Breaking The Ideals

      Антонин Долохов сидел в кресле в директорском кабинете, расслабившись и попивая огневиски из пузатого бокала. Близилось Рождество, и даже этот видавший многое в своей жизни боевой маг ощущал праздничное настроение. Карлус с Риттером отбыли в Германию, Гарри и Драко с невестами собирались встретить этот праздник в Малфой-мэноре, а Антонин, как и всегда, был один, но это его ничуть не угнетало. Мужчина и был одиночкой, всю жизнь он считал одиночество свободой. Сегодня же он решил, что самое время выпить и предаться раздумьям.       Вспоминал он с самого начала. Первые годы жизни в русской деревушке под Великим Новгородом. Рос мальчик без отца — тот погиб в тысяча девятьсот тридцать девятом году, мать же уделяла ему столько внимания, сколько могла — у неё, помимо Антонина, было ещё трое детей, а младший был и вовсе слабым и больным. С детства Долохов был, по сути, предоставлен самому себе. Но когда ему исполнилось девять лет, внезапно вся жизнь перевернулась с ног на голову.       Этот день Долохов, сын болгарского офицера и русской девушки, не забудет никогда. Утром в дверь их достаточно ветхого бревенчатого дома постучался высокий, статный мужчина лет сорока. В нём сразу чувствовалась сила, какая-то животная грация присутствовала в движениях, а взгляд был сродни взгляду хищной птицы. Мужчина представился как профессор Тодоров, директор школы Дурмстранг. Мужчина уселся в единственное находившееся в комнате кресло и начал свой рассказ.       По его словам, существовали волшебники и магглы — люди, не владеющие волшебством. В соответствии со Статутом о Секретности, действующим по всему миру, волшебники живут втайне от магглов и стараются держаться друг друга. Дурмстранг же был одной из самых известных школ волшебства в Европе, там обучали боевой магии, тёмной магии, чарам, трансфигурации и ещё многим на тот момент непонятным Антонину предметам. Когда они остались наедине, Тодоров рассказал мальчику, что его отец был выдающимся боевым магом, окончившим в своё время их школу с отличием, а мать — сквибом из давно угасшего рода, потому Долохов считался чистокровным, что было крайне важным условием для поступления в Дурмстранг. Сначала Антонин не поверил в слова незнакомца, но потом тот продемонстрировал ему само волшебство: заставил все тарелки и кружки упасть с полки мановением какой-то ветки в правой руке, а затем, когда вся утварь ожидаемо разбилась, ещё одним взмахом починил её и заставил запрыгнуть назад на полки. Увидев подобное чудо, мальчик сразу загорелся желанием научиться так же и не раздумывая дал своё согласие на обучение.       Дурмстранг оказался школой-пансионом. Отпускали на каникулы учеников только летом, в остальное же время они должны были находиться на территории величественного замка в готическом стиле. Если бы Антонину кто-то задал вопрос по поводу местонахождения учебного заведения, он при всё желании не смог бы ответить, потому что даже от учеников его тщательно скрывали. Доподлинно известно было лишь то, что Дурмстранг находится на территории Швеции за полярным кругом. Добирались ученики в школу специально организованными для них порталами, которые выдавались перед тем, как отправить их на каникулы, а первогодок всегда сопровождал кто-то из преподавательского состава. Местность вокруг замка была гористой, воздух не прогревался выше десяти градусов даже поздней весной, поэтому в униформу входила тёплая меховая шуба. В школе учились только мальчики, преподавателей-женщин тоже не было, даже на кухне готовили мужчины. Уклад напоминал армейский: подъём в семь утра, обязательная пробежка, завтрак, затем уроки. После уроков ученики занимались физической подготовкой, которая была здесь развита не хуже, чем магическая. Ближе к вечеру выделялось время на домашние задания и общение друг с другом. Отбой били в девять часов вечера.       Несмотря на столь спартанские условия, Антонину нравилась учёба, и он усердно трудился как на занятиях магией, так и на тренировках по укреплению физической формы. За девять лет обучения он не завёл близких знакомств, которые можно было бы назвать дружбой, в силу своего характера, поэтому, когда обучение закончилось, он вернулся к матери в родную деревушку. Здесь юного мага поджидал первый удар: от деревушки и камня на камне не осталось, а прошёл всего-то год с момента его последнего визита. Как ни старался он узнать, что случилось, ему это не удалось, и исчезновение (верить в смерть он не хотел) его матери и братьев осталось тайной на всю жизнь.

* * *

      Долгое время Антонин путешествовал по России и восточной Европе в надежде отыскать хоть одну зацепку, но тщетно. Через несколько лет мужчина обосновался в Болгарии, на родине своего отца, промышляя изготовлением мелких артефактов и наёмным трудом сомнительного характера. Приходилось колесить по всей восточной Европе: Румыния, Болгария, Венгрия, Македония, Албания. Именно там и повстречал Антонин странного молодого человека, который заинтриговал его с первых минут знакомства. Назвался он Антонину Лордом Волан-де-Мортом, чему Долохов несказанно удивился. Тот разговор в пабе на отшибе деревни он запомнит навсегда. Двое мужчин сидели за столиком в самом тёмном углу, Долохов пил водку, а его собеседник — вино.       — А знаете, Антонин, вы меня заинтересовали. В ваших артефактах, которые я сегодня увидел, используется не очень популярное плетение чар, достаточно сложное для применения, — вещал юный Тёмный Лорд. — Взять, хотя бы, вот этот обнаружитель ядов, — он поднял руку с зажатой в двух пальцах серёжкой. — Я и сам могу сделать что-то подобное, но действие будет другим. Мой артефакт только предупредит об опасности, ваш же — сжигает предмет самой опасности. Пусть это и не является необходимым именно в данном артефакте, в других такое плетение было бы крайне полезным. Осмелюсь предположить, что вы использовали в вязи чар какие-то руны?       — Да, именно, — улыбнулся Долохов, поразившись эрудированности нового знакомого. — Это древние славянские руны, вас такому не учат. Насколько я понимаю, вы закончили не Дурмстранг? Я сам учился там и ни разу вас не видел.       — Вы правы, я закончил другое учебное заведение, и это было достаточно давно.       Распространяться о том, какое именно заведение он закончил, Волан-де-Морт не стал, но Антонин подозревал, что это был Шармбатон или Хогвартс. Учитывая то, что он увидел за это небольшое время, Шармбатон отпадал, потому что уж слишком агрессивными и резкими были движения мага. Повисло достаточно долгое молчание, которое нарушил Тёмный Лорд:       — Антонин, как вы относитесь к нечистокровным волшебникам?       — Меня всегда учили, что они недостойны обучения в нашей школе, что все секреты магии подвластны лишь тем, у кого кровь чиста, — не стал скрывать Долохов. — Самому мне на них глубоко наплевать, я вообще человек достаточно сложно переносящий общество других магов, но вы, как ни странно, стали исключением, — он отсалютовал собеседнику стопкой.       — Приятно это слышать, — Волан-де-Морт склонил голову в знак почтения. — Вы же сейчас, насколько я понял, не обременены каким-либо видом деятельности, постоянно не работаете?       Дождавшись утвердительного кивка, Лорд продолжил:       — Я бы хотел предложить вам нечто подобное работе, Антонин. Я сейчас набираю сторонников, чтобы с их помощью установить новый порядок на Британских островах. Как вы смотрите на то, чтобы помочь мне в этом? Я вижу в вас талантливого мага, артефактора, изобретателя заклинаний, к тому же среди моих сторонников нет никого, кто бы владел такой магией, какой владеете вы.       Тёмный Лорд выжидающе смотрел на собеседника, пока тот обдумывал сказанное. А Антонин и правда обдумывал. В восточной Европе его ничто не держало, с поисками своей семьи он потерпел фиаско и уже не надеялся когда-нибудь увидеть кого-нибудь из них. Долохов попросил нового знакомого рассказать о ситуации подробнее. Оказалось, что в магической Великобритании идёт чуть ли не травля чистокровных волшебников, предводительствует которой небезызвестный Альбус Дамблдор, победитель Геллерта Грин-де-Вальда. Что силу набирают полукровки и грязнокровки, а верховный чародей Визенгамота всячески этому потворствует. Когда мужчина рассказывал об этом, Антонину почудился красный отблеск в его глазах, и он понял, что собеседник яро переживает за страну, за то, что там происходит, что у него есть достойная цель и он идёт к ней любыми путями. Именно так его и учили в школе: цель оправдывает средства.       — Я подумаю над вашим предложением, — отозвался Долохов, когда его новый знакомый закончил свою тираду. — Долго ли вы пробудете в наших краях?       — Через неделю я собираюсь назад, в Британию, и буду рад, если вы составите мне компанию.

* * *

      Уже через неделю Долохов оказался в незнакомой ему стране, среди незнакомых людей. Хотя второе для него не было проблемой, так как и на старом месте он не обзавёлся друзьями. Да и то, что все говорили по-английски, тоже никоим образом не стесняло русского — в Дурмстранге он изучал и английский, и французский. Пошли суровые боевые будни. Тут талант Антонина как боевого мага первой категории очень пригодился его новым союзникам, потому что стиль, в котором он сражался, был совершенно незнаком англичанам. Антонин давил мощью, как и учили в школе. Он никогда не разменивался на детские заклинания, если можно было убить, никогда не экономил силы в поединке, потому что был гораздо выносливее своих оппонентов благодаря физической подготовке. Его атаку можно было сравнить с порывом сильнейшего северного ветра, сбивающего с ног. Очень немногие могли выстоять в поединке один на один, да и вдвоём мало кому удавалось русского даже ранить. В один прекрасный день, после очередного удачного рейда, Антонин напился вместе с Абраксасом Малфоем, а проснувшись, обнаружил у себя на предплечье татуировку в виде змеи, выползающей из черепа. Значительно позже он узнал, что является она не чем иным, как рабским клеймом, через которое Тёмный Лорд тянет силы своих слуг, а также всегда может вызвать их к себе в нужный момент. В первое время же Долохов подумал, что это всего лишь татуировка, символизирующая их братство и единение.       Со временем в их хозяине начали происходить изменения. Тёмный Лорд всё меньше становился человеком и всё больше — чудовищем. Теперь вместо боёв с Министерством Магии и Орденом Феникса — организацией Дамблдора — поступали приказы о жестоком и бессмысленном истреблении магглов. За неповиновение приказу провинившийся удостаивался сеанса Круциатуса. Антонин всё больше начал разочаровываться в своём Повелителе, но остановиться уже не мог — ему не позволяло клеймо.       В один из рейдов на магов, поддерживающих позицию Министерства, Пожиратели Смерти попали в тяжёлую ситуацию. Отряд, которым руководил Антонин, был полностью уничтожен аврорами, но и те понесли серьёзные потери. В конце концов, на пепелище Пруэтт-мэнора остались только братья Пруэтты, Гидеон и Фабиан, а также Антонин. Братья Пруэтты, будучи чистокровными магами, предложили Долохову такой вариант: дуэль с одним из них. Если Антонин победит — он может уйти. Долохов согласился на одном условии — дуэль должна была идти до победного конца, то есть до смерти одного из участников поединка. Братья, подумав, согласились, и вот Антонин вступил в бой с Фабианом Пруэттом. Бой продолжался относительно недолго. Долохову даже не потребовалось использовать Аваду, чтобы закончить дуэль, что и сыграло с ним злую шутку. Фабиан Пруэтт, через десять минут после начала дуэли, зазевался и пропустил коронную цепочку русского, заканчивающуюся сильной Бомбародой, поэтому его просто разорвало от силы заклинания на глазах у собственного брата. Обезумевший Гидеон, забыв об условиях дуэли, бросился на убийцу брата, и Антонину не оставалось ничего, кроме как защищаться. Дуэль со старшим братом проходила гораздо более напряжённо, роль сыграло эмоциональное состояние Гидеона и то, что колдовал он фактически на источнике Пруэтт-мэнора. Но и это не помогло ему. После получаса боя, когда оба противника уже были готовы повалиться с ног от ран и усталости, Антонину повезло больше: его Авада достигла цели, и род Пруэттов остался без наследников. А через несколько минут прибыл Орден Феникса Дамблдора, как всегда по завершении основных событий. Антонина обвинили в зверском убийстве братьев Пруэттов, и никто не стал слушать его доводов в пользу того, что это было не убийство, а магическая дуэль по всем правилам. Осудили русского на пожизненный срок в Азкабане.

* * *

      Уже находясь в тюрьме, Долохов узнал, что Тёмный Лорд пал. Он не знал, радоваться ему или печалиться по этому поводу, да и было ему совершенно всё равно. Мужчина понимал, что с вероятностью девяносто девять процентов из Азкабана ему живым не выйти. В камеру по соседству поместили Беллатрису и Рудольфуса Лестрейнджей, а через одну прописался брат Рудольфуса, Рабастан. Из их сбивчивых рассказов Антонин понял, что Тёмный Лорд убился о мальчика по имени Гарри Поттер, что самый могущественный тёмный маг столетия не смог убить младенца. Долохову в это слабо верилось, но он решил не вдаваться в подробности — он был к этому равнодушен. Единственное, о чём он думал — как бы не сойти с ума в присутствии нескольких сотен мерзких дементоров.       Годы в тюрьме тянулись медленно, каждый день был похож на другой, как две капли воды. Дементоры отнимали почти все силы, но Антонин надеялся, верил, что когда-нибудь он освободится и сможет ещё пожить в своё удовольствие.       Освободиться он освободился, но вот о жизни в своё удовольствие можно было только мечтать. Лорд Волан-де-Морт восстал из мёртвых и освободил своих самых верных сторонников, которые не предали его и отсидели в Азкабане все те годы, пока он был развоплощён. Тут-то Долохов и задался вопросом, каким же образом Тёмному Лорду удалось избежать смерти. Недели, месяца исследований самой тёмной литературы привели к тому, что у русского не осталось сомнений в том, что Волан-де-Морт изготовил крестраж, а то и крестражи. В пользу данной версии говорило всё. И потеря Тёмным Лордом человеческого облика, и его совершенно нечеловеческая жестокость по отношению ко всему живому, кроме своей змеи, Нагайны, и жесточайший террор, в который вновь окунулась страна.       На этот раз Антонин в основном занимался планированием боевых операций Пожирателей Смерти, сам же принимал участие в боевых действиях крайне редко. Азкабан подкосил некогда здорового, сильного мужчину, и окончательно восстановиться он смог только через два года после освобождения, да и то так быстро только потому, что удавалось избежать неудовольствия Тёмного Лорда, который почему-то не спешил швырять Круциатусами в русского с таким же рвением, с каким поливал ими остальных своих сторонников. За несколько лет Долохов участвовал лишь в нескольких операциях Пожирателей смерти, одной из которых была битва в Отделе Тайн. До сих пор он поражался идиотизму Люциуса Малфоя, беседовавшего с загнанными в угол подростками вместо того, чтобы их нейтрализовать. Безумию Беллатрисы, которая была готова на всё, лишь бы причинить детям побольше боли. Да и остальные присутствующие там не блистали высоким уровнем интеллекта. Антонин помнил, как он резанул девчонку Грейнджер одним из своих коронных проклятий. Гарри потом рассказывал ему, что решил, будто сила заклинания была уменьшена потому, что оно было невербальным, но Долохов только посмеялся, ответив парню, что если бы он хотел убить — использовал бы Аваду, а данное проклятие было всего лишь сильным отключающим. Фиаско в Министерстве списали на Люциуса, а Антонин снова избежал наказания.       Когда планировалось убийство Дамблдора, Долохов вообще поражался идее Тёмного Лорда доверить подобное дело мальчишке. Он пробовал уговорить Волан-де-Морта поступить по-другому, подключить Снейпа или кого-то ещё более опытного, но тот был непреклонен. Это задание, данное Драко, было наказанием для его отца, который был вынужден наблюдать за фиаско своего сына, а затем — за его наказанием.       Но Драко превзошёл все ожидания как Долохова, так и Тёмного Лорда. Он умудрился починить Исчезательный шкаф в Выручай-комнате и провести по нему в школу Пожирателей Смерти. Такой ход был воистину достоин уважения, но Тёмный Лорд и тут нашёл, за что наказать парня. Мол, не он убил Дамблдора, как планировалось, а Северус Снейп. В конечном итоге Лорд сменил гнев на милость, потому что основная цель была достигнута — Альбус Дамблдор был мёртв и путь к Гарри Поттеру, ставшему для него навязчивой идеей, был свободен.       Для поимки Гарри Поттера был собран весь внутренний круг Пожирателей, и вот, в назначенную ночь тридцать человек кружили на мётлах над домом Поттера в Суррее. Для приспешников Тёмного Лорда стало неожиданностью, что Орден Феникса при перевозке национального героя воспользовался оборотным зельем и вместо одного Поттера в небе появилось семеро, но Пожирателей было достаточно много, и на каждого орденца со спутником пришлось по трое человек. Антонин вместе с Рабастаном Лестрейнджем и Яксли преследовал Артура Уизли и его Поттера, но рыжий был настолько везуч, что избежал какого-либо урона, да ещё и Рабастана успел покалечить. В итоге Поттера снова упустили, что стало причиной такого гнева Волан-де-Морта, какого давно не видел ни один из его соратников. Тут даже Антонин не избежал профилактического Круциатуса, пусть и длившегося всего сорок секунд.       Затем была череда странных событий. Сначала Поттер с друзьями ворвались в Министерство Магии, с какой целью, Тёмный Лорд и Пожиратели так и не поняли. Следом, через несколько месяцев, Поттер-таки попал в руки Пожирателей, даже был в темнице Малфой-мэнора, но и на этот раз его умудрились, к огромному неудовольствию Лорда, упустить. Буквально через несколько недель то же трио пробралось в «Гринготтс» и что-то (предположительно, крестраж) похитило из сейфа Беллатрисы Лестрейндж. Тут уже Волан-де-Морт не выдержал и решил атаковать Хогвартс.       Непосредственного участия в бою Антонин не принимал. Он разработал план атаки школы вместе с господином и практически всё время был с ним рядом. Потери Хогвартса были серьёзны, а Пожирателей — более, чем терпимы. В конце концов в ставку Волан-де-Морта явился не кто иной, как Гарри Поттер. Долохов, находившийся рядом с господином в момент этого визита, невольно поразился выдержке парня, который не страшась ничего вышел навстречу своей смерти, и невольно его зауважал. Не каждому дано вести себя так мужественно, когда знаешь, что через несколько секунд оборвётся твоя жизнь. Смертельное проклятие сорвалось с палочки Волан-де-Морта, и как только оно достигло мальчика, тот упал, но не один. Вместе с ним рухнул на землю и главный Пожиратель Смерти. Тут-то Антонин и стал сомневаться, а вдруг Лорду и правда не суждено победить мальчишку? Но через несколько минут Волан-де-Морт поднялся, поиздевался над безжизненным телом Поттера и двинулся в сторону замка, чтобы показать всем тем, кто боролся против него, что всё кончено.       Во время торжественной речи Тёмного Лорда непостижимым образом один из студентов отсёк мечом Годрика Гриффиндора голову его змее, а Поттер таинственным образом испарился. Вот тут-то и начался хаос. Пожиратели, в большинстве своём, поняли, что мальчишке снова удалось выжить, и стали исчезать с поля боя с поразительной быстротой. Антонин тоже был в их числе. Русский не считал это трусостью. Погибать за извращённые идеалы Волан-де-Морта, некогда талантливого мага со здравыми идеями, он не собирался.

* * *

      Аппарировав в Россию и потратив на это практически весь свой магический резерв, Антонин затаился в лесах Сибири. Он подозревал, что искать его будут именно на родине, но лучшего придумать на тот момент не смог. Месяц он скитался по тайге. Благо, было лето и раздобыть себе провизию не являлось проблемой, но несколько раз мужчина натыкался на подозрительных магов, странно на него косившихся, поэтому решил, что оставаться больше нельзя. Тут его и посетила гениальная, как он сам думал, идея вернуться на Туманный Альбион. Долохов подумал, что раз уж там происходили все события, за которые ему грозит второй пожизненный срок, то там-то его искать точно не будут.       Вернувшись в Англию, Антонин начал искать убежище. Несколько дней бродил по лесам, так же, как и у себя на родине, но ни на кого подозрительного так и не наткнулся. Видимо, и правда верным решением было затаиться именно тут. Аврорат считал, что оставшиеся в живых Пожиратели аппарировали на континент, и приложил все усилия для того, чтобы вылавливать их в других странах. Тем временем, на островах все праздновали избавление от тирании Тёмного Лорда, не подозревая, что среди них ходит один из самых опасных его сторонников.       Через неделю Долохов наткнулся на развалины какого-то особняка и посчитал, что для временного убежища он вполне подойдёт. Исследовав руины, он нашёл несколько комнат, более или менее пригодных для жизни, и решил остаться. От нечего делать русский бродил по развалинам, с каждой минутой всё отчётливее понимая, что они были когда-то мэнором кого-то из аристократов Британии. Уж слишком большим было строение, да и в один прекрасный день, в подтверждение своих догадок, он наткнулся на лестницу, ведущую в подвальные помещения. Каково же было его удивление, когда в одной из комнат подвала, прекрасно сохранившейся, он обнаружил спящего мужчину, оказавшегося при ближайшем рассмотрении лордом Карлусом Поттером, коего считали давно умершим!       Антонин Долохов всегда был практичным и далеко не глупым человеком. Проведя серию диагностических заклинаний, русский понял, что Карлус Поттер находится под воздействием серьёзно модифицированного заклятия сна. Пораскинув мозгами, он решил, что если проведёт ритуал, которому обучился на родине, лорда Поттера можно будет разбудить, а затем и расспросить о том, что случилось, да и свою историю поведать. Ритуал был очень сложным и истощил Долохова, но результат не заставил себя ждать — с кровати поднялся живой и абсолютно здоровый Карлус Поттер.       Из разговора друг с другом оба мужчины почерпнули много интересной информации. Долохов узнал, что в случившемся с лордом Поттером повинен Альбус Дамблдор, а сам рассказал Карлусу о том, что происходило в стране во время его бездействия. Лорд Поттер, как и предполагал Антонин, не стал сдавать его властям, да и своё пробуждение не спешил афишировать. За несколько дней особняк преобразился, потому что Карлус снова стал подпитывать его своей кровью и магией, и уже не был похож на те развалины, что обнаружил русский. Дальше же события развивались стремительно. Лорд Поттер познакомился с внуком, завоевал его доверие, а Антонину предложил преподавать тёмную магию в Хогвартсе, где непостижимым образом стал директором.

* * *

      И вот теперь, размышляя о том, что он в своей жизни сделал не так, а что так, как следовало, Антонин наливал себе уже пятую порцию огневиски. Безусловно, если бы ему дали прожить свою жизнь заново, он многое бы изменил. Никогда бы не последовал за молодым, талантливым магом, именовавшим себя Лордом Волан-де-Мортом. Но прошлого не вернёшь, как справедливо рассудил русский, и поднялся из кресла, чтобы взять какую-нибудь книгу. В этот момент сквозь окно директорского кабинета просочился серебряный всполох, материализовавшийся в Патронуса-хорька, и заговорил голосом Драко Малфоя:       — Антонин, мы попали в засаду! Камин из Гринграсс-мэнора привёл нас не ко мне домой, а непонятно куда. Кровную связь на перстне я активировал, попробуйте найти нас по ней. Со мной Дафна и Астория. Никому не говори, кроме Гарри и моей матери!       Антонин оторопело посмотрел на то место, где только что исчез серебристый зверёк, смачно выругался на русском, быстро накинул мантию и вихрем вылетел из кабинета.