Спаси мою душу

      Огромное озеро посередине опушки. Густой туман, который обволакивает всю водную гладь и нежно-розовое небо, слегка тронутое первыми лучами солнца. Маленькие ножки свисают с небольшого продолговатого мостика и с боязней касаются холодной воды.       -Чин! Вот ты где! Пошли в дом,- крикнул Бен, медленно подходя к мосту, - Чииин! Ты меня слышишь?- шаг ускорился. Бека вдруг передёрнуло. Движение…и Бек уже летит к этой чёртовой воде с криками.       — Не-е-ет, Чи-ин… Не-е-ет! — омега с разбегу нырнул в озеро и пытался вытащить только что спрыгнувшего сына, но у него не выходило.       — Чи-и-ин, милый! Где ты? — кричал Бек. Его слёзы было не остановить, а от крика в горле резко запершило.       — Бек, Бек! Тихо! Бек очнись! — Лухань теребил его и пытался разбудить.       — Где… где Чин? — задыхаясь, спросил Бек, как только открыл глаза.       — С ним всё хорошо, он с Сехуном в парке, — прижимая к себе друга, проговорил Лу.       Бек умиротворённо выдохнул. Трясущимися пальцами он стёр капельки холодного пота со своего лица.       — Как я оказался дома? — Неожиданно спросил Бек. Вспомнив о том, что совершенно не давно он был в объятиях Пак Чанёля.       — А вот это самое интересное! Тебя приволок какой-то здоровенный альфа!!! Бекхё-ё-ён, чего я не знаю?       Бён готов был провалиться от стыда из-за этого грозного взгляда Ханя.       — Я жду объяснений, Бён Бекхён! — Лухань навис всем телом над Беком.       Бек лишь рассмеялся и убежал на кухню.       — А ну стой! Омежья мордочка, у вас с ним что-то было?       Развернулся целый марафон. Лухань бежал за Бёном по всей квартире с криками, а Бек весело от него убегал, вспоминая как было тепло в объятиях Пак Чанёля.       — Что у вас тут происходит? — зайдя в квартиру и поймав мужа, спросил Сехун. Он держал за ручку Сокки, а другой рукой прижимал к себе пойманного Луханя.       — Этот, — указывая на Бёна пальцем, выкрикивал Лу, — встречается с кем-то, а я не знаю об этом ничего! Пусти, я сейчас всё у него выпытаю! — Лу пытался вырваться из крепких рук, но всё тщетно.       — Успокойтесь, оба! — грозно прорычал Хун. Тут Хань от такого грозного Сехуна забыл, что хотел сказать. — Мы встретили лечащего доктора Сокки в парке. — Бён перевёл взгляд на Сехуна и округлил глаза.       — Что он сказал? — Лу легонько подёргал мужа за пальто.       — Он не мог дозвониться до тебя, Бек. Как я понял, операцию они могут начать уже завтра, так что иди, собирай сумку для Чина!       — Ты серьёзно? Не шутишь? — Лу уже почти залез на любимого от удивления и шока. Его большие оленьи глаза были готовы выпасть из орбит.       Бён не мог поверить в правдивость этих слов. Сейчас он окаменел и, кажется, даже кровь перестала идти по венкам и сосудам. Глаза наполнились слезами и излучали лучики надежды. Всё то, о чём мечтал Бекхён — спасти сына. Спустя пару минут всеобщего шока Бек падает в объятия друзей. Он плачет, но уже от счастья. Омега не слышит слов поздравления от Сехуна и Луханя, он просто ужасно счастлив. Просто всё, что было плохое, вмиг ушло, и Бек знает, кого благодарить.       — Папочка, а мне будет очень больно? — теребя свитер Бекки, спросил Сокки.       — Малыш, я же буду рядом и не позволю, чтобы тебе сделали больно! — нагибаясь к сыну и обнимая его, сказал Бек.       — Конечно, видишь, какой дядя Сехун сильный, он всех побьёт, если кто-то сделает тебе больно, — присоединяясь к Бёну, обнимая малыша, сказал Хань.       — Ой, ну всё, развели тут! Сейчас затопите соседей! И кстати, Бён мне тоже интересно знать про этого таинственного альфу, — усмехаясь, сказал Хун.       — Точно!!! — оленёнок вспомнил, что от него скрывают. Он резко схватил Бёна за свитер. — А теперь ты нам всё расскажешь.       Сехун заливался смехом, когда Бек кинул на него озлобленный взгляд, который говорил — «Глупый альфа! Зачем напомнил? Ты труп!»       Все дружной гурьбой ввалились на кухню. По квартире разносился заливистый смех, который так давно не звучал в стенах этого дома. Видеть вновь Бека таким — лучший подарок его друзьям и сыну. Ведь этот малыш столько вынес на своих хрупких плечах, что не смог бы вынести другой человек. Но вопрос об этом таинственном альфе так и не был раскрыт до конца. Бекхён уходил от ответа и вечно отшучивался. Ближе к одиннадцати часам омега пошёл укладывать сына спать. Маленький непоседа, конечно же, не хотел ложиться, ведь он был переполнен эмоциями, но спустя пару историй любимого папочки малыш попался в лапы коварного сна.       — Давай поговорим, — зайдя в детскую, прошептал Лухань.       Бек кивнул и улыбнулся. Они вышли на излюбленный балкон Бёна. Это место для него было чем-то вроде убежища.       — Это он помог тебе с деньгами? — неожиданно спросил Лухань, опираясь на перила балкончика.       — Всё сложно, Лу, — громкий выдох, и друг понял, что этот альфа не просто «альфа». Он явно запал в сердце друга, но только омега не хотел это признавать.       — Я пойму, — бросив взгляд на Бека, ответил Хань.       Бек закрыл глаза и вдохнул свежий воздух полной грудью. Свой рассказ он начал с самого начала. Бён рассказал о том, что почувствовал запах альфы, что для него не характерно. Лу слушал и, кажется, не хотел даже дыханием сбивать весь этот рассказ.       — В итоге он привёз меня домой… — отвернувшись в сторону бескрайнего неба, Бён закончил свой рассказ. — Я знаю, как всё это выглядит. Могу показаться жалким, раз согласился на всё это, но у меня просто не было выхода.       Хань лишь подошёл и обнял друга. Так нежно, словно пытаясь забрать всю боль, что тот старался выкинуть из души, раскрывая свой секрет.       — Он любит тебя, раз так повёл себя, — в тишину сказал оленёнок.       Больше никто ничего не говорил. Они просто стояли, обнимая друг друга. Слова бы только всё испортили, нарушили этот покой в сердцах друзей, в их душах, которые наконец-то могли быть спокойными. Лухань был счастлив, как будто это его сына спасут от страшной болезни, он был рад за друга, точно чувствовал всю боль вместо него. А Бён… Он просто был счастлив впервые за долгое время грусти и боли. Кажется, его маленький мирок восстал из пепла.