Кажется, я пропал!

      Насчет корзинки для пикника демон то ли приуменьшил, то ли евнухи перестарались, но у Лима сложилось впечатление, что они уезжают не на полдня посидеть на берегу возле флайра, а не менее чем неделю скитаться по безлюдным пустошам. Они с лордом озадаченно переглянулись и Лим понял, что это все же дело рук евнухов.       До ангара они дошли не спеша и уже через четверть часа их флайр взмыл в небо, а стоило им закончить маневры и набрать высоту, как Лим добросовестно пересел в пассажирское кресло и приступил к делам.       Летели они без четверти час и он успел за это время закончить изучение одной папки и открыть следующую. Потом демон приземлился на небольшой полянке близ берега. В самом деле безлюдного. По крайне мере даже с высоты Лим не заметил ни одной хижины.              – Это охотничьи угодья Повелителя, – пояснил он. – Более тихого места не найти на всей Нибиру.       Лорд Ярэш открыл шлюз и перед Лимом предстал поросший травой и вековыми деревьями берег бездонно-синего озера. Кабину флайра наполнила лесная свежесть, щебет птиц, стрекот насекомых и шелест листьев.       – О да, это то, чего я хотел! – радостно воскликнул он и поспешил спрыгнуть на землю.       Трава приятно захрустела под его ногами и он поддавшись порыву поспешил стянуть сапоги. Всего несколько шагов и ему показалось, будто жизненная сила леса медленно наполняет его тело. Он вдохнул полной грудью, прикрыл глаза и пару ударов сердца слушал голоса природы. Потом вдруг в памяти не к месту всплыл давешний сон и он осторожно полюбопытствовал:       – Здесь же не водится больших пауков, да?       – Больших? – уточнил демон. Лим сомкнул большой и указательный палец в кольцо.       – Ну где-то вот таких.       – В это время года – нет, – успокоил его демон.       – Отлично! – облегченно вздохнул Лим и пояснил: – Терпеть не могу когда они смотрят на меня своими огромными глазищами!       – Разумеется. Дело несомненно в глазищах, – с наигранно-фальшивой серьезностью поддакнул лорд и они дружно рассмеялись.       Демон бросил Лиму его сумку, а сам прихватил сундук, который приготовили для них евнухи. Щелкнул по коммуникатору, закрывая флайер, чтобы в него не забралась какая-нибудь живность, и направился к берегу. Лим последовал за ним.       Хорошо здесь было. Играла на солнце мелкая рябь. Шелестели листья. Птицы перекрикивались тысячами голосов. Трава до воды не доходила, плавно сменяясь лесной подстилкой. Зато здесь была и пара бревнышек, чтобы присесть, и обложенное камнями кострище с двумя рагалинами и перекладиной для котла. Кострище так и напрашивалось, чтобы развести в нем костер, но юноша рассудил, что сейчас слишком тепло да светло, чтобы просто так сидеть у огня, растянул покрывало на бревнышке да сел на землю, прислонившись к нему спиной и блаженно зажмурив глаза.       Демон опустил сундук на землю, заглянул внутрь и констатировал:       – Голодная смерть нам не грозит, как минимум еще неделю.       – Вот и останемся здесь, пока все не съедим, – шутливо отозвался Лим.       – Если мы останемся здесь на неделю, то по возвращению съедят уже нас, – так же шутливо ответил демон.       – Тогда останемся тут на совсем! – решил Лим. – Построим хижину. Будем охотиться, рыбачить и собирать дары леса!       – Но только до осени, – оскалился в насмешливой улыбке демон.       – Почему только до осени? – удивился юноша.       – Потому что к осени здесь будет очень много очень больших пауков и ты сам захочешь отсюда сбежать.       – Да? Незадача-то какая… – вздохнул Лим. – А сейчас они где?       – Сейчас они везде, но еще не успели вырасти. К осени они вырастут, отложат яйца, а ближе к зиме умрут. Такие большие и черные. Будут на каждом кусте висеть.       – Брр… – поежился Лим и решил: – Ну значит до осени у нас есть время. А там Крис авось соскучится, подобреет и не станет нас есть.       Демон задумался о чем-то своем, а затем медленно произнес:       – Как хорошо, что я больше не человек…       – Почему? – удивился Лим, который конечно тоже видел некоторые преимущества в бессмертной жизни демонов, но все же несколько удивился такому замечанию здесь и сейчас.       – Потому что демоны, конечно, тоже съедобные, но люди вкуснее, – вздохнул лорд.       Лим изумленно распахнул глаза и уставился на спутника в немом вопросе откуда у того взялись такие познания.       – Я не пробовал, – поспешил заверить его демон. – Просто Крис как-то сказал. А еще, что эльфы хоть и съедобные, но не пахнут едой и поэтому не особо интересуют демонов в таком плане.       Лим скривился. Не то, чтобы он сомневался в том, что Крис успел попробовать за свою долгую и бурную жизнь если не все, то почти все, и все же такие подробности он предпочитал знать в теории, но не слышать их достоверно.       Чуть подумав, демон также достал покрывало, набросил на бревно и тоже лег на землю, положив на него голову, да блаженно щурясь от пробивающихся сквозь листву лучей солнца. Некоторое время они лежали в тишине и слушали голоса природы. Затем он достал планшет, несколько раз ткнул в него, посмотрел на погрузившегося в мысли юношу и поинтересовался:       – Лим, ты ведь уже знаешь какая книга у меня любимая, но я не знаю твоей. У тебя же есть любимая книга?       – «Ветра Аноры», – не задумываясь улыбнулся Лим, – Не знаю сколько раз перечитывал, – а затем смутился, – Тебе это, наверное, кажется ребячеством, да?       – Ни разу, – возразил демон. – Мне напротив нравится ее легкость и оптимизм. Она как будто заставляет иначе посмотреть на мир и увидеть в самых обыденных, я бы даже сказал, серых, буднях свежие краски.       – Но она же глупая и наивная! – возразил Лим, как будто бы не он всего мгновение назад назвал эту книгу своей любимой.       – Да и именно это абсолютно прекрасно! – заявил демон. – Потому что подумать о мрачном, сложном и глубоком я вполне могу сам, – он улыбнулся. – Нет, правда. Это отличная книга. В сложные времена я иногда открываю ее, чтобы напомнить себе о том, что прекрасное рядом и если проблему нельзя решить, то можно хотя бы посмеяться над тем, насколько она нелепа.       Лим улыбнулся, но так и не нашел, что ответить. Спорить не хотелось. Вдаваться в подробности он стеснялся, опасаясь показаться лорду незрелым мальчишкой, коим он в душе и являлся, пусть и не хотел в этом признаваться даже самому себе.       – А ты читал “Властелина колец”? – полюбопытствовал лорд.       – Читал, – охотно подтвердил Лим.       – И как тебе? – осторожно поинтересовался демон.       – Отлично! – восхитился Лим. – Даже не верится, что написал человек да еще к тому же несколько столетий назад! – затем он смутился. – Правда я читал адаптированный перевод.       – На эльфийский или на всеобщий? – уточнил лорд.       – На эльфийский, – смутился Лим. – Я тогда еще недостаточно хорошо владел всеобщим.       – Отличный перевод! – похвалил он. – Даже лучше оригинала!       – Правда? – удивился Лим.       – О, да. Переводчики от души добавили красок. А уж как редакторы постарались убрать оттуда все, спорные моменты… – демон насмешливо хмыкнул.       – Какие спорные моменты? – юноша аж сел выпрямив спину от изумления.       – Ну например Галадриэль… – улыбнулся демон и тоже чуточку оживился явно оказавшись в своей стихии. Лиму же на долю секунды показалось, будто перед ним сидит не взрослый демон пятисот лет от роду, а совсем юный человеческий мальчишка и невольно улыбнулся тому сверстнику, который все еще жил где-то в глубине души страшного и сурового лорда Ярэша. – Ты знал, что изначально она была эльфом, – тем временем продолжил тот, – или как это перевели у твоего народа Эль-лест?       – Да ладно! – изумился Лим.       – Редакторы сделали Лориен обителью Астар, потому что решили, что отрицательный образ демонов устарел и неприемлем на территории альянса, – охотно поведал он, – И чтобы больше не было войны добрых Эль-лест со злыми демонами сделали из одного светлого народа Астар.       – То есть и Арвен изначально был Эль-лест? – опешил юноша. – А как же их с Арагорном дети, наследники Гондора?       – Ну… Да в общем-то вполне банально – она была женщиной, – хмыкнул демон. – А не таа-ри.       – О как! – растерялся Лим. – То есть никакого предназначения не было?       Лорд Ярэш покачал головой:       – Нет. Только самая банальная любовь. Но, если честно, мне это даже более по душе. Потому что предназначение не оставляет выбора. А любовь – это осознанное желание и ежедневный выбор. Мне кажется, что быть с кем-то, потому что ты искренне хочешь быть с ним, имея при этом возможность в любой момент пойти своим путем, куда более романтично, чем веление свыше.       При этом его мягкий и вместе с тем чуточку хитрый взгляд так долго задержался на юноше, что ему стало так сладко и вместе с тем так неловко, что он залился краской, потупился и поспешил сменить тему:       – А, что еще там изменили?       – Ну… – демон улыбнулся его смущению и перевел взгляд на бездонно-голубое небо, – Так, мелочи всякие. Боромира была Боромиром, сыном Денетора, – припомнил лорд. – Редакторы решили, что среди хранителей кольца должна быть хотя бы одна женщина…Тераторны были орлами…       Он задумался силясь припомнить еще пару отличий, но Лим не дал додумать ему до конца:       – А там объяснялось, почему они не полетели сразу на тераторнах, ну то есть на орлах, в Мордор? – полюбопытствовал он.       Демон расхохотался так, как будто юный эльф очень удачно пошутил, затем же от души отсмеявшись сказал:       – Полагаю, потому что орлы боялись Саурона, а в конце осмелились залететь в Мордор лишь потому, что тот был уже повержен и уничтожен вместе с кольцом. Но знаешь, на самом деле этим вопросом задавались еще в дни моей юности. Не думал, что эти споры существуют по сей день. И Лим, – он заговорщицки подмигнул: – Ни в коем случае не спрашивай об этом Криса.       – А что будет? – полюбопытствовал юноша.       – Он расскажет! – зловещим шепотом пообещал лорд. – В подробностях, с цитатами и схемами… Причем намеренно сделает это так, чтобы запутать тебя еще больше. А если так подумать, то учитывая его новоявленную способность к возвращению смертных душ, то с него станется воскресить автора, вернуть ему память и спросить лично.       Юный эльф подумал, что это в самом деле было бы в лучших традициях их друга и представив себе реакцию ошалевшего автора звонко расхохотался.       – Меня бы не удивило, если бы вдруг выяснилось, что он с автором на брудершафт пил и тем самым подал ему идею, – рассудил Лим.       – Он никогда ничего такого не упомянал, – призадумался демон. – Но наверняка так оно и было. А знаешь, кому он больше всех сочувствует в этой истории?       – Нет, – покачал головой юноша, немного подумал, а потом сообразил: – Неужели кольцу?       Демон кивнул и улыбка на его лице всего на пару мгновений сделалась чуть грустной прежде чем он продолжил:       – У него была своя воля и некое подобие разума, но у него было только два пути – рано или поздно вернуться к хозяину и быть использованным или же быть уничтоженным. Крис как-то обмолвился, что на месте кольца предпочел бы остаться в Шире и дальше участвовать в розыгрышах, но так или иначе это было не возможно. Еще ему очень нравятся энты... Он даже как-то рассчитал, что мог бы воссоздать их, но Анилаэль отговорил его от такого эксперимента.       – А по моему было бы здорово! – возразил Лим.       – Ну не знаю, не знаю, – задумчиво покачал головой демон. – Как-то раз он на спор создал саблезубых зайцев… Забавные были зверушки… Пока не настали смутные времена и они не вырвались на волю став настоящим проклятием Эктелии. Знаешь, я как-то был свидетелем, как эти мелкие поганцы всем скопом накинулись на волка и в считанные секунды, обглодали его до самых костей! Жуткое зрелище, скажу я тебе. Слава всем высшим силам этого мира, что сейчас их популяцию удалось взять под контроль. И то гады ухитрились адаптировать и к посеяному мору, и к генной модификации, которая через пару поколений должна была убивать все потомство… Ну хоть теперь не так быстро плодятся и рапторы с волками кое-как справляются.       – Это он создал этих поганых тварей? – скривился в отвращении Лим. – Пакость то какая! – он поднял ногу и указал на лодыжку. – В детстве меня как-то такой в лесу за ногу тяпнул. Больно так! А главное обидно! На вид такие милые, пушистые и пугливые... Чуть шаг в их сторону, сразу по норкам разбегаются! Но Луноликая упаси подойти слишком близко к этим их норкам!       – Хорошо если в ногу, – согласился демон. – А то эти поганцы иной раз как из норы напрыгивают, да как впиваются прямо в горло! – он вздохнул. – Вот поэтому и пришлось тактично замолчать их происхождение... К тому же в то время это была уже в самом деле очень старая история. Портить отношения ради этого внутри Альянса, имея куда более грозного и опасного врага, было ни к чему. Да и все же в том, что эти твари не были вовремя уничтожены и смогли сбежать из вольера, как никак виноват был владелец. Но привлечь его к ответственности теперь уже нет никакой возможности… ибо он и его семья стали первой жертвой своих питомцев.       Лим неприязненно поморщился от картины обрисованной его воображением.       – О да! – подтвердил его худшие догадки лорд. – Чтобы достойно похоронить несчастных, пришло каждую обглоданную косточку собирать по отдельности и проводить экспертизу, дабы определить кому она принадлежала. Эти поганцы сгрызли все, от хозяина и его домочадцев, до мышей в подвале, да растащили их кости по всему имению!       – Жу-у-уть какая! – протянул Лим и невольно осмотрелся по сторонам.       – Не волнуйся, на Нибиру они не водятся, – поспешил успокоить его демон. – Здесь вообще нет ни одного крупного хищника, который мог бы угрожать разумному существу. Главные хищники здесь Астар и они же контролируют популяции диких животных.       Лим удовлетворенно кивнул и снова откинулся назад. Некоторое время они молча смотрели в небо, наблюдая за редкими облачками. Потом юноша поднялся, подошел к берегу и, чуть помедлив, намочил ноги.       Вода была прохладной, но не холодной. Мелкая рябь сверкала на солнце ярче алмазов. Шелестели на ветру заросли камыша. Лим подставил лицо под теплые лучи солнца и прикрыл глаза, всего несколько ударов сердца спустя забыв и про саблезубых зайцев, и про дворцовые дела, и про свою нелегкую долю. И был сейчас только он и солнце, освежающий летний ветерок и запах лесного озера. Позади послышались шаги и, когда юноша открыл глаза, он обнаружил возле себя демона. Тот молча улыбнулся, обхватил его за талию и так же молча подставил лицо солнцу. Обласканный со всех сторон юноша разомлел. И не было более ничего на свете. Только они и этот залитый солнцем берег. Тихий плеск воды и шелест листьев. И не хотелось, чтобы это мгновение заканчивалось… Но некоторое время спустя Лим все же нарушил их блаженное молчание:       – Ярэ, у меня уже очень давно есть один вопрос, который я до сих пор не решался задать…       – Спрашивай все, что пожелаешь, – охотно разрешил демон.       – Когда я признался тебе в своих чувствах, ты сказал, что это лишь юношеский порыв и отверг их. Но потом что-то заставило тебя передумать и дать нам шанс. Что это было?       Демон, некоторое время помолчав, ответил не сразу, но все же ответил:       – Ты кое-что сказал. Я не знаю был ли то знак, что в глубине твоей души все еще жива частичка Анилаэля или же это просто совпадение. Но ты сказал фразу, которая была нашим с ним синонимом признания в любви, – он вздохнул, не выпуская его из объятий, сжал руки юноши в своих ладонях и их пальцы переплелись, – Мы не должны были так рано встретиться. Ты еще не достиг того возраста, когда разделяющие нас столетия теряют свое значение. Разница в возрасте и статус твоего наставника обязывают меня отвергнуть твои чувства и отнестись к тебе с отеческой заботой. Но есть еще он. И его чувства никак нельзя назвать юношеским порывом. Я знаю, что тебе не нравится мысль, но как ни крути в этих отношениях нас трое. Ты это несомненно ты. Лим. Юный эльф, который вырос на Эктелии в обычной семье и которого затем выдернули из привычной жизни, притащив во дворец да сделав наследником престола. Но твоя душа намного старше. И она прошла не один цикл перерождений. А в этот раз из-за вмешательства Криса в ней к тому же сохранились обрывки памяти и чувств. Я любил его за то, кем он являлся. И люблю тебя таким, какой ты сейчас. Со всем твоим сходством и отличиями. Но принять чувства Лима, я не вправе. Так же как я не вправе отвергнуть чувства того, кого люблю всем сердцем и того, кто любил меня настолько, что забыв все прочее сохранил эти нежные чувства в следующей жизни. Я не знаю что из этого правильно, а что было бы ошибкой, – признался он. – Но когда я познакомился с Анилаэлем нас также разделял возраст. Не так сильно, как нас сейчас и все же даже в пересчете на человеческие годы разница была существенной. Это не была любовь с первого взгляда. Даже со второго назвать это любовью, пожалуй, сложно. И все же нас свела магия переплетающихся судеб. Анилаэль сам того не зная ее спровоцировал. Это было не то, чего он тогда хотел, но Крис считает, что наша встреча так или иначе была предначертана. Просто позже. Может когда разница между нами перестала бы иметь такое значение. Может вообще в другой жизни. И возможно это было также вмешательством судьбы, что Крис оказался там, несколько ускорив развитие событий и послужив мостом, над разделяющей нас пропастью, но в конце концов все вышло именно так как вышло. И мы никогда об этом не жалели. Наша с тобой встреча также должна была состояться намного позже, но состоялась преждевременно. И я боюсь навредить тебе… Но если у нас получилось в той жизни, то возможно, не всегда стоит поступать правильно и иногда надо поступить так, как велит сердце, – он поднес руку юноши к губам и едва ощутимо коснулся ими тыльной стороны ладони. – Тем не менее, сейчас, оглядываясь назад, я думаю, что некоторые события в моей жизни случились все же слишком поспешно и я не хотел бы, чтобы в твоей жизни это произошло так же. Поэтому только тебе решать как и с какой скоростью будут развиваться наши отношения. И если тебе нужно будет время, неважно для чего или для кого, тебе достаточно только сказать об этом. Я не против если ты будешь встречаться с кем-то еще и мне не обязательно быть всегда на первом месте.       – И ты не будешь ревновать? – удивился и вместе с тем немного обиделся Лим.       – Буду, – демон еще крепче прижал юношу к себе и уткнулся носом в его макушку. – Но я не хочу, чтобы в будущем ты сожалел об упущенных возможностях.       Обида сменилась сладким омутом заботы, поглотив все попытки найти достойный ответ и Лим ничего не ответил, полностью растворившись в моменте.