Королевский ведьмак

День штурма, после полудня

- Два года назад я драпал от отца и спрыгнул туда. Он меня не нашел. А я пошел вперед и вышел через монастырь. Стенки колодца были сухими. От ограды вниз вела узкая старая лестница. - И там не было тварей? – с сомнением спросил Лето, заглянув в колодец. Совсем неглубоко, дно видать – тоже сухое. Пустой колодец с сухим дном и аккуратной лестницей вниз посреди города. Конечно, все знали о нем. Не поленись Лето дойти досюда сам – нашел бы проход без всякой посторонней помощи, над ним разве что таблички не хватало. Сэкономил бы красоткину побрякушку. Примечательно, что из всех жителей только этот парень решился ответить ведьмаку на прямо поставленный вопрос. Неужели это верность? - Были, - ответил мальчик. – Мертвые. Я тыкал в них палкой, чтобы проверить. Это было весной. А зима, помнишь, какая была? Лето не помнил. - Белый хлад! Они померзли, наверно. Когда Лето отдал ему камень, мальчик, взвесив его на ладони, спросил: - А я могу стать ведьмаком? На вид ему было лет двенадцать. - Тебе поздно, - ответил Лето. – И потом никто больше не может стать ведьмаком. Мальчик задумался. - А рыцарем Пылающей розы? – спросил он. – Они тоже убивают чудовищ. Лето скептически скривился, потому что эта медлительная возня в грязи и нечистотах, которой так храбро предавался Зигфрид в Вызиме, мало походила на убийство чудовищ. Но вслух сказал другое. - Они принимают обет безбрачия. Мальчик нахмурился. - Год назад я бы сказал, что мне плевать, - проговорил он. – А теперь… даже не знаю. - Дальше будет только хуже, - подхватил Лето. – А потом однажды снова станет плевать. - Тут-то я и стану рыцарем, - хохотнул мальчишка. – А, правда, ведьмак, что мне делать, если я хочу убивать чудовищ? Лето пожал плечами. - Научишься сносно владеть оружием – сможешь убивать утопцев и накеров, - сказал он. – По одному. - Да, так я точно прославлюсь, - ответил мальчик. Лето снова пожал плечами. От этого разговора у ведьмака испортилось настроение, поэтому он прервал беседу без предупреждения и, ступив на лестницу, быстро спустился на дно колодца. Было сравнительно светло. Медальон отчаянно вибрировал. Впереди были каменные ступени, несло плесенью, а дальше, в глубине, слышались тихие всплески. По их ворчанию Лето слышал, что утопцев по крайней мере трое, и они сыты. Кто-то пользовался этим проходом совсем недавно, но четких следов рядом с колодцем не было. Может быть, кто-то шел с той стороны. Мальчишка все еще стоял наверху. - Иди прямо, - сказал он в колодец. – Сейчас спрыгнешь. На другом конце лестница наверх. А я сваливаю. - Уезжаешь? – спросил Лето без всякого интереса, вынимая один из своих кинжалов. - Я только что продал господ Ла Валеттов, - усмехнулся мальчик. – И войну они проиграли. Похоже, здесь всё. Лето поднял голову и посмотрел напоследок в его лицо. - Не соглашайся меньше, чем на сотню, за ту штуку, что я тебе дал, - сказал он. Мальчик задержался на секунду, а затем кивнул и скрылся. Ведьмак шагнул в темноту. ~*~

Три дня после штурма

Роше откинулся и скрестил руки на груди. - Холера, - недоверчиво фыркнул он. – С твоих слов сопляк напоминает мне меня. Лето надолго замолчал, прикидывая, что мог бы значить этот комментарий. - Считаешь, я вру и выдумал его на ходу? – предположил он затем. – Как мастер Лютик? - Не бери в голову, - отмахнулся Роше. – Продолжай. Лето не на шутку развеселился. - Я бы скорее срисовал персонажа с Фольтеста или с Зигфрида из Денесле, - сказал он. – Думаешь, я знаю тебя достаточно для таких фокусов? Роше устало запрокинул голову. - Я ничего такого не думаю, - проговорил он. – Господи, ведьмак, это был долгий день. Просто рассказывай дальше. Чем ближе Лето подбирался к убийству Фольтеста, тем осторожнее следовало быть в выражениях, но Роше не должен был заметить, как тщательно он подбирает слова. - Когда я открыл ворота монастыря, Фольтест сказал, что я стал самым титулованным ведьмаком на свете, - сказал Лето. – Он правда собирался дать мне титул? Роше поморщился. - Ага. Отнял бы у Ла Валеттов замок, землю, крестьян и погреба и отдал бы все тебе, - ответил он. – Задумал стать бароном? Не будь дураком, ведьмак. Кошель золота и личное дворянство – потолок для таких, как мы. - Что такое личное дворянство? – спросил Лето. - Колпак с бубенцами, - сказал Роше. – Земель и денег ты не получаешь. Можешь зваться дворянином до смерти, если нравится, но не можешь передать это по наследству. На жену и родню благодать тоже не распространяется. - У тебя есть такой колпак? – быстро спросил Лето. - Нет и не будет, - уверенно заявил Роше. – Капитан - слишком низкое звание для таких выкрутасов. А до высокого я не доживу. - А ты бы хотел? - А тебе-то что? Лето помедлил. Стоило постепенно переходить к делу. - У меня здесь открыт небольшой счет на Геральта из Ривии, - ответил он затем, постучав себя пальцем по виску. – Спрашиваю тебя об этом, потому что хочу понять, что я потерял по его милости. - Кожу со спины для начала, - медленно проговорил Роше и тут же перевел взгляд на темный угол допросной. Повисла неловкая пауза. Мысль о завтрашней казни цеплялась к Роше, как репей, и не внушала ничего, кроме страха и отвращения. Говорить с повешенным или обезглавленным мертвецом, или с освежеванным заживо и выпотрошенным мертвецом – для Вернона Роше была разница. Он хотел бы, чтобы тот эльфский ублюдок, который почти год мучил Бьянку, дожил до встречи с палачом. Но не всегда мы получаем желаемое. Сидящий перед ним человек не был тем эльфским ублюдком. Что касается Лето, то он не собирался допускать казни. На худой конец, можно спровоцировать стражников и вынудить их убить тебя быстро. По крайней мере, это Лето должен сам себе. В этот момент он запретил себе думать о завтрашнем дне и о том, придет ли на площадь Роше, Зигфрид из Денесле или кто-нибудь другой, кого он знал, в случае, если все его пути к отступлению на волю или в мир иной окажутся отрезаны, и ему придется пройти через это. - Личное дворянство – это такая игра, - Роше сменил тему, хотя было заметно, что его настроение испортилось от собственных комментариев. – Ты делаешь вид, что стал богатым и влиятельным, хотя по-прежнему голодранец. А другие дворяшки делают вид, что считаются с тобой, как с равным, хотя на деле плюют. Без земли, денег и возможности что-то изменить это просто честь, притом не воинская. Не знаю, что я стал бы делать, получив дворянство. Скорее всего – ни хера нового. - Купил бы пару новых тряпок, - предположил Лето. - На какие шиши? – возразил Роше. – Сказал же – тряпки не выдаются. Даже сапоги не выдаются. Солдатне выдаются, рекрутам выдаются, «Синим полоскам» выдаются и не простые, а в полоску. А новоиспеченным дворянам – нет. Не в Темерии. Выдается грамота, которой в час нужды ты можешь прикрывать щель между ягодиц. Это и есть честь. Лето улыбнулся. - Не знаю, как у людей, а у ведьмаков честь нельзя пожаловать или отобрать, - сказал он, немного помолчав. – Когда кто-то дает тебе лист бумаги или кусок железа и говорит: «Это честь» - звучит глупо, ты не находишь? - Пожалуй, - согласился Роше. – Хотя мои ордена за храбрость мне по душе. - Лучший способ узнать, ценят ли тебя другие, это деньги, - твердо сказал Лето, пропустив хвастовство орденами мимо ушей. – Их даже короли отрывают от сердца с болью. В отличие от личного дворянства и прочей шелухи. Подумав, Лето добавил: - И кровь. Тоже хороший способ узнать, ценят ли тебя. - А иногда тебя не ценят, а работать все равно нужно. - Тут и понимаешь, есть у тебя честь или только грамота. Они ненадолго замолчали, а на другом конце коридора снова послышались вопли жертв темерских баронов. Лето собрался с мыслями. - Утопцев оказалось четверо, а не трое, - сказал он. - В проходе валялись два свежих трупа - оба при добре и в форме Ла Валеттов. Лестница, о которой говорил тот парень, вела к люку в монастырской башне. Часть кладки отвалилась. Там я увидел скоя’таэлей, поджидающих кого-то на берегу. - Что? – встрепенулся Роше. - Так и знал, что тебя это заинтересует. - Сколько их было? - Я видел троих, - ответил Лето. – И две лодки. При них были маски в синюю полоску, так что наверняка ты знаешь, кто это. - Выблядки Йорвета, - сказал Роше, гневно сверкнув глазами. – Однажды я сниму с них эти маски вместе с рожами до самых черепов. Далеко они от леса. Что они делали? Как выглядели? Лето пожал плечами, и Роше раздраженно выдохнул. - Ладно, дальше. Вопли в коридоре повторились. - Дальше я убил несколько людей Ла Валеттов на погосте возле святилища, - продолжил Лето. – А потом – во дворе монастыря. И открыл ворота. ~*~

День штурма, после полудня

- Ты только что стал самым титулованным ведьмаком в мире! – воскликнул король, входя во двор. – И самым богатым. Лето порадовала эта новость, хотя по привычке он продолжал думать о грошах и ценностях, которые можно найти в карманах убитых им солдат. - Видишь, Вернон? – с укором произнес король, обращаясь к Роше. – Лето справился. - Очень вовремя, - ответил Роше, потирая шею. – Жрец изволил отправиться к своим богам. - На кой черт ты его убил? – спросил король. – Можно же было вырвать ему ногти или поджарить пятки. - Я об этом не подумал, государь, - не моргнув глазом, ответил Роше. – Как увидел изменника – так красная пелена перед глазами, а потом глядь – а он мертвый. Лето едва не расхохотался. - Хочешь что-то сделать хорошо – делай сам, - произнес Фольтест, воздев глаза к небу. – Боги знают, как я ценю твою преданность и пыл, Вернон, но я сто раз тебе говорил – ты слишком горяч. - Как адское пекло, - согласился Роше. Человек по имени Фенн неподалеку застенчиво пинал торчащий из земли камень, прислушиваясь, как командира треплют за его грехи. - Ладно, неважно, - отмахнулся король. – В монастырь! Король был счастлив. Он одержал легкую победу, и его дети были близко. Пожалуй, останься Ариан Ла Валетт в живых, в этот момент его бы в самом деле помиловали. - Красная пелена? Да ты страшный человек, – шепнул Лето, когда Роше проходил мимо него, но тот наградил его красноречивым взглядом и жестом приказал следовать за королем. Молча. ~*~