Выйди, если сумеешь

Я молча посмотрел на блондина, надеясь, что это всё же была шутка. Но потемневшие глаза серьёзно и холодно смотрели на меня, а где-то в их глубине плескалось возбуждение, которое парень, по всей видимости, ещё пытался контролировать, но неизвестно, как надолго его бы хватило. - Бэкхён, я дважды говорить не собираюсь, - хриплый голос заставил поёжиться от набежавших мурашек. Мысли судорожно метались в моей голове, а я не знал, что предпринять. Вариантов дальнейшего развития событий было немного – либо меня выебут в рот, а потом и не только туда, либо убьют. Конечно, в глубине души я лелеял надежду, что меня просто отпустят или мне удастся сбежать… Или Чондэ успеет спасти меня… Однако, секунды шли, мужчина всё так же смотрел на меня в ожидании, а чуда не случалось. Хватка на моём запястье усилилась, отчего я сжал зубы. Не дожидаясь удара или чего похуже, я молча опустился на колени перед диваном, оказываясь между раздвинутых ног. Холодная рука переместилась с моего запястья на затылок, поглаживая волосы. Я еле сдержался и не поморщился. Какие к чёрту нежности, когда он убил моего друга и собирается изнасиловать меня? Глаза блондина потеряли тот холод и снова потеплели, а он спокойно смотрел на меня. Мне оставалось лишь поражаться переменам его настроения. - Бэк. Я сглотнул ставшую вязкой слюну и нерешительно потянулся к ширинке. Сначала я надеялся, что он сам подготовится, а мне останется лишь пару раз облизать (только при мысли об этом становилось противно) его член и подрочить ему, чтобы он кончил. Но нет. Ширинка тихо вжикнула под моими пальцами, а парень нетерпеливо поёрзал. Первый же вопрос, который возник у меня после того, как я расстегнул пуговицу – неужели удобно ходить в грубых джинсах без белья? Хотя, вдобавок к убийце и насильнику он мог вполне оказаться и мазохистом, я бы уже ничему не удивился. Я без особого рвения стянул джинсы с бёдер, пытаясь потянуть время. Чего сделать мне не дали – мужчине, видимо, надоело ждать, поэтому рука на моём затылке довольно грубо притянула мою голову ближе. Так, что моё лицо и чужой член разделяли какие-то двадцать сантиметров. С каким-то намёком на безысходность я понял, что возбуждён он ещё явно не до конца, а значит, мои мучения продлятся дольше. Пальцы, запутавшиеся в моих волосах, сжались сильнее, показывая степень недовольства их обладателя. Я глубоко вздохнул и обхватил онемевшими пальцами чужую плоть, пытаясь игнорировать подкатившую тошноту. Блондин почти незаметно вздрогнул, когда я провёл сжатой ладонью к основанию, оттягивая кожу и оголяя головку. Затем так же медленно провёл обратно. В принципе, оказалось не так уж и ужасно, если не думать ежесекундно о том, что именно мне пришлось делать. - Подрочить я и сам могу, Бэкхён. Я тебе сказал сосать. Я дёрнулся от неожиданности, как от удара. Пришлось отогнать перманентное чувство тошноты и наклониться ближе, приоткрывая рот. С ненавистью ко всему миру и к самому себе я снова оголил головку и на пробу провёл по ней языком, тут же морщась. - Не нравится? – тихий смешок отвлёк меня. – Постарайся уж, Бэкхён. Вдруг я получу удовольствие и оставлю тебя в живых. Я промолчал, пытаясь задавить тысячу и один ответ, каждый из которых привёл бы к тому, что мне сразу засунули бы до самого основания. Вместо этого я попытался лизнуть ствол по всей длине, что удалось сделать даже без лишних гримас отвращения. Блондин цокнул, а в следующую секунду свободной рукой направил член мне в рот, второй рукой нажимая на мой затылок сильнее. Чувствуя, как скользкая от смазки головка прошлась по моему языку, я почти решился сжать зубы, но вовремя понял, чем это может мне грозить. Сбежать всё равно не удастся, карлики меня поймают и сразу же разорвут. Поэтому пришлось лишь шире раскрыть рот, стараясь себя контролировать, чтобы не подавиться и не закашляться. Гордость уменьшалась в прямой пропорциональности к тому, как член входил глубже в мой рот. Я терпел и пытался абстрагироваться, пока головка не уткнулась в заднюю стенку горла. Я закашлялся и дёрнулся назад, вытирая выступившие слёзы. - Тише, - чужая рука обманчиво нежно погладила меня за ухом. – Расслабь горло, детка. Я с нескрываемой ненавистью посмотрел на блондина и прочистил горло, затем снова обхватывая член губами и уже самостоятельно насаживаясь ртом. Мужчина снова вплёл пальцы в мои волосы и принялся массировать кожу головы, явно получая удовольствие. Он прикрыл глаза, при этом не забывая направлять мою голову. Чужие бёдра напрягались, вскидываясь мне навстречу. Поначалу я снова подавился, но позже удалось войти в ритм. Стало даже получаться с горем пополам шевелить языком, чтобы подвести блондина к оргазму быстрее и сократить время унижения. Он закатывал глаза и тихо постанывал, посылая своим низким голосом капельки лёгкого возбуждения к кончикам моих пальцев, впрочем, это возбуждение тут же улетучивалось. Из-за однообразных движений вскоре онемела челюсть. Член свободно ходил туда-сюда, иногда сжимаемый губами, а мне было уже плевать. Хотелось только, чтобы парень уже наконец кончил и отстал. Не знаю, сколько времени меня так драли в рот. Даже надоело вытирать постоянно выступающие на глазах слёзы. Наконец, блондин с глухим рыком кончил, притянув меня за волосы ближе к паху. И не отпуская, пока я давился и боролся с собой, пытаясь проглотить тёплую сперму. - Какой молодец, - тихий голос разомлевшего после оргазма мужчины отвлёк меня от мыслей о том, как же я хочу всё это выблевать. – Можно и продолжить. Я поднял недоумевающий взгляд на мужчину, который в следующее мгновение резко и грубо дёрнул меня за плечи вверх, призывая подняться и затем усаживая к себе на колени. Я напрягся, начиная паниковать. - Расслабься, ну же, - он уткнулся лицом в мою шею, начиная покрывать кожу лёгкими поцелуями, чередующимися с укусами, от которых поджимались пальцы на ногах. К чувству отвращения к себе из-за того, что меня поимели в рот, как портовую шлюху, начало примешиваться отвращение к себе за то, что моё тело отзывается на ласки. Но задним умом я твёрдо понимал, что не хочу, чтобы в меня пихали член, который, к слову, и так многозначительно тёрся о мою промежность. Прохладная рука спустилась по моей спине, собирая ткань футболки, а затем ненавязчиво, но решительно проникая под пояс брюк. Я почувствовал, как чужие пальцы скользнули между ягодиц, а затем пару раз легонько надавили через ткань белья на мой анус. Я тут же дёрнулся, как ошпаренный, из-за чего блондину пришлось вытащить руку, чтобы удержать меня на месте. Мельком взглянув на недовольного мужчину, я ляпнул первое, что пришло в голову. - Можно мне воды? Пожалуйста. Во рту привкус неприятный, пить хочу. Блондин поджал губы и несколько секунд молча смотрел на меня. А затем легонько спихнул меня с себя на диван и встал, направляясь к противоположной двери, около которой находится невысокий столик со стоящими на нём кувшинами и прочей посудой. Дождавшись, пока он дойдёт и возьмёт в руку стакан, чуть ли не считая секунды, я тихо встал и быстро попятился к той двери, что находилась недалеко от меня. Единственный остававшийся в зале карлик молча проводил меня взглядом. Последнее, что я увидел в этой комнате – горящие злобой глаза блондина, смотрящего на меня и не обращающего внимания на разбившийся стакан. А затем я захлопнул за собой дверь и побежал. Я понимал, что от моей скорости зависит уже не только моя честь, но и жизнь. Захлопнул за собой ещё две двери, а затем что было сил побежал по длинному коридору, молясь, чтобы уродцы не догнали меня. А в конце коридора увидел выходящего из тени блондина. И резко остановился, не зная, за что хвататься. - Это ты зря, Бэкхён, - он прислонился к стене, выглядя расслабленно. Видимо, будучи уверенным, что я никуда не денусь теперь. А мне в голову не пришло ничего более умного, кроме как рвануть напролом, сворачивая в другую сторону. И просто чудом избежал столкновения, когда он дёрнулся мне наперерез и схватил меня за футболку. Неизвестно, откуда во мне взялись такие силы, чтобы высвободиться (при этом разорвав футболку), но я на несколько шагов опередил его. Ещё один коридор, а затем снова дверь. В боку нещадно закололо, но лестница, оказавшаяся за дверью, будто придала мне сил. Я буквально в несколько шагов взлетел наверх и чуть ли не вышиб своим телом очередную дверь, даже не чувствуя боли и не до конца осознавая, что выбрался. Первое, что я увидел в холле – до боли спокойное лицо похожего на лисицу администратора, который так и стоял за своей стойкой. Не выражающее абсолютно ничего, беспристрастное, будто из комнаты его аттракциона только что не вывалился перепуганный парень в разорванной одежде. - Поздравляю, Вы прошли лабиринт и нашли выход, - как будто заученная наизусть фраза. Я в шоке огляделся, не зная, что сказать. - Бэкхён, - я вздрогнул от звука своего имени и повернулся к источнику звука. С кровоточащими ссадинами на лице, но живой, Чондэ. Который тут же стиснул меня в объятьях, будто боясь выпустить. – Полиция уже едет, скоро они будут тут. Я ощутимо расслабился, но не до конца. Этот ублюдок бежал за мной, где же он? И почему администратор так спокоен? - Этот мудак отказывается что-либо объяснять и стоит так с тех самых пор, как я вышел, - шатен будто услышал мои мысли. Не успел я ничего ответить, как во входную дверь ворвались полицейские в бронежилетах. - Это полиция, всем оставаться на своих местах. Я выдохнул и улыбнулся, игнорируя тупую боль в уголках губ. И будто со стороны наблюдал за тем, как на администратора надевают наручники, а потом выводят его, и как полицейские выбивают двери в сам лабиринт. Всё закончилось. *** Прошло несколько месяцев. Несколько месяцев паранойи, боязни выходить вечером на улицу, визитов к психиатру. Нас с Чондэ сначала затаскали по полицейским участкам, чтобы мы помогли в расследовании дела. Почти каждый раз нам предлагали нового подозреваемого на роль того седого парня, чтобы мы опознали его, но тот словно сквозь землю провалился. Неизвестно, куда он делся, но полицейские его в тот день не нашли в лабиринте. Нашли только карликов, а потом долго думали, что с ними делать. Зато достали останки Сехуна. Правда, не подпускали нас к ним, а поначалу психиатр вообще отказался отпускать нас на похороны. Что окончилось грандиозным скандалом, так что в итоге нам позволили проводить друга в последний путь. Постепенно всё вернулось в свою обычную колею. Я перестал просыпаться от кошмаров по ночам, вернулся к учёбе в университете, мы с Чондэ снова стали устраивать совместные вечера с просмотрами фильмов и выпивкой. Но уже вдвоём. Мою спокойную жизнь нарушил телефонный звонок. Девушка с милым голосом с ноткой сожаления минут пять объясняла мне ситуацию, из которой я понял то, что сам хозяин лабиринта очень сожалеет о случившемся, посему назначает встречу с каждым пострадавшим (то есть со мной и Чондэ) отдельно, чтобы извиниться персонально и обговорить размер материальной компенсации. Видимо, ждал, пока шумиха утихнет. Именно поэтому я сейчас захожу в высокое офисное здание, полностью зеркальное снаружи. Поднимаюсь на последний этаж, где и расположен офис того самого молодого предпринимателя. Двери лифта мерзко скрипят, закрываясь за мной, отчего я морщусь. Вроде новое здание, а лифт будто скоро прикажет долго жить. Выходной день. Видимо, именно поэтому офис пуст, но мне и не нужны работники. Встреча назначена с самим директором, в кабинет которого можно попасть через офис. Подхожу к двери, мельком оглядываю позолоченную табличку с какой-то надписью, где, видимо, написано имя директора, и после короткого стука вхожу с тихим «Можно?» Глаза привыкают к полумраку кабинета, пока я пытаюсь проморгаться. А когда смотрю в сторону массивного стола из тёмного дерева, сердце начинает бешено стучать. Потому что вижу те же седые с серебристым отливом волосы. И слышу знакомый низкий голос. - Ну что же. Ещё раз здравствуй, Бэкхён. Пак Чанёль, приятно познакомиться.