Второе "Я" или подарок вождя

Прошла неделя. Первые дни Кэйли не могла смириться с мыслью, что застряла здесь надолго. Девушка не так боялась заточения в чужом теле, как своей смерти. Кто знает, может она уже умерла. К сожалению, выяснить это невозможно из-за упрямства и эгоизма кондитера. Еще Кэйли беспокоило, что Вилли был очень похож на человека из ее сна. И “Шоколадный цех” она тоже узнала. Совпадение? Вряд ли. Что-то здесь было не так. Вилли уверяет, что не имеет отношения к этому инциденту, но можно ли ему верить? Он обманывает Чарли, использует девушку в своих целях, как ему можно доверять после этого? Но сидеть, сложа руки, девушка не собиралась. В последние дни Кэйли вела себя тихо. Это не могло не радовать кондитера. Вилли не любил, когда его отвлекают от работы по пустякам. Но думал он, что молчит Кэйли из-за установленных ним правил. Три дня назад, когда шоколадника посетила очередная гениальная идея, Кэйли решила не дать ему записать ее. Она начала орать какую-то чушь, чтобы заглушить мысли кондитера. Услышать свои мысли ему так и не удалось. По этому случаю Вилли решил провести с девушкой серьёзную беседу. «Мисс Браун, только что вы лишили детей всего света вкуснейших конфет», - сказал Вилли, садясь в свое кресло. «Какой ужас! Они этого не переживут!» - съязвила девушка. «Именно поэтому, чтобы в дальнейшем не было таких проблем, я решил установить некоторые правила» «Правила?» «Да! Во-первых, не отвлекать меня от работы. Во-вторых, не задавать глупых вопросов. В-третьих, не заглушать мои мысли» «Но…» «В-четвертых, не спорить со мной» «Это концлагерь?» «Хуже! Шоколадная фабрика» - захихикал кондитер. После этого разговора девушка практически не разговаривала с кондитером. Она решила придерживаться правил, чтобы Вилли успокоился. Но его только настораживала такая покорность его “гостьи”. «Мисс Браун, с вами все в порядке?» - насторожился магнат, когда девушка вообще перестала разговаривать. «Да, мистер Вонка!» - тихо ответила Кэйли. Она решила изобразить из себя затравленную, испуганную заложницу, которая будет выполнять все приказы. Вилли еще больше насторожился. Он, конечно, хотел, чтобы Кэйли вела себя скромнее, но не до такой же степени. «Мисс Браун, вас что-то беспокоит?» «Мистер Вонка, сэр, я не должна отвлекать вас от работы. Не обращайте на меня внимания! Меня здесь нет! Кэйли Браун умерла», - прошептала девушка и обрадовалась, когда почувствовала, как мистер Вонка занервничал. «Мисс Браун, не нужно так говорить! Вы не умерли. Когда я говорил, не отвлекать меня от работы, я и подумать не мог, что дойдет до такого. Не нужно воспринимать мои слова так буквально!» «Правила… Я должна слушаться! Меня здесь нет! Я не буду отвлекать» - бессвязно бормотала девушка и готова была засмеяться, ощущая эмоции кондитера. Вилли почувствовал себя террористом. «Мисс Браун, я…Я отменяю все правила! Мне не нужно ваше психическое расстройство» «Отменяете? И не установите их заново?» «Вы – гость на фабрике, а я не хочу, чтобы моим гостям было плохо. Правил больше не будет. Прошу вас, чувствуйте себя, как дома!» «Я точно могу вести себя, как дома?» «Думаю, да» «Вот и хорошо!» - произнесла Кэйли нормальным голосом. Была бы возможность, и она бы гаденько улыбнулась. «Собственно, я ожидал подвоха» - устало вздохнул магнат. Теперь, когда Кэйли знает, что больше всего ненавидит кондитер, девушка решила ставить ему палки в колеса. Всячески мешать ему. По-возможности тормозить работу фабрики. Возможно, так она сможет ускорить возвращение в свое тело, если удастся достать кондитера. А может наоборот помахать рукой своей прежней жизни. Хотя она ей итак помахала, когда очутилась в теле Вилли. Да и как все может вернуться на свои места, когда находишься в такой сказке. За все время, проведенное на фабрике, девушка успела увидеть много невероятного, волшебного. Ей не хотелось отсюда уходить. Точнее она хотела оказаться здесь в своем теле. Бегать, как маленький ребенок, по “Шоколадному цеху”, пробовать каждую конфетку, плавать на леденцовой лодке. Ей даже хотелось ездить на стеклянном лифте, не смотря на свою боязнь высоты. Но, если она вернется в свое тело, то Вилли вряд ли пустит ее на фабрику и тогда придется вернуться в серый, холодный мир. Раньше ее жизнь казалась ей красочной. Любимая работа, друзья, родные, что еще нужно? Семья? Она никогда не задумывалась об этом. Девушка с детства строила планы на будущее: школа, институт, хорошая работа, а потом уже любовь-морковь, свадьба, дети и так далее. Да, она встречалась с парнями в школе, в институте, но это было скорее для галочки. Один парень предлагал выйти за него замуж, но Кэйли отказалась. Ей нравился он, но скорее, как друг. Девушка не видела его в роли своего мужа. Ее родители были возмущены таким поведением своей дочери. Говорили: “Тебе уже двадцать четыре года, а ты еще в девках ходишь. Тебе пора детей рожать, а не химикаты в лабораториях нюхать. Мы раньше умрем, чем ты нам внуков подаришь!”. Кэйли только пожимала плечами. Она уже давно привыкла к таким словам. Посмотрев на жизнь в стенах фабрики, девушка поняла, что ее прошлое было блеклое, почти серое и не интересное. Красок в ней было мало. Это, как картины. Смотря все время на одну, тебе кажется, что она идеальна. Но есть же и другие, в которых краски более яркие и сюжет интереснее. Девушке выпал шанс разукрасить свою жизнь. Добавить новые цвета, пририсовать новые лица, изменить что-то важное. А фон? Будет ли ее фоном шоколадная фабрика? Или останется институтская лаборатория? А хочет ли она вообще возвращаться к своим колбочкам, пробиркам, которые наполнены всем известными веществами, когда здесь в одной колбе кипит сказка, перемешанная с фантазией, в другой остывает чудо. Но здесь Кэйли чужая. Ей нет места на этой фабрике. Никто не знает о ней, кроме кондитера, и то он использует ее. Когда она Вилли больше не понадобится, он придумает способ вернуть ее обратно и все. А если Кэйли Браун умерла, то кондитер придумает способ вышвырнуть ее душу из себя. Увы, но это так… От этих мыслей Кэйли приходит в ярость. Ей начинает казаться, что Вилли пытается украсть у нее ее мир. Выгнать девушку из ее сказки. Разбудить, не дав досмотреть сон. Еще она злилась на себя за то, что позволила себе привязаться к этому месту всего за неделю. А ведь всем известно, что, когда ты что-то или кого-то полюбил, то расстаться будет очень больно. Исходя из всего этого, Кэйли сделала вывод, что пора валить отсюда. И чем раньше – тем лучше. Поэтому следующие дни покажутся кондитеру адом. Утром Вилли, после бессонной ночи, отправился в ванную. По-старинке закрыв глаза и сняв с себя всю одежду, кондитер залез в душевую кабинку. Включив прохладную воду, чтобы чуть взбодрится, Вилли начал мыться. Обычно, когда шоколадник мылся в душе, Кэйли молчала, но сегодня она решила сделать исключение. Девушка начала орать песню. «I believe I can fly I believe I can touch the sky I think about it every night and day Spread my wings and fly away» От неожиданности кондитер поскользнулся, но смог устоять на ногах. Он разве что глаза открыл, но тут же закрыл. А Кэйли, не обратившая на это внимание, продолжала громко петь песню. «Мисс Браун! Мисс Бра… МИСС БРАУН!!!» - крикнул Вилли. «Ой, зачем же так кричать?» - с наигранным удивлением спросила Кэйли. «Просто вы так верещали, что никого не слышали. Что за караоке вы мне здесь устроили?» «Ну, мы…вы как бы в душе, а в душе обычно поют… Вот я и решила…» «Убить меня своим пением?» «Между прочим, друзья говорят, что у меня хороший голос» «Ну, так нечего дружить с глухими!» «Вы просто завидуете, что у меня такой хороший голос!» «Было бы чему завидовать, мисс Браун!», - усмехнулся кондитер. «А я все равно буду петь!» - буркнула девушка. После часа пререканий с Кэйли и переодеваний, Вилли наконец вышел из своих комнат. Настроение было испорчено. Шоколадный магнат быстро шел по коридору, обдумывая новые рецепты. Войдя в “Лакричный цех” Вилли подошел к огромному прозрачному механизму, который достраивали умпа-лумпы. В цехе был шум и гам. Практически ничего не было слышно. Сзади к кондитеру подошел Чарли и громко поздоровался и в этот момент все стихло. - Доброе утро, мистер Вонка! – Вилли аж подпрыгнул. - Умеешь же ты подкрадываться, Чарли. Доброе утро! Как спалось? - Замечательно! А вам? - М-м-м, тоже. – Сегодня кондитер вообще не спал. – Думаю, что завтра мы сможем попробовать создать лакричного дракона. Умпа-лумпы уже заканчивают модернизацию машины. Теперь она сможет создавать не только шоколадных птиц, но и лакричных драконов. - Наконец-то! Я уже заждался. – Улыбался мальчик. Вилли тоже улыбнулся. «Эх, жаль, что скоро этот милый ребенок перестанет улыбаться вам!» - наигранно печально сказала Кэйли. «По-моему мы с вами это обсуждали» «Обсуждали, но мне мальчика жалко. Он так предан вам. Он любит вас, только не понимаю за что» «Вы много не понимаете и я это уже заметил» «Вы всегда так “вежливы”?» «Только с надоедливыми людьми, вроде вас» «Я не надоедливая, я пытаюсь заменить совесть, которая у вас всегда отсутствовала» «Что ж, зря тратите время!» «Это мы еще посмотрим!»