Ангельские глаза

- Неуклюжий коротышка, - брюнетка ворчала на парня, сверля того взглядом. Ривай спокойно шел позади двух друзей Эрен, когда сама девушка плелась рядом с ним. Во время падения Эрен больно ушибла локоть и копчик, но, кажется, обошлось было все без переломов. - Нет, ну, вы видели, - продолжала Аккерман. - Сам неуклюжий, так еще и людей вокруг калечит. - Ты можешь успокоиться? - ее ворчание начинало выводить из себя не только Леви, но и остальных из компании. - А что, - девушка остановилась и резко сделала разворот, - правда глаза колет? - В твоих словах нет ни капли правды, - спокойно произнес он, - просто твое бубнеж уже поперек горла встал. Немного помолчав, он добавил: - И твоя тирада себе под нос достала не только меня. - Да кто тут бубнит, придурок, - произнесла девушка. - Ты просто неуклюжий, неотесанный болван. - Микаса, может, хватит? - неожиданно подал голос блондин. - Как бы ты мне ни была дорога, но уже голова болит. Упали они и упали, с кем не бывает? - Ты его защищать вздумал? - Как я и сказал, ты достала уже всех, - насмешливым тоном сказал Леви (конечно, лицо эмоции обошли стороной). - Эрен могла себе сломать что угодно, если уже не сломала! - вскрикнула девушка. - Она даже вон хромает идет, вы двое! Парни внезапно переключили свое внимание на Йегер, отставшей от них на метров 10. Шатенка действительно немного похрамывала, но в остальном была вполне здорова. Подождав ее пару секунд, Ривай задал вопрос: "почему не сказала, что нога болит?" - Да не нога болит, - улыбнулась девушка, - обувь жмет, натерла мозоли немного. - После падения сразу? - язвительно спросила Аккерман. - Повредила ногу все-таки. - Нет, - Йегер помотала головой, - упала-то я на левый бок, а болит правая. Хотя и левая немного саднит, - честно ответила она. После тридцатисекундного обдумывания облечения участи Эрен, Ривай вспомнил, что в его сумке завалялось пару пластырей и несколько влажных спиртовых салфеток. Ничего лучше не придумав, он молча подхватил девушку на руки и понес к ближайшей скамейке. - Р-ривай! - шатенка вмиг залилась краской. - Ты что творишь? - Несу тебя на скамью, - невозмутимо воскликнул он. - Я бы и сама могла дойти, - промямлила девушка. - Отпусти меня, пожалуйста. - Дойдем - отпущу, - произнес парень. - Да и давно ли тебя на руках носили? - Давно, - девушка вконец смутилась, уперевшись небольшими ладонями с длинными тонкими пальцами в его грудь. Сзади послышалось возмущение со стороны Микасы, только что вышедшей от ступора, и громкий смешок Армина. - Ты чего творишь, придурок? - начала возмущаться Микаса вновь, но ей не дали продолжить фразу, потому что Армин легонько схватил девушку за руку, продолжая улыбаться. - Прекрати, - произнес блондин, - чего ты так к нему прицепилась? - Да потому что он меня раздражает! - Или он тебе нравится? - шепнул Арлерт, внимательно взглянув в глаза брюнетке. Аккерман стойко выдержала взгляд парня, после чего вскинула бровью: - Мне кажется, что еще рано говорить о каких-либо симпатиях. - Ну, - он кивнул в сторону Эрен, - о них не рано. Двое остались наблюдать за Эрен и Риваем со стороны. *** Парень усадил Йегер на скамью, после чего сам присел на корточки в попытке стянуть с нее легкие кожаные лодочки на невысоком каблуке. Еще больше залившись краской, Эрен перехватила его руки: - Ты что делаешь? - пискнула она, удивляясь своему высокому голосу. - Хочу снять туфли, чтобы обработать раны и налепить пластырь. - Но у меня нет пластырей. - Ты серьезно? - саркастически произнес он. - А я-то думал... - Не издевайся, - простонала она. - У меня все есть, - расслабься. Девушка нехотя убрала свои ладони с рук брюнета, после чего внимательно начала наблюдать за действиями Ривая. Он спокойно обрабатывал почти кровоточащие мозоли Эрен. Раны начали щиплить, отчего девушка громко ойкнула и одернула ногу. Леви на ее действия решил ничего не говорить и просто подуть на ноги. Йегер снова расслабилась, после чего парень продолжил свои манипуляции. Пару минут поколдовав над ее мозолями, он снова надевал на ножки шатенки обувь. - Легче? - Конечно, - их взгляды утонули в друг друге. *** Я утонул. Утонул в этих глубоких и нежных глазах. В тот момент я думал, что нет ничего важнее ее, нет важнее этого взгляда. Как бы я пессимистично не относился ко всему вокруг, ее мне не хотелось окунать в свой омут апатии и меланхолии. Я действительно поражался ею и поражаюсь до сих пор. То время мне казалось невероятным сном. Будущее казалось мне смутным, но почему-то мне очень хотелось видеть то, что будет, пусть и нечетко и размыто, но рядом с ней. Да, таковы были мои мысли в тот момент. Я подхватил ее так легко, что мне казалось, она не весила ни грамма, словно пушинка. Хотя, наверное, лучше будет назвать ее снежинкой. Ведь ее холод потом долго обжигал меня снаружи и изнутри. Какая же она была нежная. Я понял одну единственную мысль в то время: никогда не сдавайся. Бейся как баран в закрытые ворота, но добейся своего. Я не мог выбросить ее из головы и не могу отказаться от нее до сих пор, спустя почти десять лет. *** После того как я подлатал Эрен, мы отправились на четвертый этаж в кабинет политологии. Ее друзья тогда уже успели уйти. Мы шли довольно-таки медленно, но за эти минуты не перекинулись даже парой фраз. Каждый думал о своем. Внезапно на мою спину запрыгнуло что-то тяжелое и громко взвизгнуло прямо в уши: - А, ну, неси меня! - очкастое нечто радостно вопила, но ее энтузиазм мне не передался ни коим образом. - Слезь с меня, - прошипел я, пытаясь скинуть ее. Но Зоэ вцепилась в меня очень крепко, мертвой хваткой. - Да покатай меня, Леви, - проорала она, крепче обвив мой торс ногами. В тот момент я ожидал любой реакции от Йегер. Точнее, я хотел услышать искренний смех, как это обычно бывало. Но я увидел совсем иное. - Вы встречаетесь? - ее удивленный, наверное, даже с капелькой обиды тон поверг меня в шок. Я хотел было ответить, что я никак не мог быть в отношениях с этой бестией, но Ханжи опередила меня: - Не ревнуй, милашка, - произнесла она, - мы просто очень хорошие друзья. - Мы даже не друзья, - сказал я, наконец, сумев освободиться от очкастой. Скептический взгляд льдисто-голубых, немного зеленоватых глаз сменился на одобрительный. Она снова улыбнулась. Каким бы атеистом я не был, но я действительно взмолился: "Боже, пусть она смотрит на меня так всегда, пусть улыбается мне каждый день". *** В следующие часы ничего особенного не происходило. Все пары были даже слишком нудными, нежели просто скучными. Мне скорее хотелось попасть домой. Уже чуть ли не засыпая, я пыталась поддержать себя тем, что осталось чуть меньше четверти часа. На самом деле та история с пластырями заставляла меня краснеть каждый раз при одном малейшей мысли об этом в последующие пару дней. Сердце отбивало бешеный ритм, казалось, словно мир или я - мы оба - сходим с ума. Его запах сводил на нет все трезвые, здравые мысли в моей голове. Нет, не шутка и не мысли наперед. Сидя у него в руках я услышала его аромат каждой клеточкой своего тела. Даже после того как я прибыла домой, моя одежда (возможно, мне казалось) пахла им всего из-за одной минуты нахождения в его руках. Я совершенно не знала, как можно описать его духи или парфюм, быть может, шампунь, гель или еще что. Но он был невероятен. Придя домой, я прыгнула на кровать. Сняв с себя блузку, я судорожно вдохнула это смешение моих и его духов (или чего-то), после чего растянулась на постели, прижимая предмет к своей груди. *** Шатенка уснула, сжимая в объятиях свою блузку. В то время как ее подруга немного маньячно глядела на представившуюся картину. Аккуратно выйдя из комнаты, она прошла на кухню, где за небольшим столиком восседал блондин, попивая свежесваренный кофе. - Похоже, она влюбляется, - произнесла брюнетка. - Мне кажется, что ты себя накручиваешь, - скептично произнес парень. - Да и почему тебя это так задевает? - Да потому что в тот раз это кончилось не очень хорошо. - И что же такого произошло? - Ты помнишь, как она страдала из-за того старшеклассника? - Может, они созданы друг для друга. - Да они знают друг друга второй день. - Фактически, они знают друг друга с того августовского дня. - Фактически, - передразнила его Аккерман, - они не знают друг друга вообще. - Узнают и будут счастливы. - С ним она не будет счастлива. - Да с чего такие выводы? - Да он выглядит как маньячина последний. - Ты тоже на святую не тянешь, - легко улыбнулся парень, - но мы ведь все равно друзья и общаемся очень даже хорошо. Эрен взрослая девочка, сама как-нибудь разберется. - Но он слишком быстро начал к ней лезть. - Он всего лишь помог ей с ранами, - пожал плечами Арлерт, - это не "начал лезть", а учтивость и внимательность к ближнему. Брюнетка присела на широкий стул со спинкой. Уперевшись подбородком об руки, она выдохнула: - Давай посмотрим, что из этого выйдет. *** Сидя за ноутбуком, я размышляла о произошедшей ситуации. Точнее будет сказать о Ривае. Все внутри просто полыхало при мысли о нем. Все его слова, все его поступки за этот день. С одной стороны приятно, а с другой непонятно. Возможно, для многих это выглядит как типичная подростковая "любовь", которая делает основной упор не на глубокие чувства, привязанность, а на легкую симпатию и идеализированную модель отношений из интернета. Но я почему-то думала, что это совсем другое. Нечто, что я встретила за всю свою жизнь всего лишь один раз, и нечто, что перевернуло все мое представление об этом мире. Да, на первый взгляд, это слишком все идеально, быть может, шаблонно. Но всегда есть одно четкое но: жизнь и есть то идеальное и притягательное, что может изменить нас так, как ты и не мог себе представить. Благодаря той поре я поняла, что все мысли человека материальны, всегда происходит то, о чем ты мечтаешь, думаешь, но по закону жанра это "нужное" приходит лишь в тот самый момент, когда ты этого и не ждёшь. Мне всегда казалось, что человек любит лишь раз, а потом ищет в каждом последующем черты предыдущего. Но так глупо я ещё никогда не ошибалась. Точнее, доля правды в этой мысли была, но лишь в том, что любим мы один раз во всей своей жизни. Просто остальные влюбленности/симпатии стираются в пыль, если ты нашел того самого. Нельзя с уверенностью сказать в данный момент, что ты любишь этого человека, если не прошел испытаний сердца, проверенных годами. То есть, почему, например, кто-то остается предан своей любви всю жизнь и не может даже просто подумать о похождениях налево, а другой, наоборот, ради острых ощущений для себя самого готов ввязаться в мутную интрижку, пока его вторая половинка отвернулась и глядит на какую-либо рекламную вывеску в центре огромного мегаполиса. Я все равно думаю, что человек изменяющий никогда не сможет полюбить того, кому он изменяет. Просто любимым ведь не изменяют даже в мыслях? К чему я вела: если ты вдруг поймал себя на мысли о другом человеке в тот момент, когда ты сидишь рядом со своим парнем/девушкой/мужем/женой, который(ая) сейчас увлеченно рассказывает тебе о чем-то, - уходи. Ты не имеешь права причинять боль кому-либо из-за своего эгоистичного характера. Ты не имеешь права клясться в любви ему(ей), если в данный момент смотришь на прохожего мимо и вмиг представляешь его вместо своего человечка. Ты ни в коем случае не виновен, нет. Просто перестань бояться и этим убивать светлое чувство в другом человеке. Я говорю тебе об этом, потому что сама с таким столкнулась. И я до сих пор виню себя, что делала больно двум дорогим мне людям. *** Все произошло тем же днём. Гуляя в социальных сетях, я пыталась найти хоть капельку чего-нибудь интересного. Однако тогда, десять лет назад, интернет не был развит так сильно, как во втором десятилетии 21 века. Технологии тогда развивались медленнее, чем сегодня, в эту секунду, но все же с огромной уверенностью могу сказать, что благодаря социальным сетям уже тогда начинались появляться новые виды романтических знакомств, общения. Так произошло и со мной. Мой когда-то хороший друг, в которого я, как мне казалось, ненароком влюбилась (однако сейчас я думаю, что мой мозг лишь пытался себя каким-либо образом позабавить в нашем маленьком и скучном городке). Он написал мне первый, отчего моя молодая и дурная голова тут же отбросила на задний план мысли о том брюнете. И судьба любит шутить над людьми, преподнося им некогда желанные подарки в самый неподходящий период жизни. В диалоге с тем самым Эриком, который уж очень мне нравился в школе, я узнала, что он тоже переехал учиться в Трост, хотя по всей стране что городов, что университетов - как блох на бездомной собаке - миллионы. Из нашего сухого общения я вынесла для себя несколько фактов об этом моем "друге": во-первых, Эрик ни черта не изменился; во-вторых, он жил через несколько кварталов от моего университета; в-третьих, он переехал в Трост с концами, перевезя все свои вещи в свою новенькую, купленную родителями квартирку. Мы с ним договорились увидеться на день города - на праздник, посвящённый легенде о героях, победивших человекоподобных огромных существ. Ее, конечно, можно рассказывать часами, кажется, даже существует целый эпос на эту тему. Остальной день прошел без изменений, хотя, я сияла от счастья, что, наконец, встречусь с Эриком. Сидя за ужином, я решила сообщить друзьям о своей радости. Они восприняли эту новость без энтузиазма, а потом и вовсе предупредили меня о том, чтобы была аккуратнее. Потом мы болтали обо всем на свете. С ними мне всегда было легко и весело. Без Армина и Микасы я уже не представляла свои дни, эти двое были мне необходимы как воздух или вода. Вечер уже подходил к концу. Выйдя из душа, я легла в постель, укутавшись одеялом. Прикрыв глаза, я представляла предстоящую встречу. Погрузившись в свои мысли и в свои мечтания, я не заметила, как уснула. *** На последней паре я, откровенно говоря, спал. Сквозь сон услышав звонок, я разомкнул глаза и посмотрел вокруг: все начали собираться. Попрощавшись с Эрен, ее друзьями, я быстро вышел из университета. Поскорее хотелось попасть в свою зону комфорта. Наконец, дойдя до дома, я зашел в квартиру, где меня встретил кот. Сняв свою обувь, я пошел в комнату, чтобы переодеться. Кот следовал за мной по пятам. Мой маленький пушистый друг. Кстати, он до сих пор живой и спит сейчас в другой комнате. Боюсь даже представить, что произойдет с нами, когда его не станет. - Эй, комок шерсти, кушать хочешь? – обратился я к нему, из-за чего он посмотрел на меня с толикой обиды. Порой казалось, что он понимал абсолютно все мои слова, каждое мое состояние, каждый жест, каждую эмоцию. Переодевшись в домашнюю одежду, я пошел на кухню. Поставив разогреваться еду, я положил коту его любимый корм и налил воды. Присев на стул, я потянулся к художественному журналу, собираясь почитать во время еды, но в кармане кофты завибрировал телефон. Достав его, я убедился, что мне звонила сестра и после чего поднял трубку. - Приветик, братишка. - Привет. - Я с этой суматохой сегодня совсем забыла, - начала она, - знаешь, что завтра День города? Идем в парк вместе. Повеселимся, покатаемся на аттракционах, поедим сладкого. - Я не хочу. Я часто жалел, что был с ней груб, но мой юношеский максимализм и глупые амбиции одиночки каждый раз причиняли ей боль. Но она словно была непроницаема к моей черноте. - Ривай! Я не добивалась от тебя согласия. Я просто сказала, что мы идем и точка. Надо же тебе иногда хоть в людных местах побывать. - Я бываю в университете, в магазине. Тебе этого недостаточно? - Нет. Я просто хочу сходить с младшим братом в парк. Неужели тебе так сложно? - Ладно. Я иду, мне несложно. - Тогда до завтра, Леви? Но все же я до сих пор не терплю, когда меня называют "Леви". Что за кличка собаки? - До завтра. Наконец договорив с сестрой, я доел свой обед. Сделав себе кружку кофе, я пошел прорисовывать контур своего будущего рисунка. Эскиз, который я сделал утром, мирно лежал на столе. Взяв его, я пошел к холсту и начал свою работу. Просидев за недоделанной картиной очень долго, я не заметил, как на улице стемнело. Взглянув на часы, я удивился еще больше. - Без десяти двенадцать. Я же только недавно пришел с университета, – возмутился вслух я. Время - это странная штука. Иногда закроешь глаза на час, а откроешь - пройдет всего пять минут. В другой раз посидишь десять минут в раздумьях, а пролетит - десять. Вздохнув с досадой, я пошел в душ, чтобы смыть остатки усталости и продолжить свою работу. Но организм требовал сна, и, поддаваясь влиянию своего внутреннего «я», мне пришлось отправился в постель, не забыв, конечно, покормить своего кота. Лежа в постели я вспоминал о ней. Я засыпал и просыпался с мыслью о Йегер. И все же я был недостаточно умен, чтобы понять, что я чувствовал к ней нечто большее, чем просто наваждение и симпатия.