Второе "Я" или подарок вождя

Кэйли решила расставить все точки над “i”. Она завела разговор с Анжелиной и начала все объяснять ей. Кэй объяснила, что между ними ничего не может быть. Блэк, конечно, разозлилась и пыталась выставить ее за дверь. Но Кэйли предложила остаться друзьями. Учительница долго думала, ходила по комнате, выпила целую бутылку вина, и, в конце концов, согласилась. Браун попросила пожить у нее некоторое время, якобы на фабрике ремонт, а снимать квартиру не хочет, потому что журналисты не дремлют. Блэк, естественно согласилась и пообещала никому не говорить о том, где Кэй сейчас живет. Два дня Кэйли не выходила из своей комнаты. Она просто лежала на кровати и смотрела через окно на фабрику. В ее фантазиях, дым, который валил из труб, превращался в Вилли, который звал ее к себе. Звал, прогуляться по цехам, поужинать с Баккетами, просто посидеть вместе, поговорить. Те слова, что она его видеть не хочет, что терпеть его не может – это была ложь. Девушка пыталась обмануть саму себя, но у нее ничего не получалось. Она очень хотела встретиться с ним. Еще раз посмотреть в глаза. Пусть он был в ее теле, а она в его, но было такое ощущение, будто они видели души друг друга. И было чувство, будто они связаны. Скованы одной цепью, которую уже невозможно разорвать. Ее можно растянуть, пусть это не поддается никаким законам, но в этом мире законы придумывают люди, чтобы их нарушать. И Кэйли с Вилли уже нарушили все, что только можно. Теперь девушка не могла далеко уйти от магната. Она собиралась поехать на вокзал, но не смогла. Ее, как будто что-то схватило сзади стальной хваткой и не давало сделать еще один шаг вперед. Если Кэй сопротивлялась, то ее начинало душить это что-то. Из-за этого ей пришлось остановиться недалеко от фабрики, у Анжелины. И тогда, когда Вилли пришел к ней, Кэйли буквально физически ощущала его присутствие. Она была рада его видеть, но обида сама вырвалась из нее. Девушка наговорила много лишнего, о чем теперь сожалела. Каждый день, час, минута, секунда убивали ее. Высасывали все соки. Седьмого марта она опять же лежала на кровати и просто смотрела в окно. Под глазами синяки, волосы растрепанные. Сил совершенно нет. Тело все ломит. Анжелина приходила все это время в комнату и приносила завтрак, обед и ужин. Ей очень не нравилось состояние Кэйли, и она не раз пыталась вызвать врача, но Браун всегда останавливала ее. Теперь, когда Кэй буквально извивалась на кровати, Блэк испугалась не на шутку. Она уже собиралась бежать за телефоном, но Браун опять не позволила. - Не смей! - Ты болен, посмотри на себя! - Давай я буду решать, болен я или здоров, хорошо? - Но… - Никаких “но”. Мне нужен смокинг. И срочно. Завтра я ухожу. - Вилли… - Нет, Анжелина, даже не пытайся мне перечить. Сделай все, что я тебя прошу, и я буду должен тебе всю жизнь. Пожалуйста! - Хорошо. Только тебе нужен доктор. - У меня есть свой личный лечащий врач, так что не беспокойся. - Хорошо. Говори, что тебе нужно. Кэйли сказала, что ей нужен смокинг, чтобы пойти на День Рождения ее знакомой. Анжелина сказала, что ей по любому придется пойти с ней, дабы померить костюм. Браун согласилась и еле встала с кровати. Она умылась, приняла душ, переоделась в какие-то штаны, футболку, кофту с капюшоном и куртку, оставшиеся от бывшего мужа Анжелины. Надев на себя капюшон и темные очки, она вместе с Блэк вышли из дома, и пошли в центр города по магазинам. Учительница всегда любила ходить по магазинам, поэтому это было ей только в радость, а вот Кэйли не любила это занятие и считала его простой тратой времени. Так они зашли в дорогущий бутик. Там Анжелина выбрала семнадцать разных смокингов. Один даже Кэйли понравился, но после того, как она увидела его цену, она ненавязчиво намекнула Блэк, что пора уходить отсюда, методом выталкивания ее на улицу. Зашли в еще один магазинчик. Выбрали скромненький, недорогой смокинг, рассчитались и ушли. Кэйли облегченно вздохнула. Она как можно быстрее пошла домой к Анжелине. Придя туда, девушка с покупками заперлась у себя в комнате и начала напяливать на себя смокинг. Одевшись, она поправила бабочку, которую они приобрели в том же магазине. Кэйли причесалась, надела на себя цилиндр и взяла трость. Это был именно тот случай, когда влюбляются в свое отражение. Экстравагантный мужчина, с немного надменной улыбкой, что еще нужно. А если этот мужчина – Вилли Вонка? Кэй подошла вплотную к зеркалу, сняла цилиндр и прислонилась лбом к зеркалу. Посмотрела себе в глаза и не могла отвести от них взгляд. Какие же у него глаза! Такие же таинственные, как и он сам. Такие же необычные. Такие глаза могли быть только у него. Кэйли отошла от зеркала и села на кровать. Посмотрела в окно и она, как загипнотизированная смотрела на одно лишь окно фабрики. Отсюда нельзя было понять, есть там кто или нет, но девушка ощущала на себе чей-то взгляд. Ее тянула какая-то неведомая сила к окну. Она подошла, открыла его, и ее обдал холодный мартовский ветер. Кэйли все так же не сводила глаз с того окна. Глаза слезились от ветра, и она уже вся замерзла, но не могла перестать смотреть туда. Внезапно ее кто-то оттолкнул от окна, и она упала на кровать. Это была Анжелина. Она закрыла окно и зло посмотрела на Кэйли. - Ты, что, спятил? Воспаление легких хочешь заработать, да? – начала она. - Ничего бы со мной не случилось. - Слушай, ты после того разговора с той дамочкой сильно изменился. У тебя с ней роман, да? Именно поэтому ты не хочешь встречаться со мной? - Нет никакого романа. Да, я… Она мне нравится, но взаимности нет. Ты мне друг, но не больше, прости. - Значит, прихорашиваешься ты для нее, верно? И это у нее День Рождения скоро? – Кэйли только кивнула. - Пойми, я не хотел причинять тебе боль. Мне жаль, что так получилось. - Да ладно. Сердцу не прикажешь. - Я рад, что ты поняла. - Помочь одеться? - Мне не сегодня нужно идти. - Завтра? - Да. - Тогда зови завтра, и я из тебя принца сделаю, хотя куда уж дальше? – Анжелина хихикнула. - Спасибо. Спасибо за помощь, за понимание. - Пф, обращайся! Кстати, если она не дура, то пригласишь меня на свадьбу! - Хм, да, конечно, свадьба. Вряд ли будет свадьба. - Значит, она дура. «Да, Кэйли, ты действительно дура» - думала Кэй. - Я устал. Можно я посплю? - О, да, конечно! Извини! Сладких снов, любимый кондитер. - Анжелина, мы ведь договорились. - Но ты не запрещал мне любить тебя, пусть и безответно. - Извини. – Тихо сказала Кэйли. Блэк ушла, а Браун переоделась, сложила смокинг в шкаф, легла на кровать и уснула. Вилли мало спал все это время, после его разговора с Кэйли. Он винил себя за то, что сделал ей. Вспомнив, сколько раз тот насмехался над ней, пугал и отталкивал, кондитеру стало не по себе. Теперь он понял, что чувствовала девушка, когда он сказал ей разлюбить его. Боже, каким же он был дураком. А теперь он расплачивается за все свои ошибки, но вернуть долг никогда не сможет. Она ненавидит его. Ее слова, ее взгляд, все это дало ему понять, что она никогда не простит его. И никакие слова, никакие поступки не помогут. Он потерял ее. Навсегда. И теперь он лежал на диване в своем кабинете и смотрел в потолок. Он ничего не хотел. Единственное, что ему нужно было, так это уснуть и не проснуться. Но жизнь не так сладка, как его конфеты и никто ему этого не позволит. Он будет сгорать медленно и мучительно. Его будут заживо съедать все его чувства, и никто не протянет руку помощи. Потому что он этого не заслужил. Вилли просто лежал, засыпал, просыпался, ходил иногда в ванную, но потом снова ложился и тупо смотрел в потолок. Седьмого марта его начало что-то тянуть куда-то. Что-то очень сильное и оно причиняло невыносимую боль. Было чувство, будто из тела медленно вытягивают душу и кондитер лежал в позе эмбриона и тяжело дышал. Кости ломило, мышцы, как будто, в узел завязывались. Но он не звал никого на помощь. Он упрямо лежал и терпел. Шоколадник понимал, что это ему за дело. В конце концов, он не выдержал и встал. Шатаясь, Вилли подошел к окну и его взгляд остановился на окне второго этажа дома Анжелины. Он с минут пять стоял и смотрел туда, и чувствовал на себе взгляд. Ее взгляд. Через десять минут она открыла окно и он смог четко разглядеть ее. Он готов к ней был лететь, его тянуло к ней, отчего сопротивляться было практически невозможно. Потом, что-то сильно дернуло в груди, и кондитер закашлялся. Он снова посмотрел в окно, но оно уже было закрыто. Вонка тяжело вздохнул и снова поплелся к дивану. Лег и снова уставился в потолок. Он никогда не увидит ее снова. Наутро девушка еле встала. В глазах двоилось и ноги подкашивались. В комнату вошла Анжелина, и оставила поднос с едой. - Ты уверен, что не нужно вызвать доктора? - Уверен. Спасибо за еду. - Пожалуйста. Когда ты уходишь? - В шесть я буду там. Значит, собираться буду в пять. - Ясно. Я подойду к тебе к пяти часам и помогу. - Да, спасибо! - Хватит меня благодарить. - Как скажешь. – Пожала Кэйли плечами. Учительница кивнула и вышла. Девушка сделала все свои дела: умылась, приняла душ, позавтракала. Села на кровать, оглядела комнату. В комнате были стеллажи с книгами. Кэйли подошла и достала одну. Легла на кровать и начала читать, делать-то все равно нечего. Так она читала до самого вечера. В комнату вошла Анжделина и недовольно посмотрела на читающую Кэйли. - Ты почему еще не одет? – Браун оторвалась от чтения и непонятливо посмотрела на Блэк. - Так рано же еще. - Полшестого для тебя рано? - СКОЛЬКО? – закричала Кэй и посмотрела на настенные часы. – ЧЕРТ! - Вот и я о том же. Давай быстрее! Кэйли вскочила с кровати и понеслась к шкафу. Достав оттуда вещи, она, не обращая внимания на Анжелину, начала стягивать с себя одежду. Учительница в это время гладила. Наспех натянув на себя все, Кэйли показалась девушке. Лохматые волосы, перекошенная физиономия, перекрученный костюм – супер! Блэк взяла ее за шиворот и потащила к зеркалу. Причесала ее, поправила костюм, немного припудрила лицо (чем Кэйли была крайне недовольно). Надела на нее цилиндр и немного склонила его набок. Протерла трость и вручила ее Кэйли. Теперь вид был то, что надо. Почистив ботинки и надев пальто, довольная, но взволнованная девушка, вышла из дома Анжелины. - До встречи, Анжелина! Спасибо тебе огромное за помощь! - Ой, да брось! Только скажи и я сделаю все, что тебе нужно. Ты мне можешь доверять, поверь. - Я очень благодарен тебе за доверие. - Ой, иди уже, благодарен он. Кэйли улыбнулась и, постукивая тростью, пошагала к воротам фабрики. Они, как по волшебству, открылись, когда она подошла достаточно близко. Девушка собралась с духом и медленно пошла к центральному входу. Двери опять же сами открылись, а в коридоре ее ждали два умпа-лумпа. Бросив пальто на пол, она пошла за маленькими человечками. Они шли долго. На девятнадцатой лестнице, Кэйли запыхалась и остановилась. Умпа-лумпы стали ждать ее. Девушка отдышалась и пошла дальше. Они пришли к длинному коридору. В конце него были огромные двери. Она начала медленно идти, смотря на эти двери. Кэй могла точно сказать, что никогда здесь не была, хотя ей казалось, что она всю фабрику облазила, когда была заточена в теле Вилли. И вот они подошли к дверям, которые начали медленно открываться. Кэйли оторопела. Большой круглый зал, стены и пол которого, как казалось, были сделаны из золота. А потолок был зеркальным. Был большой белый стол из шоколада, на котором было много еды, напитков. Был еще один стол из черного шоколада, но на нем лежали коробки с подарками. Кэйли посмотрела вниз, но умпа-лумпов не было. Она сглотнула и медленно вошла в зал. Под потолком летали те самые знаменитые шоколадные пузыри, и весели веревочки из лакрицы. Девушка вышла на середину зала и услышала, как двери за ее спиной захлопнулись. Она резко развернулась и увидела Билла и всю семью Баккетов. - СЮРПРИЗ! – крикнули они. – С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! Кэйли счастливо засмеялась. Билл и все остальные подошли к ней. Все поцеловали ее в щеку и начали дергать ее за уши. Под конец, ее уши были красного цвета. - Поздравляем вас, Кэйли! Желаем счастья, здоровья, успехов. – Сказала миссис Баккет и крепко обняла ее. Никого не смущал тот факт, что Кэйли сейчас была Вилли. - Открой подарки! – сказал Чарли. – А потом будем праздновать. - Хорошо! – согласилась девушка. Она побежала к столу с подарками и, как маленький ребенок, начала трусить подарок и угадывать, что там внутри. Это была большая коробка в зеленой обертке с синей ленточкой. Девушка развернула его, открыла. Внутри оказалась ее статуэтка, сделанная из молочного шоколада. - Чарли, это ты сделал? – удивилась Кэйли. - Да. Это из нетающего шоколада. Вам нравится? - Очень! Спасибо тебе огромное! – Кэй крепко обняла мальчика. Потом аккуратно поставила статуэтку в сторону и приступила к следующему подарку. Это была плоский, но тяжелый подарок. - Это от нас всех. – Сказала миссис Баккет. Кэйли достала рамку с общей фотографией, там была она, Билл, все Баккеты и Вилли с тростью. Конечно, Вилли и Кэйли были не в своих телах, но все же. - Спасибо! – девушка поочередно обняла и поцеловала Баккетов в щеку. - А этот от меня. – Сказал Билл. Девушка улыбнулась и взяла маленькую коробочку. Она открыла ее и достала оттуда золотой браслет с надписью: “ K + B = Friends” - Вау! Билл спасибо тебе огромное! – Браун надела на руку браслет и начала им любоваться. - Кхм…Кэйли, тут еще один подарок. – Сказал мистер Баккет. Девушка посмотрела на стол и увидела конверт с розовым бантиком. Она взяла его и покрутила в руках. На нем было написано: “ С Днем Рождения, Кэйли! W.W.” Браун медленно открыла его, и вытащила оттуда сложенные пополам бумаги. - Что это? - Не знаю. Какие-то документы. – Билл взял один листок и начал читать. Внезапно он выпустил листок из рук и уставился в стену. - Билл? Что случилось? – забеспокоилась девушка. - Кэйли… М-мистер Вонка, переписал на тебя фабрику. - ЧТО? – закричали все хором. - Прочитай. – Билл поднял бумагу и протянул ее Кэйли. Она углубилась в чтение. Из того бреда, что там написан на юридическом языке, девушка смогла понять только то, что Вилли действительно переписывает на нее фабрику. У нее подкосились ноги и она начала падать, но Билл и мистер Баккет вовремя подхватили ее. - Он, что, с ума сошел? – тихо спросила Кэйли. – Нет. Я этого так не оставлю. Фабрика его, он отдал ей всю свою жизнь, а теперь хочет мне ее отдать. Нет уж, спасибо, обойдусь. Без моей подписи – это всего лишь бумажки. Ну, я ему… - Кэйли, прочитай это. – Чарли протянул ей еще один лист. Девушка взяла его и пробежала по записке глазами. «Кэйли, поздравляю тебя с Днем Рождения! Я решил переписать на тебя свою фабрику. Думаю, это хороший подарок для тебя, ведь ты не хотела уезжать отсюда. Завтра я улетаю в Лумпаландию и буду там жить до конца жизни. Можешь делать с фабрикой все, что хочешь. Она твоя. Я не скидываю на тебя свои обязанности, я отдаю тебе самое дорогое, что у меня есть – семью и фабрику. Прости, что испортил тебе жизнь. Рано или поздно я верну нас на места, но пока у меня нет возможности этого сделать. Мне нужно время. Я, как и обещал, не пришел на твой праздник, чтобы не испортить его. Желаю приятно провести время! W.W.» Это было последней каплей. - Значит, в Лумпаландию сбегаешь, да? Не-е-ет, дорогуша, ты у меня так просто не сбежишь. Ну, я тебе сейчас устрою конец жизни. – Взбесилась Кэйли. Она побежала к входу из зала, но ее окликнул Чарли. - Кэйли! -Что? - На лифте быстрее. – Мальчик щелкнул пальцами и через минуту прилетел лифт. Девушка кивнула и вбежала в кабину. - Где он? - Три дня, как в своем кабинете. Нажми на эту кнопку. – Показал пальцем младший Баккет на кнопку и отошел от лифта. - Разберитесь с ним, Кэйли! – сказала миссис Баккет. - Разберусь, не бойтесь! – произнесла Кэйли и нажала на нужную кнопку. Лифт взмыл вверх и быстро полетел через всю фабрику. «Не улетишь. От меня не скроешься, откопаю, где хочешь. Не позволю. Не дам сбежать. Ты не сможешь бросить меня. Никогда. Я ведь не серьёзно говорила, что не хочу видеть тебя. Ты не посмеешь снова бросить меня. Не посмеешь!» - думала Кэйли. Лифт прилетел к дверям в кабинет кондитера. Девушка вышла и дернула ручку двери, но дверь не открылась. Она посмотрела вниз и увидела, что из-под двери виднелся слабый свет. Она хмыкнула и со всей силы заколотила в дверь. - Открывай, Вонка, я знаю, что ты там! – закричала Кэй. В ответ тишина. – Немедленно открой эту чертову дверь или я за себя не ручаюсь! Кэйли заколотила в нее сильнее. Опять тишина. - Я ведь выбью ее. – Сказала она. За дверью послышался смешок. - Попробуй! – сказал Вилли. Девушка разогналась и сильно ударилась плечом об дверь и упала. За дверью послышались шаги и щелчок замка. Дверь открылась, а за ней стоял кондитер. Он помог Кэйли встать. Та без лишних слов дала ему пощечину. Тот от неожиданности не удержал равновесия и упал на пол. Шоколадник схватился за щеку и нахмурился. - Ты себе же чуть зубы не выбила. - ВСТАВАЙ СЕЙЧАС ЖЕ! – заорала она. Магнат встал. – Как ты посмел? Сбежать решил, да? Ну и трус же ты! - А что мне остается делать? - Оставить все, как есть и пусть жизнь разбирается. Ты подлый! Ты отдаешь фабрику мне и ведь знаешь, что я с ней не управлюсь. Ты практически вышвыриваешь Баккетов на улицу. - Чарли бы помог. - Да я бы разворотила фабрику за минуту. - Я в этом не сомневаюсь. Но я все равно уеду, и никто меня не остановит. Меня здесь ничего не держит. - Ничего? А Чарли? Как же он? Он любит тебя. По-настоящему любит тебя. Ты ему, как старший брат. - Ему нужен достойный брат. – Вилли развернулся и начал идти в кабинет. Кэйли схватила его за руку и резко развернула. - Да, и ты самый достойный. - Да? Не ты ли говорила мне, кто я такой? - Я была зла на тебя за то, что ты сделал. - А сейчас уже типа не злишься, да? - Не знаю. Я поняла, что не могу уехать далеко от тебя. Ты меня не отпускаешь. - Это ты меня не отпускаешь. Я и шага не могу сделать так, чтобы меня не тянуло к тебе. Возможно, это последствия эксперимента. -Возможно. – Загадочно улыбнулась Кэйли. Вилли приподнял бровь. Девушка сделала шаг назад и тяжело задышала. - Немедленно сделай шаг вперед! – скомандовал кондитер. Кэйли послушалась и облегченно вздохнула. – Нам нельзя было так близко подходить друг к другу. Теперь я вообще не знаю, что делать. Эти невидимые цепи, их не разорвать. - Нас почему-то тянет друг к другу. И это не от нас зависит. Наверно. Что теперь делать? - Мы связаны одной цепью, которые потихоньку тянут нас друг к другу. Сделать шаг назад мы не можем, только вперед. - Что от нас требуют? – Вилли посмотрел Кэйли в глаза, и он видел ее душу, а не тело. Он зажмурился, вздохнул и сделал шаг вперед. Девушка удивленно посмотрела на него. – Что ты де… Не смогла договорить она, так как кондитер впился в ее губы требовательным поцелуем. Их ослепило сияние, и почувствовался сильный рывок в груди. Цепи были разорваны. Вилли немного отстранился и посмотрел на нее. Он был в своем теле, а она в своем. Они счастливо улыбнулись и продолжили свое дело. Им не нужно было больше врать друг другу. Наконец они были вместе и никакие обиды, ссоры не могли разлучить их. В это время, в цехе “Лумпаландия”. Вождь сидел с закрытыми глазами и улыбался. - С Днем Рождения, Кэйли! Надеюсь, тебе понравился мой подарок. А ты, Вилли, наконец, увидел свет в конце тоннеля. И настали твои светлые времена. Хорошие времена наступили, а плохие отступили. The End