A Fish Called Castiel

Кастиэль изо всех сил подтянулся на руках, забираясь на скалу так, чтобы его хвост вылез из воды. Единственное, что было надето на нем, это ожерелье из жемчуга, качающееся на груди, наконец, он успешно забрался на нагретую солнцем поверхность камня. Он выбрал закрытое место; такое, куда людям не просто добраться. Это можно было сделать только вплавь или на лодке, чтобы обойти торчащие на поверхности скалы, было всего несколько человек, достаточно любопытных, чтобы попробовать. Эти скалы не представляли никакого геологического или экологического интереса. Они просто были очередной причудой природы, камни, выступающие из воды полукругом, будто башня подводного замка. Кастиэль знал, что не должен сидеть на открытом воздухе, но все равно наслаждался этим. Если он просидит на солнце достаточно долго и высохнет, у него появятся ноги вместо хвоста. И тогда единственное, о чем нужно будет беспокоиться, это, что кто-нибудь увидит его без одежды. Если Михаил поймает его за тем, что он загорает, у Кастиэля будут настоящие проблемы. Хотя вряд ли кто-то найдет его здесь на скалах. Единственной, кто знал, что он здесь, была Анна, а она никогда, никому не расскажет. Анна плавала недалеко от берега; она плавала и у лодок моряков, играя с ними, уплывая прочь до того, как кто-нибудь сможет хорошо к ней присмотреться. Для Анны, желание Кастиэля уединенно лежать на солнце было, своего рода, формой детского протеста, который сама она уже переросла. Кастиэль все же был обеспокоен мыслью, что будет прерван и что его убежище обнаружат. Ему нужно было подумать, сидя на скалах, с чайками, кричащими друг с другом сверху, и нежным шумом моря, волн бьющихся внизу, и здесь было единственное место, где он чувствовал себя достаточно спокойно для этого. Он не хотел делиться своими мыслями с кем-то еще. Не думал, что кто-нибудь, даже Анна, поймет. Кастиэль поднял руку и, коснувшись ожерелья из жемчуга на шее, нахмурился. Он получил его всего несколько дней назад, как часть его церемонии совершеннолетия. Жемчужины были знаком для потенциальных партнеров, гарантия, что Кастиэль свободен и девственен. Они красиво выглядели, но помимо этого Кастиэль о них не волновался. Его не волновала ценность, которую они представляли. Он мог подумать о множестве других вещей, намного более важных, чем девственность при выборе потенциального партнера. Кастиэль вздохнул. Он только что был на брачном рынке, и скоро должны были появиться предложения. Он покрутил бусины между пальцами, думая, потянуть их так сильно, чтобы ожерелье порвалось. Жемчужины упадут в океан и разнесутся повсюду, и тогда никто не будет трогать его. Он бы хотел, чтобы была такая возможность. Единственный, кого хотел Кастиэль, был настолько далек, что было глупо даже мечтать о нем. Он был человеком, который даже не подозревает о существовании Кастиэля. И все же это была любовь с первого взгляда для Кастиэля. Анна взяла его с собой поплавать до залива, гораздо ближе, чем Кастиэль раньше осмеливался подплывать. Было уже поздно и на пляже в это время обычно никого не бывало, но в ту ночь там развлекалась группа парней. Кастиэль хотел уплыть, но Анна не пустила. Они остались на глубине и просто смотрели, как мужчины сооружали костер посреди пляжа. В тот раз Кастиэль впервые увидел его - мужчину, в которого влюбился. Он был одним из тех, что собирали костер, и тащил кусок дерева вниз, к пляжу, где собрались остальные. Он был высокий и сильный. Кастиэль почувствовал, как его сердце забилось быстрее, пока он смотрел на него. Он видел этого мужчину снова много-много раз, прогуливающегося по пляжу или ведущего машину вдоль скал над морем. Кастиэль всегда был осторожен, прятался. Он не думал, что парень мог увидеть его, даже на мгновение, по чистой случайности. Это должно было быть так, Кастиэль знал. Люди не верили в русалок. Они думали, что это всего лишь легенды. Если бы Кастиэль явил себя, его бы отдали на опыты или выставили бы на обозрение людям, как какого-нибудь монстра. Оставаться в воде было для него безопасней, наблюдая на расстоянии. И было бы еще безопасней, если бы он совсем отказался от своего стремления к человеку и нашел кого-нибудь своего вида вместо этого. Это было бы замечательно, но Кастиэль не мог заставить свое сердце перестать тянуться к этому мужчине. Он сжал пальцы вокруг жемчуга и всем своим существом пожелал, чтобы случилось что-нибудь, чтобы судьба улыбнулась им и как-нибудь свела их вместе. Кастиэль не верил, что сможет полюбить, и полюбить так же сильно, как сейчас, если он обречен никогда не заговорить с человеком, которого любит, никогда не оказаться в его руках. Кастиэль воспользовался бы любой возможностью, которую судьба предоставила бы ему. *** - Пожелай мне удачи! – счастливо проговорил Дин. Чарли оторвалась от экрана своего компьютера и программы, в которой работала, и хмуро посмотрела на него. - Пожелать тебе удачи, пока ты побежишь делать предложение женщине, которую знаешь всего месяц? Дин, она здесь в отпуске. Ты хотя бы говорил с ней об этом? – спросила Чарли, не в состоянии сдержать скепсис в голосе. - Разве это не убьет всю романтику? Я свалю ее наповал, - ответил Дин, не позволяя Чарли испортить ему настроение. Это было по-другому для Чарли. Она не понимала. Девушки, с которыми встречалась Чарли, не хотели того, чего хотят девушки, с которыми встречался Дин. - Подготовь себя к провалу, - сказала рыжеволосая, покачав головой. - Чарли, это не похоже на пожелание удачи, - вздохнув, ответил Дин. Он хотел, чтобы Чарли поддержала его в этом. Она была его лучшим другом и партнером по бизнесу. Они начали свое дело по ремонту компьютеров сразу после школы. Дин собирал блоки и всю аппаратную часть, а Чарли имела дело со всем программным обеспечением. Они прикрывали друг другу спины все время, что помнит Дин. Если Чарли думала, что он делает что-то неправильно, какие могут быть шансы, на самом деле? Дин не очень много рассказывал Сэму. Он показал нескольким людям кольцо, которое купил, но только Чарли он признался в своих реальных планах. Он хотел, чтобы Чарли была счастлива за него. Хотел, чтобы она верила в то, что он делает так же сильно, как и он. Чарли крутанулась на стуле, натягивая улыбку. Поднявшись, обхватила Дина руками за шею и крепко сжала в объятиях. - Хорошо, удачи! Надеюсь, я просто циничный противник твоей затеи, и у тебя все получится, - сказала она. - Так-то лучше, - сказал Дин, чувствуя, как камень падает с плеч. Он обнял Чарли и поцеловал в висок, прежде чем отстраниться. Улыбнувшись ей, он взял ключи от машины и вышел из магазина, счастливо напевая себе под нос. Чарли не смогла испортить ему настроение. Дин знал, что она просто переживает за него, не хочет, чтобы он сделал ошибку, но Чарли не нужно волноваться. Дин уже большой мальчик, он сам может позаботиться о своем сердце, и он уверен, что делает все правильно. Все началось, как курортный роман, Лиза приехала в прибрежный городок, чтобы отдохнуть от всего, кроме мужчин, по-видимому, потому что замутили они с Дином почти сразу. Они виделись каждый день с тех пор, как она приехала, и Дин уже знал, что в конце месяца он попросит ее выйти за него замуж. Дина очень удивляло то, какие сильные чувства он испытывал к ней. Он никогда раньше даже не смотрел в сторону идеи о браке, он не такой как его брат, Сэм, который был сторонником моногамии. Дин мог посчитать по пальцам одной руки все свои долгосрочные отношения, хотя у него была куча интрижек на одну ночь, и он всегда был рад быть чьим-то партнером на выходные. Лиза была первой, с кем он хотел видеться и после того, как закончится это лето. Дин выбрал милое кольцо в ювелирном, красивое серебряное кольцо с темно-синим камнем в центре. Дин точно знал, что это именно то, что нужно. Оно стоило немного больше, чем он планировал, но он просто не мог оставить его за витриной после того, как увидел. Он все спланировал. Заказал им ужин в ресторане, после которого он отвезет Лизу в красивое место, на смотровую площадку, и там спросит, выйдет ли она за него замуж. Дин подъезжал к отелю Лизы, радостно заметив, что она уже ждала его. Девушка была очень красива в простом белом платье, ее длинные, темные волосы были собраны назад в высокий хвост. Дин замедлил машину и, остановившись, потянулся через сиденье, чтобы открыть дверь для нее. - Готова? – спросил он, когда Лиза села в машину. Она закрыла дверь и пристегнула ремень безопасности. Сложив руки на коленях, она нервно посмотрела на Дина. - Мы можем немного прокатиться перед ужином? – спросила она. Дин кивнул, странное ощущение неприятного предчувствия появилось в его животе. Он не мог придумать причины, из-за которой Лиза бы нервничала. Он поглядывал на нее, ведя машину, но она не избегала его взгляда, глядя в окно. Они не разговаривали, Лиза явно не хотела, а Дин не мог найти слов. Он подумал о том, чтобы поехать на площадку и сделать ей предложение, избавившись от беспокойства и бабочек в животе, но кольцо казалось таким тяжелым в его кармане, будто булыжник. Он вел вдоль одной из извилистых прибрежных дорог. Было красиво, и солнце все еще ярко светило в небе. Дин хотел бы побольше полюбоваться этим, но был слишком занят Лизой. - Они отдадут наш столик кому-нибудь другому, - наконец сказал он. Хотел, чтобы это прозвучало как шутка, но знал, что провалился, еще до того, как заговорил. Не получилось сказать это беззаботно, прозвучало обвиняюще. - Наверное, мы можем остановиться здесь, - сказала Лиза. Дин сделал, как она сказала. Вокруг больше не было машин. Он припарковался на обочине, пальцы сжались на руле. Дин не мог заставить себя посмотреть на Лизу. - Мы не поедем ужинать, так? – через мгновение сказал он. - Нет, - отозвалась Лиза. – Не поедем. - Почему? – спросил Дин. Он чувствовал маленькую искорку надежды. Может быть, Лиза хочет сказать ему что-то, что не могла бы сказать в переполненном ресторане? Может, это хорошие новости, а не плохие, как боится Дин? Не похоже, но Дин все же заставлял себя верить в это. Лиза тяжело вздохнула. Она повернулась на своем сиденье и выпрямилась. - Я знаю, что ты купил кольцо. Я знаю, что должно было произойти сегодня, - она смотрела на Дина, и он, наконец, тоже заставил себя посмотреть на нее. Она выглядела расстроенной. Это не то, чего ожидал Дин. - Я люблю тебя, - сказал он. Слова повисли между ними, отдавая горечью. - Нет, не любишь, а даже если и любишь, то я не люблю тебя, - сказала Лиза. – Нам было весело друг с другом, но это все. Я не хочу, чтобы это было чем-то серьезным, и думала, что ты тоже не хочешь. Это всего лишь весело. Дин не думал, что это было весело. Это перестало быть веселым с того момента, как Лиза села в машину и сказала ему ехать. Он знал, что за этим последует, но не хотел верить в это. Он не хотел принимать тот факт, что был не прав. Чарли пыталась сказать ему, она предупреждала его еще в магазине, но Дин не хотел слушать. - Откуда ты узнала? – спросил он. Лиза пожала плечами. - Это небольшой город. Ходят слухи. Кое-кто сказал мне, что видел, как ты покупаешь обручальное кольцо. Не сложно сложить вместе два и два, Дин. - Точно, - сказал Дин. Он был будто в ступоре. Он ожидал, что будет чувствовать что-то больше, чем это, но не мог. Ему казалось, что Лиза протянула руку к его груди и вырвала сердце. Он не чувствовал ничего, кроме сосущей пустоты. Он не знал, что еще сказать. Тут нечего было говорить. Лиза не хотела за него замуж. Она не чувствовала того, что чувствовал он. Что еще Дин должен был сделать? Умолять ее? Сказать, что на самом деле она любит его? Это было бесполезно. Он был не прав. Он все придумал сам, влюбился в нее и ни разу не остановился, чтобы спросить Лизу, что чувствовала она. Его большой романтичный план взорвался на его глазах, как и предупреждала Чарли. Дин хотел бы послушать ее тогда. Чарли понимала намного больше, чем он думал. - Отвези меня обратно в отель, - сказала Лиза. Дин кивнул. Он был рад, что она позвала его на эту прогулку. Это избавило его от смущения, которое он испытал бы, если бы делал предложение на публике, в ресторане. Он дал задний ход и, развернувшись, поехал обратно к городу. Он вел на полном автомате. Прошло всего минут тридцать с того момента, как Дин забрал Лизу. Он знал, что, как только высадит ее у отеля, то скажет ей - прощай. На этом все и закончится. Они не смогут больше видеться после этого. Лиза уедет домой через пару дней. Дин хотел заползти в нору и зализать свои раны. Лиза вышла из машины. - Прости, Дин, - сказала она, прежде чем захлопнуть дверь. Дин хотел бы, чтобы она не чувствовала, что должна извиняться. Это была не ее вина. Лиза не могла заставить себя полюбить его, и до того, как Дин влюбился в нее, им было хорошо и весело вместе. И это должно остаться просто весело проведенным вместе временем. Ему нужно выпить. Ему нужно уйти куда-нибудь подальше от людей и напиться до беспамятства. Дин не знал, разбитое это сердце или уязвленное самолюбие, но прямо сейчас одно чувствовалось так же, как другое. Он знал, что должен пойти домой, но не хотел наткнуться на Сэма или Чарли, которые будут жалеть его. Сэм будет пытаться залечить его бедное сердце, а Чарли будет грустно смотреть на него. Они поддержат его, но все же будут жалеть, а Дину не хочется этого. Ему нужно побыть одному. *** Дин остановился в городе только, чтобы купить бутылку виски, а затем поехал вдоль побережья, пока не нашел уединенное место внизу пляжа. Припарковав машину, он вышел и пошел по песку. Было уже поздно, и здесь почти не было туристов, к тому же это место довольно далеко от города, чтобы народ хотел забраться сюда и погулять по пляжу. Дин нашел себе место на песке. Уставившись в темно-синее пространство, он открыл бутылку виски и поднес к губам. Первый глоток обжег горло, но он не остановился. Он даже не чувствовал вкуса, пил не для того, чтобы получить удовольствие. Он пил для того, чтобы напиться. Дин хотел забыться в полном и абсолютном опьянении. Он хотел проснуться утром с опухшими глазами, головной болью и без воспоминаний о прошлом вечере. Хотел полностью заблокировать все, что случилось. Если бы он мог просто забыть, что Лиза порвала с ним, и просто вернуться домой и начать все с начала, тогда Дин был бы в порядке. Он может вернуть кольцо в ювелирный магазин. И получить обратно свои деньги. Дин сделал еще один большой глоток виски. Он думал обо всех тех вещах, которые мог бы купить на эти деньги. Он мог бы купить новую игровую приставку. Или запастись запчастями для своей машины, если с ней вдруг что-нибудь случится. Он мог бы продолжать покупать виски, пока каждый день не будет заканчиваться в пьяном угаре. Он уже чувствовал, как шумит в голове от алкоголя. Он чувствовал жар, и, похоже, уже не совсем мог контролировать свое тело. Дин перестал пить и поднял бутылку на уровень глаз. По крайней мере, четверть он уже употребил. Решив пока остановиться, Дин устроил бутылку в песке рядом с собой. Он уже выпил немного больше, чем хотел в этот момент. Он не хотел пить слишком быстро, чтобы в итоге его тошнило. И не хотел пить слишком много и в итоге отравиться. Он просто хотел выпить как раз столько, чтобы уснуть под звездами. Завтра мир будет ярче, лучше. Должен быть. Дин потянулся к карману и вытащил маленькую коробочку. Открыв ее, он посмотрел вниз, на красивое кольцо. Оно было, как удар ножом в сердце. Дин вынул кольцо из коробочки и встал, неровной походкой направившись к морю. Он не знал, что собирался сделать. У него в голове просто витала смутная мысль, выбросить кольцо подальше. Он отправит его в океан, и волны унесут его далеко, вместе с надеждами и мечтами Дина. Если он выбросит кольцо, он отбросит и боль, которую чувствует при виде него. Дин был уверен в этом. Он поднял руку и закинул кольцо так далеко в море, как смог. Оно блеснуло в свете заходящего солнца, и как только упало в воду, Дин вспомнил, сколько он потратил на него и что ему нужно вернуть деньги назад. Разве он только что не рассказывал самому себе, что он мог бы купить на эти деньги? Даже если он не потратил бы их, он просто мог отложить на черный день. Ему не нужно выкидывать что-то настолько дорогое, только ради какого-то бессмысленного показушного жеста. Он не персонаж фильма. Он работает, чтобы жить. Дин вошел в воду, проклиная себя. Вода оказалась холодней, чем казалось с берега, или, может быть, это говорил алкоголь в крови, но, когда Дин оказался по пояс в воде, он задрожал. Часть его думала, что ему лучше вернуться на берег. Прилив смоет кольцо, или Дин мог вернуться, подождать пока протрезвеет, и попробовать снова. Другая часть его, к которой Дин тоже прислушивался, думал о том, что, если он не поищет сейчас, то кольцо смоет до Китая или еще куда, и он останется с разбитым сердцем и без денег. Дин заходил все глубже, вода уже достигала груди, когда он дошел до места, куда, как он думал, упало кольцо, вдохнув поглубже, он нырнул. Вода была холодной. Дин резко выдохнул, потеряв половину воздуха, и быстро закрыл рот. Глаза кололо, но он держал их открытыми, заставляя себя нырять все глубже в воду, достигая дна. Он хватал все подряд, откидывая в сторону камни и раздвигая водоросли, но не находил ничего похожего на его кольцо. Дин снова сказал себе, что должен вернуться на берег, но никак не мог отбросить ту часть себя, которая твердила, что, если он поищет еще, то найдет. Он выплыл на поверхность, вдохнул побольше воздуха и снова нырнул. На этот раз он провел под водой намного дольше; уже решив, что не покинет воду, пока не найдет кольцо. Наконец, когда его легкие уже начали гореть, и Дин собирался снова всплыть на поверхность, он увидел что-то на морском дне, что определенно не было камнем или еще чем. Он протянул руку, и его пальцы сжались вокруг потерянного обручального кольца. Он нашел его, как и был уверен. Он всплыл на поверхность, жадно глотая воздух, и огляделся вокруг. Пока Дин искал кольцо, заметно стемнело. Похоже, это заняло у него больше времени, чем он думал. Он был далеко от берега, и его уносило течением. Дин был так сосредоточен на поисках кольца, что даже не заметил, как заплывал все дальше и дальше в открытые воды. Дин крепко сжал кольцо в руке и начал плыть обратно к берегу. Но не похоже, чтобы получалось. Он старался грести сильнее, но чем больше он старался, тем, казалось, уплывал дальше в море. Ему было холодно, он дрожал и был далеко в море. Все фильмы об акулах, какие Дин когда-либо видел, всплыли в памяти, и он почти был уверен, что видит, как что-то бросается к нему под водой. В любой момент, сейчас что-то подплывет и схватит его за ногу, утаскивая вниз, чтобы сожрать живьем, и никто даже не узнает. Дин снова решительно погреб к берегу, решив не быть жертвой, как в первых пяти минутах фильма Челюсти. Он изо всех сил бил ногами так, что они начали гореть, Дин чувствовал, как устал. Его яростные попытки не приближали его к безопасности пляжа, и он вспомнил, с замиранием сердца, что акулы нападают на шум и брызг воды. Он помнил, как смотрел с Сэмом документалку. Он присоединился только потому, что там было про атаки акул. Теперь он жалел об этом. Дин барахтался в воде, стараясь не думать об акулах и еще ком-нибудь там внизу. Это было глупо. Нападение акул - редкость. Он должен сосредоточиться на возвращении к берегу. Что он должен делать? Может, покричать? Услышит ли его кто-нибудь? Скорее всего, нет. Он мог остановиться и позволить течению вести его. Оно могло вынести его на берег, ближе к людям или обратно, но Дин боялся, что его просто затянет еще глубже в море. Он может держаться на воде, быть в сознании, и скоро все изменится. В конце концов, солнце встанет, и прилив поменяется. Люди выживают в море в течение ночи. Дин просто подумал о худшем варианте развития событий, правда же? Вода не может быть действительно опасной, ведь так? Люди не тонут в местах, в которых плавают всю жизнь. Вот только еще как тонут, и Дин знал это. Они тонут, когда заплывают слишком далеко, когда напиваются и когда изматывают себя. Дин сделал все то, что не должен был делать. Его конечности заледенели. У него может наступить шок, осознал Дин, или гипотермия. Ему нужно продолжать двигаться. Он сделал еще одну слабую попытку добраться до берега. Но ни черта не получилось. Дин качался вверх и вниз на волнах в море, отдавшись на милость воде. Воде, которая была синей при дневном свете, сейчас она стала черной. Когда Дин посмотрел вниз, поднялась волна и накрыла его с головой, заставляя его задыхаться и отплевываться, наглотавшись воды. Дин тонул. Его ноги ощущались мертвым грузом. Он изо всех сил пытался дышать, изо всех сил пытался плыть, но вода была везде, держала его, душила. Дин знал, что это. Он сейчас утонет. Он продолжал бороться. Он не хотел умереть так просто. У него была всего лишь крохотная искорка надежды, что он все же выплывет на поверхность, но он продолжал пытаться. Он изо всех сил двигал руками и ногами, его легкие горели, чувство абсолютной беспомощности, когда его взор начал застилать туман. Дин осознал, что сейчас потеряет сознание. Еще пара секунд, и он отключится. И в этот момент, краем глаза он увидел движение. Это была небольшая вспышка в темноте. С горечью Дин подумал о том, что все же закончит закуской для акулы. Он в любом случае умрет, почему бы и не ужином для кого-то другого? Он не будет париться по этому поводу. Сэм, наверное, расстроится, что похоронить можно будет только пару кусочков его тела, но Дин не может ничего с этим поделать. Спустя мгновение перед ним появилось лицо. Красивое лицо, очень четко отметил Дин. Ничего больше того, что человек в воде с ним был мужчиной, он осознать был не в состоянии. Был еще один человек здесь. Еще одна тонущая душа? Или может спаситель? Дин не знал. Мужчина обхватил руками лицо Дина и соединил их губы вместе во внезапном и неожиданном поцелуе. Это был поцелуй жизни, потому что легкие Дина больше не разрывало огнем. Он был все еще слаб, все еще в тумане и абсолютно дезориентирован, но у него был кислород. Мужчина обхватил Дина руками. Он был сильным, Дин чувствовал себя в безопасности в этих руках и подумал, что парень был спасателем или кем-то вроде этого. Парень начал двигаться, и в следующее мгновенье они оказались на поверхности. Дин задыхаясь, беспорядочно и глубоко вдыхал воздух. Он почти умер. Теперь он ясно понял это. А еще он понял, каким на самом деле идиотом был. Сэм никогда бы не простил его. Зная Сэма, тот нашел бы способ связаться с духом Дина только для того, чтобы прочитать ему лекцию о том, как небрежно он умер. Мысли о Сэме помогли Дину сосредоточиться. Он думал о брате, сидящем дома, наверняка думающем о том, где сейчас Дин. Он хотел домой. Он хотел обнять Сэма и пообещать, что никогда больше не будет пить. Он хотел лечь на газон и целовать землю, потому что она была безопасная и хорошая. Дин не думал, что ему снова когда-нибудь захочется плавать. Его спаситель начал тянуть Дина к берегу, он плыл умело и легко. После всех трудностей, с которыми столкнулся Дин, он был удивлен, как этот парень так легко тянул не только себя, но и Дина, против этого течения. Он пытался помогать, слабо двигая ногами, но был слишком измотан, чтобы вышло что-нибудь дельное. В итоге, он прекратил двигать и просто позволил тащить себя. Учитывая, сколько светлых идей у Дина было за сегодня, он, скорее всего, опять потопит их обоих, если попытается как-то помочь. Они добрались до отмели, и спаситель Дина, похоже, потеряв все свои силы, плюхнулся в воду и полз по песку. Дин был все еще усталым, но эту малость сделать мог. Он снова был на сухой земле, его ноги и руки делали то, что он хотел. Он полз, пока не оказался на теплом песке, а затем упал на спину, уставившись в небо, которое, как думал, уже никогда не увидит. Разжав пальцы, Дин посмотрел вниз, на обручальное кольцо, которое и было причиной его близкого знакомства со смертью. Неожиданно оно показалось ему невероятно мелкой вещью, не стоящей потери жизни. Его спаситель все еще лежал на мелководье, и Дин, наконец, решил хорошенько рассмотреть его. Он был моложе, чем думал Дин, и сейчас, при лунном свете, он мог разглядеть лучше, чем под водой. У парня были черные волосы, спадающие на лоб. Синие глаза и очень розовые губы, наверное, из-за поцелуя подаренного Дину ранее. На щеках был румянец, и он тяжело дышал. Не похоже, что на нем была какая-то одежда, кроме безвкусного жемчужного ожерелья, и, наверное, половина костюма для дайвинга, но только ниже талии. Дин знал, что наглотался много морской воды, потому что почти разглядывал, нет ли у парня плавников. Дин понятия не имел, откуда взялся этот парень, он никогда не встречал его в городе, учитывая, что городок их был достаточно мал, чтобы он знал всех в лицо. От этого легче было решить, что парень новенький, приехавший этим летом. Парень выглядел слегка знакомым Дину, будто он видел его два-три раза раньше, но только мельком, и Дин никак не мог вспомнить где. Он, наверное, турист. Это не объясняло, что он делал на пляже, или почему он так странно одет, но Дин никогда не был так счастлив, видеть кого-то в своей жизни. Он снова посмотрел на кольцо, а потом опять на парня. - Хэй, - позвал он хриплым голосом. Он закашлялся, волнуясь о том, что никогда не избавится от вкуса морской воды. Заставив себя встать на дрожащие ноги, Дин подгреб к парню. – Как тебя зовут? Глаза парня расширились, и мгновение он выглядел испуганным. Дин не мог понять почему. Он только что спас Дину жизнь. Винчестер просто хочет поблагодарить его и назвать своего будущего ребенка его именем. - Я, Кастиэль, - наконец сказал парень. Это было странное имя, хотя это означало, что он все же турист. Дин схватил его руку, крепко сжимая ее в своей. - Ты спас мне жизнь там, чувак. Я почти утонул. Думаю, ты заслужил это. Дин взял кольцо и надел его на палец парня. Это слегка по-девчоночьи, но он говорил с парнем, у которого на шее ожерелье из жемчуга. Так что он, наверное, оценит или может продать его, и деньги станут наградой за его доброе дело. Парень посмотрел на кольцо на своем пальце. На мгновение Дин был уверен, что он собирается отказаться, но затем парень улыбнулся. Это была прекрасная улыбка, озарившая все его лицо. Он выглядел до невозможности счастливым. Дин не думал, что кольцо может значить для него так много, но видимо все же значило. - Я никогда не сниму его, - сказал парень, Кастиэль, смотря на Дина. Эти слова прозвучали так торжественно, будто он давал клятву. Дин не знал, что сказать. Затем Кастиэль протянул руку и дотронулся до жемчужин вокруг шеи. Он снял ожерелье и медленно протянул его Дину. Казалось, ему тяжело дается это движение. В воде он был таким грациозным, таким сильным, но на земле казался каким-то неуклюжим и неуверенным. Дин потянулся к нему, встречая его руку на полпути, и Кастиэль снова улыбнулся ему. Накинув ожерелье на шею Дина, он откинулся назад, чтобы полюбоваться видом. Дин кинул взгляд вниз, на нитку жемчуга. Вблизи он выглядел настоящим. - Спасибо, - неловко сказал Дин. – Но жемчуг это точно не мое. К тому же, ты спас мне жизнь. Мне не нужно ничего от тебя. Это я должен делать тебе подарки. - Нет, - сказал Кастиэль. Он положил руку на грудь Дина, напротив его сердца. – Ты должен принять его. Оно отныне твое. Я отныне твой. - Что? – спросил Дин. Он задумался, может, тут проблемы перевода, если английский Кастиэля был не очень хорошим. Хотя Кастиэль, похоже, точно знал, о чем говорит. Выглядел очень убежденным насчет этого. - Они означают, что я выбрал тебя, - сказал Кастиэль, с гордостью глядя на Дина. – Как ты выбрал меня. Он наклонился ближе к Дину, пахнущий солью и морскими глубинами, и поцеловал его. В этот раз медленно, нежно. Дин отметил, что губы Кастиэля были потрескавшимися. Он был слишком в шоке, чтобы заметить что-нибудь еще кроме поцелуя и чувства губ Кастиэля на его губах. Кастиэль, должно быть, провел много времени в воде. Ему нужен какой-нибудь бальзам для губ, подумал Дин. Все это было нереальным, и Дин все же наполовину утопленник. У него не было никаких сил, чтобы думать ясно. Кастиэль отпрянул назад, смотря на Дина с такой тоской, что чуть не разбивал ему сердце. А потом он вдруг исчез так же внезапно, как и появился. Он вернулся обратно в воду, и Дин не мог поверить своим глаза в этот момент, он мог поклясться, что увидел, как Кастиэль махнул длинным рыбьим хвостом, пока уплывал дальше в море. Дин, шатаясь, побрел по берегу к своей машине. Он упал в мягкий песок, не дойдя нескольких метров до Импалы, решил, что будет спать там. Тут он точно не утонет. Он был далеко от моря. Оно точно не доберется до него и не утащит обратно. Ему нужно прилечь. Нужно поспать. Он уже видит всякую хрень. Это точно. Кем бы ни был Кастиэль, он не мог быть настоящим.