Королевский ведьмак

День штурма, после полудня

Внизу пахло горелым, и стоял легкий смог. Одна баррикада еще полыхала, остальные тлели. Какие-то люди на коленях под прицелами арбалетов твердили, что Фольтест – милосердный король. Победители проклинали баронессу и ее блядство. Указательный палец одного из арбалетчиков дрожал от злости в опасной близости от рычага. Лето понял, что эти не сорвутся. Старые, проверенные вояки. Мысленно они уже маршировали в сторону дома. Замок Ла Валеттов нельзя было назвать чистым местом. Не по имперским меркам. Хаты теснились друг к другу на загаженных улицах. Солому на крышах перестелить не успели. В свое время в Школе Змеи разрушенные части крепости кое-как отстраивались из самана силами учеников. Просто так, для разгона крови, потому что никто не ждал осады и не нуждался в теплом пристанище на зиму. Ведьмаки не военные люди – в конце концов, каждая крепость, которая попадает к ним в руки, превращается в груду хлама. Лето не нравилось изготавливать кирпич, хотя некоторые парни любили прыгать в мутной от глины и дерьма луже. Строить, наоборот, было интересно. Позже Лето понял, что ему нравятся многие ремесла, но не так сильно, как убивать. В тяжелые времена ему приходилось работать в порту, ловить бандитов, бить морды лавочникам или запрягаться в плуг. Ремесленники соглашались учить его ремеслу только за деньги, потому что не верили, что он отработает - и были правы. Так гончар в Гесо заломил стоимость головы королевского грифона. Лето не заплатил ни ему, ни другим. За очередным рядом неопрятных хат слышался звон металла и хриплые выкрики, там продолжалась битва. В поисках прохода Лето завернул за угол и обнаружил солдат Фольтеста. Эти были не такие выдержанные и усталые, как те, первые. Они подперли двери избы и стаскивали к ней обломки бочек и телег, чтобы поджечь. Затем какая-то баба, оскальзываясь, побежала по улице. Вместо того, чтобы быстро свернуть в сторону, она на миг застыла в изумлении, уставившись на неподвижного Лето. Арбалетный болт, пущенный ей вслед, пробил шею, и она упала лицом вниз к ногам ведьмака. В доме, из которого она выскочила, крушил утварь раздосадованный скудной добычей солдат. Лето отступил на шаг, обходя бездыханное тело. Он надеялся, что это худшая часть замка, ведь пока что все, что он видел вокруг себя, ничего не стоило. Жизнь тех, кто не был ведьмаком, всегда казалась Лето жалкой, скучной и бессмысленной, но одно дело проводить ее в странствиях или в бесконечных удовольствиях в Вызиме, а другое – за стенами замка Ла Валетт, в тени монастыря, где изменники укрывают королевских детей. Даже небо над этим местом казалось низким и тусклым. Единственное, чем здесь можно было поживиться сегодня – немного воплей горящих заживо старух. Это был его первый бой в составе регулярной армии. Он показался Лето слишком суматошным и неэффективным, хотя король радовался тому, как мастерски провел осаду. Значит, обычно все проходит еще хуже. Однажды на большаке Лето помог бродячему цирку, атакованному стаей гарпий. Сражаться с гарпиями – все равно, что крушить курятник. Но сражаться с гарпиями среди цирковых повозок безумнее, чем пресловутый горящий бордель – жаль, никто, кроме ведьмаков, не оценил бы такую метафору поэта. Орущая скотина, визжащая женщина с густой окладистой бородой, перья, глухие удары подбитых аардом тварей о крыши повозок. Кривоногий низушек в женском платье, которому Лето отдавил подол. Силач, плачущий от страха, как маленькая девочка. Чем-то вроде этого показалась Лето война. Много шума, грязи, лишних людей, совершающих избыточные, глупые действия. Рубайлы и их спор с тупым нищим рыцарем на шкуру Мелкого. Фиц-Эстерлен и баллиста. Дракон, который по-прежнему был где-то рядом – медальон на груди Лето едва заметно дрожал. Забытый таран. Безнадежные пытки Роше. Меригольд на высоких каблуках, с двумя баранками на затылке. Лето не знал, где тайный вход в монастырь, так что награда, которой позавидует вся Вызима, ему, скорее всего, не достанется. Тайный вход на то и тайный, что к нему не тянется вереница следов, тем более, что изменники укрылись в монастыре явно, через главные ворота. Земля после битвы была утоптана, как заячья поляна. В воздухе было мутно от дыма, и Лето не чувствовал ничего, кроме запаха горелого и кислятины, которой несло из ближайших домов. Из всех вариантов у Лето остался только один – спросить кого-нибудь из местных, которые вот-вот сгорят. И потом – опять эти вопли. Хороший пес Геральт – убивает беззвучно, как сам Лето. Не лает на чужаков, не скулит, не предупреждает рыком. Так и надо. Весь этот шум и крики сегодня – нешуточное испытание для ведьмачьих ушей, созданных, чтобы слышать бесшумных тварей. - Не стоит тебе их сжигать, - сказал Лето, остановившись возле солдат. Офицер, руководивший поджогом, обернулся. - Это почему? Люди в доме, приготовленном к сожжению, истошно орали и молотили кулаками в двери. - Эта хата выглядит лучше остальных, - ответил Лето, хотя это было не так. – Я решил, что это будет моя добыча в сегодняшнем бою. Помедлив, Лето добавил: - Я Лето из Гулеты. Ведьмак короля Фольтеста. Офицер переступил с ноги на ногу. - Это ты называешь добычей? – неуверенно сказал он и, судя по голосу, усмехнулся. – Ты что, слепой? Лето пожал плечами. - А я не гордый, - неторопливо произнес он, и это снова была неправда. – Пара рваных портков. Немного тухлятины. Я сражался и за меньшее. С противниками посерьезнее этих свинопасов в костюмах фокусников. Офицер молчал. - Видно, ты хорошо жил, раз так легко готов пустить под жопу все добро, - закончил Лето. Офицер, подняв забрало, сплюнул в песок загустевшую слюну. - Я же сказал: здесь нет ничего ценного, - сказал он. - Только жизни этих ублюдков. И я намерен их забрать. Ведьмак покачал головой. - Нет, - ответил он. – Все, что внутри – мое. Включая жизни. Заканчивая фразу, Лето уже знал, что офицер пойдет тропой Ариана Ла Валетта. Слишком любопытными были взгляды его солдат, сооружавших костер. Под такими взглядами мужчина не должен пасовать. - С какой стати?! – взвился офицер. - А почему нет? – ответил Лето, но тот уже выхватил меч. «Никак вы, блядь, не научитесь», - любил вздыхать в таких случаях Геральт из Ривии. Офицер был не опаснее, чем тот низушек в платье. За миг до смерти он что-то выкрикнул, но Лето разрубил ему грудь прежде, чем догадался, что тот собирался сдаться. - Надо было кричать «стой», - сказал Лето, когда взгляд офицера потух. – «Я сдаюсь» - слишком длинная фраза для такого, как я. Делиться наградой и принимать сдачу противника – две вещи, к которым не приучен ни один ведьмак, и обе они были бы ему сегодня кстати. Солдаты отступили, и Лето неторопливо разобрал завал. Внутри было заперто порядка десяти человек. Большинство выбежали на улицу, но далеко отходить не стали, судя по стонам и жалобам, доносившимся снаружи. В хате остался хозяин дома и его жена – женщина средних лет с узкими, плотно сжатыми губами. - Спасибо вам, милсдарь ведьмак, спасибо! – верещал хозяин. - Не за что, - ответил Лето, отодвигая его в сторону. Он обшарил ящики и шкафы, заглянул под кровать, постучал по полу без особой надежды обнаружить тайник. Нашлось несколько оренов, кое-какая посуда, несколько спелых яблок и хлам. Хозяин стоял в дверях с руками, вытянутыми вдоль туловища, и молчаливо смотрел на погром. Жене его следовало сделать то же самое, но в какой-то момент она неосторожно отступила назад, и этот жест отчаяния не укрылся от Лето. Поняв, что ее заметили, она спрятала руки в складках юбки. Лето поднялся на ноги с колен и подошел к женщине ближе, чем следовало. Резкие черты, гордый профиль. Даже частая сетка мелких морщин не портила ее - была в этом увядании своя прелесть. Печально встретить в этом хлеву такую красоту, принадлежащую трусу и, вдобавок, бедняку. Лето протянул руку, и женщина, покорно выдохнув, опустила в его ладонь кусок янтаря. Кажется, вопреки всему, ее тонкие губы дрогнули при этом, словно готовые растянуться в улыбке. - Я же сказал – не за что, - сказал Лето, обернувшись к ее мужу. Затем он вышел на крыльцо, поднял руку с драгоценным камнем вверх и произнес: - Этот камень достанется тому, кто покажет мне тайный вход в монастырь. Прошло несколько секунд, в течение которых Лето прикидывал в уме, насколько награда, которой позавидует вся Вызима, больше стоимости этого скромного камня. На миг промелькнула безумная мысль взять в довесок завядшую красотку, ведь она чуть не улыбнулась ему, когда он ее грабил. Затем один мальчонка выступил вперед и робко помахал рукой. ~*~