Untouchable

      Лежа в постели, я наблюдаю, как в окне постепенно разгорается утренний свет. Бледный и неяркий, не то, что летом. Летом солнечные лучи так и бьют в окно. А сейчас сложно сказать, рассвело уже или нет. А еще холодно. Если в полдень может пригреть солнышко, то утром точно не ошибешься со временем года. Осень есть осень: она встречает сыростью, зябкостью, промозглым ветром. Но сегодняшнее утро тихое. Только листья подрагивают на дереве за окном. Они еще зеленые, но без яркого солнечного света кажутся бледными. В такое утро все цвета на улице становятся какими-то неяркими. В этом есть своя красота, я понимаю. Нет лишней пестроты, например. И мне такое состояние природы по душе.       Но сегодня суббота – нужно собираться, ведь через три часа мне следует быть в Йельском университете. Два месяца назад, мне пришел ответ из этого учебного заведения, что я поступила на факультет. Два дня назад я приехала с родителями в Нью-Хейвен, штат Коннектикут; и пока что мы остановились в гостинице.       Во время завтрака, я молча ем свое блюдо, не обращая внимания на разговоры матери. Я думаю лишь об университете. Неужели это правда, что там двенадцать колледжи-общежитий, и огромная библиотека? Я, конечно, читала немного об этом университете, но меня пугало, что я там буду учиться. — Солнышко, нам пора выезжать, — оповещает меня мама с легкой улыбкой на лице.       Я поднимаю взгляд на все еще прекрасную женщину, и слегка киваю. Мама тяжко вздыхает и встает с места.

***

      Мы подъезжаем к главному входу университета, или как всего называют к главному кампусу Йельского университета. В глаза сразу бросается ярко-зеленый газон, и множество больших зданий, выполненных в готическом стиле: на стенах некоторых из них изображены скульптуры людей, имевших отношение к университету в то или иное время - писатель, спортсмен, светская львица, пьющая чай, заснувший студент. Немедля, я вхожу на территорию университета, рассматривая окрестности и не пропуская ни одну деталь. Университет уже заполнен студентами, так как почти вся часть учеников во дворе; кто лежит на газоне, кто-то сидит на великолепных скамейках, кто-то стоит у дерева, все как в студенческой жизни.       Напротив главного корпуса, по обе стороны стоят, кажется, колледж-общежитие. Я знаю, что колледж-общежитие представляет собой несколько зданий, образующих уютный прямоугольный двор с тенистыми деревьями, лужайкой и удобными скамейками, как написано в информации об университете, и что доказывают мои глаза. И я уверенна, что такой колледж-общежитие обоснован, со столовой, библиотекой, комнатами для занятий и залом для собраний, занимает целый городской квартал, что безусловно создаёт неповторимую атмосферу студенческой жизни. Так же я узнала, что каждый колледж возглавляет мастер, который живёт вместе со студентами. В каждом колледже также есть свой декан и несколько представителей-резидентов из общеуниверситетского профессорско-преподавательского состава, которые принимают активное участие в жизни студент, а если просто, то у нас как бы должно быть два ректора. — Луна, не отставай, здесь легко можно потеряться, — говорит отец, наблюдая за мной.       Я оборачиваюсь к родителям и подхожу к ним. Взглянув на главный корпус, куда мы и направляемся сейчас я замечаю несколько студенток, которые с ухмылкой смотрят на меня. Возможно это второкурсницы, или я ошибаюсь.

***

      Главный корпус я не успеваю рассмотреть, потому что меня и моих родителей отправляют вместе с помощницей директора университета, в общежитие, где я поселюсь. — Так вот, отличительная особенность Йельского университета — абитуриент не поступает на определенную специальность, а выбирает то, чему хочет учиться на протяжении всего периода обучения. Конечно, первые десять дней каждого семестра, Вы должны попробовать максимальное количество курсов и все-таки определиться с набором основных дисциплин. Выбирать нужно среди образовательных областей; гуманитарные науки и искусство, естественные и технические науки и социальные науки. И умений; письмо, критическое мышление или иностранные языки, — тараторит женщина, все также спешно направляясь по длинным коридорам, и куда-то ведя нас за собой.       Похоже украшены (как и в главном кампусе) стены зданий отдельных факультетов — например, стена Школы права украшена изображением полицейского, преследующего вора и арестовывающего проститутку. На стенах даже можно обнаружить картину отдыхающего студента с кружкой пива и сигаретой. Я с хмурым выражением лица, смотрю на так называемое «искусство», которое меня немного поражает. — Из всех жилых колледжей только два — «Silliman» и «Timothy Dwight» — рассчитаны на первокурсников, Ваша же дочь будет жить в «Timothy Dwight», — все также говорит женщина, поворачивая за угол.       Мои родители внимательно слушают женщину и нескончаемо задают ей вопросы, что меня немного начинает раздражать. На одной стене я замечаю небольшой логотип; по середине красный лев или дракон, снизу крест, а сверху - перевернутая верхом луна, и тоже красного цвета. — Это логотип Фарм-клуба — Yale Bulldogs, кстати, ты - часть этого клуба, — улыбнувшись мне, говорит женщина и снова отвернувшись продолжает свой путь дальше, а мы за ней. — Все студенты размещаются в одноместных комнатах в студенческом общежитии Йельского университета. Общежитие предоставляет доступ в Интернет, фитнес-центр, студенческие комнаты отдыха и прачечную. Мы предлагаем широкий выбор разнообразной здоровой пищи и специальный диетический рацион по запросу студентов. Что касается сослуживицы Вашей дочери. Это девушка, тоже первый курс, имя — Элеонор Колдер, милая и леди.       Мы останавливаемся у двери, где висит табличка с моим именем и имени моей сослуживцы. — Это ваша комната. После рассмотрения своей комнаты, Луна Рессель может осмотреть университет, но Вам родители пора уходить, потому что скоро мы закрываем школу от посторонних людей, — серьезно отвечает женщина, стоя напротив двери в мою комнату.       Родители смотрят на меня с улыбкой на лице, отец улыбается, а мама вот-вот заплачет от радости. Я же спокойно смотрю на родителей, нервно теребя край своей серой рубашки. — Мы будем скучать, детка, — шепчет отец и кладет руку на мое плечо.       Я резко подпрыгиваю с места, рука отца повисает в воздухе на пару секунд и потом снова возвращается на место, мама же, не обратив на это внимания, неожиданно обнимает меня, и я отхожу от нее, в полнейшем шоке и тяжело дыша. Мама с отчаянием взглядывает на меня, как и отец. Женщина лишь удивленно смотрит. Качаю головой из стороны в сторону, у меня начинается истерика. Резко всплывают страшные воспоминания — Прошу, не надо! Умоляю, — молю я, отталкивая парня свободной рукой.       Другой же парень, с темными волосами, притягивает меня за талию, прижимаясь своей мужественностью к моим бёдрам. — Оставьте меня, прошу, не трогайте! — кричу я, пытаясь ударить парня по голове, но тот резко хватает мои руки и подходит настолько близко, что его трос соприкасается с моей грудью.       Двое парней по обе стороны прижимают меня к себе, на что я молю о пощади. — Повеселимся? — шепчет другой парень, прямо мне в губы.       От воспоминаний на меня нахлынула паника. Я учащенно дышу, ища взглядом, куда можно присесть. Неожиданно дверь открывается и все переводят взгляд на девушку, которая мило улыбается. — Здравствуйте, — громко произносит шатенка, на что мои родители слабо улыбаются и кивают в знак приветствия. — О, ты должна быть моя сослуживица? Я — Элеонор Колдер, — уже переведя взгляд на меня спрашивает девушка, но увидев мое лицо, она хмурится. — С тобой все хорошо?       Потихоньку, я начинаю успокаиваться и, подняв взгляд на шатенку, киваю ей. — Ну, ладно тогда. Пусть девушки знакомится, а Вам, родители, пора уходить, — неловко произносит женщина, нарушая напряженную тишину.       Женщина уводит моих родителей чуть вперед, а я остаюсь стоять вместе с Элеонорой. Моя мама, обернувшись ко мне, глядит на меня с грустью и так же отворачивается. Женщина что-то говорит мои родителям, но я уже не слышу, так как они скрываются за углом. Я прикусываю губу и, обернувшись, вхожу в комнату, не обращая внимания на Элеонор.       Прости мама.