Его секрет

[Как вы заметили в начале глава - это один сплошной монолог Юкито, который разбавляется его воспоминаниями.] [Без проверки] [Советую начало читать медленно] [Прода? Мм, к среде?] - Я плохо соображал, что происходило дальше. Мельтешение людей, шум падающих балок, вскрики и удушающий запах дыма. Кажется, я рвался во внутрь. Да, точно рвался. Меня удерживали двое мужчин. Они выкручивали мне руки, пару раз ударили по лицу, но я пытался убежать к тебе. Меня не волновало ничто кроме тебя. Сам факт того, что ты все еще в здание убивал меня. Синяки на руках сходили долго. Я так и не попал вовнутрь. Успел лишь добежать до входа, а там, у самых дверей, получил удар в подзатыльник и зазорно потерял сознание. Когда я открыл глаза в следующий раз, то все плыло и скакало. Осознание того, что я лежу в машине скорой пришло не сразу. Вой сирены, синие огни, что попадали через стекла, лишь раздражали. Мне было больно, но физическая боль не сравниться с тем, что я чувствовал в душе. Первые три дня были как в бреду. После моих попыток сбежать и узнать где ты, доктор позвал в палату какого-то паренька. После его уколов я забывался. Меня уносило в долину снов и, знаешь, где-то в глубине души меня это устраивало. Потому что незнание о тебе меня убивало, Данте... * * * - Юкито, - с трудом разлепив веки, я попытался сфокусировать взгляд на человеке, что держал меня за руку. Даже не смотря на то, что голос был женским, я все еще надеялся, что это ты, Данте. - Прости, Юкито, - это все-таки была Вайлет. Ужасно бледная, уставшая, с темными кругами под глазами - это Ястреб их попросил... У Данте была операция, - она говорила быстро, не забывая нервно поглядывать на дверь - очень сложная... - Что... с ним... Говорить было больно. Во рту было так сухо. Это неприятно драло горло. Слюны совсем не было. Лицо Вайлет болезненно скривилось, а после я почувствовал нечто влажное на своей щеке. Все было ясно без слов, но я не хотел в это верить... - Нет, нет, - она быстро замотала головой, а затем испугавшись своего громкого голоса, чуть понизила. - Данте жив, но он... - Вайлет! Громкий рык седоволосого мужчины заставил девушку пошатнуться. - Что я тебе говорил о свиданиях с другими? - Но они должны знать, что с их друзьями и парами, - начала было оправдываться девушка, но затем резко замолчала. Слова сказанные им, ударили ее сильнее пощечины. - Тебе напомнить что ты сделала с Дампиром? Знаешь, та Вайлет, что навестила меня, была другой. Это был испуганный ребенок, хотя нет, ребенком она не выглядела. Скорее постаревшим человеком. Позже я узнал, что Винд со своим братом успели вывезти ее до взрыва. Дампи, который не получил уведомление от Стрибога, решил, что девушка в здание. Поэтому сразу же после взрыва кинулся во внутрь. Там на втором этаже он рухнул с балкончика и был придавлен многочисленными щепками. За все это время он ни разу не пришел в сознание, оставаясь в критическом состояние. Вайлет разрешили находиться рядом с ним. (Больница принадлежит Кидо) Эти двое оставили меня вновь одного. Только лучше мне не стало. Если ты жив, то почему тогда Вайлет при разговоре о тебе была так бледна? Может ты теперь не можешь ходить? Нет, нет. Нет, не так. Неважно. Я ведь люблю тебя. Самое главное, что ты живой. Остальное неважно! Так я думал до тех пор, пока не смог пробраться к тебе... * * * - Еще одна попытка нарушить мои правила, Вайлет, - голос врача был холодным, пропитанным ядом. Не было сомнений в том, что он просто ненавидел девушку, находящую рядом с ним. - И ты вылетишь из этой больницы. Скажи спасибо новому Сыну Отца за то, что я позволяю тебе здесь находиться. А Вайлет уже говорила, когда только увидела Мэтью. Благо Юки всегда был сообразительным мальчиком и вспомнил, что боль может на время вывести из гипноза. Особенно, если он массовый. Лучше порезанные вены, чем могильный памятник. Дождавшись, когда старый мужчина покинет палату, Вайлет, одетая в стерильную одежду, неуверенно подошла ближе к лежащему на кушетке парню. Это ведь она виновата, да? По бледным щекам потекли слезы, но Вайлет заученными движениями быстро смахнула их рукавом. Дампи не любит, когда она плачет и она бы отдала все, чтобы вновь услышать об этом... Усевшись на стул рядом с ним, девушка бережно сжала перебинтованные пальцы друга. Второй рукой она достала толстую увесистую книгу. Глупо, но все это время Вайлет читала ему сказки. Их сказки, которые когда-то ей читали он и отец... Пролистав практически до середины, она бережно пригладила страницу, задержав свое внимание на рисунке. Маленькая девочка в стареньком платьице лежала на спине большого черного волка. И было в нем что-то знакомое... До боли щемящее... - Как он? Знакомый голос не заставил вздрогнуть. Лишь грустно улыбнуться. - Вы же знаете, что у него всегда были проблемы... Его пульс всегда был учащен минимум в полтора раза, следовательно и сердце. Врачи волновались по этому поводу, а потом перестали обращать на это внимание. - Девушка немного помолчала, пробежавшись взглядом по строкам истории. - Только предупредили, что такие долго не живут... Я тогда плакала. А потом решила, что все время отведенное нам, я не потрачу впустую. Буду раз за разом говорить как люблю его, буду с ним настоящей, искренней. Мне должно было этого хватить, но сейчас... - по щекам вновь потекли слезы, но девушка даже не стала их стирать. - Мне этого мало! Почему он должен умирать?! Почему всегда Дампи?! Почему после того кошмара его сердце пришло в норму, но он все равно не просыпается!!! Любимая книга улетела на пол, а хрупкие плечи пробило на дрожь. Вайлет рыдала, захлебываясь в собственных слезах, погибая в эмоциях и задыхаясь в этом сухом кашле и Дампир совсем не мог ей в этом помочь... - Тише, тише, деточка, - мужские руки обняли ее со спины в жалкой попытки успокоить. - Все будет хорошо. Им хотелось в это верить... - Идем... Мужчина ждал продолжения истерики или возражений, но девушка, задержав дыхание, успокоилась. Даже как-то слишком. - Вайлет? - Да, сейчас, - выбравшись из его объятий, девушка осторожно подняла любимую книгу, чтобы положить ее рядом с Дампиром. Совсем недавно она хотела отдать ее Мэтью (книга всегда хранилась у старшего сына), но брат, улыбнувшись, заявил, что для нее эта книга значит намного больше, поэтому он оставляет ее ей. - Знаешь, Дампи, - тихо прошептала девушка, когда мужчина отошел к двери. - Когда я впервые тебя увидела, то подумала, что ты очень красивый, но одинокий. Словно ты заколдованный мужчина, спрятанный в теле маленького мальчика. Я хотела помочь тебе, но не смогла. "Мальчишки противны" - думала я и даже зная, что ты особенный, не смогла перебороть себя. Глупо, да, но... Я слишком верю в эти сказки... Улыбнувшись, Вайлет, склоняясь, бережно сжала пальца Дампира. Может она и до сих пор так думает, но разве он не особенный? Сколько он сделал для ее защиты? Сколько страдал... Пришло и ее время... Облизнув пересохшие губы, Вайлет склонилась чуть ниже, щекоча бледную кожу своими светлыми волосами и дыханием. Мужчина за спиной понимающе улыбнулся. Коснувшись потрескавшихся губ, девушка, прикрыв глаза, захватила в плен нижнюю, немного смочив ее кончиком языка, прежде чем скользнуть во внутрь. Совсем не детское касание чужого языка своим, но столь глупая реакция горячих щек. На миг ей показалось, что он ответил, но это так глупо... Сказки остаются сказками. А ее жизнь - сплошной хоррор. * * * Через два дня мне разрешили ходить. Если подумать, то на моем теле не было особых травм. Большое количество синяков - да. Царапины и ссадины - да. Пару вывихов - тоже присутствуют. Самая большая рана была в моей голове. Меня не пускали к тебе из-за чего мой мозг раз за разом проходил новые моральные испытания. Кажется, я тут уже неделю. Может больше, но дни потерялись для меня. В этой чертовой палате не было ничего кроме этих чертовых часов на стене. Именно их я ненавидел и именно их я любил, когда они разрывали эту ужасающую тишину своим тиком. В любом случае дверь в одноместную палату открылась и в ней появилась мама... Знаешь, я думал, что больше никогда не заплачу, но, увидев столь родное и взволнованное лицо, я разревелся так, как наверное не ревел всю свою жизнь. Наша мама подбежала ко мне и, обняв, стала шептать что-то родное, успокаивающее. Она качала меня как ребенка и все рассказывала, рассказывала, рассказывала. Про дом, про новую нашу собаку, про Шики с вернувшимся Акирой. Вампир тогда все-таки смог вытащить брата и благодаря этому старший пришел в сознание одним из первых. Уже сейчас он выписался из больницы. Акира или же Асаэль переломал себе правую руку, но как утверждала мама "Акира сильный мальчик, да и Шики всегда с ним". Эта фраза заставила меня улыбнуться. Правда до тех пор, пока мама вновь не заговорила. - Им сейчас нужно быть всем вместе, ведь без отца трудно придется. - Как... без отца? - Тебе не сказали? Территорию здания, на которой проводился ваш праздник, несколько дней подряд проверяли, но Александра так и не нашли. Ни живым, ни мертвым. Если я не ошибаюсь, то, кажется, без вести пропало восемь человек. Точнее так считали вначале. Были найдены пригласительные списки. Среди найденных в списках не хватало тех самых людей. Решили обзвонить. Выяснилось, что трое покинули здание намного раньше. Еще двое мужчин долго не выходили на связь, а после оказалось, что у них были забронированны билеты в Англию и в этот же день они улетели, а троих, кажется, не нашли. Среди них был как раз Александр. В горле вновь пересохло. Я кивнул в сторону кувшина и мама сразу же наполнила мне стакан. Люцифер не мог уйти. Он бы не оставил своих сыновей в опасности, но что тогда произошло? Может это рук Василиска и Джокера? Я чертыхнулся. Черт, а Вайлет знает, что там был ее отец? Мне нужно поговорить с ней. Все равно меня стали выпускать. - Юкит, не волнуйся ты так, - она коснулась кончиком пальцев складки меж моими бровями - даже Данте о них не волнуется. - Данте? Глаза мамы широко распахнулись, а после она прикусила губу, пытаясь сделать обычное выражение лица. - Я хотела сказать "не волновался бы"... - Мама... - Я оговорилась... - Мама. Она вновь прикусила губу, вздохнула, опустив взгляд в пол. - Данте начал приходить в себя... Моей радости не было предела. Казалось во мне что-то ожило. Я с жадность ловил каждое ее слово. - Ему очень сильно досталось... Он был найден в самой дальней комнате на первом этаже... Данте ударился головой, потерял сознание и надышался дымом. Грубо звучит, но ему повезло, что часть второго этажа разрушилась. Пусть он и получил много переломов, зато в комнате появились дыры для воздуха. Он не успел задохнуться. Сейчас он очень много спит. Просыпается редко и ненадолго, но доктор говорит, что это нормально. - Ты сказала что со мной все хорошо? - Понимаешь, Юкито, - она взяла меня за руку. От тона ее голоса внутри что-то болезненно сжалось. Я боялся, что ты обвинил во всем меня, но лучше бы ты так и сделал! - Данте... у него амнезия... - Амне... Что?! - Я ведь говорила, что ему досталось чуть ли не больше всех. Его долго не могли найти. Юкито, Данте... потерял около двух лет своей жизни. Когда его спросили какое сегодня число он не задумываясь ответил "21 апреля 201* года", а после добавил "отлично я отметил день рождения". Помнишь, он тогда еще под машину попал. В тот месяц вы... В тот месяц я был для тебя пустым местом, Данте. Не понимаю... Почему судьба так поступает? Это потому что мы близнецы? Или же из-за того, что мы оба парни. Почему раз за разом она пытается нас разлучить. Объясни мне, Данте? Почему не смотря на то, что я люблю тебя, ты любишь меня мы не можем быть вместе. Это знак? К черту такой знак! Я резко вскочил. - Юкито! - Все в порядке, мама. Я не буду устраивать истерики. Он мой брат. Я просто хочу побыть с ним рядом. Она улыбнулась. - Мы боялись твоей реакции на это. Они разрешат быть с ним не долго, в присутствии других, но это до тех пор, пока они не убедятся, что ты свыкся с этим. Я кивнул. Мне все равно на их мысли. Самое главное это увидеть тебя, Данте. Мне плевать на судьбу. Ты ведь уже когда-то смог полюбить меня. Значит, полюбишь и снова. Тебя я увидел лишь на следующий день. Один из Ноевцев хмуро поглядывал на меня, но я все так же продолжал улыбаться, расчесывая свои светлые волосы. Расспрашивать его о чем-то не хотелось. Меня грели лишь мысли о тебе. Я позже все узнаю. Сейчас самое важное это ты. В палате ты был не один. Рядом с тобой в строгом деловом костюме сидел Мэтью. Увидев меня, он чуть улыбнулся, протягивая руку в мою сторону. Пиджак на руках чуть задрался, позволяя разглядеть слой бинта на кисти. - Мэтью, - при виде знакомого лица мне стало намного легче, не удержавшись, я подбежал к нему для объятий. Двое мужчин дернулись, но все же остались на своих местах. - Как я рад увидеть тебя, Юкито. Прости, что не смог навестить. Сейчас каждая минута на счету. - Организация еще жива? Мэтью кивнул. - Мы самые первые поднялись на ноги и подавили возникшие бунты в городе. Ноевцы стараются держать все в своих руках и пока у нас это получается. Погибло очень много людей, среди них и главные. Всегда найдется идиот, который захочет стать главой. Я усмехнулся. Кто-то и его идиотом называют. - Дедушка тебе помогает? - Так ты не знал? - голос друга стал более грустным. - Дедушка был практически в самом эпицентре взрыва... Его буквально заново сшивают в Германии. За все это время он ни разу не приходил в сознание. Врачи молчат, но я знаю о чем они думают... - Твой дедушка сильный, - напомнил я, коснувшись его плеча. Мэтью сейчас тоже нужна поддержка. - Я уверен он не оставит вас с Вай. Как там наши? - Много людей погибло, Юкито. Ты практически никого из них не знаешь, а нам тяжело... Близнецы наши сейчас в соседнем городе. Мики надышался угарным газом. Сейчас он разговаривает только шепотом, а от энергичных движений начинает задыхаться в кашле. Его организму не хватает кислорода. У него буквально обожены легкие. У нас там есть знакомый отличный врач. Он подлатает его. Мы уверены. Про Вэев ты наверное знаешь. Наши отцы с ними умерли. Что? Я хотел расспросить по подробнее. Особенно про то, почему голос Мэтью не грустный, а до ужаса холодный. - Шики у нас, слава богу, целый. Сейчас возится со своим братом, пытаются разыскать отца, а так же руководить фирмой. Но так как оба тупы как пробки, я нашел им хорошего руководителя. Пусть делает за них всю грязную работу. - А как Дампир? - Слава богам все обошлось. На днях он пришел в себя. Сестренка от него ни на шаг не отходила... А сейчас вдруг взяла билет в Англию. Не понимаю зачем, но обещала скоро вернуться. Это напрягает. Наш разговор прервал телефонный звонок. Мэтью, нежно улыбнувшись, взял трубку. - Да, мой малыш. Малыш? Светловолосый, встав, отошел к окну, а я в то время поспешил занять его место. Мой Данте... Какой же ты у меня бледный. Я осторожно убрал твои темные волосы с глаз. На лице была россыпь мелких царапин, на чуть приоткрытых плечах пару синяков, как и на руках, правда левая была забинтованная. Прости меня, Данте. Прости за то, что не вытащил тебя оттуда, за то, что не остался. За все прости меня, мой милый. - Оставьте их наедине. Не смейте оставаться с ними. Всегда дежурьте у дверей и пропускайте Юкито. Юкито, да? Не Аид? Я забыл его поблагодарить, да и не заметил, как они вышли. Я продолжал держать тебя за руку, с нежностью всматриваясь в любимое лицо. Хочу дождаться, когда ты проснешься. Хочу быть первым, кого ты увидишь. День за днем я прихожу к тебе и все это рассказываю. Ты внимательно меня выслушиваешь и возможно тебе становиться легче. Ведь все они твои друзья. Хоть немного, но ты же помнишь их? Один раз ты все же проснулся... Ты молча смотрел на меня, позволяя держать себя за руку. Так ты и уснул...