На самом дне океана

Середина рабочего дня. Матис бегал по офисам с поручениями и документами, одновременно разговаривая по телефону. Он забрал сына из школы около двух часов назад, по пути они успели пообедать. Милан уже привык к такому распорядку дня: до вечера он сидит один, а позже папа приходит с работы, и они вместе готовят ужин и делают уроки. — Мистер Джонстон, машина заберет Господина Ямато из гостиницы ровно в шесть, отдельная зона в ресторане заказана, и я предупредил персонал, чтобы они все делали четко и быстро. Вам что-нибудь еще нужно? — Матис стоял в дверях кабинета своего начальника. — Нет, спасибо, Матис, — сказал альфа, не отрываясь от бумаг. Мистер Джонстон перебирал бумаги, и, несмотря на загруженный график, находился в приподнятом настроении. “Возможно, встреча с Ямато прошла хорошо” — подумал Матис. Омега набрал в небольшую лейку воды и начал поливать растения в кабинете мистера Джонстона. Матис принес сюда эти цветы, когда только начинал работать в этом офисе. Каким-то образом начальник был не против растений в его строгом кабинете, в котором, кроме белого стола, кресла, дивана и пары шкафов с документами, ничего не было. Чисто и статично. Альфа отложил документы и снял очки, вытянув руки вперед и потянувшись. Итану Джонстону нравилось наблюдать, как раз в пару дней его секретарь аккуратно поливает цветы и бережно протирает листочки. На альфу навевало спокойствие, когда он смотрел, как тонкие кисти Матиса проходились по листкам. Домашнее спокойствие и уют словно шли от омеги волнами, и это держало альфу на плаву в одиноком кабинете. Итан долго не мог раскусить омегу, которого нанял по объявлению. Он сидел в уголке на краю дивана, ожидая своей очереди, ничем не выделяясь среди остальных надушенных омег, которые претендовали на место секретаря. Каждый омега, который входил в кабинет, пытался играть на чувствах альфы. Выставляли длинные шеи и проводили тонкими пальцами по бедрам, но Итан знал все эти уловки. Трех предыдущих секретарей он уволил именно потому, что их пальцы лезли не туда, куда нужно. Когда в кабинет вошел Матис, альфа уже было отчаялся найти хорошего помощника. Омега заметил тяжелый взгляд и глубокий выдох альфы, и, выйдя в небольшую кухню, Матис приготовил чай. Через минуту альфа удивленно смотрел на поставленную перед ним чашку, пока омега начал убирать документы со стола. Тогда альфа решил, что ему определённо станет легче с работой. С того дня прошло уже два года, и их тандем работал на ура. Матис знал обо всем, что нужно сделать, и держал кабинет в порядке, а Итан не беспокоился о том, что что-то забудет или не сделает. Хотя все это время мистера Джонстона волновало, почему этот омега не вел себя так же вызывающе, как и остальные. Кольца у него на пальце не наблюдалось, да и по запаху он был свободен. Спустя год работы Матиса в офисе, альфа увидел за рабочим столом секретаря маленького мальчика с голубыми глазами. Тот сидел за столом и что-то рисовал, и альфа подошел к мальчику. — Привет, ты чей? — мальчик взглянул альфе в глаза. — Папа велел мне не разговаривать с незнакомцами, — пролепетал малыш. — Это правильно, — альфа улыбнулся и направился в свой кабинет. Итан сел в кресло и увидел, что малыш стоял около шкафа с книгами. Он смотрел на мальчика и видел в нем что-то знакомое. — Милан! — Матис вошел в кабинет и взял мальчика за руку. — Простите, мистер Джонстон, он должен был сидеть за столом, – Матис повел мальчика на выход из кабинета. — Ничего страшного, он не помешал. Это ваш брат? — альфа сложил руки за голову. — Нет, что вы, это мой сын... — Матис немного поник, говоря последние слова, и вместе с сыном вышел из кабинета. После этого разговора альфа понял причину, по которой от омеги иногда немного пахло алкоголем и почему Матис никогда к нему не ластился. Омега был отцом-одиночкой. — Мистер Джонстон? — голос Матиса вырвал альфу из раздумий. — Мистер Джонстон, к Вам пришли люди из отдела кадров, — альфа взглянул на дверь и вздохнул. — Матис? — омега обернулся на выходе из кабинета. — Да? — Мне нужно, чтобы ты сопровождал меня на встрече с господином Ямато. — Да, хорошо... — омега, немного помявшись, вышел из кабинета. Ресторан “Делиция” снова был центром городского внимания: яркие огни, бесконечная очередь у входа, дорогие блюда и роскошная обстановка. Мистер Джонстон и Матис приехали за пятнадцать минут до появления господина Ямато и его свиты. Господин Ямато был сорокапятилетним статным альфой с идеальной осанкой, глубокими карими глазами и короткой ухоженной бородой. Ямато сел слева от Матиса и напротив Джонстона, расположив руки на коленях. Легкий незаметный знак от Матиса, и официанты, словно пчелы, окружили столик. Во время ужина мужчины постоянно переговаривались, а Матис лишь изредка смотрел на часы и подсказывал мистеру Джонстону детали проекта. Иногда альфы выпивали вина, и, кажется, господин Ямато выпил больше, чем нужно. Матис понял это тогда, когда на его бедро легла чья-та рука. Матис взглянул сначала на мистера Джонстона, но тот болтал с одним из свиты Ямато. Голова Матиса повернулась влево, и он практически уперся лицом в лицо господина Ямато. Его рука по-прежнему поглаживала бедро, а мужчина тем временем многозначительно уперся взглядом в Матиса. Омегу начала обуревать паника, ему становилось трудно дышать, а рука альфы все еще гладила его по бедру. Матис задыхался, он резко встал из-за стола, и развернулся. — Извините, мне нужно идти. Матис несся на выход, словно от этого зависела его жизнь. Выбравшись на улицу, он согнулся пополам и начал тяжело дышать. Он удерживал себя от того, чтобы его внутренности не вытошнило на асфальт. Как Матис дошел до бара, он не помнил, но стопка за стопкой, стакан за стаканом, и ему становилось все равно, как он очутился в этом занюханном баре. Здесь стоял стойкий запах перегара, секса и мочи. Стены были обшарпаны, мебель разваливалась, а бармен был не из дружелюбных. Матис требовал все больше и больше, пока не понял, что он уже ломится в дверь спальни своего сына. — Это все из-за тебя! Я не могу спать, моя жизнь скатилась в дерьмо! — Матис все кричал. — Меня все бросили из-за тебя, все от меня отказались! — омега еще раз ударил по стене кулаком, и перед глазами все стало расплываться. Матис рухнул на пол, и маленький Милан, услышав глухой удар, открыл дверь и увидел своего папу, лежащего на полу.

***

Матис проснулся от лучей солнца, которые слепили глаза. Он медленно поднялся и потер глаза. На улице светило полуденное яркое солнце. Омега посмотрел на часы и чуть было не закричал: будильник показывал двенадцать часов дня. Матис сорвался с кровати и понесся в ванную, но вдруг он услышал шипение со стороны кухни. Звук чего-то жарящегося, и вкусный запах растекался по всей квартире. Омега стоял посреди коридора и не понимал, что происходит, ведь его сын был слишком мал, чтобы самостоятельно что-то готовить. Смех Милана разнесся по квартире, и Матис двинулся на кухню. Высокий парень стоял у плиты, на нем был фартук Матиса. Он явно был альфой. Оливковая кожа блестела в солнечных лучах, а сильные руки придерживали в руках сковородку. Матис сам не понял, как привлек к себе внимание, но незнакомец повернулся и улыбнулся ровными белыми зубами, вокруг зеленых глаз появились легкие морщинки. — Доброе утро! — воскликнул незнакомец в фартуке и махнул Матису рукой. - Какого черта?! Ты кто такой? — Матис в шоке подобрал простыню и прикрылся ею. - Я ваш новый сосед, переехал пару дней назад, — он снял сковородку с плиты. — Меня зовут Джейк. Джейк Беннет.