Чарли

После ночного дежурства Гарри вернулся домой. — Обед? — Майки появилась сразу, стоило хозяину пересечь порог дома. — Спасибо, может быть потом. — Хозяин очень плохо ест. Хозяин не бережет себя, — запричитала домовик. — Сгинь. Гарри отмахнулся от эльфа, присел на ступеньку, расшнуровал высокие ботинки армейского образца, бросил их тут же — Майки уберет. В спальне разделся, сбросив одежду кучей, оставив на себе одно белье и цепочку с аврорским жетоном. Повернулся к зеркалу — остатки Авады таки пробились сквозь щит и доспех, на груди красовалась кривая рана с опухшими краями. Кровь подсохла корками, Гарри частично сорвал их, когда снимал футболку, теперь на живот потекли алые струйки. Больно, если не остановить остаточное вскоре доберется до сердца, разъест его. Гарри замер — может, не стоит останавливать? Медленная мучительная смерть, ведь именно за ней он пришел в аврорат. Убить себя чужими руками… Остатки здравого смысла победили. — Эпискеи. Жжение прекратилось, остатки проклятья исчезли. Если еще раз применить медицинское заклинание, то рана сама затянется. Гарри открыл верхний ящик комода, Майки строжайше было запрещено прикасаться к нему, вытащил бутылку, наполовину наполненную прозрачной жидкостью с этикеткой «спирт», бинты и изогнутую иглу. Смочил бинт спиртом, размочил подсохшую кровь. Зашипел от боли, пробивая кожу иглой, стягивал края, закончил в шестнадцать стежков. Осмотрел — рана даже зашитой маггловским способом выглядела страшно, останется неровный шрам. А они украшают мужчин. — Мазохизм? Это что-то новое. — Инстинкт бросил Гарри на пол, рука потянулась за палочкой. Магическая удавка затянулась на горле. — Не стоит. Ах, да. Можешь говорить. — Как ты зашел? — Поттер оставался на полу, словно придавленный огромной каменной глыбой. — Поттер, какая поразительная глупость. Я могу приходить, когда хочу, твоя защита на меня не распространяется. Я твой хозяин. — Ты хозяин книзла Чарли, а я человек. — Об этом можно спорить часами, я по другому вопросу. Мистер Поттер, до меня дошли неприятные слухи. Хотелось проверить их правдивость. — Да, я служу в аврорате. — В самом опасном из его отделов. Поттер, не перестаю поражаться вашей глупости. — Не стоит так переживать. — Я забочусь о своей собственности. Это очень некрасивая рана, Поттер. Эпискеи. От ранения не осталось следа, Гарри провел пальцами по снова гладкой и ровной коже. — Это был не последний рейд. — Поттер, я запрещаю вам нарываться на заведомо опасные чары. Ошейник снова вспыхнул. — Лучше сразу убей. Зачем ты мучаешь меня? Я не специально оказался у тебя, я не виноват, что ты привязался к комку шерсти! Я не выбирал любить тебя до боли в сердце, ты сам мне позволил! Если я тебе не нужен — дай мне уйти, живи дальше. Ошейник затягивался сильнее, Гарри боролся с ним, рвался диким зверем. У него сильная воля, он сможет победить магию. Он вспомнил, как пытался пробить барьер проклятия, направил все волшебство на ошейник. Смог поднять голову, посмотреть в глаза Северусу. — Ты убиваешь Чарли. Сев… верус. Гарри отпустило. Он поднялся с пола, стоял напротив Снейпа. — Я не отступлюсь. — Замолчи… — Я люблю тебя. Сейчас я хочу тебя поцеловать так, чтобы ты вылез, наконец, из своей скорлупы. Я хочу смотреть, как ты читаешь книги вечерами. Я хочу засыпать с тобой и целовать тебя по утрам. Хочу сидеть с тобой в подземелье, хочу приносить тебе твои любимые эклеры со сливочным кремом… — Хватит! Прекрати! — Зачем тогда ты пришел, Северус? Признай, что тебя тянет ко мне, я нужен тебе. Снейп развернулся и быстро пошел к камину, исчез во вспышке летучего пороха. — Ты вернешься, не будь я Гарри Поттер-Блэк. А я тебя дождусь. *** Утром Гарри отправился в Отдел по контролю и разведению магических существ. — Мистер Бонифаций Малдун, рад нашей новой встрече. — Гарри отлично помнил этого толстяка, красневшего и потевшего под взглядом директора Снейпа. — Добрый день, аврор Поттер-Блэк. — Гарри больше бы удивился, если бы чинуша попросил его представиться. — Чем могу быть полезен? Желаете зарегистрировать магосущество? — Как раз наоборот. Желаю снять. — Гарри присел на жесткий стул напротив инспектора. — У вас было магосущество? — О, нет, никогда не было. Мистер Малдун, понимаете, проблема, с которой я вынужден обратиться к вам, очень… кхм… деликатна. Я вынужден просить вас произнести Клятву Неразглашения. — К-клятву? — Ага. Понимаете, в противном случае я буду вынужден обратиться к Министру. Это лишнее время и лишние люди, которым станет известна моя проблема. А я очень не люблю, когда мне доставляют неприятности. Надеюсь, вы понимаете меня? Бонифаций Малдун понимал. И очень не хотел неприятностей. Ни Поттеру, ни, в первую очередь, себе. Он вытащил палочку и принес Клятву. — Отлично. Теперь, по сути. Год назад вы прибыли в Хогвартс по личному приглашению директора Снейпа. Там вы зарегистрировали магическое существо. — Откуда вам известно? — Черный книзл по имени Чарли, — продолжил Гарри. — Теперь сама проблема — этим книзлом был я. Мистер Малдун закатил глаза, готовый рухнуть на пол без сознания. Гарри пришлось дотянуться к побледневшему Бонифацию и влепить ему пощечину. — Вернулись? Отлично. Больше хладнокровия, мистер Малдун, мне в восемь нужно быть на службе, хотелось бы успеть до этого решить мою проблему. Как избавиться от связки хозяин-существо? — П-п-позволите? — Гарри кивнул. Малдун шепнул заклятье, на шее Гарри появился серебряный ошейник. — Эт-того не-не-не может быть! — Это уже есть. Украшение красивое, но неприятное. Признаюсь вам по секрету — вскоре я снова собираюсь занять кресло главного аврора. Министр расстроится, если его подчиненный будет марионеткой… директора Хогвартса. — Мистер Поттер, связку невозможно разорвать. Только смерть одной из сторон… — Вы предлагаете мне покончить с собой или убить директора Снейпа? — Что вы! Я только сообщаю вам условия… Что же делать? — Бонифаций Малдун в отчаянии заломил руки, покраснел еще больше — впереди замаячил призрак Азкабана… — Думайте, мистер Малдун. — Изменить свойства, возможно… — Изменить? На какие? — Брачный браслет. Это тоже своего рода магическая связка, но брак должен быть подтвержден… — За это не переживайте. Делайте! Малдун бросился к двери, скрылся ненадолго, затем вернулся с другим сотрудником Министерства, своей полной противоположностью — сухопарым высоком стариком с абсолютно непроницаемым выражением лица. — Это мистер Претто, он из Отдела регистрации магических браков, принес Клятву, можете не волноваться, мистер Поттер. Приступим? Через час несложных, как оказалось, манипуляций, Гарри покинул Министерство пряча за манжетой куртки брачный браслет. — Ну, держись, змей Слизеринов, мало не покажется! *** Все свое свободное время Гарри посвятил тому, чтобы найти сведения о том самом проклятье, которому подвергся. За пять дней он почти стал экспертом по проклятьям разного рода, но нужное так и не находилось. Перелопатив десятки книг в доме, Гарри отправился в Министерскую библиотеку. Если и там не найдется, придется вломиться в Хогвартс, вот директор-то обрадуется! Раскрывать секрет, что Гарри больше не подчиняется Северусу, не хотелось, но, если не останется выбора… История нужного проклятья нашлась в одном старинном фолианте. Гарри читал и не мог поверить собственным глазам — во всем был виноват сам Северус Снейп. Еще и Хог подсуетился, добрая душа, подкинул нужную коробочку. Заговор, не иначе. Теперь Гарри был готов преподнести сюрприз своему супругу. Пусть он об этом и не догадывается! *** Выходной Гарри попал на воскресенье. Он едва дождался, пока перевалит за полдень, Северус всегда уже заканчивал работать, посвящая остаток дня отдыху. Гарри аппарировал, без труда прошел границы защитного барьера Школы. Зашел в замок, нырнул в безлюдный коридор, коснулся стены. — Привет, старый безобразник. Я снова пришел. Пальцы кольнуло. Знает, что натворил, переживал. Но он хотел добра Защитнику, чтобы тот обрел, наконец, счастье… — Вот спасибо! Ты сам понимаешь, где Северус и где счастье? Знает, но он старше, ему лучше знать. Что человеческий век в сравнении с тысячами лет! — Умник. Если он меня убьет, я вернусь привидением и останусь с тобой навечно! Гарри поднялся по лестницам, подошел к горгулье, она открыла последнюю лестницу. Гарри обернулся и поднялся, отпер дверь, черной тенью проскользнул в кабинет. Спрятался под столом, с горечью заметил под ним свою старую игрушку, пташку, заколдованную для него Северусом. Не заметил? Или не захотел убрать? Гарри выглянул, директор сидел в своем кресле, протянул ноги к огню, хотя было тепло. Без мантии, Северус остался только в белой рубашке и брюках, изредка отпивал бренди из пузатого стакана, смотрел на огонь. Гарри с тоской наблюдал, как директор по привычке опускал руку, чтобы погладить Чарли и, вспомнив, что его нет, возвращал ее обратно на подлокотник. Скучает, дурак упертый, но никогда не признается. Привязанность он считает слабостью, он столько лет жил, не позволяя себе и малейшей слабины. Так окружил себя стенами, что забыл как жить без них. Гарри предстояло тараном пробиться сквозь годами возводимую мощь. Сумеет? Без разбитого лба не обойдется, это точно, но он очень постарается. Северус допил бренди, Гарри бесшумно приблизился со спины, прыгнул, легко приземлился. Или приколенился? «Я вернулся» - Мяв! Рука привычным жестом легла ему на спину, провела вниз, пальцы зарылись в шерсть, ласкали. Гарри замурчал, потерся, ощущая ставший любимым запах аниса… — Чарли… Поттер, пошел вон! Гарри бесцеремонно сбросили на пол. Директор хочет поиграть? Без проблем. Гарри-Чарли выгнул спину и зашипел, вздыбил шерсть. Посмотрим, кто кого переупрямит. — Сукин сын, не смей! Обернулся, живо! Гарри и не подумал выполнять приказ, обошел и запрыгнул в соседнее кресло. Сел и стал умываться лапой, поглядывая на директора. — Ах, ты! .. Северус попытался поймать книзла за шкирку, тот спрыгнул раньше, в два прыжка забрался на шкаф, теперь он сверху вниз смотрел на директора. — Ладно, ты сам захотел! — Северус вытащил палочку. — Вингардиум Левиоса. Гарри перепрыгнул на другой шкаф, директор захватил заклинанием книгу с верхней полки. — Дуро, — Гарри едва успел снова прыгнуть, еще один фолиант окаменел и упал на пол. Северус едва успел отскочить от брызнувших в разные стороны осколков. — Это была редчайшая книга! «Не я стал разбрасываться заклинаниями, сам виноват» - Мяв. — Поттер, прекратите паясничать. Немедленно спускайтесь! Гарри-Чарли сделал обманное движение, как будто он послушался. Проскользнул мимо Северуса, убежал в спальню. Когда туда нагрянул взбешенный директор, Гарри развалился на кровати, загоняя когти в подушку, на которой спал целый год. — Кровать? — Снейп изогнул бровь, слегка усмехнувшись. — У вас одно на уме, Поттер. Вы так предсказуемы. «Поэтому ты гоняешься за мной и громишь собственный кабинет» - Мяв. — Хам и недоумок. Северус заговаривал Гарри, подбирался все ближе, с каждым словом медленно сокращал расстояние между ними. Он планировал схватить книзла за лапу, но самого директора схватила человеческая рука и дернула на себя. — Северус, давай, наконец, поговорим как взрослые люди. — Я не разрешал тебе говорить. — Ага, еще ногами постучи, я подожду. — Избавился от ошейника? Что же, признаю, недооценил. — Северус, потеряв преимущество, снова задраил все бреши и ушел в глухую оборону. — Сообщите, сколько вам понадобится времени, чтобы оставить меня в покое? — Думаю, лет сто хватит. — Долгосрочный план. Думаете, вы выдержите? — Северус перестал вырываться, на удивление спокойно лежал на животе, в десятке сантиметров от Гарри. — Справлюсь. Я знаю один безотказный способ заставить тебя замолчать. И планирую найти еще несколько. Директор замолчал, это показалась Гарри недобрым знаком — молчаливый Снейп страшнее Снейпа язвительного. — Поттер, у меня к вам деловое предложение. — Слушаю вас, директор. — Паяц. — Язва. Так что, на счет предложения. — Мы с вами… займемся… — Переспим? — Да, переспим, вы утолите свою больную одержимость и оставите меня в покое. Навсегда. — В этом… кхм… деловом предложении, Северус, есть один изъян. Я не болен и не одержим. Я люблю тебя. Думаешь, я от недотраха лез под Аваду? Из-за одержимости пришел сюда? Из-за болезни ты мне снишься? Открой глаза, наконец. — Сказать, что я вижу? Назойливого юнца, забившего себе голову романтической чушью. Женитесь, Поттер, нарожайте десяток детишек, состарьтесь и умрите довольным. Без меня. — Тогда я умру гораздо раньше и не довольным. — Что об стену бобами. Хватит, вы утомили меня, мистер Поттер, идите вон. Северус отвернулся, сел, спрятав лицо в ладонях. Гарри поднялся следом, обнял его со спины. — Родной мой, любимый. Я никуда не уйду, никогда. — Никогда — это слишком долго. Гарри поцеловал его возле уха, осторожно, боясь испугать. Северус сейчас как бабочка на цветке, стоит сделать одно резкое движение и она упорхнет. Едва касаясь скулы Гарри очертил путь к упрямо поджатым губам, лизнул уголок, приглашая ответить. Северус чуть повернул голову, позволил Гарри больше. Они целовались, распаляясь все сильнее, робкими движениями рук изучали друг друга. Гарри постепенно затянул Северуса обратно на постель, тот позволил уложить себя на спину. Откинул голову назад, открывая шею, Гарри выцеловывал ее до наглухо застегнутого воротника. Поддел первую пуговицу, за ней вторую, лизнул открывшуюся ложбинку между ключицами. Следующие пуговки расстегивал одну за другой, оставляя влажные следы поцелуев на обнаженной коже. Вытащил полы рубашки из-под пояса, распахнул в стороны. На каждой руке расстегнул манжет, не забывая поцеловать синие венки на запястьях. Взгляд заворожили бусинки сосков, Гарри наклонился, захватывая один губами, другой ласкал пальцами. Северус выгнулся навстречу, и Гарри понял, что эту ночь он украл, сегодня Северус будет принадлежать ему, не задумываясь о завтра. Гарри языком выписывал его имя на его же животе, руками оглаживал бока. Вдыхал его, Северуса, запах, ставший привычным и родным давно. Пряный и горьковатый анис, он слизывал его с кожи, пробовал на вкус. Гарри расстегнул последнюю пуговицу на поясе черных брюк, потянул молнию вниз. Северус вздрагивал под каждым прикосновением губ. Гарри никак не решался опуститься ниже, как и признаться в том, что Северус у него первый мужчина… Сбитый с толку Гарри поднялся вверх, чтобы продолжить терзать порозовевшие губы. Северус, в отличие от его молодого любовника, соответствующий опыт имел, понял, что-то идет не так. — Я у тебя первый? Гарри зажмурился и кивнул. Он ждал, что Северус сейчас рассмеется и уйдет, презрительно бросив колкость… Тот не ушел, извернулся, теперь Гарри лежал на спине. Северус поддел футболку и потянул вверх, раздевая его. Настала очередь Гарри стонать от прикосновений, принимать даримую ласку. Северус неспешно опускался ниже, губами исследовал все изгибы молодого тела, превращая кровь в жидкий огонь. Гарри дернулся, когда рука Северуса легла на его пах. Он ласкал настойчиво и уверенно, расстегнул молнию на джинсах, стянул на бедра вместе с бельем. Гарри занервничал, мысленно чертыхнулся: выискался любовник, сам проходу не давал, теперь психует как девственник. Северус не дал голосу разума Гарри взять верх, обхватил его член губами. Гарри захрипел, вскинулся, толкнулся во влажной тесноте. Северус отсасывал ему, помогая языком и рукой. У Гарри звенело в ушах, тело прошивало разрядами наслаждения. Северус оторвался от него за несколько мгновений до того, как Гарри готов был кончить. Оседлал бедра любовника, тот поднялся, крепко обнял. Северус щелкнул пальцами, ловко поймал призванный ментальным Акцио флакон. Открыл, щедро налил в ладонь вязкую жидкость. Размазал ее по члену Гарри, остаток использовал на себя. — Помощи от тебя не дождешься, — хрипло хохотнул Северус, отвел руку назад. Гарри скользнул по предплечью Северуса ладонью, накрыл его кисть, повторяя каждое движение. Он начал с одного пальца, медленно проникая внутрь тугой дырочки, отступал и возвращался снова. Добавил второй, растягивая сильнее, за ним третий. Северус двинул бедрами от нетерпения, Гарри направил в него головку. Опускался неспешно, с закрытыми глазами, закушенной губой. — Любовь моя, прости, — зашептал Гарри, убирая прилипшие к лицу черные пряди волос. Поцеловал в уголок губ, языком подхватил яркую каплю крови, готовую сорваться вниз по подбородку. Северус двигался, поддерживаемый Гарри под спину. Раскрасневшийся, с мутными от похоти глазами, он обхватил любовника за шею, холодил мокрую кожу каждым коротким выдохом. Гарри терялся в ощущениях, они лавиной обрушились на него, выбивая дух. Их магия схлестнулась, смешивалась, переливалась через край, спаивала любовников в единое целое. — Гарри. Гарри, смотри на меня, — он вынырнул на звук голоса Северуса, застывшего на нем, с трудом сфокусировал взгляд. — Смотри на меня. — Я вижу тебя. Северус толкнул его в грудь, Гарри лег, снова теряя рассудок от вида насаженного на его член любовника. Северус перехватил руку Гарри, потянул на себя. Гарри дрочил ему, сам почти подойдя к черте. Он кончил первым, выдохнув имя возлюбленного. Северус отстал ненамного, излившись на живот любовнику, так и не проронив ни единого стона. Северус лег рядом на спину. Внезапно открыл небольшой ящик прикроватной тумбочки, достал оттуда пачку сигарет и маггловскую зажигалку. Прикурил, щелкнув пьезой, глубоко затянулся. — Никогда не видел, чтобы ты курил. — А я и не курю. Только в особых случаях. После секса, понял его Гарри. Именно этот запах был третьим, неузнанный Гарри-Чарли в тот самый вечер, когда он вернулся пьяным… Забытая ревность снова запустила когти в самое сердце, сжала до боли. — Это что за херня? — удивленно вскрикнул Северус. — Поттер, что это такое? Гарри едва не забыл! Они закрепили магический брак, став равноправными супругами, на запястье Северуса весело мерцал брачный браслет. — Брачный браслет, — подтвердил догадку директора Гарри. — Я знаю, как выглядит брачный браслет. Какого Мордреда он на мне? Дай руку. Поттер, живо, я сказал, дай свою руку. — Он силой вытащил руку Гарри из-под подушки, куда тот ее сунул. — Я жду внятных объяснений. — Ты мой муж, что непонятного? Равноправный магический брак, подтвержденный, официальный — все как положено. — Я не знаю, как ты смог это проделать, — Северус вскочил, замотался в простынь, как в хитон. — Извернись как хочешь, но чтобы утром я был свободен. — У тебя есть веревка и мыло? — Гарри и не думал вставать, заложив руки за голову следил, как его муж мечется по спальне. — Зачем? — Пойду вешаться. По другому — никак. Я узнавал. Как там говорится: пока смерть не разлучит нас. — Как ты это сделал? Нужно согласие обоих, я на память не жалуюсь. — Любовь моя, если честно — это ты все начал. — Я? Не мели ерунды, Поттер. — Ты, любимый. В тот самый день, когда поделился со мной своим волшебством в министерском лифте. Помнишь? Я коробку нес к артефактчикам… — Помню. Я только помог тебе не упасть в обморок. — И запустил цепь событий, приведших нас в эту спальню. — Поттер, рассказывай все! — Северус перестал протирать ковер и сел. — Как я говорил, ты накачал меня своей магией. Через несколько дней ко мне обратилась МакГоннагал, когда второкурсники пропали. Мелких я нашел в Выручай-комнате, помнишь, я просил тебя позволить мне изучить артефакт? Так вот, скажи спасибо Хогвартсу, он решил устроить личную жизнь Защитника. Поняв, что во мне есть часть тебя, он подкинул мне необычную шкатулку, в ней был кусок меха. Я дотронулся и очнулся у тебя, книзлом. Я пытался вернуться, не один раз. Однажды даже чуть не подох, но один директор вытащил животное с того света… Я так и жил с тобой, узнавал лучше, пока не влюбился как… как книзл! Потом на тебя было покушение, в тот день я смог вернуть человеческий облик. Но на мне оставался ошейник. В Министерстве охренели, мягко говоря, и предложили единственный выход — замена рабского ошейника на брачный браслет. Это все, если кратко. — Ты променял один ошейник на два браслета. Хороша месть. — Пф, какая месть?! Сев, чем ты слушал? Я который день пытаюсь донести до тебя одну простую мысль — я тебя люблю! — Я запретил тебе приближаться, ты нашел выход, приковав меня к себе навсегда. — Ты меня убиваешь своим плоским мышлением! Все, я не желаю с тобой больше разговаривать, пока ты не успокоишься. Гарри сладко потянулся и через мгновение на подушке лежал черный книзл. Северус потерял дар речи от такой наглости! Он спихнул Гарри на пол, лег под одеяло и накрылся с головой. Гарри-Чарли подождал немного, куда ему деваться из мужниной постели? Он запрыгнул назад, потоптался и лег.