фемСемён

Дым и гарь проникали повсюду, не давая нормально дышать Семёне. Она открыла глаза и поняла, что весь гараж заполнял чёрный едкий дым. Пионерка сразу же легла на пол и, быстро осматриваясь, стала искать выход. Ползти было трудно, а тем более искать выход из сложившейся ситуации. Доползая до одного из кресел, Семёна увидела чьи-то ноги, остальная же часть этого человека была в дыму. Ей оставалось только догадываться, кто это мог быть. Семёна, недолго думая, схватила его за штанину и потащила вниз. Этим кем-то оказался Степан. -Стёпа, проснись, Степан! – прокричала Семёна, ударяя комсомольца по лицу. Но он так и не приходил в себя. Девушка потащила его бездыханное тело за собой, к выходу. Ещё чуть-чуть, последний рывок и вот она -- долгожданная свобода. Но эта самая свобода предстала перед ней в другом свете. Кое-как вытащив юношу, Семёна стала осматриваться. За ту ночь, что она проспала, летний лагерь успел преобразиться не в лучшую сторону: повсюду горели деревья, домики были объяты пламенем, вместо пения птиц были непонятные и далёкие крики, которые умоляли о помощи. Чёрный дым захватил всласть над Совёнком; не было видно неба из-за облаков чёрного дыма, который испускало всё горящее вокруг. Только сейчас Семёна заметила кровавые пятна на рубашке Стёпы. Она упала на колени и несколько секунд просидела не зная, что делать. -Так, так, так, а вот и мы явились, – послышался сзади голос Семёна. Пионерка обернулась и увидела Семёна, который зловеще улыбался. В руках он держал ружьё, а его рукав был перемазан в крови. Семён стал подходить, нагло перешагивая очередной труп пионера. Он шел к Семёне, перезаряжая ружьё и вставляя новую партию патронов. -Что тут у нас? Ого, Стёпа, откинул копытца, дружок? Ну, ничего страшного, – сказал Семён посмеиваясь. -Ты… -- сказала Семёна, злобно посмотрев на брата. -Ну, ты полегче, а то меня сейчас прожжешь этим взглядом! -Пошел ты… -- прошипела Семёна. -Что ты сказала? Семёна лишь молчала. -А ну-ка повтори! – закричал Семён, вставляя в глотку Семёне ствол ружья. – Куда мне идти, а? Куда?! Семёна попыталась что-то сказать, но ствол во рту явно мешал это сделать. -Ну, всё, сеструха, ты меня вывела, – закричал Семён и ударил ногой пионерку, от чего та упала на землю. Он стал избивать её ногами. В его глазах горела какая-то непонятная безжалостная животная злость. Семёна лежала на земле, прикрываясь руками, но это не спасало её от сильных ударов Пионера. Вскоре в её глазах потемнело, и она потеряла сознание. -Эй, дурёха, просыпайся. Вставай, кому говорю! – проговаривал Семён, обливая водой сестру. Семёна приоткрыла глаза, и первое, что она увидела, было довольное лицо Семёна, который откусывал кусочек от бутерброда. -Слушай, а мне вот всегда нравились бутерброды. Почему ты мне их раньше не готовила? -Отвали, – сказала Семёна отвернувшись. -Ну ты чего. Вот садись, я тебе помогу, – сказал Пионер, взял связанную Семёну на руки и усадил на стул. – Вот посмотри, здесь все твои друзья! Ну, или подруги. Неужели ты не рада? Это была столовая. Вокруг Семёны так же сидели связанные пионерки из её отряда. Кто-то был просто связан, а вот менее удачливая вожатая ожесточённо дрыгала ногами, не способная сказать и слова из-за самодельного кляпа во рту и ничего не могущая увидеть из-за повязки на глазах. -Что, тебе не нравится? Странно, я думал, что ты из этих, – засмеялся Пионер и, взяв стул, присел напротив девочки. -Не из каких я. Семён, немедленно прекрати всё это! Это… это неправильно! -Да, да. Неужели у тебя нет других слов, чтобы осудить меня за поджег лагеря, за убийство десятков и сотен неповинных пионеров, нет? Нет? Нет?! – стал хохотать Пионер. – Я так и думал: «Это неправильно! Алиса не такая! Леночка хорошая! Бла-бла-бла!» Что ты мне ещё тут расскажешь, а? -Ты больной ублюдок, Семён. Я клянусь тебе, ты заплатишь за это! Ты убийца! Зачем? Зачем ты это сделал? -Ну, во-первых, потому что мог, а во-вторых, потому что это весело, ну и в-третьих, потому что Я этого заслужил. Ну и да, я сильнее вас всех, поэтому я тут альфа, я тут доминирую! -Заслужил? Убивать? -Конечно, хех. Вы слишком слабы по одиночке. Инфантильные ничтожества с киселем вместо мозга. Поймать Славю за сиськи не составило труда. Скажи спасибо, что я ещё не повесил тут половину из вас. Думаешь, Алиса была против, а? Или спящая Лена? Может Мику отчаянно сопротивлялась? Не думаю. -Значит всё по Фрейду? -Не только. Тут тебе и тактика и заговор. Я прямо как японцы, когда те напали на Перл-Харбор. Хотя да, знаешь, старый знал толк в хорошей порнушке. Я тут и планировал вас всех пронзить своим буром. Тем более план по возвращению в две тысячи десятый мне не очень нравится. -Что? Семён! – очнулась Славя. – А ну немедленно прекрати это безумие или я… -О, белобрысая очнулась! – Семён встал и подошел к ней. – Ты немного обнаглела последнее время. – Семён ударил её по лицу. – Ты не видишь, что я тут занят? – Ударил её ещё раз. – Я разговариваю с людьми? -Какими людьми?! Я тут одна! -Заткнись ты! – крикнул Семён в ответ. – Хотя постой. Вот именно, она тут одна, а вы... вы все боты, тупые боты, – засмеялся Семён. -Причём тут сапоги? – спросила Славя плача. -Ты не поймёшь, белобрысая. Ты отдыхай пока, я тобой вечером займусь. -- Семён вновь сел перед сестрой. – Так на чём мы там остановились? Ах, да. Твой план по возвращению. Он... он ничтожен. Семёна молчала. -Что? Не хочешь со мной говорить? Нет? Обиделась? Ну вот, на, скушай бутербродик. Сеструха, ну? Сестрёнка, ты чего? Не хочешь? Ну я сам тогда покушаю. Семён встал и ударил стул. -Знаешь, я люблю бутерброд. Ты можешь сделать с ним всё, что захочешь: можешь съесть его сам, как эгоистичный ублюдок, или же поделиться им с другими. Бутерброд даёт почувствовать себя богом... Ты никогда об этом не думала? -Давай не будем углубляться в строение хлеба? -О, так ты уже не обижаешься? -Что ты хочешь? Что тебе нужно? -То, чем ты занималась в прошлых циклах, дорогуша. -В других циклах? -Конечно. Ты тут не первый раз. Разве что ты этого не помнишь. Зато теперь я, благодаря Алисочке. – Семён повернулся в сторону связанной девочки и помахал рукой. – Помню всё! Да, даже твои воспоминания хранятся у меня в голове, так-то! Знаешь, я тоже хочу. Ну ты поняла. – Семён подошел к Мику и сжал её груди. – Тебе ведь нравилось, почему я должен быть против? -И всё это ради каких-то удовольствий? -Каких-то? Послушай, я могу устроить себе гарем. Спасибо профессору -- царствие ему небесное. – Пионер пародийно перекрестился. – Я тут могу жить сколько угодно, да и не думаю, что он рассказал тебе правду. Так что из живых людей тут только я и, возможно, ты. Ты часть моего подсознания, сестра, понимаешь? -Слышал бы ты себя со стороны. -Нет, я слышу себя прекрасно. Я наше с тобой будущее здесь, в Совёнке. Это гораздо лучше, чем сидение за компьютером и переписывание с анонимами очередной пасты про батю, врубилась? Давай, встань на мою сторону, и вместе мы будем получать всё, что захотим -- булочки с кефиром или булочки с Алисой! Всё, что угодно! -Нет, Семён, не понимаю. -Я так и думал. Если ты не со мной, значит, ты против меня. Мне очень жаль, что часть меня такая, блеять, тупая! – Семён вновь ударил сестру по лицу, отчего та упала со стула. – Что же, раз все в сборе, можно начинать. Тут у меня целый гарем, – сказал Пионер и засмеялся, а девочки вокруг беспомощно пытались что-то сказать, но не могли. Там были все, за исключением Лены. Семён сделал из столовой настоящее жилище: окна были плотно забиты досками, столы опрокинуты в оборонительной позиции, а вокруг было невероятно душно. -Ну что же ты, сестрёнка, кто будет первой? У тебя же опыт в этом вопросе. Какая из них самая лучшая, а? – Сказав это, Семён подошел к вожатой. – А может ты любишь постарше? Или помладше? – Семён подошел к Ульяне и погладил её по голове. -- Вот какая, смотри! – Затем Пионер наклонился к её уху. – Сегодня, деточка, у нас будет урок сексологии. Можешь запоминать, в будущем тебе пригодится. -Отстань от неё! – злобно крикнула Семёна. -Что, простите? Что ты там кукарекнула? -Я сказала, отвали от неё. -О, что это мы такие нежные? Не хочешь видеть, как тут происходит нечто грандиозное? Что же, дело твоё. Эй, мойдодыр, принимай пополнение! – прокричал Семён в сторону кладовки. – Не слышит. Заснула, наверное. Ну что же, я тебя сам отведу. Семён взял сестру, усадил её на стул, руки привязал за спиной и стал оттаскивать в кладовую. В кладовке было довольно темно. Даже здесь окна были заколочены с обоих сторон, а посередине небольшой комнатки сидела связанная девочка и плакала. -Эй, мойдодыр, ты чего это, плачешь? Ну ничего, я тебе пополнение принёс, будете тут вдвоём кудахтать. – Девочка ничего не ответила. Пионер поставил Семёну за спину той девочки так, что они теперь сидели спиной к спине. Девочка ничего не ответила. -Так, сиди тут и никуда не уходи. А, так ты и не можешь! – сказал Семён и со смехом закрыл дверь. Через несколько минут за дверью послышались девичьи крики, смех Семёна и другие страшные вещи. -Лена, Лена, это ты? – прошептала Семёна. -Да. -Ты как, в порядке? -Думаю да. Хотя вряд ли. Сидеть здесь и слушать крики и безумных смех твоего брата не самое радостное провождение последних дней своей жизни. -Нет, нет, нет, Лена, всё будет хорошо. Я обещаю, мы выберемся. -Так же, как и Женя выбралась? -А что с ней? -Не знаю. Лежит, наверно, где-нибудь сейчас и кровью истекает. -Всё хуже, чем я думала. -А что с ним вообще случилось? Был такой тихий и милый мальчик, а сейчас? Безумец с винтовкой. -Это ружьё. -Без разницы. -Лена, мы должны хоть что-то сделать. Не слышишь этих криков разве? Им нужна помощь! -Слышу, но я что сделать могу? -Ты ведь книги читала. Наверняка кто-то из книжных героев попадал в похожую ситуацию. -Семёна, не смешно… -Это не шутка вовсе. -Хотя постой, есть идея! – Глаза Лены словно засверкали. – Говоришь, как книжный герой? -Эм, ну да. -Можешь дотянуться до кармана в юбке? -Попробую, а что там? -Нож. -Откуда у тебя нож? -Яблоки чищу. Какая разница? -Действительно. Семёна, осторожно ёрзая на стуле, пыталась дотянуться до кармана Лены. Каждый раз она была всё ближе к цели и вот… -Ау! -Что? -Сима, это не карман! -Прости, прости. Пионерка продолжила. -Вот кажется карман. -Да, теперь пробуй достать нож. Кстати, о чём всё время болтает Семён? Циклы какие-то, время. Что он имеет ввиду? Семёна вздохнула, затем сказала: -Ну, понимаешь, долгая история. Если рассказывать, не вдаваясь в подробности, то я из будущего. -Ещё чего, Сима, опять твои шуточки? -Нет, без шуток совершенно. Более того, мы с Семёном одна личность и вообще раньше были одним человеком. Но с ним что-то пошло не так. -Кажется, это у вас семейное. -Ну, да, возможно. Не надо было в фап-тредах сидеть… -Что? -Да так, это я сама с собой разговариваю, не обращай внимания. Так, вот, кажется, нащупала! -Отлично. Можешь достать? -Попытаюсь. Семёна осторожно, буквально двумя пальцами вытащила нож из кармана девочки. -Кажется сработало! Он у меня в руке. -Хорошо, теперь попробуй снять ножны. -Что? -Чехол для лезвия такой, как же ты будешь верёвку с ним резать? -И как? -Я не знаю, попробуй потрясти нож, только осторожно. Девочка так и сделала, и через пару взмахов лезвие ножа было свободно. -Режь! Режь верёвку! Несколько усилий руки. Нож шел поперёк верёвки, понемногу освобождая руки пионерок. -Кажется, готово. Лена отбросила верёвку и утвердительно кивнула. Девочки встали со стульев и присели на корточки. -Ну, и каков наш дальнейший план, стратег? – сказала шепотом Лена. -Не знаю. Дай подумаю. -Может, окно? -А как же другие? Ты ведь пионерка, ты должна помогать товарищам. -Да, но не всем хочу помогать. -А нужно всем. Все попали в беду, и мы с тобой должны помочь. – Семёна взяла Лену за плечо и похлопала. – Всё будет хорошо, просто поверь мне. -Угу. Семёна осторожно приоткрыла дверь. Крики стали слышны ещё сильнее. Пионерка быстро осмотрелась и увидела Семёна, который занимался своими грязными делами с Алисой. -О, боже, -- прошептала Лена. – И что же делать? Сима? Эй? Семёна не отвечала пионерке. В её глазах от чего-то появилась ярость, ревностная ярость. Она полностью открыла дверь, схватила близстоящий стул, подошла к Семёну и ударила его по голове. Пионер упал без сознания на Алису, Семёна же ногой отодвинула его. Кровь выступила на голове брата, капая на кафельный пол столовой. Семёна с отдышкой смотрела на лежащую на полу Алису. Её лицо было в слезах, а в глазах было какое-то отчаянье. -Лена, нож, быстро! – прокричала Семёна. -Вот! -Бери ещё какой-нибудь нож и освобождай остальных, живо! -Да, да. Семёна опустилась на колени и стала резать верёвки, которые сковывали Алису. -Прости, прости меня… -- шептала Алиса. -Всё хорошо, успокойся. -Это я виновата. -Ты не в чём не виновата, это всё Семён, это животное. -Нет, это моя вина. Это я ему тогда дала водку, и ещё те таблетки, а потом он попытался меня… тогда я… -Успокойся, всё хорошо, всё скоро закончится. Семёна освободила пионерку и помогла ей встать. Лена в это время, уже освободила от оков верёвки несколько девушек. Семёна подбежала к Ольге Дмитриевне, но она была уже мертва. Вокруг поднялся ропот и паника. -Спокойно! -- прокричала Семёна. -- Всё, всё будет хорошо. Нам нужно немедленно покинуть столовую. Есть план, где можно хотя бы ненадолго спрятаться? -Да, – сказала Славя. - Думаю, в бане можно попробовать схорониться на время. -Может, просто уйдём? – сказала Алиса, натягивая на себя юбку. -Куда? Вокруг лагеря нет ничего, и никакая машина нас не подберёт. Ладно, пойдёмте в баню, – скомандовала Семёна. Девочки все быстро стали выходить из столовой, одна за другой -- строй замыкала Семёна. Вновь выйдя на улицу, дышать стало труднее. Лагерь всё ещё горел и не хотел прекращать полыхать. Горело всё, и это всё грозило поджечь близ лежащий лес. -Славя, ты уверена, что мы сами не загоримся? -Не знаю. Ветер дует в другую сторону, так что, думаю, обойдёт. Они шли уже по лесу, как сзади послышался крик Семёна. Его невозможно было разобрать. Но то, что этот маньяк вновь был на ногах, не давала покоя. -Давайте побыстрее? -Да. Девочки ускорили шаг и уже через несколько минут стояли в бане, которая не пострадала от пожара. Все устало сели на лавочку. -И как долго нам тут сидеть? – спросила Алиса. -Пока не придумаем план отступления, -- ответила Семёна. Где-то вдали послышались выстрелы. -Ружьё… -- Семёна погрустнела и села на лавочку. -Что? -Ружьё забыла забрать у него. Это был бы отличный аргумент этому животному. Или вообще связать его нужно было… -Мы что-нибудь придумаем, я точно говорю, – сказала Лена и приобняла Семёну. -Эй, курвы, выходите! – Семён слегка задумался. – Выходите без одежды и с поднятыми руками, а то я ваш курятник подожгу! Вы чего это удумали? Хозяина по голове бить? В бане поднялся гул. -Как он нас нашел? -Нет! – стала плакать Славя. -Всё! Довольно! – сказала Алиса и пошагала к выходу. -Стой! -Эй, ты, урод! – крикнула Алиса, только отварив двери. Выстрел. Девочка упала назад. За ней успели закрыть дверь. -Алиса, ты зачем, зачем это сделала? -Я виновата, Семёна, прости. -Несите полотенца! Что-нибудь несите. Всё, что есть, быстро! Девочки суетились и вскоре нашли несколько полотенец. -Вот так, всё хорошо. -Семёна, прости меня. -Помолчи. Береги силы, Алис, помолчи. -Простите все. Я, я не хотела. Я не знала. -Алиса… -Простите… -- сказала Алиса. Её глаза словно застыли и смотрели куда-то вдаль. Семёна лишь молча закрыла её очи, затем накинула полотенце на голову и встала. Вокруг не было не звука. Лишь тихие всхлипывания Ульяны давали знать, что звуки в мире не закончились. -Она, она, – проговаривала Лена. -Да, мертва. -Нам нужно уходить, срочно. Есть идеи? – сказала Семёна. -Нет, насколько я знаю, здесь только один выход. -Может, попробовать через крышу вылезти? – спросила Ульяна. -Через крышу? -Да, я залезала на чердак и ну… подглядывала. -За кем?! – возмущённо спросила Славя. -Не так важно, -- возразила Семёна. – Как туда попасть, Ульяна? -Ну, вот здесь есть довольно прогнившие доски, так что... – Она встала на стол и открепила одну из досок. – Вот так. -Давай я попробую. Семёна встала на тот же стол и принялась отрывать куски доски. Затем, когда в потолке образовалась довольно большая дырка, она сказала: -Я первая попробую пролезть. Если всё в порядке, вы за мной. Чердак был довольно пыльный, но тут и там лежали какие-то вещи, бочки, сундуки, банки и прочий хлам. -Всё в порядке, давайте сюда, только осторожнее! -Хорошо. Оставшиеся девочки залезли в образовавшуюся дыру. -Так, куда дальше, Улья? -Дальше вот, видишь, дверка. Дальше туда. -Хорошо, все идёте за мной, только тихо. Старайтесь не производить ни звука. Девочки шли тихо, практически незаметно. Вот они уже стояли у дверцы. Семёна тихо открыла её. На улице было тихо, слишком тихо. Семёна спустилась первая, затем помогла спуститься другим. -Осторожно! -Ого, какие вы изобретательные! – сказал Семён, выходя из-за угла с ружьём. – Вы хотите, чтобы скольки калибрерный в вас стрелял, а? -Семён, я тебя ненавижу! – сказала Лена, смотря на него. -А мне и не нужно, чтобы ты меня любила, так что… За спиной послышался выстрел. На рубашке Пионера появилась кровь. -О как! – вздохнул Семён. – Ну, вот опять! Пионер упал в траву. Сзади выскочил Профессор. -Вы как, целы?! -Профессор! Как я рада вас видеть! -Прости, что задержался, Семёна -- отвозил уцелевших пионеров отсюда подальше, а точнее, в старый лагерь, так что прибыл обратно настолько быстро, насколько мог. А теперь идёмте, нам нужно выключить Блокиратор Поля Времени, а не то… Снова выстрел. Профессор отлетел в сторону. -Старый придурок, думал, что меня убить можно в моём же мире? Ну уж нет. – Семён встал из травы. – Это мой цикл, тварь! Мой! – Он выстрелил ещё раз, затем стал перезаряжаться. -Бегите! – крикнула Семёна. Оставшиеся пионерки разбежались кто куда. Семёна неслась сломя голову по лесу. Она бежала всё вперёд и вперёд; она не хотела оглядываться на выстрелы. Ей хотелось лишь бежать подальше отсюда. Куда угодно, только отсюда. Мимо проносились деревья, кусты. Лесная чаща уже окружила её. Вскоре силы оставили её. Она подошла к дереву и, бессильно облокотившись, сползла вниз. Вокруг неё пели птицы, пение которых она не слышала с утра. Казалось, даже они понимали, что здесь безопасно, и Семёна, доверившись птицам, решила отдохнуть. Она взглянула на небо, которое было видно за редкой листвой дерева. Небо, голубое небо. Никогда оно не казалось таким красивым, таким живым. Возможно, даже облака были какими-то особенными сегодня. Глубокие белые облачка медленно плыли по небу и успокаивали Семёну. Всё казалось таким нереальным, такого не может быть в одночасье: убить десятки людей; сжечь то, что призывало к восторгу и веселью; уничтожать нежность и пользоваться её плодами. Пользоваться, забирать и только забирать, не думая ни о ком, зная только свои грязные желания. А как же другие? Ведь нельзя думать только о себе родимом. Нет, нет, так быть не должно. На лице Семёны выступили слёзы. Она беспомощно упала на землю и зарыдала. Прошло несколько часов, но Семёна всё плакала. В конце концов, у неё не осталось сил на что-либо другое. Она вновь подняла глаза на небо… и увидела сову, которая сидела на ветке и внимательно смотрела на неё. Смотрела в её душу. -Я не знаю, что делать. Сова ничего не ответила. -Я не знаю! Почему ты здесь? Лети! Лети отсюда! Но сова вновь ничего не ответила. -Я могу попробовать, но… Казалось, сова смотрела на неё с какой-то строгостью. -Я сделаю! Пойду и попробую сделать хоть что-то. Ты права, я... – Семёна встала. – Подниму свой зад, и пойду, и... – Она достала нож из кармана. – Я не знаю, что сделаю, но я сделаю, даю слово! Сова посмотрела ещё раз на девочку, взмахнула крыльями и полетела куда-то вдаль. Пионерка шла по вечернему лесу куда-то вдаль, шла, стараясь вспомнить маршрут, но ей не пришлось этого делать -- она практически сразу вышла к бане, затем, повернув направо, пошла по дороге к лагерю. Вся дорожка была в крови. Каждый куст, каждая травинка, всё было в крови. Подходя к лагерю, она заметила, что огонь погас, вокруг были лишь пепелища от домиков, повсюду витал пепел и запах смерти ощущался в воздухе. Повсюду чувствовалась безысходность. Семёна, словно ведомая чем-то, пошла прямо в столовую. Она достала нож из кармана и вошла. -О, кого я вижу! Забегалась партизанка? Пришла. Кушать хочешь? А это что ещё за зубочистка, – сказал Семён с ухмылкой на лице. -Сима, привет, мне здесь не нравится. Тут игры какие-то странные, я ничего не вижу, – сказала привязанная к стулу Ула. -Ула?! -Да, а мы уже играем? -Отпусти её, ублюдок! -Заставь меня. Я не твоя собачка, чтобы ты мне команды давала, а вот твои подружки вполне могут сойти за собак. Эй, Ленка, тащи ещё кефира с котлетами! На кухне стояла Лена в одном фартуке и что-то бубнила. -Эй, где мои грёбанные котлеты? -Знаешь что, пошел ты! -А это было зря. -- Семён встал со стула и выстрелил в Лену. Девочка упала на пол. Её кровь, казалось, была повсюду. – Какие же вы тупые. Да, Славя? Ты то самая лучшая у меня. Славя? Молчишь, значит? Ну ничего, есть ещё Мику, да? Девочки сидели рядом, обессиленные постоянными издевательствами Семёна. -Вы что, совсем уже поехали? Вы не понимаете, что вы тут только... – Семён выстрелил в Славю. – Ради... – Следующий выстрел проследовал в Мику. – Меня! – Семён тяжело дышал. Он сел обратно на стул. – Тупые, насколько вы тупые. – Семён провёл рукой по лицу, вытирая кровь, и засмеялся. – Ты-то хоть меня понимаешь, сестрёнка? -Нет, я не понимаю тебя. -И ты туда же? -Если хочешь меня убить, то убивай, мне уже всё равно. Я не помню себя таким чудовищем, как ты. -Не помнишь? А не ты ли хотела любви и вон ту с бидонами, а? -Возможно и хотела, но я никогда не хотела причинять кому-либо боль и страдания. Пионер засмеялся. -Боль могут причинить только мне и, может быть, немного тебе. Но они не живые, понимаешь? Не настоящие. Даже Шурик подсказывал, что всё здесь не настоящее. Но этого я первым пустил в расход. Не хочу, чтобы он мешал мне. Да и ты не можешь. Меня нельзя убить, понимаешь? нельзя. Я тут бог и царь, я здесь могу всё! И пройдёт ещё пару дней, и всё вернётся обратно: Алиса будет такой же ранимой бунтаркой, Лена начитанной и стеснительной девочкой, и ты будешь снова собой. Таково правило. -Если бы не ты, мы бы могли уже выбраться отсюда. Ты заслуживаешь смерти больше, чем кто-либо другой. -Ну давай, накажи меня. Давай, где твоя смертная казнь? -Мне не обязательно убивать тебя, брат. Мы с тобой один человек, но, кажется, думаю о других здесь только я. Я не знаю, что за личность может быть настолько эгоистичной. -Они не настоящие, как ты не… -Достаточно умереть мне, и ты тоже погибнешь, так как ты -- часть меня. -Что ты несёшь? Ну всё, ты понимаешь, что ты поехав… Семёна воткнула нож прямо себе в сердце. Нож вошел прямо меж рёбер. Кровь, красная кровь стала выходить наружу, окрашивая белую рубашку в красный цвет. Цвет возмездия. -Ты меня… -- засмеялся Пионер. -- Что? Девочка упала на колени. Она всё ещё была жива, и руки всё ещё сжимали нож. -Не может быть. Мой мир, только мой… -- С этими словами Семён свалился со своего трона. Семёна же всё ещё была жива -- кровь странным образом застыла. Всё вокруг словно застыло. -Хорошая работа. Самопожертвование, да? Герой. Семёна оглянулась. Сзади стояла Алиса. -Алиса? -Нет, не совсем. – Она прошла рядом с пионеркой, подошла к Семёну и посмотрела в глаза его. – Всё по плану. Люди такие предсказуемые. Вот ты как считаешь, кто глупее: камень или человек? -Я... я не знаю. -Да, действительно, трудно судить о таких тяжелых предметах. Но ты сделала своё дело, и за это я могу сказать тебе спасибо. -Дело? -Да. -Какое дело? -Ты, можно сказать, освободила меня. Осталось всего лишь... Семёна огляделась. Они были в какой-то комнате с кучей кнопок. -Где мы? -А, это этаж со всеми мудреными штуками профессора Совина. Тут красиво -- кнопочки. Хочешь нажать красную? А я нажму. -Что... что происходит? -Ничего, просто включила не ту кнопку. Вскоре здесь всё взлетит на воздух. Так ведь люди говорят о взрывах, да? -Что-то вроде того. -Не так важно. Хватит уже стоять на коленях, давай я тебе помогу. – Девушка подошла к Семёне и помогла ей подняться с колен. – Вот так, ау, наверное, больно, прямо в сердце, дайка сюда. – Она вытащила нож из Семёны. Кровь тотчас стала заливаться обратно, а рубашка вновь стала белоснежно чистой. – Хорошо. Теперь ты, как новая. -Кто ты? Что тебе нужно? -Ну, я, скорее, что, а не кто. Я – Время. Но ты вряд ли поймёшь. Ты ещё маленькая. -А? Алиса? -Нет, понимаешь, я бесформенное, но очень ранимое существо. И могу принять любую форму. Так что твой профессор сделал глупость, когда захотел пленить меня здесь. Уж прости, что пришлось дождаться смерти многих, и ещё там разрушения и прочее. -Так это? -Но... но тебя вообще не должно волновать, что здесь произошло. Ты всего лишь пешка, но, должна признать, что у тебя заняло довольно много времени, чтобы… попасть в эту комнату. Надеюсь, тебе было весело. Подойти ко мне. Семёна послушно подошла к девочке. Время обняла её и поцеловала прямо в губы, проникая языком в глубь рта. Картинки и чувства прошлого стали всплывать в разуме Семёны. Затем Время открыла глаза и отпустила Пионерку. -Ну что, вспомнила? -Что, почему, зачем?! -Опять ответы? -Да! -Ну, по крайней мере, тебе было весело, и ты сделала полезное дело. Или ты действительно думала, что ты здесь случайно? -Весело, особенно с Машей и Леной в… неважно. -Да брось, хороший ужастик никому не повредит. Но опять же, я благодарна тебе за то, что ты меня выпустила. Теперь я свободна на всю бесконечность! Я уже говорила тебе, что благодарна. Так что можешь попросить меня об одолжении, но помни, что не можешь попросить больше, чем, ну, скажем, я тебе позволю. -И это выбор? -Конечно. Смерть или жизнь – это довольно большой выбор, как считаешь? -Да. -Ладно, пока ты думаешь, заглянем-ка кое-куда. Ты не против? -Нет. Пространство вокруг стало рушиться, обваливаться в какую-то чёрную даль. Перед Семёной теперь стояла дверь. Её старая дверь. Она позвонила в неё. -Иду, иду! – послышалось за ней. -О, Семёна! – В двери стояла Лена. – Ну ты не стой там, заходи! -Л-лена? -Нет! – Она засмеялась. Войдя в дверь, она не обнаружила ничего кроме пустоты и застывших людей, которых было очень много. Сотни, тысячи, миллионы людей стояли неподвижно, словно армия, которая ожидала команды. -А тут у меня души. Я их, можно сказать, собираю. -Ты что, Воланд какой-то? -Нет, я всего лишь Время. Воланд -- фигура постарше. Я просто запоминаю людей. Не всех, конечно, а самых лучших, ну, или которые мне понравятся. Можешь оглядеться, если хочешь. У нас полно меня. – Она засмеялась. – Какой же у вас, у людей забавный язык! Вокруг стояли люди, но теперь Семёна стала их узнавать. Это были знаменитые учёные, поэты, политики, революционеры, космонавты. Все легендарные и незаурядные личности. Вот тут сидел Ленин, за столом. А дальше был Ньютон. Семёна разглядывала их. Они были словно восковые фигуры в полный рост. -Если хочешь, можешь с ними поговорить. Они тебе много чего интересного расскажут! Такие смешные! Семёна подошла к Ленину. Старик зашевелился. Было понятно, что он что-то пишет, изредка останавливаясь, чтобы подумать. Он повернул голову и сказал: -О, приветствую. Не часто ко мне гости заглядывают, тем более, такие, как вы. Что же вас интересует, гражданка? Нет, лучше вы мне расскажите, как там предки, как вы построили коммунизм? -Эм, здравствуйте. -Вы таки не стесняйтесь, рассказывайте. -Вы знаете, что вы не живы? -Знаю. -- Он вздохнул. – Знаю, но ничего с этим поделать не могу. Я жду своего часа. Мне сказали, и я жду. -Ждёте чего? -Не знаю. Возможно, всё-таки я чего-то добился и поэтому меня восстановят будущие поколения, и я вновь поведу их к светлому будущему! НЭП, лёгкая промышленность -- за этим будущее, но и про заводы не нужно забывать, хотя, скорее всего, такой юной даме я наскучил. -Немного. -Да, вот за это я и люблю новые поколения. Так сразу и вежливо! -Вы знаете, что вы находитесь где-то в… в небытие? -Я уже давно догадался, нужно признать. Но я время не теряю. Уже заканчиваю книгу номер, эм, я сбился со счёта, но заканчиваю писать. Думаю, они могут помочь социуму! -Скорее всего, я пойду. -Конечно, не смею вас тревожить. Он вновь застыл. -Ты... ты держишь здесь людей? Зачем? -- обратилась Семёна к Времени. -Конечно, но им совсем не больно. Более того, они рады. Некоторые работают, а кто не работает – спит. Все довольны. Это не ад и не рай, конечно, но всё же лучше, чем ничего. Да и потом, не выкидывать же такие великолепные личности. Может, потом пригодятся. А вот и твоя великолепная личность. Она увидела Семёна, который словно мим в воображаемой клетке бил по ней руками и что-то кричал. -Что с ним? Она засмеялась. -Он знает, что он здесь, и ему не очень приятно смотреть в пустоту, так как душа его сама по себе пуста. Тут нечего брать, и он в унынии и в депрессии. Семёна подошла к нему. -Брат, ты меня слышишь? -Семёна?! Сима?! Ты где? Помоги мне! Я не хочу! Я не хочу больше быть тут, пожалуйста. -Что и не говори мне, что тебе его жалко. -Жалко. -Какая же глупая природа человека. -Он не виноват, это только моя вина. Он часть меня, я должна была следить за ним. А раз он виноват, значит, и я тоже. -Хорошие слова, но, знаешь, именно поэтому ты здесь. -Почему? -Я не знаю, что с тобой делать. С одной стороны, ты новая, ты ничего плохого не делала, а только страдала, но с другой стороны, ты и угнетала, и убивала, и делала всякие другие плохие вещи. Что с тобой делать? О, а вот и твои боевые подруги. Рядом стояли пионерки: Лена в спортивной форме всё тренировалась играть в теннис, Алиса играла на гитаре, Мику беззвучно пела, Славя что-то готовила -- каждая девочка занималась своим делом. -А почему они здесь? -Ну как почему, потому и Семён здесь. Неужели ты думаешь, что я просто забуду таких людей? Особенно пионера, который сжег целый лагерь. – Она достала словно из ниоткуда газету «Правда». -- Затем изнасиловал пионерок, а потом умер от разрыва сердца. Такого не забудешь. И что делать я тоже не знаю. -Ты говорила об одолжении? – сказала серьёзно Семёна. -Хм, а у тебя есть идея? -Да. -Я тебя слушаю. -Ты возвращаешь меня назад в мой год, и так же ты оставляешь всех моих друзей в покое. -В покое? -Вери их к жизни. -Ну, я могу, конечно, но это слишком много, даже для тебя. -Я-я могу обещать тебе тоже что-нибудь. -Ого, а вот это мне нравится. Услуга за услугу. Я люблю такое! -Почему древние божества так любят сделки? -А чем мне ещё заниматься? Тут же скучно, а так хоть какое-то веселье. Ты будешь служить мне десять галактических лет. Как тебе такое предложение? -Ты вернёшь к жизни всех тех, кого я любила? -Да, верну, – улыбнулась Время. – Подойди ко мне, моя волюнтаристская девочка. Семёна подошла к ней, и Время вновь её поцеловала. Вновь всё потемнело. -Эй, соня, открой глаза! Ну ты чего? Семёна открыла глаза. Перед ней стояла Славя. -Сла... -Нет, это всё ещё я. Держи. -Винтовка? -Да, снайперская винтовка! -Видишь вон того человека на трибуне? -Да. -А теперь нажимай на курок. -Что? -Нажимай, нажимай, это приказ, можно сказать. -А как же твоё обещание? -Вот выстрелишь ему в голову и будет тебе обещание. -Хорошо. Семёна прицелилась, взвела винтовку и нажала на спусковой крючок. Выстрел. Пуля улетела в пустоту, затем пронзила человека на трибуне, и он упал. -Вот видишь, как всё просто. А теперь... -Что, что происходит?! Семёна чувствовала падение. Она падала куда-то, куда-то вниз, но затем, она просто закрыла глаза и отдалась стихии. «… Девять часов утра по Москве, доброе утро, товарищи! …Если хотите всегда быть на связи и иметь лучшую скорость соединения Совнета, то выбирайте лучший новый проводник СоцСвязь! …ЯССР вошла в состав СССР, поздравим наших новых товарищей *аплодисменты* … …Лучшие компьютеры и комплектующие «Электроника» -- только качественный товар! …Товарищ Юрий Разумнов дал приказ к 2015 году оборудовать лунную базу новыми реакторами…» -Что? Где я? Семёна открыла глаза. Вся комната тряслась. -Что?! Вскоре тряска спала. Это была её комната, только на этот раз какая-то не такая, какая-то чистая и опрятная. Семёна подошла к окну. Повсюду была зелень, шумели машины и дирижабли, словно птицы один за другим пролетали в небе. Недалеко от её окна полетел один из них, на борту которого было написано: «Голосуйте за товарища Юрия Разумнова, за прогресс, за советский народ!» -Что это такое? Время, ты… -О, Симка, ты проснулась? Чего это ты так рано сегодня? Семёна обернулась. Перед ней стояла её мама, которую она не видела очень давно. -Мам? -Там к тебе одноклассницы пришли, ты хоть оденься. И у окна в таком виде не стой -- включи понтем; воздух остуди, если жарко. -Подруги? Семёна спешно одела то, что нашла, и побежала к двери. По дороге она заглянула на кухню, где сидел Семён. -Ты?! -А что я? Я кушаю. Тебе чего вообще? – в недоумении посмотрел на неё Семён. -Я-я, а? -Ты чего? Всё в порядке? -Вполне, -- нервно засмеялась Семёна. Пройдя дальше по коридору, Семёна открыла дверь. -Ну наконец-то! -Где ты там ходила? -Опять спала, наверное. В дверях стояли Алиса, Лена и Славя…