии, гордо подняв голову и бросив в мою сторону какой-то непонятный взгляд, села на место. Конечно, я не ссорилась с ней, однако, после того самого конкурса, девушка ко мне охладела. Я всегда ее считала дружелюбной и доброй, она всегда была веселой и часто светилась от счастья, привлекая к себе всеобщее внимание. Такой маленький лучик солнца, светящий всем… теперь уже, кроме меня. Никогда еще я не чувствовала себя такой подавленной, словно по мне проехался грузовик, или потоптался слон. Ощущение невероятной слабости, которое не отпускало меня вот уже дней пять, все никак не могло накатить с такой силой, чтоб я уже отключилась. Примерно то же самое чувствует человек на пытках, который про себя просит поскорее умереть, чтобы не чувствовать всего того, что с ним вытворяют. Прозвенел звонок с урока, и, прилежно записав домашнее задание, я медленно поднялась, а после стала собирать учебники в сумку. Практически все ученики очень быстро покинули кабинет, так как урок был последним, однако, осталось еще несколько в кабинете. Среди них был Марко, который как-то странно на меня косился, и Армин, все еще корректирующий что-то у себя в конспекте. Выдохнув, я увидела краем глаза записочку, что валялась у меня на столе, и, положив ее в карман, вышла из класса. Решив, что сначала следует занести сумку, да и быстренько пробежаться по остальным делам, я направилась в свою комнату. Открыв дверь ключом, я бросила сумку на кровать, которая жалобно заскрипела. Взяв с полки очередную библиотечную книгу, я направилась на второй этаж. Все-таки мне было по пути, почему бы и не заскочить в библиотеку? На этот раз Рико не было на рабочем месте. Стол, за которым она обычно проводила дни в школе, сейчас пустовал, а библиотека встретила меня гробовым молчанием и приятным запахом старых книг. Положив книгу на стол к библиотекарю, я открыла картотеку десятого класса и, быстро выискав свою карточку, вычеркнула из списка очередную литературу. Оглядев книжные полки, я на мгновение задумалась, но все же пошла вглубь высоких стеллажей. Я остановилась рядом с полкой, на которой покоились красочные книги сказок. Почему-то сейчас меня тянуло именно на них, мне хотелось читать что-то волшебное, читать то, где добро всегда побеждает зло, а принц и принцесса, не смотря на все трудности в их жизни, все же остаются вместе. Услышав, как скрипнула дверь, я на мгновение обрадовалась, подумав, что пришла библиотекарь, однако, я услышала знакомый крик: — Даже не надейся! Я не собираюсь этого делать! Дверь мгновенно с грохотом закрылась, из-за чего я заволновалась, ведь петли там держались на добром слове. Заприметив меж полками блондинистую голову, я пошла за девушкой. Криста примостилась в самом углу, между стеной и большим окном. Она сидела прямо на полу, спрятав лицо, и тихо всхлипывала, подрагивая всем телом. Я даже на секунду удивилась, ведь никогда раньше не видела, чтобы она плакала. С чего бы это? Кто мог ее обидеть? Ведь она, как я поняла, была всеобщей любимицей. — Криста? — позвала я ее, из-за чего блондинка вздрогнула и подняла на меня испуганные глаза, полные слез. — Эльза? — практически с такой же интонацией повторила она. — Что ты тут делаешь? Как-то горько усмехнувшись, я подошла к ней и присела напротив на корточки. Почему-то в этот момент я узнала в ней себя. Ведь обычно именно так и вела себя, когда у меня было безвыходное положение: когда я не могла найти поддержку в конкурсе, или же, когда платье было разрезано на мелкие кусочки. В тот момент я нуждалась в чьей-то помощи и была нереально благодарна, когда мне ее оказывали. Думаю, стоит отплатить той же монетой, пусть помогала мне не она. — Ну, рассказывай, что произошло, — мягко попросила я, потрепав ее по волосам. И тут девушка не выдержала. Она, сделав выпад вперед, повалила меня на пол и, обняв за шею, стала громко рыдать. Я даже на мгновение растерялась, не зная, как поступить в этой ситуации. Все, что я могла сейчас сделать, это поглаживать ее рукой по голове и плечам, да тихо шептать на ухо: тише-тише, все будет хорошо. Как только Ренз более-менее успокоилась, она встала на ноги, помогла подняться мне и, шумно выдохнув, все еще отводя от меня красные от слез глаза, тихо сказала: — Ты даже не представляешь, как конкурс был важен для меня. Я хотела доказать одному человеку, что я могу хоть что-то, что я не бесполезный кусок мяса. Но у меня опять ничего не получилось, — на ее глаза вновь навернулись слезы, но она поспешила их стереть рукавом длинной жилетки. — Парню, что ли? — спросила я, переваривая то, что мне говорила девушка. — Если хочешь, я могу поговорить с ним, и… — Нет, — она помотала головой. — Не парню. Дело в том, что мой отец… Она запнулась, настороженно глядя в разные стороны, словно не хотела, чтобы ее кто-то услышал. Удостоверившись, что рядом никого нет, она спешно продолжила: — Мой отец занимает не последнее место в Виги. — Твой отец… Он? .. — Да, ты все правильно поняла. Но знаешь, я никогда не жила со своим отцом. Только с матерью, которая даже видеть его не хотела, ведь я рожденная вне брака. Но сейчас у отца совсем нет детей, я единственная, и я хотела бы, чтобы он принял меня, ведь даже о моем существовании не знает, понимаешь? Выиграв, я хотела доказать, что хоть чего-то стою. Она вновь стала шмыгать носом, а я прикусила нижнюю губу. Никогда бы не подумала, что встречу дочь такого влиятельного человека. Странно все это. И тут я почувствовала какую-то странную не состыковку. — Но ведь в этой партии нет никого с фамилией Ренз, на сколько я помню. — Да, нет, — Криста покачала головой. — Я же сказала, что рождена была вне брака, фамилия мне досталась от матери. Да и зовут меня на самом деле по-другому. Мое настоящее имя — Хистория Рейсс. Я даже схватилась за подоконник, от неожиданности. Ну, ничего себе. Даже в голове не укладывается. — У моей матери есть один знакомый юрист. Он смог изменить в документах мое имя, и я беспрепятственно смогла поступить в школу под другим именем. Но все же, когда я узнала, кто мой отец… Я просто не могу больше избавиться от мыслей о том, что хочу увидеться с ним. Хочу обнять его, хочу погулять с ним, поболтать, походить по парку или Бродвею. Знаешь, Эльза, я слышала, что у тебя нет родителей. Я всегда думала, что ты поймешь меня, если я расскажу тебе, почему не хочу проигрывать в конкурсе, однако, Имир запретила мне подговаривать тебя на проигрыш. Она сказала, что надо бороться самой, ведь какой потом будет смысл? Я поняла это и послушала ее, но, как видишь, ни к чему хорошему это не привело, — она развела руками. — Но сейчас я не имею права сунуться к отцу. Что я скажу ему? Зачем столь влиятельному человеку иметь дочь-неудачницу? — Ты не неудачница, Криста, — я мягко улыбнулась, подбирая слова. — На самом деле неудачница я. Ведь я столько раз попадала в разные передряги, из которых меня вытаскивали чуть ли не посторонние мне люди. А ты всего добилась сама, это же замечательно. Ты — всеобщая любимица, тебя все уважают и не прочь поболтать или помочь тебе. Это уже хорошо, ведь в отличие от тебя я — совершенно асоциальный человек. А иметь множество друзей и располагать к себе людей — немалое достоинство. — Ты и правда так считаешь? — девушка вновь в упор посмотрела на меня, а на ее лице пронеслась тень улыбки. — Конечно! — я потрепала ее по волосам, пытаясь привести в норму. — Никогда ничего не бойся, особенно родителей. Если все пройдет хорошо, значит, все будут довольны, ну, а если отец тебя не примет… — я запнулась, стараясь не думать об этом, — то тоже ничего страшного не произойдет. Это будет означать только то, что он не достоин иметь такую замечательную дочь. — Ты, конечно, права, но… Я не посмею сама туда сунуться. Мне слишком страшно. — Ну, это полбеды. Я могу пойти с тобой, хочешь? — Да, — наконец, личико Ренз просветлело и она, вновь тихонько шмыгнув носом, улыбнулась, отгоняя от себя остатки плохого настроения. Как раз в этот момент дверь резко распахнулась. — Криста, выходи! Я знаю, что ты тут! — Это Имир, — шепнула мне девушка, прижавшись ко мне всем телом. — Я не хочу снова говорить с ней. — А ты и не будешь, — так же тихо ответила я. — Я ее отвлеку, а ты иди в мою комнату, — я выудила из своего кармана ключ с большим брелоком и протянула его блондинке. — Подожди меня там, ладно? Я быстро. Одноклассница сосредоточенно кивнула, и я, выпутавшись из ее цепких объятий, вышла чуть вперед, громко сказав: — Имир, ты, что ли? Шатенка мгновенно отозвалась и не заставила себя долго ждать. За пару секунд она очутилась около меня, подозрительно оглядываясь. — Ты Кристу не видела? — Нет, в библиотеку никто не заходил, я тут уже давно. Даже Рико тут нет, — я пожала плечами, делая самое невозмутимое выражение лица, на которое только была способна. – А, что такое? — Да… — ученица отвела взгляд в сторону. — Она в классе свой пенал забыла, вот я и хотела ей его вернуть. Тут я увидела, как блондинка, кивнув мне, выбегает из комнаты, тихонько прикрыв дверь и бесшумно продвигаясь дальше по коридору. Я удовлетворенно выдохнула, расслабившись. — Ах, пенал? .. Ну, возможно, она уже у себя в комнате. Поищи ее там. — Я сама знаю, где ее искать, — грубо бросила девушка и вышла, громко хлопнув дверью. Коварно улыбнувшись я, удовлетворенная своими актерскими способностями, вприпрыжку покинула библиотеку, направляясь в свою комнату. А там меня уже поджидала Ренз, примостившись на стуле, что стоял перед письменным столом, на котором покоились мои ключи. — Итак, — я приземлилась на кровать, которая слегка прогнулась подо мной, — где сейчас находится твой отец и как к нему попасть? — Ну… Дело в том, что я не знаю его адрес, а работает он в мэрии. И я думаю, что нас не пустят туда, даже если я скажу кто я, — отчаянно выдохнув, девушка впилась взглядом в свои колени. — А ты собралась через парадный вход идти? — я хмыкнула, положив ногу на ногу и довольно улыбнувшись. — Наивная, конечно, нас туда просто так не пустят, даже и надеяться не стоит. На сколько я помню, это здание расположено не в центре города, а чуть ближе к мосту. Значит, людей там много не должно быть, мы с легкостью сможем забраться на первый этаж и отыскать кабинет твоего отца, ведь фамилию его мы уже знаем. — Да, ты права, но окна же там закрыты. — Будем надеяться, что они будут открыты, — отмахнулась я. — Это все — мелочи жизни. Мы уже на полпути к твоей цели, неужели, ты хочешь остановиться? — Нет, не хочу, — она помотала головой, вновь глядя на меня. – Но, как мы доберемся до Лондона? Думаю, ты знаешь, что автобусы не ходят, и… Я сделала жест рукой, прерывая ее. Эти слова оказались мне до боли знакомыми, из-за чего в груди защемило, а вязкий ком приступил к горлу. Пытаясь отогнать ненужные мысли, я стала размышлять. Нет, конечно, можно было бы поймать попутку, или же что-то в этом роде, но ведь мы же не знаем, когда она будет, соответственно, потеряем много времени. Черт. Надо что-то придумать. «До Лондона на лошадях? А ты себе ничего не отобьешь?» — пронеслось у меня в голове. Конечно, можно было бы взять лошадей из конюшни, однако, ехать четыре часа верхом… Криста, возможно, и выдержала бы, но вот я, как новичок, думаю, свалилась бы где-то на пятом километре. Понимая, что другого выхода нет, я глубоко вздохнула. Это было слишком рискованно, собственно, как и вся наша затея. Но даже мне сейчас не хотелось останавливаться. — Как думаешь, на лошади сумеешь доехать? Девушка посмотрела на меня своими огромными глазами. Она только и сумела, что открыть рот в изумлении, прежде чем комната в мою дверь раскрылась, а дверная ручка слишком близко познакомилась с бетоном. — С ума сошли, обе?! Я же, увидев на пороге этого человека, поперхнулась воздухом. Леви смотрел на меня, словно на самое тупое в мире создание и нахмурил брови. — Думай, что говоришь. Дорога идет через лес. Ты не забыла о своих «друзьях», которые прошлый раз чуть не разорвали тебя на части? Совсем без мозгов, а, вроде, и не блондинка, — в этот момент он бросил взгляд на Ренз и добавил, — к тебе это не относится. Пока он словесно втаптывал меня по уши в дерьмо в моей голове крутился только один вопрос, который не давал мне покоя. — А Вы что вообще тут делаете? И какого черта подслушивали? — Да потому, что я знаю, насколько безмозглая ты, и все твои идеи и выходки. И услышал я вас обоих еще в библиотеке. Было ошибкой думать, что ты там одна. Кричали и рыдали вы там, конечно, знатно, чуть всемирный потоп не устроили. Я хмыкнула и, поднявшись на ноги, встала прямо напротив учителя, который совершенно спокойно смотрел на меня снизу-вверх. Не выдержав, я резко каким-то волшебным образом развернула его на сто восемьдесят градусов и громко рыкнула: «Вон!». — Что? Да что ты себе позволяешь? — То же, что и Вы себе! Заявились, значит, сюда, даже не постучали. А если бы мы тут переодевались? Вы же явно не хотели получить статью за домогательство до несовершеннолетних. — Домогательство? — спросил он, вновь развернувшись ко мне лицом. — А не напомнить ли мне тебе, что? .. В этот момент он замолчал, и мы синхронно повернули головы в сторону чихнувшей Кристы. — Простите, — пролепетала она. Мы оба выдохнули, понимая, что чудом избежали того ужаса, что мог грозить и мне, и капралу. Однако, мужчина все еще не хотел покидать моего обиталища. — И, что ты уперся, как баран?! — я уже начала медленно начинать терять остатки нейронов в своей головушке. — Нам советы не нужны, сами справимся. — Неужели? — он приподнял бровь, глядя на меня немного насмешливым взглядом. — Возможно, тебе не нужна была помощь в сортире, в котором ты тонула? Или же, когда тебя пытались разодрать волки? Мне не следовало помогать тебе с конкурсом и даже в том… о чем ты меня просила? Как ножом по сердцу. Он же знает, что я чувствую к нему, пусть и сейчас я кричала не него, понимая, что была не права. Просто я не могу иначе. Не могу просто так взять и признать свое поражение. Учитель, увидев мои опущенные глаза и слегка подрагивающие плечи, шумно выдохнул. — Короче говоря, вы обе никуда не едете. Даже не думаете об этом. Криста, когда твоя мать сама будет готова познакомить тебя с твоим отцом, она сама приведет тебя к нему. Спешка еще никогда никого не доводила до добра. Поэтому, выбрось эту дурную затею из головы. На этой ноте он вышел, так же громко хлопнув дверью. Я подождала, пока шаги утихнут в глубине коридора, и, выглянув, вновь закрыла дверь, теперь уже на защелку. — Не переживай, — бросила я, похлопав девушку по плечу. — Я много раз его ослушивалась и, пока что, не погибла. Поедем мы, не думай о плохом. В любом случае, никто об этом не узнает. Слушай мой план: сегодня ты договариваешься с соседкой по комнате, чтобы она тебя прикрыла и ночуешь у меня. Ночью, часа в четыре, чтоб уже скоро светало, мы одеваемся, берем немного еды и выезжаем. Самое главное быстро проехать лес, а дальше можно уже будет и отдохнуть. Остальное додумаем по приезду в город. Согласна? — Да, — одноклассница кивнула. — Что ж, тогда, жду тебя у себя вечером, до отбоя. И ходи угрюмая, чтоб и Имир, и Леви думали, что мы перестали что-то затевать. — Есть, сэр, — она улыбнулась и отдала честь. — Спасибо тебе большое, Эльза. Я очень рада, что ты мне помогаешь. Девушка вышла из моей комнаты, а я, плюхнувшись на кровать, невольно вспомнила, что у математика есть ключ от моей комнаты, который надо будет у него обязательно отжать.