Переписка
9 июня 2015 г., 21:08
Леви, довольная собой, отложила перо. Её ровные аккуратные буковки идеально вписались в атмосферу блокнота; его металлические вставки, холодные поначалу, нагрелись теплом её дыхания. За окном всё также шёл дождь, но молний уже не было видно. Единственная горящая в комнате свеча бросала блики на только что написанные буквы. Скоро чернила высохнут и ничто не сможет испортить надпись.
Леви, улыбнувшись, уже хотела продолжить, как что-то её остановило. Улыбка пропала с лица девушки. Её маленькая ручка с пером замерла на полпути к бумаге. Под надписью появилось несколько чёрных пятен, которые, расширившись, образовали слова: «Привет! Меня зовут Гажил». «Гажил? Это имя блокнота? Как это возможно? – запаниковала Леви. – Неужели мне в руки попал волшебный блокнот?» Девушка смотрела на незнакомый неровный почерк. Дождь продолжал стучать в окно. По телу Леви прошла лёгкая дрожь.
Волшебство… Магия… Это те вещи, которые не понятны простым людям. Человек стремится быть подальше от этих явлений. Они пугают и нагоняют дрожь. Может, избавиться от книги? Просто бросить её в топку, а потом забыть, как о страшном сне? И снова остаться наедине с собой, дождём и третьесортной детской литературой? Тяжёлый выбор. Бывало, что даже плохое постоянство лучше неизвестности. Так зачем вносить в жизнь что-то новое? Леви чуть нахмурилась, принимая решение. Отступить? Испугаться? Отказаться от подарка судьбы? Или быть смелой? Выяснить, что это такое, и избавиться, наконец, от непонимания и щемящего душу чувства одиночества.
Леви посмотрела в зеркало, висящее на стене. Она увидела испуганную девушку, нервно сжимающую в руках перо. Огонь зеркальной свечи неярко освещал лицо Леви. Даже издалека была заметна нерешительность и непонятный испуг. Девушка посмотрела в глаза своему отражению. Пора что-то менять. Это прекрасный шанс узнать мир не только при помощи вида из окна, который не меняется год от года. Взгляд Леви изменился. Это уже не испуганная маленькая девочка.
Девушка силой воли подавила дрожь в руках и коленках. «В конце концов, это всего лишь книга. Ты же любишь книги, Леви? Просто теперь ты ведешь с ней двусторонний разговор. Разве не об этом ты всегда мечтала?– сказала она своему отражению. – Верно. Это то, чего тебе не хватало в этой клетке. Это хоть какой-то собеседник. Судьба дала его тебе. Используй его! – отражение надуло губки.–Леви, хватит придумывать себе воображаемых друзей! Теперь у тебя есть Гажил. Хватит глупого страха – это всего лишь книга, отвечающая на твои строки».
Девушка решительно посмотрела на ответ книги. Ладно. Она не станет пугаться и напишет ещё что-нибудь. Рука Леви снова начала подрагивать. Огонек свечи чуть дернулся, хотя ветра или сквозняка не было и в помине. Девушка опустила перо в чернильницу, медленно успокаиваясь, выдохнула и аккуратно вывела: «Приятно познакомиться. Мне бы хотелось поговорить с тобой. Ты расскажешь мне о себе немного?» Перо вывело последнюю закорючку. Сколько ждать ответа? Он появится сразу или через день-два?
Она этого не знала. Леви подождала, пока высохнут чернила. Девушка вытянула руки вверх и потянулась, мышцы приятно напряглись. Леви, встряхнув головой, встала из-за стола и, подойдя к окну, раздвинула портьеры. Дождь закончился – небо перестало плакать. Она открыла окно. На неё тут же дунул приятный ветерок, легко овевая покрасневшие щёки. Девушка опёрлась руками о подоконник и подняла голову, закрыв глаза. Ветер трепал короткие голубые волосы и желтая лента, едва сдерживающая их, чуть не развязалась. Этот ветер напоминал ей о чем-то давнем. Леви вспоминались нежные женские руки. Их прикосновение было таким же, как и этот ветер – лёгким и мимолетным. Леви открыла глаза и улыбнулась. По-настоящему. Впервые за долгое время. Девушка обернулась и посмотрела на то, как ветер шелестел страницами её маленькой неожиданности с металлическими заклёпками.
***
Гажилу всё это казалось нелепой шуткой. В чём смысл того, что он ответил на написанное? Он не знал, что вообще его заставило не выбросить в окно это девчоночье недоразумение. Гажил прикрыл рукой лицо. Неужели он стал тряпкой? Может, ему просто было скучно? Да и маскарад выбил его из колеи. Гажил развязал стягивающую волосы ленту и длинная их копна тут же почувствовала свободу. Он откинулся на стуле и расслабил руки. Дракон отдыхает. Несмотря на то, что он был расслаблен, его мускулы четко обозначались под кожей. Гажил закинул ногу на ногу, а руки переместились за голову. Взгляд его упёрся в потолок, что говорило о крайней задумчивости. «Зачем кто-то подкинул это? Подарок на день рождения? Очень глупый, на самом деле. Кто мог подумать, что ему понравится желтый блокнот с голубой лентой? Может, кто-то просто решил посмеяться?» - в зубах Гажила внезапно оказался зажат железный гвоздь. Он умудрялся успокаиваться, перекатывая его из одного угла губ в другой. Ему так даже думалось легче. Металликана пыталась отучить внука от этой странной привычки, но добилась лишь того, что Гажил перестал делать так на людях. Он, казалось, застыл за столом, не было слышно даже его дыхания. Тяжело вздохнув, Гажил решил, что пора бы уже и на боковую. Он положил руки на стол и начал вставать со стула. Желтый блокнот так и оставался открытым. Гажил, как он решил, в последний раз взглянул на надписи и не поверил своим глазам; в его горле встал ком. Что это? Как такое возможно? Откуда тут взялось это? Под его словами будто кто-то пролил чернила. Черная лужица становилась больше и, расползаясь по листу, складывалась в такие слова: «Приятно познакомиться. Мне бы хотелось поговорить с тобой. Ты расскажешь мне о себе немного?» Тот же аккуратный почерк. «Леви». Кто же она такая, что им интересуется? Личность сына герцога никого не интересовала. Более интригующими казались связи, деньги и влияние. Гажил жил в мире полном огней и светской лжи, так что его могло удивить совсем немногое. Но эти слова… Как они появились здесь? И почему вдруг такой интерес к его персоне? Гажил задумался. Кроме бабушки, мало кто интересовался им по-настоящему. Всех волновало то, что будет есть наследник и как одеваться. Пусть он всегда окружён большим количеством людей, ни с кем он так и не умудрился подружиться. Гажил не научился использовать маски в повседневной жизни, а они меняли их по сотне раз в день. Сейчас они улыбаются тебе, а завтра вовсю будут шептаться за твоей спиной. И ты ничего не сможешь с этим сделать. Гажил думал об этом и медленно садился обратно на стул. Левой рукой он стал поглаживать свою челюсть. Глаза его сузились и подозрительно наблюдали за книжицей. Может, кто-то из политических врагов Металликаны решил узнать что-то о её слабостях? Тут под окном Гажила послышался звон стекла и пьяная ругань. Леди и джентльмены решили, наконец, покинуть душный зал. Теперь слышался не бессмертный вальс, а полунеприличные анекдоты и глупый смех. Гажил схватил перо, измазанное в чернилах, и понял, что в этом сияющем роскошью мире ему родную душу не найти. Рука сжимала перо так, что, казалось, оно вот-вот сломается. Пусть это может оказаться опасным, но он должен попробовать. Попробовать поговорить с кем-то еще раз. Может, это вновь ранит его, но он будет знать, что сделал всё, что мог. Перо отправилось в чернильницу. Гажил задумался над тем, что ему стоит написать. Он решил, что ни возраст, ни сословие, ни даже фамилия не должны иметь особого значения в этой необыкновенной переписке. Что ему написать? Да что угодно! Гажил решил не медлить и писать, пока есть запал. Почему бы немного не приоткрыть двери своего сердца. Он так давно этого не делал! Перо опустилось на бумагу и стало кривовато выводить строки ответного послания. Когда Гажил закончил, ему будто стало легче. Он еще не знал, к чему приведёт эта переписка, но был бы не против узнать.
