King size

Чонгук под боком, забившийся под одеяло, а Сокджин судорожно сглатывает. "Ну и какого хера ты согласился?" - внутренний голос язвительный, и Сокджин его сейчас представляет человеком, отчего-то слишком похожим внешне на Юнги, скрестившего руки на груди. Джин не находит, что ответить. Да и пререкаться с собственными мыслями уже психушкой попахивает, нет? У Кима инфаркт. Прохладные руки Чонгука вдруг оказываются на его плечах. Почему-то сейчас это прикосновение кажется слишком интимным. Ладони скользят по голой коже, поглаживают, спускаются вдоль позвоночника. Судорожный вздох выдает Сокджина с головой. Чонгук улыбается (Ким в этом уверен) и пальцами пробегается по коже, словно дразня. Джин чувствует его горячее дыхание, которое щекочет шею. - Чонгук... - Сокджин все-таки решается что-то сказать, едва не застонав от возбуждения. - Расслабься. Это массаж, - голос у Чонгука томный. Блядский. С деланной хрипотцой и псевдоглубиной тембра. Ладони скользят по спине, а затем по ребрам, будто пересчитывая их - пальцы слегка цепляются за кости. Правая рука Чонгука вдруг ныряет вниз от солнечного сплетения к пупку, отчего Сокджин ловит губами воздух. - Прости, рука соскользнула, - лукавит Чонгук со змеиной улыбкой, слышной даже в голосе. - Ложись на живот. Сокджин послушно переворачивается на живот, в то время как в голове внутренний голос просто надрывается, крича о том, чтобы он немедленно скинул гаденыша с кровати. Но он ничего не делает. Чонгук садится сверху, разминая спину сильными, уверенными движениями. Это становится больше похожим на массаж, поэтому Сокджин расслабляется слегка, с мыслью о том, что он накрутил все себе, и действительно, это всего лишь массаж. - Так нормально? - Сокджин кивает на вопрос младшего, когда тот разминает жестко мышцы шеи. Сокджину хорошо до безумия. Ему действительно был необходим расслабляющий массаж. Пусть даже домашний, от Чонгука. Но беспечное наслаждение массажем превращается в пытку, когда до Джина вдруг доходит, что что-то твердое, упирающееся ему в спину - явно не пульт от телевизора. Ким тяжело глотает слюну в и без того пересохшем горле. Ему почти больно в области паха. Руки Чонгука проскальзывают сквозь резинку пижамных штанов, легко, ненавязчиво, совсем на чуть-чуть - он дразнит. Но этого оказывается достаточно, чтобы Сокджину снесло голову. Он сбрасывает с себя улыбающегося Чонгука и садится сверху, не давая шанса вырваться. В голове проносится запоздалое "Юнги тебя убьет", но это уже неважно, потому что Ким зло целует младшего в губы, сжимая ему запястья. Грубо и жестко проталкиваясь языком внутрь, Сокджин отмечает, что тот отвечает, охотно подаваясь вперед. - Бля-ять ... - стонет Джин, зубами кусая вену у основания шеи. Пальцы пробегаются по бедрам, а потом стягивают резким движением трусы Чонгука. Сокджин грубо переворачивает парня на живот, царапая ему кожу. Тот сдавленно стонет, утыкаясь лицом в подушку. У Чонгука искры из глаз, когда Ким входит в него одним движением - без предварительной подготовки, без смазки, без ни хрена. Парень почти плачет от боли, но лишь судорожно тянет носом воздух, стараясь не потерять сознание. Он очень пытается получать удовольствие, но Сокджин грубый и злой - ему лишь больно до одури. Сокджин ставит Чонгука на колени и хватает того за член свободной рукой, поглаживая его. Тому от этого и хорошо, и плохо одновременно; он стонет уже громко и смело, разрывая тишину утробными звуками, вырывающимися из горла. Ким едва сдерживается, чтобы не кончить сразу; Чонгук узкий очень, его мышцы влажным, плотным кольцом обхватывают плоть Сокджина, почти заставив кончить при проникновении. Чонгук откидывает назад голову, судорожно ловя воздух ртом, а Сокджин запускает пальцы в его волосы и сильнее оттягивает назад. Он влажно целует парня в уголок приоткрытых губ. Сокджин кончает с протяжным стоном, продолжая медленно и глубоко вдалбливаться в Чонгука, будто стараясь добить его во что бы то ни было. Тот все-таки кончает на секунду позже Кима, выдохнув тихое: "ох". Оба лежат на белых сокджиновских простынях и тяжело дышат. Сокджин морально готовится к смерти. Сначала программа самобичевания, а потом "Юнги-хен" закопает его на кладбище домашних животных. - Ты, что, блять, вытворял? - Ким думает, что неплохо было бы узнать перед смертью, что это за дерьмо было. - Часть моего страшного плана, - Чонгук ржет громко и очень искренне. - Чего? "Я Т Е Б Я П Р Е Д У П Р Е Ж Д А Л !!!" - внутренний голос орет, разрывая глотку. - Я замечал, как ты на меня смотришь. Я понял давно, - мелкий приподнимается на локтях и обезоруживающе улыбается Киму. - Ты мне тоже нравишься вообще-то, с самого первого дня. Сокджин от этого просто в ничто; мозг сломался и сообщил об ошибке, а ураган из бабочек в животе пролез в легкие, мешая дышать. Чонгук лишь поцеловал Джина в нос, за что получил подзатыльник от него и снова заржал, откидываясь на спину. "Один:ноль" - говорит внутренний голос, победно задрав подбородок. "Я был прав".