Станцуем, Ичиго?

Это не так страшно, как может показаться, гораздо больше пугает другое. Я несусь как на крючке, безоружный, с грузом в придачу и особо ничего не смогу сделать, а они мчатся за мной с маниакально горящими глазами, будто я пища. Хотя правильнее сказать другое – билет наверх. Отмахиваюсь от тех, от кого могу, ни на секунду не давая себя задержать, а чем дальше меня уносит, тем громче и четче слышится голос. Уже начинаю его разбирать: - Вернись, вернись, вернись!..- девушка зовет. Как только понимаю это, тут же открываю глаза. Я всё так же сижу на коленях, вот только руки свободно лежат, потому что больше нет нужды изображать какие-либо символы. Трансферы, чернота, гигай.. Мигом вскакиваю на ноги и тяну руки к телу, лежащему тут же на кровати. Момент истины наступает, когда я касаюсь пальцами кожи и тут же толкаю их дальше. Гигай легко впускает их, будто никаких преград больше нет. И я их действительно не ощущаю. Уже через пять минут стою во весь рост перед зеркалом, пытаясь выявить какие-либо телесные повреждения или появившиеся дефекты. Но гигай функционирует просто на отлично и ничего подобного заметить не удается. Поблагодарить, что ли? Хотя не думаю, что воспоминания обидятся на такую мелочь – в молчании со мной столько прожили, еще столько же протяните, а там и свидимся. Но подумать только, чтоб и гигай мог ласты склеить! А Урахара об этом знает, или только мне удалось так влипнуть? В своих разборках я провел достаточно времени, пора бы и уже у тебя показаться, а то боюсь, расстроен будешь.. В два счета выбираюсь из квартиры, перед этим всё проверив, и медленно иду домой. Спешить некуда. Уже поднявшись на второй этаж чувствую пустого – слишком слабый, чтобы о нем беспокоиться, тем более ты, наверняка, уже бежишь ловить его. Прислушавшись к ощущениям, нахожу тебя – да, уже близко к нему. Удачи, что ли. На автомате заваливаюсь в родную комнатушку. Никого дома всё равно нет, значит, можно у тебя побыть. Медленно подхожу к кровати, а потом довольно резво запрыгиваю на нее, тут же вытягиваясь во весь рост. Через сколько ты тут будешь? Почувствовать меня самому не удастся, просить кого-либо бесполезно, только если к цепи обратишься.. До этого ты вряд ли дойдешь, а иначе создание напрямую связанное с Адом никак не обнаружить шинигами или пустому. Сколько ж это меня не было? *** Меня будит (а это уже странно, потому что я чувствовал себя бодрячком) голос Лори. Только вот что же он там сказать хотел? Не открывая глаз, прощупываю комнату на наличие в ней Ичиго. В яблочко! Значит, защищаешь мой сон? В комнате тихо - весь обращаюсь в слух, чтобы раньше времени не сбить настрой одной очень пугливой личности. Немного погодя возвращаешься, а затем я слышу тихий щелчок. Движение ветра.. Открываешь окно, а потом садишься на край кровати. Приоткрываю глаза, убеждаясь, что ты занимаешь слишком мало места, чтобы как-то помешать спящему. Но почему-то после этого сразу ломаешь свою тактику, решив лечь мне на ноги. Быстро подтягиваю их ближе к себе. И тут ты начинаешь говорить.. Что за идиотские вопросы? Предлагаешь мне на улице жить? Хотя не, до этого бы не дошел при всей своей вдруг объявившейся жестокости – переоцениваю зря. Надеюсь. А искать, а совесть-то зачем приплетать? Мне, конечно, приятно и всё такое, но зачем трогать больное? - Король, не дави, - чувствую, что спросонья голос еще похрипывает. - Еще и не начал. Это ж разве давление? – хитрюга. Я слышу как ты улыбаешься и чего-то ждешь, просто вынуждая меня продолжать: - Тогда мозг. Не промывай мозг. А совесть я тебе лично на хранение отдам, вот только встану, - в том же духе. Отворачиваюсь, говоря это в подушку, надеясь, что это остановит тебя от дальнейших глупых вопросов. - Оставь себе..- я тебя смутил, теперь можно спокойно валяться дальше, - Такое еще повторится? – Что? К чему такой резкий переход? Нечестно, ой, как не честно спрашивать такое у беззащитного человека, да и об этом я уж точно не хочу говорить. Не сейчас.. не когда я еще в хорошем настроении.. был. Резко сажусь: - Всё. Освобождаю и больше не появляюсь, идет? – чувствую, хмурости в лице хоть отбавляй. Не расстраиваться, только не расстраиваться. - Да я ничего не имею против. Мое – твое, какие рамки? – так расстроенно смотришь на меня, хотя и попытался скрыть это – не вышло. Укладываешь меня обратно, - А теперь спать, - быстро накрываешь покрывалом и буквально испаряешься, оставляя меня одного. Лежу, медленно сжимаю в ладонях ткань и стягиваю вниз, сначала продолжаю смотреть в потолок, а потом снова поворачиваюсь на бок, уставившись в дверь. - Дурак, - не шепчу, но и не громко. Из нас двоих это относится.. ко мне.. Но когда со всем разберусь, обещаю, расскажу. *** Не хочу нервировать тебя, поэтому живу по принципу «не попадайся на глаза». Возможно (да однозначно!), это никому не пойдет на пользу, но я пока придержусь этой дурацкой идеи. Ты, будто поймав мою волну, так же сознательно не идешь на контакт. Иногда я будто смотрю на нас со стороны.. ты ведь тоже хочешь достучаться до меня, но не рискуешь нарваться? Подхожу к двери в твою комнату, под ногами скрепит пол, и я сжимаю зубы. Проверяю по реяцу, что ты внутри – спишь как раз. Эта ночь впервые навеяла на размышления в темноте, но я не хочу с кем-либо ими делиться, поэтому пока не нагнал на тебя своего состояния, тихо ухожу. Приходится пройти еще через адскую «тишину» на лестнице, прежде чем выйти из этой обители жизни и броситься бежать. Нужно снова вернуться в Ад на работу. Наученный горьким опытом, оставляю гигай в квартире. Если ты вспомнишь о таком простом месте, то найдешь его. Но почему-то я сомневаюсь в этом: отнюдь не из-за памяти, а потому что очевидное и не замечается, обычно. Открываю дыру, прыгаю в Ад. Меня приветливо встречают красные небо и земля. Сегодня тут пожарче будет, а это ведет к появлению толпы грешников, вновь вознамерившихся пересечь эту пустыню. Вот мне всё же интересно – нафига они это делают? Ад везде одинаковый (ну хоть в пределах одного уровня), а выбраться наружу им вообще не светит. И кому мне задавать сей глупый вопрос? Меряю шагами пустыню. Ничего. Ни-че-го не намечается. Можно попытаться найти ту горку, которую я соорудил от нечего делать. Всё же уметь управлять таким богатством как песок это, как ни поверни, круто. Бегом направляюсь в нужную сторону. Сквозь тонкую подошву чувствуется жар, исходящий от земли, но больше на меня ничего не действует, а это хорошо. Примечаю высокую, больше напоминающую песочную башню горку, в один прыжок оказываюсь на ее вершине. Стою, высматривая всё и вся, попадающееся на горизонте, а потом, удовлетворившись видом, сажусь ждать. И мне не приходится бездельничать долго. Ощущаю присутствие приспешника.. двух. Ни один из них не является Муреей, а вот их реяцу почти идентичны, будто они близнецы или даже точные копии. В следующее мгновение приходится спрыгнуть вниз, слыша, как за спиной рассыпается песок. Тишина безмолвная и бездвижная - кто бы ни были мои противники, они разрешали отдохнуть, собраться, а, может, еще и сдаться? Ха! открываю, наконец, глаза, чтобы воочию убедиться в существовании противников. Двое. Тоже парни, укутаны с ног до головы, но это всего лишь плащи, скрывающие истинные фигуры; в руках хлысты. Один уже размотал его и успешно использовал на песке; другой будто стоит поодаль, пока не вмешиваясь. Не будь я в самом сердце Ада, решил бы, что они всего лишь арабские наездники, хотя и не менее опасные, чем искусные убийцы. Но здесь им давалось еще больше мощи, а раз еще и вдвоем.. Наша взаимооценка завершается одновременно, и первый приспешник заносит руку над головой.. Тонкая лента со свистом тут же несется в мою сторону, огибая небольшой полукруг. Слишком медленно, чтобы попасть. Отклоняюсь назад, и черная нить проскальзывает на уровне живота. Не двигаюсь, да и проходит мало времени, прежде чем всё движется назад, а из кромки появляются гарпунные лезвия, способные распороть что угодно на своем пути. Делаю еще шаг назад и тут же отскакиваю влево, потому что рука приспешника резко опускается вперед, а кончик хлыста мгновенно достигает цели, проскользнув еще несколько метров сквозь мое плечо (которое и приходится спасать, уходя). Я ускользаю, но когда считаю, что этот удар миновал, другое плечо пронзает сильная стрекочущая боль, будто его прямо сейчас раздирают этими зубьями. Всё в те же доли секунд ошеломленно смотрю на возвращающуюся к хозяину черную нить, скользящую чуть ли не в полуметре от меня; выпускаю реяцу, желая остановить кровь и запечатать рану, а только после замечаю, что нигде нет второго. - Не объявляя войны? Не нравится мое присутствие здесь, так все вопросы к начальнику! – материализую зампакто, перехожу в высвобожденную форму. Приспешник молчит. Не желаю тратить на него громких слов. Перехожу в сонидо. Если подобраться ближе.. ты и сам в себя змею пустишь. Проблема только во втором. Если они работают в паре, то где и как он действует? Приспешник сматывает хлыст, а затем мгновенно выбрасывает вперед, заставляя того волниться с большой амплитудой. Но это действует только на прямолинейного противника, а я не настолько глуп, чтобы остаться на пути. Что-то проносится прямо над головой, когда ухожу в сторону. Дальше всё настолько хаотично, что становится трудно воспринимать – только пребывание в воспоминаниях, переполненных линиями, спасает положение. Я уворачиваюсь, перехожу, убегаю. Использование Цузанга не приносит какого-либо результата – мне так и не удается подстроиться под ритм приспешника, хотя пару раз удается подобраться невероятно близко, но он так и не открывает спины. Приходится закрыть лицо рукой, чтобы уйти. - Хватит! – голос Муреи заставляет подчиниться. Мы замираем, - С него достаточно, - говорит уверенно, что даже я на секунду верю в его власть. Но мой противник смотрит безучастно. Он отходит, почти сразу подле него оказывается второй, - Арай приказал вернуться, - они будто только этого и ждали, потому что тут же покидают это место, всё так же безмолвно и по-человечески медленно. Опускаю руку, смотрю на Мурею, - Не очень выглядишь… Зато сравнил силу, - он не смеется. - Хоть за что? – пофигистично спрашиваю. Осматриваю руки – левая глубоко поцарапана, а плечо правой мальца разодрано – и больше ничего. - Отлыниваешь. - Его наши жизни не волнуют – не так ли пел? - Только риск не на тебя, а на него перекладывается. Если во время не способен остановить, значит, всё время будешь здесь. Хочешь? – цокаю, прежде чем задаю давно назревший вопрос: - Зачем спасаешь? Если меня сгробят, на тебя перевесят? - Нет, - и он подходит ко мне. Намерения продолжить оправдываться не замечаю. Ладно, вопрос я тебе пихнул, авось, ответишь когда, либо помогать вообще не будешь. Мурея подходит близко, очень близко, - Покажешь? - Продолжаешь благодетельствовать? – не спешу протягивать ему руку. Он видит мое поведение, но продолжает держать маску безучастности. - Если останешься тут дольше, нахватаешься через открытые раны гадости. Если хочешь оставаться в мире живых, то поспеши, - это похоже на совет. Никаких нравоучений, только совет, к которому я сам вправе прислушаться. - Он говорил о тебе.. Возможно, я изменю свое решение, - разбавляю молчание внезапно пришедшей мыслью. Сейчас я убивать никого не собираюсь, и даже вряд ли нужно это делать. Нарушу цепочку – сломаю баланс: это не захолустное Хуэко-Мундо, где король имеет специфическое значение. И какими бы уродами ни были Арай и приспешники, дело нужно решать деликатно. Мурея хотел что-то сказать, но промолчал. Не обременяю его больше своим присутствием и ухожу через Адову дыру, раз уж мне прикрывают спину. Я еще проверю это, а пока мне нужно латать раны. В квартире выискиваю аптечку – это чудо досталось по наследству от предыдущего владельца, в отличие от скоропортящейся пищи. Залезаю в гигай, смотрю на руки – мгновенно появляются раны на тех же местах. Перематываю их насколько возможно аккуратней. Проверяю тело на другие раны – реально больше ничего. То ли я всё же удачно уворачивался, то ли их задачей было не слишком меня покалечить. Надеваю футболку, плюнув на то, что меня быстро раскроют. Дома сразу же натыкаюсь на Лори. - Прогуливаешь? – спрашиваю почти с порога. Парень прижимает руку к животу, состроив страдающую моську. - Поплохело, - теперь улыбается, но вновь недолго, - А ты снова исчез? – прикладываю палец к губам. – А он ругаться не будет?.. я рад, что ты мне доверяешь, - не давая мне и слова вставить, продолжает он. Бинтованную руку замечает тут же, поэтому подбегает и садится на корточки, аккуратно касается ее пальцами, задумчиво рассматривая. - Если можешь лучше – прошу, - он вскрикивает от радости, выпрямляясь, обходит меня со спины и толкает вперед. - Идешь и ждешь, только давай в нашу комнату, - подаюсь его легкому давлению. Через несколько минут уже сижу на кровати, ожидая «доктора». Лори появляется чуть позже, неся в руках всё необходимое. Видно, что он переживает за меня, но когда заканчивает, не может сдержать улыбки. Я играю роль пациента до последнего, тем более что он действительно хорошо перебинтовал раны, будто только этим всю жизнь и занимался. - Неужели в школе такая практика? - Нет.. руки будто помнят. Что-то знакомое я почувствовал еще в коридоре, но всё пошло еще легче, когда уже бинт взял, - не спрашиваю больше ничего подозрительного. Если одно только прикосновение пробудило воспоминания.. не из твоей жизни, лучше не будоражить, не заставлять вспоминать больше, а то проснется тут маньяк, и не знаю, что нам придется сделать, чтобы успокоить его.