Чарли

Гарри проснулся первым. Во сне он прижался к мужу со спины, собственнически обнял. Проснувшись, нежно поцеловал чуть влажную кожу в основании шеи. Они лежали рядом, Гарри чуть поглаживал мужа по голове. Такая невинная нежность, но его намерения более развратны. Северус завозился во сне, запуская вполне предвиденные реакции в молодом организме супруга. Гарри погладил живот, прижался сильнее. Северус вполоборота повернулся, находясь еще на грани сна, ответил на поцелуй, погладил Гарри по бедру. «Нужно ввести первое семейное правило — спим только голыми» — Гарри ласкал член мужа. Его дыхание стало поверхностным, сердце забилось чаще, он открыл глаза, еще темные после сна. Наконец в них загорелся огонек похоти. — Что ты делаешь? — Люблю тебя, — два слова, вместившие и признание и объяснение того, что он делает. — Так люби активнее, не хочу на первой паре сидеть со стояком. Северус перекинул ногу через бедро Гарри, прогнулся в спине. Он слегка царапал и раздвигал ягодицы супруга. Тот блаженно закрывал глаза. Ему нравилось. Гарри сам призвал упавший вчера на пол флакон, скользкими пальцами проник в еще не успевшую сжаться дырочку. — Трахну тебя пальцами, что скажешь, любимый? — задвигал рукой быстрее. Северус зло зашипел, но подавался назад, насаживался сильнее. Ему стало тяжело дышать, будто он попал в печь, воздух раскалился, обжигал горло. Гарри поцеловал его, прикусывая губы, одним толчком вошел в подготовленный проход. Внутри туго обхватило член, будто и не было ничего вчера. Гарри застонал, стал двигаться, ускоряясь. Под веками плясали цветные пятна, вспыхивали и гасли, чтобы смениться новыми. Низ живота сладко скрутило. Северус сам довел себя до оргазма, Гарри только смотрел, как головка его члена скрывается в сомкнутой ладони и снова появляется. Гарри сдавил его сосок. — Имя тебе — Искушение. Ты меня сводишь с ума, Северус. Тот рвано выдохнул, пачкая простынь. Гарри кончил в несколько сильных толчков, излившись внутри супруга. — Сев, забей на уроки. Я хочу провести с тобой весь день в постели. Северус хмыкнул, соскользнул с члена мужа, обнаженным отправился в душ. — Поттер, между прочим, сегодня понедельник. — Дементор забери эту работу, — Гарри потер глаза, сел на постели. — До вечера? — У меня теперь нет выбора. До вечера. — Северус, еще десять минут назад бесстыдно отдававшийся мужу, снова превратился в директора Снейпа, наглухо восстановившего броню черной мантии. — Распорядок ты знаешь, не опаздывай. Он покинул апартаменты, оставив Гарри одного. Почему-то герою показалось, что он сам себя загнал в ловушку, из которой ему уже никогда не выбраться, а Северус не собирается облегчить ему существование. *** Директор Снейп в течение всего дня сдерживался как мог, чтобы не начать срываться на учениках. Считал до десяти и обратно, когда третьекурсники варили Бодроперцовый настой, а получили все как один остропахнущую бурду. Перечислял в памяти ингредиенты напитка Живой смерти, когда семикурсник вывернул содержимое котла на пол и, пытаясь самостоятельно убрать лужу, перепутал заклинания, живописно заляпав стены остатками Антисглазного лака для метел. Вспоминал все двенадцать способов использования драконьей крови, когда восьмой курс напрочь запорол Противодраконью сыворотку. Казалось, что вместе с Поттером в его жизнь пришла длинная черная полоса, и конца ей не видно. Еще после обеда ожидался разбор полетов на полном педсовете. Северус застонал — не иначе от его навязанного супруга передалось неснимаемое проклятье. — Директор Снейп, с вами все в порядке? — Профессор Долгопупс тронул его за рукав мантии. — Что? Да, все в порядке. На чем мы остановились? — Пора обновить теплицу с дьявольскими силками, — стал перечислять Долгопупс. — Они уже слишком взрослые, для учащихся это опасно. Предлагаю часть этой теплицы засадить бубонтюбером, его слизь чрезвычайно полезна в целебных мазях. Еще, увеличить площадь посадки бадьяна. Мадам Помфри жаловалась на недостаточное количество настойки. Снейп помассировал виски, пытаясь успокоить начинающуюся мигрень. — Это все? — Последний вопрос. Старшеклассники для сбора помета Лунного тельца… — Делайте, профессор. На этом закончим. Преподаватели расходились, негромко обсуждая неожиданную мягкость директора, обычно Долгопупсу приходилось буквально вырывать зубами каждый куст, а тут аттракцион невиданной щедрости… Директор вернулся в свой кабинет, скинул мантию. Винки за день убрала спальню, сменив постельное белье, не оставив и следа забав супругов. Написав два письма, директор отправил сов. На сегодня дел больше не было, если только не случится что-то экстраординарное… Часы показывали восемь вечера, время ужина прошло. Северус постучал пальцами по столу — супруг изволил задержаться в первый же день. Хотя, чего можно ожидать от Поттера, правила никогда для него ничего не значили, с самого первого дня в Хогвартсе. Злость разбирала Северуса все сильнее. Ждать и догонять — именно это ненавидел директор больше. Бегать за Поттером ему вряд ли придется, скорее муж сам его загонит, а вот ждать… Через камин пришел вызов, директор позволил пройти. В кабинете появились двое — Министр и Рон Уизли. Кингсли выглядел обеспокоенным, аврор Уизли являл собой устрашающее зрелище — магическая броня пробита и опалена в нескольких местах, измазанный в запекшейся крови, покрытый синяками, с разбитыми руками… — Директор, мы за вами, — выдохнул Рон. — За мной? — Северус снова накинул мантию. Наверняка, во время рейда нашли неизвестную субстанцию, теперь ему придется разбираться полночи. Бестолочи. — Директор, Гарри в Мунго, умирает. — Рон вывалил новость на Снейпа, тому показалось, что Рон с трудом проталкивает застревающие в глотке слова. — Поттер? — Сердце предательски пропустило один удар, а потом зачастило. Во рту стало горько и сухо. — Его отравила мантикора. — Откуда мантикора в Британии? Где он ее нашел? — директор выдержал, голос не сорвался на истерические нотки. Где-то в глубине только начала обретать очертания малодушная мысль — его желание сбылось, он избавится от Поттера. Северус отмел ее, если есть хоть малейший шанс спасти мужа, он использует его. — Мы проводили облаву, один умник выращивал на продажу магосуществ четвертого и пятого класса опасности. Среди них была взрослая мантикора. Он прикрыл собой новичка, жало угодило прямо в грудь. Директору хорошо был знаком яд этого существа, была только одна проблема — противоядия не существовало. Он перенесется в Мунго только, чтобы успеть попрощаться. Прожить в браке один день и скончаться от сильнейшего яда, на такое способен только его муж. — Директор, он зовет вас, все время бредит и повторяет: «Северус». — вмешался Министр. — Вы ничего не хотите объяснить? — Все потом. Винки, первый шкаф по левую руку, флакон № 1. Живо. Эльф исчезла, через мгновение подала флакон темного стекла. Северус зажал его в ладони, шагнул в камин, не дожидаясь гостей, назвал Мунго. Директор почти бежал по коридорам в отделение для авроров, доктор Храп кивнул Снейпу на дверь. Гарри лежал на кушетке, бледный, почти не дышал. Доспех медики срезали, на груди виднелось небольшое круглое отверстие. От него в стороны расходились черные щупальца, яд мантикоры все сильнее проникал в его организм. — Сев… Северус вздрогнул — на смертном одре несносный Поттер звал только его. Браслет обжигал запястье, время мужа было на исходе. Северус зубами выдернул пробку, вылил содержимое в рот Гарри. Если это не поможет — его уже ничто не спасет. — Гарри Джеймс Поттер-Блэк-Снейп. Вот же угораздило с фамилией. Не вздумай умереть, клянусь, я найду способ воскресить тебя, а потом задушу собственными руками. Ты слишком много задолжал мне. Он сжал холодную руку Гарри, пытался отогреть ее своим дыханием. Яд понемногу стал бледнеть, самые тонкие ответвления исчезли первыми. Северус ощущал пульс на запястье мужа, он становился сильнее, звонче. Он прижался губами к этому месту. — Сев. — Лежи и молчи, несносный Мордредов ублюдок. Я слишком стар для таких встрясок. — Ты мне снился. — Надеюсь, что в кошмаре. — Я люблю тебя. — Следующий раз, когда тебя цапнет очередная тварь, можешь не рассчитывать на меня. — Ты использовал последний Эликсир жизни… — Ты мне ответишь за каждую выпитую каплю крови, за каждый потраченный нерв. С Кингсли и Уизли будешь объясняться сам. — Буду, любовь моя. Все, что ты захочешь. Гарри улыбнулся и Северус понял, что попал окончательно и бесповоротно в плен к этому мальчишке. Все сложилось так, как должно. С Поттером директору некогда будет скучать, он как рог громамонта, готов рвануть в самый неподходящий момент. Нежданная помощь недругу исцеляла ожесточенное сердце, проклятье обернулось благословением. Но им, героям, правила не писаны.