Пересмешница

      Если сначала я не поняла отношение Эрика к приказу о наших совместных тренировках, то на первой же всё сразу встало на свои места — он был крайне недоволен, даже, ближе к состоянию «Зол и готов убивать». Когда в очередной раз, его кулак выбил воздух из моего живота, я быстро откатилась с мата, прося, таким образом, перерыв. — У тебя 5 минут! — рявкнули сверху. Угадав, что мой мучитель рядом со мной, я не упустила момента — сделала подкат ему под ноги, заставив упасть рядом. Впрочем, он немедленно вцепился мне в горло. — Ни-ко-г-да не на-до не-до-о-це-ни-ва-ть про-ти-в-ни-ка! — я буквально хрипела, хватая ртом воздух. — Ты и в свои последние секунды будешь язвить? — он отпустил мое горло и поднялся, слегка пнув меня по ногам — подъём! — Я думала, ты поклялся меня защищать…- вернувшись на ринг, я едва не познала всю прелесть приёма «загиб рук за спину», успев увернуться. — Не переоценивай мои человеческие качества — он снова попытался нанести удар. Я вздохнув, поставила блок. Это был уже третий спарринг, и, если до этого наши небольшие стычки были не более, чем каким-то танцем, то теперь мы дрались в полную силу. И я успела в полной мере познать его мощь. Пока он справлялся со мной куда легче, чем я с ним. Зато теперь я не потеряю боевые навыки. А синяки и прочие незначительные повреждения были ерундой, легко излечиваемой арсеналом моей аптечки. Тем временем, неофиты начали проходить тестирование — симуляцию, призванную помочь им в борьбе со страхами. Еще пару дней — и мы вернёмся на Базу. А пока — стрелковые тренировки и вечернее противостояние с Эриком. Я поднялась с мата, и, убедившись, что все кости целы, хотя плечевой сустав правой руки подозрительно хрустнул, я начала разматывать тренировочные ленты. Эрик негромко переговаривался с патрульными, делающими очередной обход. Кивнув ему головой, я отправилась к себе. Мерзкий звук сирены безжалостно разбудил меня. Мне показалось, что только что закрыла глаза. В комнате мигал красный свет. Убедившись, что происходит что-то экстраординарное, я быстро оделась и экипировалась. Снаружи творилась неразбериха. Механический голос повторял раз за разом: «Тревога! Тревога! Всем членам Бесстрашия собраться в коридоре у главных ворот!». Бойцы Бесстрашия были явно не готовы к нападению на фракцию. Мне же никаких иных инструкций не поступало. Поэтому, с трудом согнав пробегавших мимо в подобие строя, я направилась к главным воротам. Там уже столпилась, на мой взгляд, почти вся фракция. Кто-то чуть толкнул меня в плечо — я обернулась, и увидела Макса, показавшего, что надо выйти впёрёд, к Лидерам, которые стояли в метрах 10 от ворот и в двух метрах от остальных бесстрашных. Мне ничего не оставалось, как подчиниться. — Что происходит? — встав между Эриком и Тобиасом, я, наконец, обрела способность задавать вопросы. — Сработал сигнал тревоги — нападение на фракцию. Но, это не совсем так. Встречаем гостей — за них ответил Макс. Ворота с каким-то жутковатым всхлипом открылись. То, что я увидела, мне совсем не понравилось. Меня начало трясти, горло парализовало от ужаса, как это всегда бывает, когда я вижу этого человека. Пока я пыталась справиться с этим Эрик отодвинул меня назад и они с Фором сомкнули плечи, образовав незримую стенку. А в коридоре, тем временем, появился мой отец с собственной персоной и небольшим отрядом совсем нежелательных персон. Он подошёл совсем близко к нам и остановился, раскинув руки: — Приветствую вас, друзья! — я обернулась и заметила, что бесстрашные слегка обескуражены. Большинству из них, особенно, бесстрашным по рождению и тем, кто очень давно во фракции, было известно, кто перед ними, остальные же обескураженно переглядывались. Но никто не двигался с места без приказа. Я не знала наверняка, что тут нужно моему папочке, но вариантов было много, ровно столько же, сколько граней в его жуткой личности. Бывший Лидер фракции «Бесстрашие», создатель Баз-призраков, а теперь — один из самых опаснейших людей в нашем покалеченном мире. Убийца и ублюдок, ради своих целей готовый пойти на всё. И в то же время — великолепный боец, хитрый и умный стратег, тайный игрок на большом политическом поле. У него своя странная философия, из-за которой он перешёл на темную сторону. Впрочем, мне всегда казалось, что он оттуда и не уходил. Тьма в нём была всегда. Парадокс, но каждый второй на Базе уважал его за былые заслуги и ненавидел за всё, что он делает сейчас. Сколько крови у него на руках — столько воды нет в нашем мире наверное, а количество жертв невозможно сосчитать. А про то, что он сделал с моей жизнью — лучше вообще не вспоминать. Именно по этой причине у меня столь странная реакция, когда я его вижу. — Я узнал, что скоро, многие из вас вступят в ряды бойцов Базы. Но, я предлагаю вам подумать вот над чем: вы станете марионетками правительства, теша иллюзии защитников мира. Но я предлагаю вам другой вариант — вы станете моими солдатами, пройдёте подготовку, не сравнимую с теми жалкими попытками вас обучить здесь. Я даю вам время подумать. Помните — в любой момент вы можете присоединиться к нам. Это было уже слишком. — К кому вам? Убийцам и мясникам? Ты же не дорожишь ни единой жизнью на этой планете — я обошла Эрика и Фора и подошла почти вплотную к отцу — и трогательно забываешь упомянуть, что все твои люди, кроме Уорда, для тебя — грязь под ногами.  Его, казалось, моя речь ни чуть не смутила. Но, через секунду, он резко схватил меня за кулон и дернул его вниз — кожаный шнурок выдержал, а вот моя шея испытала не лучшие ощущения. Затем, его рука переместилась чуть выше — и мне стало катастрофически не хватать воздуха. Краем глаза я заметила, как дернулись Эрик, Макс и Тобиас, но, поднятием руки, отец заставил их остановиться. — Не забывай, что-то, что ты всё еще жива — моя заслуга. Я дал тебе жизнь, я тебя могу и убить — наклонившись к моему лицу, прошипел он. Затем, резко отпусти меня, уже громче произнёс, обращаясь к остальным: — До скорых встреч — развернувшись, он, вместе со своими головорезами, вышел за ворота.