Чёрное и белое

      Сначала Дин подумал, что ослышался. Но Кас уже был на ногах и, морщась, торопливо одевался. Такой красивый, решительный и только его — Дина Винчестера!       — Как это ты знаешь, где Джо? — недоумённо спросил Дин, пытаясь выудить из кучи одежды свои трусы.       Дождь снаружи почти перестал, но всё равно не очень-то хотелось выбираться из их тёплого, уютного невидимого убежища. А ещё был страх, что, стоит парням выйти отсюда, как их идиллия лопнет, словно мыльный пузырь, и они потеряют друг друга.       — Пророчество! — веско обронил Кас, словно одно это слово всё объясняло, потом снова поморщился и почти простонал: — Чёрт, как задница болит! Как ходить-то теперь?       Дин рассмеялся и жадно облапил своего парня, забирая в плен его губы. Наваждение сразу же прошло. Никуда Кастиэль от него не денется. Они теперь не расстанутся!       — Рафаэлла всё знает о нас с тобой, Дин. И она ждёт того, что ты придёшь за мной, чтобы схватить тебя, — серьёзно сказал Кас.       — Птичка на хвосте принесла? — хмыкнул Винчестер.       — Нет, кажется, это была Мэг, — явно не понял шутки его любовник.       — Вот сука черноглазая!       — Я не хотел в это верить, но… Сейчас, когда ты рассказал, что именно Мэг забрала вашу девушку, я уже не могу закрывать на это глаза. Рафаэлла заявила, что доверяет ей потому, что Мэг привела ей молодую охотницу. Уверен, что это именно Джо!       — И что теперь с этим делать? — гневно произнёс Дин. — Схватить обеих ведьм и пытать? Опыт у меня уже есть. Я с этим делом…       — Нет, Дин! — резко оборвал его горячность Кастиэль. — Никаких пыток! В доме есть потайная комната, я думаю, Джо заперта там.       — И почему в подобных домищах обязательно есть потайные ходы и комнаты? — задал риторический вопрос Дин. — Если Джо там, то мы должны как-то туда проникнуть.       — Боюсь, это не будет так легко, Дин. Рафаэлла не могла оставить свои тайны незащищёнными, — с грустью сказал Кас. — Уверен, что на дверь в комнату наложено запирающее заклятие. Мне вряд ли удастся с ним справиться. Она сильнее меня.       — Эй! — Дин вновь привлёк к себе опечаленного парня и поцеловал в висок. — Ты забываешь, кто твой бойфренд! Я охотник, мне магические штучки этой бабёнки нипочём!       — Она всё равно опасна, — покачал головой Кас, выпутываясь из его тёплых объятий. — Мы ведь даже не знаем, зачем ей ты!       Дин примерно догадывался, зачем. Очевидно, Рафаэлла, наплевав на то, что она, вообще-то, белая ведьма, вздумала открыть Хранилище кристаллов. Выведать информацию у Джо ей не удалось, но ведь можно попытаться с другими охотниками!       — Я не собираюсь сдаваться твоей тётушке. Не волнуйся, — пообещал Винчестер.       — Ты излишне самоуверен, — упрекнул своего парня Кастиэль. — Ты, кажется, не вполне отдаёшь себе отчёт, с кем имеешь дело. Рафаэлла — это тебе не вчерашняя выпускница Хогвартса. Она не только очень сильна, но и умна и хитра. И есть ещё этот Кроули…       — Кроули? — быстро перебил его Дин, нахмурившись. — Ты знаешь Кроули?       Кас немного испугался. Молодой охотник горяч в своих суждениях, порывист и импульсивен в действиях, бесстрашен до сумасбродства. Дин предпочитает действовать, а не думать. Учитывая то, с кем он имеет дело, чаще всего такая тактика срабатывает. Но иногда нужно как-то сдерживать его, умалчивая о чём-то несущественном, чтобы Дин не полез в самое пекло. А то, что Кроули предлагал Кастиэлю сотрудничество — это ведь несущественно, раз у него не выгорело.       — Я не знаю, — скрепя сердце соврал Кас. — Рафаэлла о нём что-то такое говорила. О том, что у них с Кроули договор, но у него какой-то козырь против неё.       — Кевин сказал, что ведьмак по имени Кроули собирается открыть Хранилище, — сказал Дин. — Выходит, их теперь двое.       — Думаешь, они действуют вместе? — спросил Кас.       — Это вполне логично. Разрушить Запечатывающее заклятие на крови смогут только чёрный и белый маги вместе. Бобби нам рассказал. С каждым разом этот старый хрыч раскрывает всё больше подробностей!       Кастиэлю было так стыдно за одного из членов своей семьи! Жажда силы и власти всех лишает человечности. Неужели Рафаэлла не понимает, что Кроули не станет делить с ней Землю напополам, и этот конфликт, возможно, погубит мир?!       Ей нужно помешать во что бы то ни стало!       Но что он, совсем ещё юный ведьмак, который, к тому же, не особенно стремился развивать свои способности, сможет сделать? Даже если они с Дином освободят Джо, Рафаэллу и Кроули это не остановит. Тем более ведьма как раз-таки и ждёт, чтобы за пленницей явились другие охотники. Это может стать ловушкой для Дина! Кас не мог такого допустить.       — Дин, подожди! — остановил он парня, когда тот уже беспрепятственно прошёл через невидимый купол наружу и зашагал к берегу озера, то и дело оскальзываясь на мокрой после дождя земле.       С деревьев всё ещё капало, и холодные, мокрые капли, попадая на голову, шею и под воротник, оставляли неприятное чувство сырости и тоски. Ветер гонял по озеру седые волны, но они уже не были опасны для лодки.       — Что ты, Кас? Поплыли! — нетерпеливо воскликнул Дин; появилась, наконец, реальная возможность найти и спасти Джо, и промедление заставляло его нервничать и злиться. — Давай по-быстрому!       — Не думаю, что это разумно, — покачал головой Кастиэль.       — Тебя никто не спрашивает! — рявкнул Дин и тут же пожалел об этом, когда его возлюбленный замер на месте, с гневом и обидой поджав губы — всё ещё опухшие после недавних бурных ласк. — Блин, Кас!.. Прости, ладно? Джо — она мне как сестра, понимаешь? А её мама, Эллен, ничего не знает о судьбе единственной дочери! Неведение убивает!       — Но это не значит, что мы должны бежать в это змеиное логово сломя голову, — возразил Кас. — Мы ведь даже не знаем, вернулись ли Захария с женой! И что? Прыгнем прямо к ним в руки, как Рафаэлла и мечтает? Я тебя ей не отдам!       — Защитник ты мой! — усмехнулся Винчестер.       Кас вновь не оценил шутку, надулся ещё сильнее и даже отвернулся от парня. Ему казалось, что Дин не воспринимает его всерьёз. А Дин неожиданно умилился такой картине. Ребёнок в плащике, да и только!       — Кааас… — мурлыкнул он, подошел и принялсяь потираться носом о его щёку. — Ну, прости меня, малыш.       — Мы с тобой одного возраста, вообще-то, — недовольно напомнил Кастиэль. — И я не хрупкий, нежный цветочек!       — Знаю. И я, если уж на то пошло, старше немного… Кас, не в этом дело! Всё равно ты малыш. Не потому, что маленький и слабый, а потому, что мой. Я не привык, что обо мне кто-то так заботится. Давно уж самостоятельный. Я не хотел тебя обидеть! Не переживай, я помню, что ты — сильное сверхъестественное существо.       — Пока ещё сверхъестественное, — пробубнил Кас, но уже оттаял, подставил под ласки парня и шею.       — Ладно, ты прав, — признал Винчестер. — Одни не пойдём. Я быстро сгоняю в город за Сэмом. А ты…       — А я вернусь в Чёрный дом, — быстро перебил его Кас. — Проверю, не вернулись ли Рафаэлла с мужем.       — Чудненько, — сказал на это Дин. — Я не подозревал, что ты у меня настолько упрям, — поцелуй в шею.       — Как и ты! — усмехнулся Кас.       — Хм! — поцелуй в ухо. — Проверить, конечно, ты должен, — поцелуй в щёку. — Умная мысль на самом деле, — поцелуй в кончик носа. — Но, чтобы никакого риска! Ты мне ещё понадобишься.       Поцелуй в губы был самым трепетным и горячим.       — Чтобы, когда я вернулся с братом, ты ждал нас здесь! — велел Дин перед тем, как бежать к припаркованной под деревьями Импале и умчаться на ней по дороге в город, разбрызгивая во все стороны холодную прозрачную воду из луж.       На острове было совсем тихо. Даже Самандриэль куда-то подевался. Должно быть, ушёл домой из-за дождя.       — Самандриэль! — позвал Кас, очутившись в большом ярко освещённом холле с высоким потолком, в правое и левое крылья дома отсюда вели две роскошные, устланные коврами лестницы. — Альфи!       — Твой кузен у себя в комнате, — из полумрака кухни справа важно выступил Захария; его маленькие злые глазки и лысина поблёскивали в свете громадной хрустальной люстры, больше подходящей оперному театру, чем холлу обычного жилого дома. — Он наказан.       — За что? — испуганно спросил Кастиэль, едва сдерживая порыв немедля бежать отсюда.       — Я думаю, ты знаешь, — мягко сказал Захария, но его вкрадчивость никого не могла обмануть. — Ну, что? Натешился со своим любовничком, маленькая шлюшка?       Кас задохнулся от гнева, ужаса и стыда. Значит, Захария и Рафаэлла уже всё знают! Что же ему делать?!       — Как ты мог пасть так низко, Кастиэль? — продолжал свою моральную пытку ведьмак. — Подставил свою чудную попку какому-то низкому человечишке! Ну, как? Хороши это мартышки в сексуальных утехах?       Кас слушал эти ядовитые слова; на душе было так больно и гадко, но он не знал, что ему сказать на это. А Захария ехидно посмеивался.       — Оставь его, Зак! — прозвучал властный, холодный голос Рафаэллы, и чернокожая элегантная женщина с достоинством королевы спустилась по лестнице в холл. — Я сама со своим племянником поговорю.       Кастиэль готов был поклясться, что ведьма стояла на лестнице с самого начала, но специально дала возможность своему мужу вдоволь поглумиться над бедным парнишкой.       — Пойдём, Кастиэль, — сказала ему Рафаэлла. — Побеседуем у меня в кабинете.       Дин уже почти добрался до своего дома, когда обнаружил, что за всеми этими волнениями забыл заправить бак Шевроле. Пришлось свернуть на АЗС. Накормив свою «детку» до отвала, молодой человек уже собрался было ехать дальше, но отвлёкся на довольно яростное звяканье дверного колокольчика в кафе при заправке.       Из здания буквально вылетели юная темноволосая девушка и молодой мужчина, показавшийся Дину смутно знакомым. Оба были явно на взводе, о чём-то спорили; мужчина даже, для придания веса своим словам, хватал девчонку за плечо.       Так бы Дин и не обратил на парочку особого внимания, но в миниатюрной брюнетке он узнал Руби. Либо маленькая сучка изменяет Сэму, либо…       Руби вывернулась из захвата своего оппонента, сложила руки на груди и отвернулась, надувшись. Дин весь подобрался, готовый, если что, защитить подружку брата.       Но, чёрт!.. Где же он видел этого чувака?       Руби в ответ на какие-то слова мужчины упрямо мотнула головой. И тут Дин увидел… Глаза девчонки были непроницаемо, абсолютно чёрными!       Кажется, небеса разверзлись у него над головой и обрушили осколки прямо на Дина. Это было страшно и больно. Не так, конечно, мучительно обидно, как с Касом, но теперь опасность грозила Сэму, а это, по-прежнему, ночной кошмар старшего брата.       Итак, Руби оказалась ведьмой. Ведьмой! Вот, ирония судьбы. А этот мужчина с нею - Дин внезапно вспомнил, где его видел. Это Азазель, ведьмак-охранник из бара! Гадёныш, который несколько недель назад ускользнул от охотника вместе с Лилит.       У Дина не было при себе кристалла-ловушки. Но даже если бы и был, обезвреживание ведьмака сейчас волновало его меньше всего. Приоритетом Винчестера всегда являлся младший брат. Вот и сейчас важнее было убедиться, что с Сэмом всё в порядке, и предупредить его насчёт Руби. Поэтому Дин уселся в машину и рванул с места.       Ему было дурно от мысли, что его брату придётся пережить тот же самый кошмар, что пережил и сам Дин, когда узнал, что человек, в которого он влюблён — ведьмак. Хотя, Сэму, наверное, ещё хуже, ведь его ведьма точно чёрная.       Сэм встретил брата широкой улыбкой.       — Ты уже вернулся? Я до утра тебя не ждал! — пошутил он.       — В смысле? — хмуро отозвался Дин; сейчас он размышлял о том, с чего начать разговор о девушке брата, так что не особо вникал в смысл слов Сэма.       — Ну ты же с Касом поехал поговорить. Ваши разговоры, — Сэм игриво подвигал бровями, — были ОЧЕНЬ жаркими. Я едва закрыться успел! Честное слово, Дин, я никогда раньше не ловил от тебя настолько сильные эмоции!       Блин! Как же он всё время забывает, что, находясь так близко к брату, Сэм ярче и чётче ощущает все его чувства? За пару лет работы в одиночку Дин успел привыкнуть к ментальной свободе.       — Мы с Касом любим друг друга, — серьёзно сказал Дин. — И я собираюсь взять его с собой, когда всё закончится.       — Хочешь сделать ведьмака охотником? — изумился Сэм. — Интересно, что папа на это скажет?       — Я волен сам решать, Сэмми! Но, сейчас вообще не об этом речь. Мне надо тебе рассказать кое-что, — у старшего Винчестера был настолько убитый вид, что Сэм посерьёзнел, перестал насмешничать и внимательно поглядел на брата.       — Я сейчас на заправке был, — начал Дин. — И видел там… Руби.       — Правда? Ну… хорошо, — пожал плечами Сэм.       — Сэмми, с ней был какой-то чувак лет двадцати пяти.       — Эм… Это мог быть её брат.       — У Руби есть брат? — нахмурился Дин, совсем недовольный этой новостью.       — У неё их два. Было… — неловко пробормотал Сэм.       — Вообще зашибись! Сэм, я ведь узнал этого чувака с заправки. Это Азазель! Тот ведьмак из бара, что сбежал от меня.       Сэм не знал, что сказать на это, так что промолчал, глядя на брата с удивлением. Вот так совпадение! Брат Руби — Азазель. И та семейная трагедия, о которой грустила девушка, это была гибель Лилит. Должно быть, блондинистая ведьма была подругой или женой Азазеля.       — Сэмми, ты меня слышишь? — Дин слегка толкнул замершего в раздумьях брата. — О чём задумался? Ты хоть понимаешь, что я пытаюсь тебе сказать? Руби твоя — ведьма! И это точно. Я видел её чёрные глаза!       — Эээ… — это всё, что смог выдавить Сэм.       В нём поднималась волна страха перед гневом — и вполне обоснованным — старшего брата. Он покраснел, потом побледнел; глаза забегали: он не в состоянии был посмотреть на Дина.       — Сэээм?.. — тихо, яростно процедил старший Винчестер.       — Руби ведьма? Вот чёрт! — делая большие глаза притворился шокированным Сэм.       — Хорош заливать! — рявкнул Дин, хватая брата за грудки и выдыхая свой гнев прямо ему в лицо. — Ты уже это знаешь! Что же ты творишь, засранец мелкий?!       Он в сердцах замахнулся, чтобы хорошенько врезать неразумному младшему, но сдержал порыв и только сильно отшвырнул его от себя. Сэм повалился на диван, не осмеливаясь поднять глаза. Дина словно ледяной водой окатили: единственный брат, самый близкий человек врал ему в лицо. Предал кодекс чести охотника, предал семью. О каком доверии теперь может идти речь? И как жить дальше без этого доверия?       — А ведь я тебе рассказал. Едва узнал про Каса, ты был первым, кому я рассказал! — разочарованно, даже тоскливо сказал Дин.       — А чем ты лучше меня?! — из-за жгучего чувства стыда Сэм разозлился на весь мир. — Сам не далее, как час назад, кувыркался с ведьмаком!       — Может тем, что Кастиэль — светлый маг? — зло выдохнул старший брат.       — Ой, смотрите-ка, ангелочек хренов! Всё равно ведьмак! А ты его трахаешь!       — Сэмми, остановись! — предупредил Дин с холодной яростью.       — Моя Руби тоже никому ничего плохого не сделала! — с совершенно детской обидой выкрикнул Сэм, схватил куртку и умчался, хлопнув дверью.       Таким разочарованным Дин себя ещё никогда не чувствовал. Чёрт бы побрал этих младших братьев с их подростковыми капризами!       Сэм сразу созвонился с Руби. Девушка была крайне обеспокоена его состоянием, но сказала, что разговаривать им лучше лицом к лицу, чем по телефону, потому что ей очень хочется обнять и успокоить своего друга. Сэм добрёл до конца квартала и остановился там, ожидая приезда Руби на такси. После прошедшего дождя стало заметно прохладнее, и молодой человек зябко ёжился, пытаясь спрятать уши в поднятый воротник тонкой куртки.       Или это у него нервное?       Так стыдно, так мерзко было сейчас на душе! Ведь Дин, по сути, прав в своих претензиях. А Сэм ещё и гадостей ему наговорил. О чём сейчас так жалел! Но он всё исправит. Познакомит Руби с Дином поближе, и брат поймёт, что она действительно очень милая.       Из-за угла вывернуло и остановилось перед ним такси. Руби выпорхнула из салона, бросилась парню на шею — такая тёплая и пахнет вкусно…       — Сэмми, прости, — зашептала она.       — Что? Почему? — немного растерялся Сэм. — Ты же не виновата!       Девушка вернулась в машину, Сэм тоже сел рядом с ней. И тут неожиданно открылась передняя дверь со стороны пассажирского сиденья, и туда плюхнулся неприятного вида тип во всём чёрном. С бейсбольной битой в руках.       — Что за?.. — нахмурился Винчестер.       — Прости, Сэмми, — снова повторила Руби. — Мне правда… очень жаль.       А дальше наступила темнота.