Breaking The Ideals

      В домике Уизли готовились к Рождеству. Молли, Гермиона и Тонкс наряжали праздничную ель, Артур и Билл сидели в уголке и о чём-то переговаривались, склонившись над столом. Видимо, о неожиданном отъезде супруги старшего из сыновей Уизли, Флёр, во Францию вместе с дочерью, решившей повидать родителей. Чарли ожидаемо остался в Румынии со своими драконами, Перси же должен был скоро вернуться с работы и присоединиться к семейству и членам Ордена. Артур удивился, ни разу не встретив своего сына в Министерстве Магии в этот день, но значения не придал. Позже должны были явиться Кингсли, Минерва и Рон, а пока приготовления шли своим чередом.       Большая ель стояла в середине гостиной, обвешанная мишурой и разномастными игрушками, в камине уютно потрескивал огонь, а люстра была покрыта снегом, наколдованным Артуром, и он переливался всеми цветами радуги в тусклом её свете. Крайне уютная атмосфера праздника располагала к беззаботному веселью, но никому в голову не приходило громко смеяться, шутить, да и вообще каким-либо образом дать понять стороннему наблюдателю, что близится Рождество. Почему? Причина крылась в том, что все собравшиеся в этот день в доме Уизли понимали, что грядут перемены. Уже не было никаких сомнений ни у Артура, ни у Минервы, ни у остальных членов Ордена Феникса, что грядущие выборы выиграет Кристофер Яксли, сядет в кресло министра, а что будет дальше – неизвестно. Какой курс задаст новый министр? Что будет с Орденом? Очевидно, что Лорд Поттер будет гнуть линию аристократов, но в то же время эта политика не будет террором, подобным Волан-де-Мортовскому. Карлус слыл жёстким человеком, но не жестоким. Безусловно, его приход к власти был нежелателен для представителей “Нового курса”, но ничего поделать с этим они не могли, учитывая, что на стороне их оппонента был Гарри Поттер. Отдаление парня серьёзно ударило по позициям орденовцев, и в глубине души Артур понимал, что виноваты в этом были Дамблдор и Минерва, а потом уже и само семейство Уизли, скрывавшее правду от Золотого мальчика. Осознавать это было неприятно, но стоило принять за данность. Было совершено множество промахов, в числе которых и убийство Люциуса Малфоя, и притеснение политикой Бруствера вампиров, и это – только вершина большой навозной кучи, то, что на поверхности. Из безрадостных рассуждений Артура Уизли выдернул голос жены, и он непроизвольно поморщился – уж больно резкий и визгливый голос был у супруги.       - Тонкс, а скажи, где же Тедди? – допытывалась Молли. – Почему твоего сыночка не будет с нами на Рождество?       - Молли, - устало начала девушка, отведя взгляд, - я уже говорила, что Тедди у мамы, она попросила меня оставить его в её особнячке на праздники, и я решила ей не перечить.       - Всё же очень жаль, - продолжала кудахтать её собеседница, - я так давно его не видела! Он же такой прекрасный мальчик, а ещё и волосики постоянно разного цвета, ух! Помнится, последний раз, когда я видела твоего сына, он обладал чудесным пучком бирюзовых волос! А какого же цвета они сейчас? Бьюсь об заклад, что малинового…       - Они меняют свой цвет каждые несколько часов, - закатив глаза, пробормотала Тонкс. - Так что не могу тебе точно сказать.       От продолжения допроса её спасло появление Кингсли Бруствера, выходящего из камина, полыхнувшего зелёным пламенем.       - Всем добрый вечер, - пробасил пока ещё действующий министр магии.       - Здравствуй, Кингсли, мы тебя не ждали так рано, - улыбнулся глава рыжего семейства. - Ужин будет только через час.       - Ничего страшного, Артур. Я появился пораньше с целью выяснить, почему твой сын не был сегодня на работе, а его, как я вижу, и здесь нет. Это странно, пусть он и наломал много дров в последнее время, но работу не пропускал никогда.       - Перси не было на работе? – подала голос Гермиона.       - Ну, раз я спрашиваю, значит, не было, - недовольно ответил Бруствер. – Артур, ты можешь что-нибудь сказать по этому поводу?       В разговор попыталась было вклиниться Молли, но муж остановил её поднятой рукой.       - Кингсли, я точно знаю, что Перси на работу сегодня отправился, выйдя из дома в обычное для себя время. К тому моменту я уже проснулся и пил кофе, - пояснил мужчина. – Так что даже если его не было на работе, из дома он вышел вовремя.       - Странно, - протянул министр, - очень странно. Ладно, я попробую навести дополнительные справки в Министерстве. Вернусь как раз через час с новостями. До скорого.       С этими словами Кингсли исчез в камине.       - Артур, что с Перси, почему ты мне не сказал, что его не было на работе? – начала свою гневную тираду миссис Уизли.       - Мам, папа и сам не знает, в чём дело. Давай дождёмся министра, думаю, он прольёт свет на сложившуюся ситуацию, - устало ответил Билл вместо своего отца.       Молли, судя по воинственному взгляду, готова была продолжать насиловать мозг всех находящихся в гостиной своими криками, но Тонкс аккуратно положила руку ей на плечо и что-то зашептала на ухо, плавно уводя в соседнюю комнату, за что все оставшиеся в комнате были ей безмерно благодарны. Никто из собравшихся не знал, что к этому моменту Персиваль Игнациус Уизли был уже мёртв.

* * *

      Гарри очнулся в каком-то непонятном месте, заполненном белым туманом. Последним, что он помнил, было то, что он сидел в скрытой комнате библиотеки Певерелл-мэнора и читал книгу за авторством Кадмуса Певерелла, а затем – провал. Парень решил осмотреться. Ничего, кроме белого тумана, вокруг не было видно, не слышно ни единого звука, кроме какого-то лёгкого постукивания. Очень живо вспомнилось его путешествие на Кингс-Кросс после похода в лес к Волан-де-Морту и последующая беседа с Дамблдором, поэтому парень решил вытащить на всякий случай палочку. К вящему его изумлению, в держателе на рукаве мантии Старшей палочки не оказалось, что сильно его обеспокоило. В тот же момент Гарри услышал мелодичный голос, доносившийся из пустоты:       - Что, драться со мной вознамерился, дружок? – в женском голосе звучала ничем не прикрытая насмешка.       - Я привык встречать скрытую от меня опасность с оружием в руках, но сейчас, похоже, этого самого оружия у меня нет, - не остался в долгу Гарри.       Ответом ему был красивый, звонкий смех таинственной собеседницы.       - А ты за словом в карман не лезешь, - продолжила она, отсмеявшись, - это очень даже хорошо. Хотя не каждый, далеко не каждый осмеливается разговаривать со мной таким тоном. Обычно меня опасаются.       В тумане стал проступать силуэт, медленно направлявшийся к юному лорду Певереллу, но разглядеть что-либо пока оставалось невозможно.       - Ну, для того, чтобы тебя опасаться, у меня, конечно, есть основания, потому что я всегда опасаюсь неизвестности, - продолжил Гарри, - но я не очень-то боюсь женщин.       Смех повторился, но на сей раз был гораздо более холодным, и от него у парня побежали мурашки по затылку.       - Нет ничего зазорного в том, чтобы опасаться женщины, мальчишка, - в голосе женщины проскальзывали стальные нотки, - особенно когда ты не знаешь, кем она является. Большая ошибка, заключающаяся в недооценке так называемого “слабого пола”, свела в могилу немало могущественных колдунов.       Из тумана вышла молодая девушка, смотревшая на Гарри с ухмылкой. У неё были длинные белые волосы, близкие по цвету к малфоевским, но неуловимо от них отличавшиеся. Кожа была бледной, почти белой, а губы ярко-алыми. Глаза же являли собой два чёрных тоннеля без зрачков, которые сверлили парня изучающим взглядом. Интуитивно Гарри понял, кто перед ним находится, и не замедлил опуститься на левое колено, опустив голову.       - Догадался, наконец, - проворковала Смерть. – Что ж, давай знакомиться со всем присущим вам, магам, официозом. Меня зовут Хель, хотя у меня множество имён, но предпочитаю я именно это. Ну, а ты – мой скромный ставленник на Земле, как сам это и сказал, прежде чем потерять сознание в своей библиотеке, верно?       - Гарольд Певерелл-Поттер, госпожа, - тихо сказал парень, не поднимая глаз.       - Что ж, Гарольд, мне приятно с тобой познакомиться. Поднимайся с колен и не опускай глаза в пол передо мной, я тебе не желаю никакого зла, - сказала девушка, прикоснувшись рукой к его макушке. По голове молодого человека тут же разлился неестественный, пугающий, загробный холод, но он, постаравшись не обращать на неприятные ощущения внимания, встал и посмотрел покровительнице рода в глаза.       - Не думал, что Вы выглядите так… По-человечески, - не удержался он.       - А ты хотел, чтобы я выбрала облик старухи с косой, как во многих маггловских сказках? – ухмыльнулась Смерть. – Поверь, именно такой я и являюсь к тем, чья жизнь подошла к концу, но ты здесь не за тем, чтобы отдать мне свою душу. Тебе ещё многое предстоит совершить, Гарольд, и у меня нет ни малейшего желания забирать прежде времени в своё царство человека, которому надлежит восстановить род Певереллов.       - Так я здесь только для того, чтобы познакомиться с Вами, Покровительница?       - За этим и не только. Прочитанные тобою в книге слова в переводе – не что иное, как “Прими меня, Хель, я твой скромный служитель”. Они являются официальным воззванием наследника ко мне и, произнесённые на территории Певерелл-мэнора, предоставляют мне возможность для знакомства с ним. Я следила за тобой с момента принятия титула лорда Певерелла, и мне понравилось, что ты нашёл столь мудрого наставника в лице своего деда. Поттеры, как-никак, тоже относятся к Певереллам, пусть и покровительница у них другая. Судя по твоим поступкам, ты достоин того, чтобы возродить мой род, и я хочу дать тебе несколько советов.       Советы от самой Смерти никогда не бывают лишними!       - Я весь внимание, госпожа, - ответил Гарри, и приготовился слушать.       - Во-первых, хочу тебя обрадовать, - начала Хель. – В тебе до сих пор находится осколок души того тёмного мага, которого ты уничтожил, Волан-де-Морта. Кстати, огромное тебе спасибо за то, что отправил частички души этого ненормального в моё царство – уж слишком долго этот нерадивый проказник от меня бегал, успел даже почти что меня рассердить.       - Крестраж Волан-де-Морта во мне?! – Не выдержал Гарри и сорвался на крик. – Но как, как тогда я выжил в лесу, когда он меня заавадил?!       - Не кричи, сейчас всё узнаешь, - примирительно подняла руки богиня. – Насколько ты в курсе, убивающее заклятие задействует только жизненно важные органы, а не душу. Оно просто останавливает сердце. Ничего более. Потому и осколок, заметь, не крестраж, а осколок души Тёмного Лорда остался в тебе. А выжил ты потому, что я сочла тебя достойным второго шанса.       - Вы же сказали, что узнали о том, что я наследник Певереллов только этим летом, тогда же, когда и я сам? – удивился Гарри. – И какая, по сути, разница, осколок или же крестраж? Разве это не одно и то же, госпожа?       - Нет, это совершенно разные вещи. Но обо всём по порядку, - улыбнулась Хель. – Безусловно, узнала о твоём наследовании я в одно с тобой время. А тогда, когда ты оказался в моём царстве в первый раз, я просто была тобой заинтригована. Я почувствовала, что ты очень сильный маг, да и к тому же ты отправил ко мне Волан-де-Морта, вот я и решила таким образом тебя отблагодарить, дав второй шанс на нормальную жизнь. А когда выяснилось, что ты - Певерелл, представь, как я была довольна? Кем бы я себя чувствовала, если бы собственноручно забрала в своё царство того человека, который может возродить мой род?       Смерть улыбнулась, глядя на недоумевающего Поттера, и продолжила:       - Теперь же касательно частички Тёмного Лорда в тебе. Крестраж и то, что сейчас находится внутри тебя – совершенно разные вещи, и вот почему: если в живом человеке находится крестраж, он постепенно может подчинить душу своего вместилища себе и превратить в монстра. Он оттягивает магию своего носителя себе, становясь при этом сильнее и в конце концов поглощая цельную душу, такова уж его природа. Осколок же – за неимением более подходящего слова, назовём его так – напротив, постепенно вливается в цельную душу своего носителя. Так получилось, что старый Альбус Дамблдор неправильно интерпретировал твою связь с Тёмным Лордом. Он считал, что в тебе находится именно крестраж, на деле же всё было гораздо более радужно: в возрасте одного года ты впитал в себя часть умений и знаний Волан-де-Морта. Поначалу с этим осколком было очень сложно справляться твоей цельной душе, она отторгала чужеродное добавление, но после того, как погиб носитель цельной души, а именно – этой весной, он начал процесс симбиоза с твоей душой. Сейчас же я вижу, что процесс практически закончился, потому и поздравляю тебя. Твоя душа впитала в себя многие знания, и сам ты только остался в выигрыше от этого процесса.       До конца Гарри так и не понял, в чём различие между крестражем и этим, так называемым Смертью, осколком, но решил в подробности не вдаваться. Гораздо больше его интересовало, какие произойдут изменения в его личности после этого слияния душ. Хель же, будто прочитав его мысли, усмехнулась и ответила на незаданный вопрос:       - Нет, на Волан-де-Морта похож ты не будешь. Внутренне не будешь. А внешне, думаю, ты уже заметил, что немного смахиваешь на того парня, Тома Реддла, до изготовления им крестражей. Душа же у тебя цельная, просто с небольшим добавлением. Всё, что ты от него получишь – это усиленные магические умения в определённой области, а именно – тёмной магии, а также иногда ты будешь чувствовать ярость, гнев. Не ошибусь, если предположу, что такие перепады настроения уже имели место быть.       Это было не вопросом, а утверждением. Гарри решил не отвечать и, просто кивнув, приготовился слушать дальше.       - Ну и, конечно, тебе отчасти передался опыт Тёмного Лорда в боевой магии, зельеварении, легилименции и окклюменции, в общем, отовсюду понемногу. И ещё, - лукаво улыбнулась Хель, - думаю, твоя невеста заметила твои изощрённые познания в сексуальном плане, совсем не свойственные девственнику?       Тут уже парень покраснел, как помидор, несмотря на неестественный холод, волнами исходящий от покровительницы.       - Дамблдор говорил, что Том Реддл неспособен любить, потому что был зачат с помощью приворотного зелья, - смущённо пробормотал он.       - И был в этом прав, вне сомнения, - всё ещё улыбаясь, ответила Смерть. - Но кто тебе сказал, что обязательно любить для того, чтобы удовлетворять свои плотские потребности?       Об этом Гарри не подумал. Ну, ни хрена себе, значит, трахаться он умеет потому, что умел Волан-де-Морт? Да уж, эту тайну он точно унесёт с собой в царство Хель. Смерть же, тем временем, уже успела стать гораздо серьёзнее.       - Ещё я бы хотела с тобой поговорить о твоём дополнительном наследии. Насколько я знаю, ты – наследник Поттеров и Блэков. Так вот, Гарольд, я хочу, чтобы ты отказался от наследия Поттеров и принял род Блэк.       Почему-то парень ожидал этого. Где-то на подсознательном уровне был готов к тому, что Смерть поднимет этот вопрос.       - А как же род Поттеров? – промямлил он. – Он угаснет? Дед этого не переживёт, он был так рад, когда узнал, что у Поттеров будет продолжение…       - Не переживай, Гарольд, твой дед найдёт выход, я это знаю. Если уже не нашёл. Думаю, ты удивишься, когда узнаешь, о чём он захочет с тобой поговорить в ближайшее время. А по поводу Блэков, ты представляешь себе, на что способен дар некромантии в сочетании с даром боевого мага, какие он откроет перед тобой возможности? – Смерть испытующе посмотрела на него.       Юный лорд Певерелл задумался. И впрямь, дар некромантии, которым уже давным-давно не владел ни один волшебник в Британии… Даже Волан-де-Морт был способен лишь на поднятие низших, неразумных зомби – инферналов (это он выяснил из труда Кадмуса Певерелла). А боевая магия всегда была ему интересна, страшно представить, какие боевые заклятия находятся в закрытой части библиотеки на Гриммо, доступной только лорду Блэку.       - Мыслишь в правильном направлении, - сказала Хель, снова читая его мысли. – Ты сможешь стать великим волшебником, переплюнув и Тёмного Лорда, и Дамблдора, что вследствие неспокойной ситуации в стране, где тебе предстоит прожить всю жизнь, становится немаловажным. Думаю, выбор очевиден. Я обещаю тебе, что род Поттеров не прервётся.       Преимущества были очевидны. Но у Гарри остался ещё вопрос к Хель.       - Задавай свой вопрос, потому что я сказала тебе всё, что хотела на данный момент.       - Почему есть тёмные и светлые рода, если магия неделима? Мой дед, многие квалифицированные преподаватели говорят, что тёмной и светлой магии не существует, а рода, как оказалось, делятся на цвета, - спросил юный лорд Певерелл.       - Отчасти твой дед и преподаватели правы, - начала Смерть. - Магия, в большинстве своём, действительно неделима. Для обычных магов. Для глав родов же она имеет оттенки. То, что сейчас ты видишь в библиотеке Блэков, не является ни тёмной, ни светлой магией. Когда же ты станешь лордом Блэк, откроются те трактаты, которые содержат в себе реальные, темномагические боевые заклинания. Некромантия – тоже темнейший дар. Лорду Поттеру же доступны высшие светлые заклинания трансфигурации. И так с каждым главой рода. Я ответила на твой вопрос?       - Да, госпожа. Больше вопросов у меня пока что нет.       - Тогда у меня к тебе заключительное напутствие. Я хочу, чтобы ты окропил кровью родовой камень Певерелл-мэнора и пробудил наследие некроманта. То же самое придётся сделать, когда примешь наследие Блэков, в Блэк-мэноре. Сейчас в подземельях твоего особняка было совершено убийство, - продолжила Хель, - это дало необходимую энергию для пробуждения наследия, пусть даже и убил ты не собственноручно. Не переживай, - усмехнулась она, увидев выражение лица Гарольда, - для пробуждения наследия Блэков совершать убийство не потребуется, это лишь особенность Певереллов. На этом предлагаю проститься, я буду присматривать за тобой.       - Спасибо, госпожа, я постараюсь Вас не разочаровать, - ответил парень, склоняясь в полупоклоне перед Смертью.       Хель положила руку на его голову, и Гарри, чувствуя тот же неестественный холод, на этот раз начал проваливаться в какой-то водоворот. Всё тело крутило, а когда это закончилось, парень оказался в своём кресле в библиотеке Певерелл-мэнора.

* * *

      Драко вызвал пару эльфов для того, чтобы те прибрались в подземельях. Странной особенностью этих служащих Певерелл-мэнора оказалось то, что они не пришли в ужас от увиденного, а молча стали мыть полы и убирать оставшиеся элементы плоти. Драко же трансфигурировал тело Уизли в кость и приказал эльфам выбросить её в море. Чар должно было хватить на несколько дней, а там, когда тело примет свой первоначальный вид, рыбы уже доделают начатое. Не оборачиваясь, он вышел из подземелий и устремился в библиотеку, где находился, как ему поведали эльфы, Гарри.       Войдя в библиотеку, Малфой не сразу нашёл друга. Тот, как оказалось, находился в потайной комнате за стеллажами, в данный момент открытой. Гарри, казалось, спал в кресле, но когда Драко прошёл внутрь, очнулся и осмотрелся.       - Привет, Гарри, - вымученно улыбнулся блондин, - дело закончено. Я за собой прибрался, не переживай.       - Да-да, я уже знаю, что Уизли мёртв, - ответил Поттер, - мне успели сообщить.       - И кто же? Эльфы?       - Нет, мой белобрысый друг, - ухмыльнулся юный лорд Певерелл, - пока у тебя было свидание с рыжим, у меня было рандеву со Смертью.       Драко поперхнулся и не знал, что ответить на это из ряда вон выходящее заявление друга. Гарри же начал свой рассказ, умолчав в нём, правда, о наследии Блэков. Дружба дружбой, а род прежде всего. Когда он закончил, Драко смотрел на него глазами размером с галеон.       - Ну ни хрена себе, - пробормотал слизеринец, - и ты сейчас намереваешься пробудить наследие Певереллов?       - Именно, друг мой, и портреты, и Хель сказали мне, что давно уже следовало это сделать. А тут ещё и ты так вовремя прикончил Уизли. Греховно было бы упустить такую возможность.       Драко не успел ничего ответить на это заявление, потому что в комнате с негромким хлопком аппарации появился Флени.       - Хозяин, вам письмо от лорда Карлуса Поттера! – молвил домовик, согнувшись в три погибели в подобострастии.       - Спасибо, Флени, ты свободен, - ответил Гарри, срывая с конверта печать и углубляясь в чтение письма. – Дед хочет завтра встретиться со мной в Хогсмиде перед отъездом в Германию, Драко.       - А как же Рождество? – посуровел Малфой.       - Не беспокойся, он говорит, что это не займёт много времени. К тому же он завтра ближе к вечеру отправляется на континент, так что, думаю, встреча не продлится более двух часов.       - Что ж, тогда ладно. Постарайся уж не опаздывать, думаю, мать всё уже приготовила, и Малфой-мэнор выглядит великолепно.       - Не сомневаюсь, - улыбнулся Поттер. – Слушай, у меня к тебе есть просьба.       - Я даже догадываюсь, какая. Это касается девчонок? – выгнул бровь Драко.       - Ах, какие мы догадливые, - издевательски протянул Гарри. – Да, я прошу тебя забрать их из Гринграсс-мэнора и доставить к себе. Не думаю, что это будет для тебя чрезмерно обременительно, к тому же, насколько я знаю, ты прекрасно ладишь с Анжеликой и Мариусом. Объясни им и Дафне, почему я не смог лично присутствовать и поздравить их с Рождеством.       - Договорились. Знаешь, Гарри, - потягиваясь и зевая, начал Драко, - я, пожалуй, пойду спать. Этот день меня довольно сильно измотал, как и тебя, полагаю. Так что, сейчас я выпью флакончик зелья сна без сновидений и отдохну. Ты не против?       - Конечно, иди, - ответил юный лорд Певерелл, - я спущусь к родовому камню, чтобы пробудить дар, и тоже лягу. Встреча с дедом обещает быть ранней.       Парни кивнули друг другу, и каждый отправился в своём направлении: Драко в спальню, а Гарри – в подземелья.                            Лорд Карлус Поттер удобно устроился в кресле у камина в своём кабинете в Поттер-мэноре. Как давеча и обещал Антонину, он решил проштудировать некоторые книги о Геллерте Грин-де-Вальде и небезызвестной маггловской организации Аненербе. И если о предыдущем Тёмном Лорде ему было известно практически всё, то об Аненербе он знал только понаслышке. Чтиво оказалось достаточно занимательным, вопреки ожиданиям лорда Поттера. Переворачивая уже не первую тысячу страниц, он наткнулся на довольно интересную информацию. “Аненербе – в годы Второй Мировой войны у магглов – немецкое общество по изучению древней германской истории и наследия предков. Существование Аненербе совпало по времени с террором в магическом мире Геллерта Грин-де-Вальда, и не случайно. Давайте попробуем отследить связь между Грин-де-Вальдом и этим загадочным сообществом. Из достоверных источников (список источников – в конце статьи) известно, что Тёмный Лорд был лично знаком с такими личностями в мире магглов, как Адольф Гитлер, Генрих Гиммлер и Вальтер Вюст. Первый всем известен, даже волшебникам. Второй являлся главной самого общества Аненербе. Ну а третий – самая загадочная личность. Вальтер Вюст, будучи ответственным за научное поле деятельности Аненербе, был сквибом и хорошим товарищем Геллерта Грин-де-Вальда, и многие опыты в своей оккультной деятельности ставил с его помощью. Доподлинно известно, что Грин-де-Вальд не избегал сотрудничества с магглами. У него была такая же цель, как и у Гитлера, только в магическом мире: подчинить все правительства Европы Германии. Но затем совместными усилиями он собирался подмять под себя превосходящих магов по числу магглов. Каково же непосредственное участие Геллерта в делах этой таинственной маггловской организации? Есть догадка, что он навязал магглам идею о превосходстве так называемой “арийской” крови над любой другой, чем и вызвал феномен Гитлера, а Аненербе, существовавшее с 1935 года в тесном сотрудничестве с Грин-де-Вальдом, навязывало эти идеи всему народу Германии…”       Лорд Поттер не был удивлён коварством Геллерта Грин-де-Вальда, но информация была нова. Только вот ни в одной книге не было намёка на то, что сам Тёмный Лорд мог каким-либо образом выжить, а издания он читал, начиная с середины двадцатого века и заканчивая нынешним годом. Также, исходя из прочитанного, непонятна была причина, по которой кто-либо мог заинтересоваться Британией и им в частности. Всё это только добавило пищи к размышлениям, от которых его отвлекла сова, стучащая клювом в окно кабинета. Карлус вылез из кресла, открыл окошко, взял письмо с печатью лорда Певерелла и открыл конверт. Внутри было согласие Гарри на встречу в Хогсмиде завтра в полдень. Лорд Поттер вздохнул, предвкушая тяжёлый разговор с внуком. Недовольный крик совы напомнил ему о том, что он оставил птицу без угощения.

* * *

      Гарри спустился в подземелья, где находился родовой камень. Предварительно поговорив с портретами предков, он понял, каким образом нужно пробудить наследие некроманта и, находясь уже у сердца особняка, раскрыл труд Кадмуса Певерелла на нужной странице. Затем, наколдовав кинжал, взял его в правую руку и сделал надрез на ладони левой. Смотря на то, как капли “кормят” родовой камень, он, не залечивая порез, обернулся к книге и начал нараспев читать латинские четверостишия. Краем глаза парень заметил, как руны на родовом камне загорелись белым цветом, а из них самих ползёт чёрная дымка, формируясь в небольшое облако. Когда Поттер дочитал последний катрен, он поднял глаза от книги и увидел, что облачко тьмы направляется к нему.       Со стороны могло показаться, что лорда Певерелла со всех сторон окутала тьма. Когда казалось, что он совсем исчез из виду, облачко само по себе сформировалось в тонкую струйку и беспрепятственно вошло в кольцо на пальце молодого человека. Гарри же осел на пол, тяжело дыша. Наследие было принято, и он чувствовал в себе новую силу и задатки новых знаний, которые придётся развивать и оттачивать. Передохнув, парень поднялся на ноги и отправился в спальню.