Мои 5 ночей - Убийца в тисках...

***

Пустота… Глубокая, безжизненная, настоящая, словно осязаемая и будто тонкая… пустота… Она притягивает к себе, словно самый сильный магнит. До этих тонких, чёрно-белых полосок, словно помехи на экране, так и хочется хотя бы дотронуться, схватить и удержать в руках… Тишина… Тягостная, гробовая, таинственная, застывшая, обволакивающая… тишина… Она поглощает всё вокруг, затягивая в свой загадочный омут. Ничто не проскользнёт мимо неё. Ни единого шороха, гула, шелеста… Лишь тихое безмолвие, молчание, отсутствие, словно и не существует ничего вокруг… Здесь нет никаких законов, здесь нету места эмоциям, желаниям, чувствам. Всё здесь заполняет пустота, тишина, необъяснимое ощущение полёта и обволакивающий холод. Внутри всё стёрлось, иссякло, растаяло… Нету чувства тяжести, звуков биения сердца, вездесущих мыслей. Лишь чарующая воздушность и нежность. Такое чувство, что ты перестал быть человеком. Это сравнимо лишь с воздухом, кислородом, тонкостью запаха, мягкостью пушистого облака. Только чувствуется хрупкая, серебряная ниточка где-то внутри, готовая вот-вот разорваться. Так тихо, спокойно, здесь царит только полное умиротворение… Кажется, что ничто на свете не может нарушить это блаженство. Тебя не интересуют вопросы: Где ты? Что происходит? Как ты сюда попал? Сон это или явь? Ты, словно находишься в каком-то сильнейшем, мощнейшем поле, безграничном вакууме, невидимой дороге ведущей в самый центр Вселенной… И лишь чувство эйфории и беспрерывного спокойствия преследует тебя на этом пути. Нет — это не смерть и даже не плод фантазии. Это завораживающее чувство, как при состоянии в трансе, это что-то настолько волшебное, что хочется остаться тут навеки… Даже рябь от помех в этой чёрной пустоте совсем не мешает, всё кажется уместным, вполне логичным. Но никогда не стоит доверять тишине, никогда не стоит доверять тому, что невидимо с первого раза… Не стоит доверять тому, кто скрывается в кромешной тьме… Внезапно, тишину рассеяло, извергло тиканье часов. В начале приглушённое, но потом всё больше и больше разрастающиеся, нарастающее в мощи. Теперь не тишина заполняла комнату… Теперь, всё обволокло этим звуком, этим стремительным тиканьем куда-то идущих часов. Время всё текло куда-то, в ту безграничную пустоту, которая всё больше и больше заполнялась нарастающими помехами. Вскоре и их рябь, их невыносимый шум начал заполнять пространство. Исчезло то безмолвие, что когда-то охраняло тебя, пробуждала ощущение полёта… Теперь, вместе с этим молчаньем исчезло и чувство. Оно мгновенно заменилось тяжестью, могучей силой тянущей тебя вниз. Теперь, всё заменилось чувством падения. Падения в никуда… Чем дальше, чем ниже падало тело, вновь обретая закон гравитации, тем приглушённее становился шум от помех, странный гул и звонкое, одинокое тиканье. Всё внутри заполняется этой пустотой, сжимающей душу, всё внутри, заполняется леденящим холодом… Внезапно начинает темнеть в глазах, всё заполняется тёмными, серыми бликами, шумно и гулко пульсирующими перед тобой. В конце концов становится трудно дышать и невольно закрываются глаза… Щелчок. Последним лишь слышится быстрый, звучный, знакомый щелчок и чувство чего-то холодного и устойчивого под ногами… Зажмурив глаза, я спокойно стояла в вертикальном положении. Мне казалось, что сейчас я ударюсь спиной об твёрдый пол и почувствую невыносимую, мучительную, острую боль. Но нет… Я почувствовала что-то крепкое и стойкое под собой, но при этом приземлилась так легко и аккуратно… Словно пушинка… Преодолев страх и чувство неизбежности, я из-за любопытности открыла глаза. Увиденное заставило меня покачнутся на месте от потрясения. Огромная, словно пустынная, опустошённая комната… Окутывающая, заволакивающая, бескрайняя глубина. Запах сырости, плесени и запекшейся крови… Эхом разносящиеся шаги, тот самый звон в голове и необъятный гул, словно тысячи шепчущих голосов… Твёрдый, словно стальной пол, звонко отбивающий звуки шагов. Исцарапанные, бетонные стены и бесконечный коридор впереди. Я не могу поверить в это… Та самая комната… Комната Голдена и Спрингтрапа… Безвыходная, вечная, одинокая тюрьма… Неужели он снова врывается в моё сознание?! Стараясь подавить хлещущее объёмными, мощными потоками волн, волнение и всепоглощающую панику, я глубоко вздохнула. В комнате царит глубокая, немая, застывшая тишина, но в голове заливается звуками звон, манящий в невесомую даль. Он то звенит, напоминая сосредоточенное тиканье часов, то шепчет что-то, разрывающее сильнее крика. Очнувшись от хаотично разбросанных мыслей, я делаю шаг вперёд, стараясь вслушаться в этот шёпот. Понять, что он может значить. Медленно, осторожно идя вперёд, я замечаю как всё вокруг вдруг меняет краски. Теперь я вижу знакомые обгоревшие стены, твёрдо-жёлтый интерьер и привычный, тонкий холодок. Не может быть никаких сомнений — это аттракцион. Я иду вперёд, прямо к двери, ведущей в мой офис. Именно сейчас мной движет этот таинственный звон, лишь он может привести к выходу из кошмара…  — Остановись, Виолет… — вдруг слышу я мягкий, умиротворённый шёпот. Сладкий, бархатный голос сейчас звучит необыкновенно успокаивающе. Я уже давно доверяю Золотому, ведь он старается помочь мне, подсказать верное решение в моей задаче. Лишь он может открыть мне, какой она является… Буквально затормозив около входа, я не отводя взгляда смотрела вперёд, стараясь сконцентрироваться лишь на голосе Голдена. Слышится его неописуемо-приятный и ласковый смех. Его мягкий, бархатистый тембр только успокаивал и создавал чувство безопасности.  — А ты послушная. Я чрезвычайно рад, что могу быть уверенным в твоём доверии… — я слегка улыбнулась, — И раз так, то мне больше незачем скрываться. Послышался слабый, еле уловимый шорох. Я тут же резко взглянула в его сторону, остановившись на тёмной, густой тени в углу. Казалось, что это тень от каркаса Голдена или любого другого предмета, но через секунду, она стала колебаться и дрожать, словно собираясь разорваться на куски. Вскоре серая, тусклая тень превратилась в нечёткий, человеческий силуэт. Он будто мог слиться с ней в любую минуту, настолько неразличим во тьме был прозрачный, тёмный контур… Лишь широкая, белоснежная улыбка, оскаливающая клыки, дала о себе знать. Она резко разорвала тьму, вместе со всеми моими сомнениями.  — Вот я и вернулся, Виолет… — тепло произнёс Золотой и подошёл ко мне. При бледном свете луны показались знакомые очертания его нового, человеческого облика. Неоново-белые зрачки из чёрного мрака устремились прямо на меня, ожидая ответа. Собрав всю свою храбрость и уверенность, я решила начать с мучившего меня вопроса:  — Что происходит, Голден? Это снова сон? — стараясь чтобы мой тон не звучал слишком резко и скрывая взволнованность спросила я.  — Можно сказать… Что это лишь игра-подсказка — загадочно улыбаясь, ответил Золотой.  — Игра-подсказка? Для чего?  — Вскоре ты всё сама поймёшь, Малыш… Пока не собраны все души, им не выбраться из вечного плена… Я постаралась вспомнить всё, что было связано с душами. Раньше я уже догадывалась, что может значить тот сон… Почему я наблюдала за каждым из аниматроников…  — Души не могли освободиться… Ведь… Их было всего четверо! — вспомнив как растворялись в воздухе фигуры, наконец догадалась я.  — Вместе погибли, вместе и уйдут, — мягко улыбнувшись, кивнул Голден.  — Я должна их освободить, — больше уверено, чем вопросительно сказала я.  — Ты должна показать, что всегда готова помочь… Твоя забота нужна мне, — слегка рассмеявшись, ответил он.  — Тебе? И вновь раскатистый, добродушный смех. Удивлёно взглянув на него, я так и спрашивала: «Чего тут такого забавного?!» Поймав мой взгляд, Золотой подошёл ближе и аккуратно взяв меня за плечи, собрался вести вперёд. Почувствовав его прикосновение, я тут же ощутила, как меня окатила волна нервной дрожи и пронзительного холода. Словно до меня не дотронулись, а облили из тазика с ледяной водой. Подобного холода я не ощущала даже когда до меня дотрагивался Спрингтрап. Обхватив себя руками и стараясь отогнать обволакивающий с головы до пят озноб, я начала потирать руки.  — Что замерзла, Малыш? — коротко улыбнувшись, спросил Золотой. От этой судороги я уже начинала танцевать на месте, пытаясь хоть как-то согреться. С улыбкой наблюдая за мной, он приблизился ближе вновь, от чего я отдёрнулась. Еле сдерживая всё поступающий смех, Золотой молниеносно схватил меня, плотнее ко мне прильнув. То что я почувствовала изумило, нет шокировало меня ещё больше. Теперь, вместо нахлынувшей волны холода, я почувствовала необыкновенный жар, исходящий от его бледного тела. Он согревал постепенно, аккуратно, нежно… Окутывая каждую клеточку тела и принося несравнимое удовольствие. Я по рефлексу расслабилась, от чего Золотой, тут же сказал:  — Ну всё, теперь нам пора идти. Похоже не собираясь меня отпускать, Голден медленно, но порывисто пошёл вперёд. Ничуть не сопротивляясь, я шаг за шагом шла практически в ногу с ним, смотря вперёд и пытаясь понять, куда мы идём. Мы углубились вперёд, заворачивая за угол и полностью проходя мой офис. Всё было как обычно, словно мы в реальности находились в аттракционе. Казалось, что до каждого предмета можно дотронуться, ощутить, словно и нету никакого сна… Вскоре, заворачивая или наоборот, идя только вперёд, мы остановились в одном из коридоров. Я сразу узнала его — это коридор 8 камеры. Огромное количество рисунков на стенах, куча подарков на полу и освещающая комнату голова Чики. Отпустив меня, золотой подошёл к одному из рисунков и начал его с улыбкой осматривать.  — Видишь этот рисунок? — вдруг спросил он, указывая на рисунок с изображением Мальчика с шариками. Я давно слышала о нём — это аниматроник-человек, раздававший шарики детям в 1987 году. - Да. Что с ним? — спросила я, подходя к рисунку. Голден уступил мне место и я дотронулась до него, стараясь получше рассмотреть.  — Просто хочу, чтобы ты его запомнила… — спокойно ответил Золотой. Рассматривая рисунок, я старалась запомнить каждую деталь и попытаться не перепутать его расположение, когда он мне понадобится. Ничего не говоря, Голден вдруг быстро зашагал назад. Я тут же оторвалась от рисунка и поспешила идти за ним. В голове роем вились вопросы: Почему он мне помогает? Что значит: Твоя забота нужна мне? Зачем ему нужно делать мне подсказки? Пройдя всего несколько шагов, я увидела, что мы оказались в седьмой комнате. Голден уже склонился над каким-то странным автоматом — огромный экран и большое количество разных кнопок и рычагов. Улыбнувшись, он поманил меня к себе рукой и вновь уставился на рычаги. Подойдя ближе я начала спокойно наблюдать за его руками, остановившимися на одной из 8 красных кнопок.  — Теперь запомни эту комбинацию, — спокойным тоном сказал он и начал нажимать на 4 левых кнопки. Верхний левый, нижний левый, верхний правый, нижний правый… — Думаю тебе она понравится… Остановившись, Голден вновь пошёл к выходу, а я старалась прокручивать в своей голове все его слова и недавнюю комбинацию. Идя по направлению к комнате 2, он вдруг спросил:  — Ты любишь сладкое? — его тон прозвучал настолько обычно, серьёзно, но с явным, ощутимым подвохом. Я удивлённо на него уставилась и просто медленно кивнула.  — Ну тогда запоминай эти комнаты… — лукаво улыбаясь сказал он и пошёл вперёд по коридору. Вскоре мы вновь оказались около входа в мой офис, но уже с другой стороны. Голден выглядел абсолютно равнодушным, спокойным и всего лишь подойдя к краю прохода и выдержав паузу вновь пошёл вперёд. Я молча шла за ним, запоминая каждое его движение. Казалось. что время полностью остановилось, от чего всю дорогу меня преследовало чувство затянутости, словно всё вокруг застыло… Так мы шли из комнаты в комнату. В начале побывали в 3, здесь Голден остановился около рисунков Марионетки и огромного количества нот. Из комнаты 3, перешли в 4. Каждый раз Золотой делал остановки в разных местах, в основном рассматривая важные предметы, такие как каркасы старых аниматроников. Возникало такое чувство, словно он осматривал свои владения, изучал, проверял… Перейдя в 6 комнату, с каркасом и автоматом Бонни, он наконец остановился, с интересом наблюдая уже за мной. Прокручивая в голове числа: 2, 3, 4, 6, я дала ему немой ответ, что всё запомнила. Он тепло улыбнулся и подошёл ко мне ближе.  — Осталось ещё три ночи, Малыш. Сейчас нужно вновь запоминать, — сказал он, слегка потрепав меня за волосы. Сделав глубокий вдох, я молча кивнула и Золотой отправился снова к моему офису. На этот раз он не стоял около двери, а вошёл прямо в него, вторично осматривая уже сам офис. Слегка ухмыльнувшись, он прошёлся к столу и остановился прямо у его края. Я прошла внутрь за ним и присела рядом. Его взгляд был прикован к жёлтым плиткам под окном. Они казались мне какими-то неровными, выпуклыми… Но не все из них, а около 9 штук. Молча, Золотой посмотрел прямо мне в глаза и поняв, что я догадалась, начал поочерёдно нажимать на эти самые плитки.  — Следи за движениями моих рук и просто запоминай, Виолет, — сказал он и нажал на 3 плитку. Порядок был такой: 395248. Остановившись, Голден встал и улыбнувшись добавил:  — Надеюсь она не будет для тебя слишком сложной… Ведь это моя любимая. Посмотрев на плитки ещё раз, я прокрутила все недавние моменты. Рисунок Балун боя, комбинация: Верхний левый, нижний левый, верхний правый, нижний правый на автомате, комнаты — 2, 3, 4, 6 и комбинация: 395248 на плитках. Убедившись, что я всё запомнила, я устало улыбнулась. Голден улыбнулся мне в ответ и спокойно сел в кресло, облокотившись спиной о стол. Я стояла меньше чем в метре от него и продолжала наблюдать.  — Не забудь, всё вертится вокруг 2 персонажей, Малыш. Ты должна запомнить каждую комнату, где сможешь встретить ИХ, а дальше уже полагайся на свои чувства. Всё здесь закономерно и лишь ты сможешь помочь бедной, заблудшей душе… Без тебя, я не смогу вернуться, верно старый друг? — вдруг сказал Голден, игриво улыбнувшись.  — Без неё не справиться никто из нас… — вдруг услышала я глухой, тихий, открытый голос. Голден ухмыльнулся и обернулся к правому углу стола… Два сияющих в темноте неоновых глаза и хитрая улыбка тёмного, всегда находящегося в тени существа уставились на меня. Я увидела заячьи уши, еле заметный контур галстука-бабочки… Не было сомнений, передо мной стояла тень Бонни… Та самая тень, все эти годы скрывавшееся в глубоком мраке… Находясь в омуте неоновых глаз, я дрожащими руками потянулась к бледному, прозрачному как дым, когда-то металлическому каркасу. Всё происходило не по моей воле, не по-моему желанию… Всё ближе и стремительнее, всё слабее и темнее, всё сумрачнее и завораживающе… Вскоре всё заполнила густая, вязкая тьма… Лишь хитрые, ослепительно-белые глаза и дьявольская улыбка разделяла тьму, сливаясь с ней…