Protect me

- Где мы? тихо прохрипел Билл, придерживая куртку на плечах скрещенными на груди руками. Осознав, что ему знакомо это место, он нахмурился и обернулся к замолчавшему Дэвиду. - Зачем мы здесь? - голос с каждой минутой становился все тише, ему было тяжело говорить, но, к сожалению, без слов его понимал только Том, которого не было рядом. - С тобой кое-кто хочет поговорить. - Строго просил Йост, подтолкнув его к одному из стульев за белым, идеально чистым, столом. Не удержавшись, Билл вынужден был сделать шаг к этому стулу, споткнувшись о собственные ноги, грохнувшись на сидение всем весом и тихо заскулив от боли в ушибленном копчике, потому как поверхность стула была деревянной без намека на мягкую обивку или что-то в этом роде. Удостоверившись, что Каулитц сел, мужчина развернулся и направился на выход из кабинета, в котором они некогда подписали контракт с этой студией. - Я буду за дверью. - Коротко бросил он через плечо на прощание, прежде чем выйти и прикрыть за собой дверь. Билл удивленным взглядом испуганных карих глаз посмотрел ему вслед, находясь в прострации пару секунд, пытаясь осознать ситуацию, после чего подошел к выходу и подергал ручку двери, намереваясь узнать что же все-таки здесь происходит, однако та не поддалась. Паника начала накатывать огромными холодными волнами, заставляя кончики пальцев дрожать и дыхание сбиваться. Белое пространство кабинета давило на сознание, хотелось испачкать его хоть чем-нибудь, пусть даже алыми брызгами крови, в которых будет больше жизни, чем в любом находящемся здесь белом отвратительном предмете. От собственных невеселых мыслей его отвлек тихий скрип петель, скользнувший по напряженным нервам иглой. Резко обернувшись на звук, Билл с удивлением заметил, что в стене была еще одна дверь, белая, как и стены, от того сливающаяся с обстановкой. Мужчина, вышедший из-за нее, довольно дружелюбно улыбающийся, показался спасителем от давящей тишины и белизны пространства, потому Каулитц, не задумываясь, улыбнулся ему в ответ, надеясь, что тот прояснит происходящее и выпустит его из этой клетки. - Мы раньше близко не знакомились, верно, Билл? - спокойно, даже слишком, спросил директор звукозаписывающей студии, прикрывая за собой дверь. - Я Смит Уокер. И мне известна твоя проблема. - Смит присел за свое рабочее место, с вежливой улыбкой указав Каулитцу на злосчастный твердый белый стул. Тот поколебался некоторое время, но все же присел на него, аккуратно опускаясь на ровную прохладную поверхность, чувствуя себя несколько скованно под внимательным взглядом. Он вопросительно изогнул бровь, пытаясь понять что от него хотят. Мужчина усмехнулся в ответ, поднявшись со своего места, обходя стол, остановившись почти вплотную к парню. - Понимаешь, пока ты не можешь петь - вы не можете выпустить альбом. А это задержка. И задержка в убыток мне. Понимаешь? - Он нагнулся, цепляя подбородок Каулитца пальцами, заставляя того высоко поднять голову и смотреть ему в глаза, открыто усмехаясь в ответ на испуганный взгляд почти почерневших глаз. - А сумму неустойки вы не потянете. Это меня очень огорчает. Но есть один способ спасти ситуацию. Ты спишь со мной - и я закрываю глаза на все твои промахи. Билл испуганно шарахнулся от мужчины, едва не свалившись со стула, отбегая к двери, не обращая внимания на соскользнувшую с плеча куртку, с отчаяньем дергая дверную ручку. Вспомнив, что Дэвид обещал ждать снаружи, Каулитц напряг голосовые связки, зажмурившись от боли.. - Дэвид! - крик получился жалким и быстро затух, перебитый громким смехом из-за спины. Смит не двигался с места, он оперся на стол позади себя и почти с умилением наблюдал за жалкими попытками мальчишки позвать на помощь и выбраться отсюда. Однако, зрелище довольно быстро наскучило директору, тот оказался рядом с испуганно пискнувшим юношей в пару секунд, перехватывая узкие запястья, дернув на себя. - Герр Йост не придет к тебе на помощь. Он сам согласился на это, или ты еще не понял? - Заметив удивленно расширившиеся глаза, мужчина с усмешкой пояснил. - Я хорошо плачу за работу вам, а ему еще больше, и он терять этот контракт совсем не хочет. А еще он знает, чем заинтересовать... - Широкая ладонь скользнула по узкой тонкой спине вниз, крепко прижимая к широкому телу, опустившись на бедра парня. - Нет! - Тихо, надрывным шепотом, произнес Билл, упираясь руками ему в грудь, не веря ни одному слову, надеясь что это просто страшный сон. Но хватка мужчины была крепкой, он пару секунд наблюдал за попытками освободится, после чего развернул парня к себе спиной, нагнув над столом, прижимая за шею к холодной поверхности. - Да брось, ни за что не поверю что ты прям такой ангелок. Ты же выглядишь как первосортная шлюха. Так в чем дело? - Рука, не занятая удерживанием Каулитца на месте, активно поглаживала его ниже пояса, скользя на ягодицам и между ног, касаясь ширинки. Билл тихо всхлипывал, опасаясь шевельнуться, потому как пальцы на шее тогда сжимались сильнее и перекрывали ход кислороду, заставляя задыхаться от бессилия и нехватки воздуха в легких. Тело мелко подрагивало от накатывающей истерики и неприятных прикосновений ладони и холодной поверхности белого стола. Голос окончательно изменил ему, потому он не мог даже вскрикнуть, вынужденный покусывать губы и скрести ногтями по столу, оставляя после себя отметины. Смит тем временем завел обе руки Каулитца за спину, удерживая их там переместившейся с шеи ладонью, и расстегнул ремень с ширинкой, стягивая с парня джинсы, почти с восхищением глядя на открывающуюся гладкую кожу. - Ты действительно хорош не только личиком. Прекрасное тело. - С насмешкой протянул мужчина, не обращая внимания на тихие всхлипы и частое "нет" надрывным шепотом. Легко раздвинув рукой стройные длинные ноги, он коснулся грубыми пальцами мошонки, перекатывая в ладони яички, с довольно похотливой улыбкой наблюдая за тем, как несчастная жертва краснеет и внезапно замолкает, очевидно, устыдившись своего положения. Билл попытался сдвинуть ноги, но был остановлен вклинившимся между ними коленом, грубая ткань штанов на котором неприятно натирала бедро при каждом движении. Шепот прекратился, сменившись тихими жалостливыми всхлипами и поздним осознанием беспомощности. Биллу было противно и страшно, и поддаваться на ласки грубых рук ему совсем не хотелось. Через несколько минут безнадежный попыток сбежать Каулитц внезапно смирился со своей участью, затихнув и не подавая признаки жизни. Сначала Уокер решил, что тот потерял сознание, но склонившись к нему, прижавшись грудью к худой спине, он заметил пустой взгляд Карих глаз, направленный куда-то в белоснежную стену. - Эй.... - тот встряхнул его за узкое плечо, но реакции не последовало, Каулитц только несильно приложился виском о стол, прикрыв на пару мгновения глаза. Спать с бесчувственным телом желания не возникало, проблемность этого мальчишки начинала сильно напрягать, мужчина тихо зарычал и выпустил его руки из захвата, отстраняясь, что-то спешно разыскивая у себя по карманам. Билл, почувствовав свободу, осел на пол, подтягивая ноги к груди, придя в себя, стараясь натянуть незаметно штаны, пока его мучитель занят поисками неизвестного ему. Уокер, заметив его поползновения, с силой ударил по лицу, толкнув на пол, наступив ботинком на грудь, мешая подняться. - Сбежать вздумал, щенок? Я плачу тебе не за это! - Взгляд радостно загорелся, когда он, очевидно, нашел искомый объект. Присев рядом с вяло трепыхнувшимся Биллом на корточки, он принялся с остервенением сдирать с него водолазку, едва ли не разрывая ее по швам, когда та застряла у горла, отказываясь соскальзывать, причиняя неудобство парню. Когда ненужная вещь гардероба была снята, а вслед за ней отброшены в стороны штаны, болтавшиеся на узких лодыжках, Смит вновь ухватился за узкое запястье, на котором уже расцветали следы от его широких пальцев, заставляя поскуливающего от холода Билла вытянуть руку. - Так это правда... Ты еще более жалок, чем казался... - Это было последнее, что услышал Каулитц, прежде чем вздрогнуть от боли в локте. Переведя удивленный взгляд на источник, он с удивлением осмотрел торчащую из внутренней стороны локтя иглу с мутноватой светлой жидкостью, медленно проскальзывающую в его кровь, разносящуюся по венам-капиллярам и растворяющуюся средь красных телец. - Нет! - Неожиданно громкий крик сорвался с его губ, звоном отражаясь от стен, когда он понял что происходит. Так уже было раньше. И ему не хотелось повторять это снова. - Прошу Вас, я сделаю все что угодно, только не это... - Заскулил парень, прикрывая глаза, сдерживая слезы досады. Шприц был уже наполовину пуст, и это пугало больше, чем предстоящее унижение и изнасилование. После второго раза назад дороги нет. Ему это доходчиво объяснили еще в клинике. - Поздно... - Злорадно, с толикой торжества, процедил Уокер, аккуратно вынув иглу из посеревшей вены, отбрасывая опустевший шприц в сторону. Руки тут же принялись скользить по гладкой коже, изучая изгибы стройного тела, касаясь чуть выделяющихся ребер при дыхании, сжимая затвердевшие соски, с радостью отмечая, что жертва не остается равнодушной его действиям. Карие глаза затуманились, перекрытые почти полностью расширившимся зрачком, бездумный взгляд перескакивал с одной вещички на другую, не успевая даже сфокусироваться на увиденном образе, помня только всполох белого, отпечатавшегося на замутненном сознании. Билл неожиданно громко застонал, прогибаясь в пояснице, часто надрывно дыша, облизывая через каждые несколько секунд подсохшие трескающиеся губы, которые через минуту накрыли чужие. Чужое язык вторгся внутрь, яростно изучая влажное пространство рта, скользя по идеальным белым зубкам и играясь со штангой в юрком язычке, приподнятом на встречу, но так и оставшимся неподвижным, потому как владелец уже не управлял своим телом, жившим отдельной жизнью. Язык сменился двумя пальцами, вторгшимися довольно глубоко, достающими до самого горла, из-за чего парня едва не стошнило. - Соси. - хрипло выдохнул явно возбужденный мужчина ему на ухо, имитируя пальцами поступательные движения, заставляя приоткрывать сладкий ротик шире и вбирать их глубже, обильно смазывая слюной. Смысл сказанного дошел до затуманенного разума только через пол минуты, Билл плотнее сжал губы вокруг пальцев, скользя по ним язычком, расслабляя горло, позволяя им касаться его стенок, вздрагивая при каждом таком касании. Пальцы исчезли довольно быстро, оставляя за собой протянувшуюся ниточку слюны, опавшую на подбородок, поблескивая в свете люстры. За окнами давно было темно, и единственное, что освещало пространство - это безжизненный свет этой самой белой люстры, покачивающейся на таком далеком белом потолке, впивающейся в глаза острым светом. Билл завороженно смотрел на эту самую люстру, забыл о реальности, улыбаясь чему-то своему, не замечая, что из глаз, размазывая макияж, текут слезы от яркого света. Улыбка спала, когда смоченные уже слегка подсохшей слюной пальцы толкнулись в анус, заставляя мышцы расступится. Каулитц тихо вскрикнул, выгнувшись дугой, жмурясь от неприятных ощущений, довольно быстро гаснущих под действием наркотика, и глухо застонал, невольно толкнувшись бедрами, прося еще. Тело просто грело, и с этим нужно было что-то сделать, болезненное возбуждение тянуло низ живота, а растягиваемые мышцы ануса только усиливали эти ощущения. - Сразу бы так. - Хмыкнул Смит, скидывая с себя одежду, устраиваясь между широко разведенных тонких ног, приставляя головку сочащегося смазкой члена к не растянутому толком входу, толкаясь одним резким толчком, блаженно застонав, прикрывая глаза, не обращая внимания на еще один резкий крик и жалкое поскуливание. Мышцы плотным кольцом обхватили его плоть, фактически сдавливая, до темноты перед глазами, и что-то теплое, стекающее из растянутого ануса, только добавляло ощущения. Привыкнув сам, Уокер двинул бедрами, плотно удерживая протестующе ахнувшего Каулитца на месте, склонившись к его заплаканному лицу, снова скользнув языком внутрь ротика, прекращая этим тихие недовольные стоны и хныканья. Темп постепенно становился все быстрей, Смит позволял себе оторваться от сладких искусанных губ лишь на пару мгновений, вдыхая и давая вдохнуть своей жертве, после чего снова впивался в них, словно пытаясь высосать всю сладкую душу из хрупкого тела. По комнате разносились только тихие мокрые шлепки и поскуливания, до тех пор, пока Уокер не почувствовал надвигающуюся волную оргазма. Прижав к себе плотнее узкие бедра, до синяков сжимая на них пальцы, он кончил внутрь растянутых мышц, тихо зарычав. Как только дрожь оргазма отпустила его, он повалился на юношу под собой, подминая его под себя, утыкаясь носом в изгиб длинной шейки, чувствуя, что в низ живота ему уткнулся до сих пор эрегированный член жертвы. Билл расстроено застонал, так и не достигнув оргазма, и поддался бедрами вверх, желая получить ласку и избавиться от болезненного стояка. - Что должен сказать хороший мальчик, когда хочет что-то попросить? - усмехаясь, поинтересовался Смит, едва ли не крича от восторга, что это чудное и прелестное создание, еще час назад упирающееся и изображающее недотрогу, так доверчиво ластится к нему. Карие глаза со зрачком на половину радужки удивленно раскрылись и уставились куда-то вверх, снова наполняясь слезами от противного яркого света, тихий голос прозвучал невинно и немного удивленно: - Томми?...