Черный всадник

Ее брат всегда был странным, сколько она его помнила. Все время делал чертежи каких-то устройств, которые предназначались для того, что бы сбивать драконов, потом собирал их, и, когда нужно было опробовать новый аппарат, терпел сокрушительное фиаско. Однако сразу же забывал о неудаче, и с упорством муравья-трудяги работал над следующим проектом. Ей было пять, когда он исчез. Она знала, что его унес дракон, и теперь каждый раз, когда эти «чертовы твари» нападали на деревню, Астрид пыталась сбить Ночную фурию, которая и унесла брата. Но последние годы этот дракон не показывался в небе Олуха. Ее отец, Стоик Обширный, все время говорил, что эта тварь наконец-то сдохла. Слыша это, Астрид не понимала, радоваться ли ей, или злиться. С одной стороны, дракон мертв, брат отомщен, можно жить спокойно. А с другой стороны она сама хотела сбить этого дракона! Сколько лет прошло, десять? Но она не хотела верить в смерть брата, как и ее отец. Ночью Астрид видела странные сны. Первый год ей снились настоящие кошмары, как ее брата мучают, как он слоняется один по океану… потом сны перестали быть такими кошмарными, но от этого не переставали быть менее бредовыми. Будто бы ее брат (подумать только!) летит на Ночной фурии, и разрушает деревни. Наутро это казалось не более чем просто сном, но в тот момент, когда она видела его, она твердо знала, что это именно так. В этот день (а точнее в это очень раннее утро) снова напали драконы. Схватив свою секиру, она выбежала на улицу, и тут же попала в самую гущу сражения. Драконы хватали овец, викинги хватали драконов, и колотили их чем попало, пока те не отпускали добычу. Астрид все пыталась помочь, но, увы, такая хрупкая девушка, как она мало что могла сделать в такой ситуации. Как вдруг воздух прорезал звук, который ни с чем не спутать. Этот звук, хоть раз услышав, никогда не забудешь. – Ночная фурия! – закричал кто-то. – Ложись! Астрид упала на землю, прикрываясь щитом. Раздался взрыв, девушка подняла голову и успела заметить на фоне огня быстро пролетевший черный силуэт. Поднявшись, девушка побежала в кузницу, где была приготовлена баллиста, спроектированная ее братом. – О, Астрид! – воскликнул однорукий и одноногий кузнец Плевака, едва успевая справляться с поступающей работой. Сморкала, который был его подмастерьем, сейчас находился в самой гуще боя. – Заточить топор? Или секира сломалась? – Нет-нет, ничего не надо, – отозвалась девушка. Она схватила за ручки сложенную баллисту, которая была похожа на бочку на колесах, и выбежала на улицу, уворачиваясь от огненных шаров. За это время Ночная фурия успела совсем разрушить катапульту. Девушка выбежала на небольшой пригорок, в стороне от деревни, и раскрыла баллисту. Только бы сработало!

*

Мы с Фурией летали над океаном, не зная, чем заняться. Была глубокая ночь, и черную Фурию на фоне черного неба заметить было нереально, и это нам же на руку, не хочу неприятностей. До ближайшего острова миль десять или пятнадцать минут спокойного полета. Постреляли в воду. Мне, как и моему другу, очень нравился звук выпускаемых снарядов, похожий на звук, который получается, если резко взмахнуть палкой, только на много громче. Скука давала о себе знать, а мне срочно требовался адреналин. – Что, брат, – спросил я, наклоняясь к голове дракона, – устроим шуму? Фурия согласно кинул, и, прибавив скорости, полетел к тому острову, который был к нам ближе всех. Когда мы подлетели, веселье было в самом разгаре. Драконы – полдюжины Змеевиков, столько же Престиголовов, с дюжину Громмелей и одно Ужасное чудовище – громили деревню. Этим фактом я был немало поражен: зачем, ну зачем драконам нападать на людские деревни?! Приглядевшись, я заметил, что драконы утаскивают овец! Зачем они им?!! Ведь драконы, насколько я знаю, едят только рыбу! Тогда на кой им овцы? Что это – прямоугольное, в рогатом шлеме, с пышной рыжей бородой, и еще здорово лупит Ужасное чудовище молотом по морде? Нет, не шкаф. Правильно, вождь племени. Нужно их (викингов или драконов?) как-то отвлечь. Но как? Тут я заметил три одинаковых штуковины, которые швырялись камнями в драконов. Кажется, эти штуковины называются «катапульты»? Вот ими мы и займемся. Фурия начал разгоняться для удара, прижав крылья к телу. Я тоже прижался к седлу, чтобы не создавать сопротивления. Он открыл пасть, и из нее вылетел ярко светящийся сгусток, окутанный фиолетовым газом, и понесся прямо на катапульту. Я с самого начала ломал себе голову, что же это такое. Не огонь, не молния, не вода (ха-ха, смешно, он же не кипятильник!)… Наконец, я обозвал это плазмой. А что, самое подходящее название. А команда «плазменный залп!» так вообще прелесть! Снизу раздался знакомый вопль «Ночная фурия! Ложись!», и все люди попадали на землю, кто где стоял. Самое прикольное в этом переполохе, что все пугаются, а сделать ничего не могут. Мы же просто непобедимы! Катапульта разлетелась с эффектным «БА-БАХ!» Мы развернулись, и пошли на второй заход, взорвав катапульту еще раз. Все, с этой хватит, она и без нашей помощи сейчас развалится. Мы описали круг, и начали разрушать вторую катапульту. Первый залп прошел успешно. Тут я заметил на небольшом утесе девушку. Как следует, разглядеть ее я не успел, мы слишком быстро пролетели мимо, но я увидел, что у нее была такая штука, похожая на катапульту, и что эта штуковина опасно направлена на нас. – БЫСТРЕЕ! – крикнул я, и мы едва успели увернуться от снаряда. Я заметил, как девушка рассерженно топнула ногой, и уселась на траву рядом со своей штуковиной, скуксившись. Я немного изменил план, и мы не стали добивать вторую катапульту, а приземлились в лесу. Я спрыгнул с дракона, и подкрался к девушке как можно ближе. Мое черное снаряжение и черная маска позволяли мне подойти как можно ближе, и остаться незамеченным. Она сидела, обхватив колени руками, и смотрела в небо. У нее была толстая коса, обмотанная веревочками. На ней была серо-голубая майка, красная юбка и сапоги. – Чертов дракон! – донесся до меня красивый, но рассерженный голос. – Я же почти попала!!! Но он увернулся, Тор бы его побрал! – она замолчала, и уставилась в звездное небо, все еще выглядывая нас. – Один-единственный заряд, и я промазала! Иккинг никогда бы не промазал! – она вновь замолчала. При упоминании имени «Иккинг» память покоробило, словно я знал что-то, связанное с этим именем. Может, я знал и человека, которого так зовут. Но мои попытки вспомнить были тщетны. – Ах, Иккинг… – прошептала она, и теперь в ее голосе я услышал горечь. – Как же мне тебя не хватает… но я отомщу за тебя, брат! Хотя я знаю, что ты жив, и скорее всего сейчас… да-да, вот прямо сейчас находишься очень близко! Хотя я понимаю, что это бред… – мне показалось, или она сдерживает слезы? Тем временем, девушка продолжала, словно говорила со своим братом. – Я отыщу тебя! Или отомщу за твою смерть, когда мне точно скажут, что ты погиб… Тут под моей ногой хрустнула ветка, и в тишине это прозвучало нарочито громко. Девушка подскочила, и подхватила с земли секиру, которая валялась рядом. Она насторожилась, и на присогнутых ногах начала приближаться к тому месту, где я стоял. – Покажись! – холод голоса сейчас создавал яркий контраст с недавней мягкостью и горечью. – Я знаю, ты здесь! Выходи! Мне совсем не хотелось ждать развязки этого действия и, вскочив на дракона, поднялся в светлеющие небеса, оставив девушку в недоумении.