Protect me

Сознание возвращалось слабыми толчками, болью впиваясь в виски, заставляя стиснуть зубы и приоткрыть глаза, чтобы не потонуть в этой тьме. Белый потолок и такие же белые стены вгоняют едва очнувшийся разум в панику. Карие глаза мечутся из стороны в сторону, ища за что бы зацепится взглядом, что-нибудь, что спасет из этого белого плена. Тело не слушается - ремни плотно держат прижатым к койке, вызывая фактически животный страх перед неизвестностью и бессилием. Спасение приходит неожиданно - белая дверь отделяется от стены, словно затворка тайника, впуская в палату людей в белых халатах и безразличием на лице. Молодой мужчина, ненавидящий все вокруг себя, и пожилая женщина, лениво переваливающая свой не малый вес с ноги на ногу, окидывая хрупкого юношу пустым взглядом. Единственное, что светится во всем этом белом безобразии - красный крест на небольшом нагрудном кармашке халатов, каштановые волосы мужчины и поредевшие крашенные рыжие волосы женщины, уродливыми засаленными прядями свисающие по бокам от ее головы, скрывая наполовину пухлые щеки бульдога. Билл дергает на кровати, приоткрывая рот чтобы вскрикнуть, вызвать хоть какой-нибудь всплеск эмоций или красок, лишь бы не эта белая пустота, но попытка тщетна, голос замирает клубком у горла, мешая дышать, ремни впечатываются в белую кожу, оставляя следы. - Успокойтесь, мистер Каулитц. - Мужчина приставляет к кровати небольшой табурет, устраиваясь на нем, поблескивая стеклами очков в освещении ярких лап, зачем-то касаясь кармашка халата на груди. - Как Вы себя чувствуете? - Где я? - слова вырываются тихим вздохом, разносящимся эхом по квадратному помещению, ударяясь о каждую стену. - Вы помните что случилось? - Кажется, врач специально игнорирует его вопрос, хотя по его лицу видно что он слышал. Женщина уставилась куда-то в спину врачу, видимо брезгуя поднять взгляд на несчастного брюнета. - Где я?! - Билл вскрикивает, снова дергаясь в путах, требуя ответить на жизненно важный вопрос. - Вы в наркологической клинике. Надеюсь, вы осознаете почему? - Врач впивается в его глаза острым взглядом, вспарывая душу. Билл отрицательно качает головой и прикрывает глаза, стискивая зубы. Память услужливо напомнила про последний вечер с Томом, про пьяное дыхание близнеца, про отказ от секса и про иглу в вене. Слезы непроизвольно навернулись на глаза, он все еще не верил что брат мог так поступить с ним. Каулитц положительно склонил голову, приоткрывая глаза, поднимая взгляд на врача, не понимая как ему дальше жить, что все-таки случилось в тот вечер и почему он оказался тут. - Так вы помните или нет? - Настойчиво переспрашивает мужчина, но злиться сил нет, легче просто ответить, ведь тогда от него отстанут, от него все отстанут, когда получат то, чего хотят. Отказ всегда более болезнен, в этом Билл успел убедится. - Частично. - Так же тихо, как и в первый раз, произносит брюнет, поднимая бледные шоколадные глаза к потолку, ища в идеальной белизне трещинки изъяна. Они всегда есть, в этом он не сомневается. - У Вас был передоз, к счастью Ваш брат вовремя вызвал скорую, которой удалось спасти Вам жизнь. Теперь вы проходите курс лечения. - Врач обернулся к медсестре и что-то шепнул, что Билл не расслышал да и не старался, в голове все плыло и никак не желало увязываться с друг другом. Если брат хотел его отравить, то зачем вызвал скорую? Почему, если был так против наркотиков, сам же дал их ему, да еще и больше нужной дозы. Он не знал норму.. - мелькнуло в мыслях брюнета. Ну конечно, откуда человеку, никогда не связывающегося с подобным видом, знать сколько нужно для нормальной дозы. Но это его все равно не оправдывает. - Где мой брат? - Вопрос вырывается сам собой, и Билл понимает, что он действительно хочет это знать. Если тот раскаялся, то почему не рядом? Почему не поддержит младшего братишку, как делал все это время? Или он вызвал скорую только потому, что не хотел марать руки в убийстве. Глаза за стеклами очков покрываются пеленой, словно их обладатель впал в глубокие раздумья, потом доктор оборачивается к женщине, что-то тихо спрашивая, та безразлично пожимает плечами и кивает на вопрос. - Он в психиатрической клинике. У Вашего брата помутился рассудок. Карие глаза удивленно расширяются, Билл приподнимает голову с подушки, всматриваясь в глаза своих посетителей поочередно, пытаясь найти отголоски лжи или насмешки. - Как? - единственное, что срывается с покусанных потрескавшихся губ в ответ только тихий вздох и пожимание плечами, ну конечно, наркологи ведь не обязаны разбираться в психологии, не их проблема, не их работа. - У Вас есть какие-нибудь пожелания? - Врач поднимается на ноги и отодвигает стульчик в сторону, поправляя забавным жестом очки на носу. - Можно...- Каулитц напрягает руки под ремнями, наглядно демонстрируя свою просьбу, стыдливо отводя взгляд, сконфуженный положением. - Это для Вашей же безопасности.- Сухо отрезает впервые за весь разговор медсестра, очевидно это именно она, проквакав своим низким голосом. - Но я в своем уме и не собираюсь вредить себе. - Брюнет поднимает на нее недоуменный взгляд, та открывает свой покрашенный какой-то омерзительно жирной бледной помадой рот, собираясь ляпнуть что-нибудь еще, но мужчина опережает ее и присаживается у кровати на корточках, отстегивая ремни от металлической основы, снимая их и сминая в ладони, собираясь унести с собой, дабы у пациента не было желание задушится или иначе негативно воспользоваться данным предметом. Билл блаженно потирает запястья рук, устраиваясь удобнее. Его мало волнует где он, что с ним собираются делать, почему и как, все, чего хочется - умереть, чтобы больше никто не издевался, никто не унижал и не подстраивал под свои нужды. Просто отдохнуть от этого мира. - Что-то еще? - Можно воды? Прозрачный граненный стеклянный стакан оказывается у его губ прежде, чем он успевает закончить предложение. Аккуратно присев, он обнимает его холодными тонкими пальцами, накреняя на себя, делая пару глотков только для того, чтобы избавиться от сушащего ощущения, откидываясь обратно на подушки и засыпая через пару мгновений. Оставаться тут на долго он не намерен, завтра предстоит тяжелый день скандалов и истерик с целью своего освобождения, но сегодня надо отдохнуть и переварить полученную информацию.