Luxury life

Если бы меня спросили, что такое счастье, то я бы определённо ответила, что счастье — это улыбка любимого человека по утрам, это его нежные объятья, в которых чувствуешь себя спокойно и защищёно, это его забота о тебе и вашем ребёнке. Я благодарна Наруто за то, что он снова дал мне почувствовать себя счастливой, когда я уже начала забывать, что это такое. И пусть мы были вместе всего лишь мгновение, но это мгновение стало самым лучшим за последние месяцы. Ещё немного, и мы снова обретём друг друга, на этот раз уже навсегда. Меня в жар бросает от одних только воспоминаний о прошедшей ночи. Не помню, чтобы Наруто был таким страстным, таким голодным, но в то же время чутким. Я чуть не сошла с ума уже тогда, когда он просто вошёл в меня. Никогда и ничего я так сильно не хотела, как того, чтобы он продолжил. Думаю об этом, и ноги сводит от желания. Как жаль, что я не смогла остаться с ним подольше, пришлось вернуться домой практически сразу же, как мы закончили. Слава Богу, что Тэтсуя всё это время спал и не начал плакать. Если бы он разбудил няню, мне пришлось бы постараться, чтобы объяснить своё отсутствие в комнате в столь поздний час. За окном уже рассвело, а я так и не сомкнула глаз. Не могу выбросить из головы прошедшую и предстоящую встречу. Мы с Наруто договорились, что сегодня ночью я снова попытаюсь улизнуть из дома, чтобы побыть с ним. Нужно использовать каждую, даже самую малейшую возможность, пока Итачи отсутствует. Когда он вернётся, мы с Наруто сможем встречаться только днём в больнице и то, получилось бы ещё. Кто знает, вдруг муж будет отправлять со мной охрану даже в госпиталь? И думать об этом не хочу! Поспать мне так и не удаётся — Тэтсуя просыпается ровно в восемь и начинает требовать свой завтрак в виде грудного молока. На его плач приходит няня и говорит, что когда мы закончим, она пойдёт с моим сыном на прогулку. Вообще-то я и сама могла бы это делать. Я почти всё могла бы делать, просто мне недостаёт опыта по уходу за детьми, а научить некому. Поэтому Итачи и нанял няню, чтобы я не впадала в ступор каждый раз, когда ребёнка нужно перепеленать. Я всегда внимательно слежу за тем, как гувернантка обращается с моим сыном, и всё мотаю на ус. Вскоре у меня не будет никакой прислуги, и полученные знания очень помогут. Всё же мне удаётся немного вздремнуть, когда няня забирает Тэтсую, и они идут на прогулку. Я не должна быть уставшей вечером, у меня есть важные дела, которые отложить не получится. А во сне я словно вижу продолжение вчерашней ночи: Наруто вдавливает меня в траву всем весом, входит глубоко и двигается ровно, зацеловывает всё моё лицо и шею, а я то мну его ягодицы, то ногтями впиваюсь в поясницу, то хватаюсь за его шею, целуя в ответ. У него такое горячее тело, руки, губы, что, кажется, будто я сейчас расплавлюсь. Я понимаю, что это сон, но он такой реалистичный. И чуть позже я понимаю, почему приснившиеся поцелуи были правдивыми. Что-то резко вырывает меня из сна и, пару раз моргнув, я вижу перед собой макушку с чёрными волосами и чувствую, как в шею впиваются засосами чужие губы. Я испуганно вздрагиваю, и поцелуи прекращаются, а на меня поднимается взгляд ониксовых глаз. — И… Итачи? — чуть слышно выдыхаю я. Какого чёрта? Он же должен быть в отъезде до конца недели! — Удивлена, что я дома? — спрашивает он с ехидной улыбкой, будто издеваясь. — Вообще-то, да, удивлена, — я приподнимаюсь на локтях. — Ты ведь говорил, что твоя командировка продлится минимум неделю? — в моём голосе слышно разочарование. Это плохо. — Ты, кажется, совсем не рада меня видеть, — улыбка сползает с лица мужа. Нельзя допускать новой ссоры, это будет лишь хуже. — Я рада, просто глазам не верю, — я, честно, пытаюсь улыбнуться, притвориться, но рот отказывается изображать улыбку. — Что ж, сейчас я докажу тебе, что ты уже не спишь, — Итачи вновь заставляет меня лечь на спину, откидывает одеяло прочь и нависает сверху. Меня это пугает. От моего мужа чего угодно ожидать можно. Две минуты назад он целовал меня, а сейчас может начать душить, но, слава Богу, пока Итачи не проявляет грубости. Его ладонь перемещается на внутреннюю сторону моего бедра, проползает под тоненькую ночнушку, сдвигает в сторону полоску трусов с промежности, а потом я чувствую, как Итачи вставляет в меня палец, и его мягко обволакивают стенки моего влагалища. Муж едва ощутимо двигает им внутри и прижимается ко мне теснее. Чувствую, как сильно всё напряглось под тканью его брюк. — Ты влажная… — шепчет он мне на ухо и добавляет ещё один палец, после чего начинает двигать ими куда быстрее. Я не могу сдержать блаженный вздох, хотя секса с мужем мне совсем не хочется. Да и влажная я лишь потому, что мне снился прекрасный сон о Наруто. — Не нужно, Итачи, — проговариваю тихо, отворачиваясь от него. — Сейчас няня принесёт Тэтсую с прогулки. — Я видел её с коляской в саду и попросил, чтобы она погуляла с ним подольше. Утра отвратительнее я и придумать не могла. Мало того, что мне придётся терпеть прикосновения мужа, так ещё и встреча с Наруто не состоится. Я так хотела увидеть его сегодня, побыть рядом, а сейчас мне хочется заплакать от обиды. Почему жизнь так упорно отбирает у меня недолгие минуты счастья? Я слышу, как позвякивает пряжка ремня, как расстёгивается ширинка на брюках Итачи. Он избавляется от одежды быстро, нетерпеливо, швыряет её прямо на пол, потом снова возвращается к моему телу, заставляет снять ночнушку, стягивает трусы. Его ладони начинают интенсивно мять мою грудь, пальцы несильно сжимают соски, но и этого хватает, чтобы выделились молочные капельки. — Лучше не трогай грудь, ей и так сейчас нелегко, — тихо прошу его, не решаясь взглянуть в глаза. Итачи молча кивает. Хорошо хотя бы то, что он не пьяный, и от него не разит алкоголем и табаком за километр. — Повернись, — шепчет он, и я переворачиваюсь на живот, потом встаю на колени, выгибаюсь в спине и хватаюсь руками за спинку кровати. Муж проводит ладонями от моих плеч до самых ягодиц, не забыв отвесить звонкий шлепок в конце. Потом пристраивается сзади, придерживая меня за бёдра, но входить не спешит. Трётся горячей пульсирующей головкой о мои влажные половые губы, задевает чувствительную точку клитора, начинает вставлять, но тут же вынимает, а когда моё терпение заканчивается, и я сама пытаюсь максимально приблизиться, чтобы Итачи уже наконец вошёл в меня, он отстраняется, продолжая меня дразнить, заставляя меня истекать соками от желания. Ненавижу своё тело, которое беспрепятственно отвечает на его ласки. Но эта пытка, к счастью, вскоре заканчивается. Итачи насаживает меня на всю длину своего органа одним рывком, и я вскрикиваю от неожиданной боли, но боль проходит быстро, и ей на смену приходит приятная лёгкая пульсация между ног. Там пошло хлюпает от смазки, по комнате раздаются шлепки бёдер, но вскоре я перестаю слышать эти звуки, когда Итачи заставляет меня выпрямиться, практически вплотную прижав меня к своему торсу. Его движения в этой позе настолько приятны, что я не могу сдерживать настырные стоны. Через пару минут муж вскидывает меня верхом на себя, и теперь мне приходится двигаться. Я откидываюсь немного назад, запрокидываю голову, чтобы только не видеть лицо Итачи, и продолжаю интенсивно насаживаться на его член. Чувствую, как ладони мужа гладят мой живот, бёдра, лобок, качающуюся в такт движениям грудь. Я даже не успеваю понять, как наступает оргазм. Всего одного резкого толчка бёдрами, который совершил Итачи, хватает, чтобы заставить моё тело биться в экстазе. Я не могу держаться прямо и падаю мужу на грудь, при этом издавая громкие стоны от удовольствия. Мышцы всё ещё сокращаются, во всём теле приятная расслабленность. Итачи крепко хватает меня за ягодицы и в разы ускоряет свои движения, желая достичь желаемого оргазма. Он кончает прямо в меня, уткнувшись лицом в мою шею и глухо простонав. Только наше тяжелое дыхание нарушает тишину. Чувствуя, как из меня вытекает горячее семя, я успеваю подумать о том, как хорошо, что врач прописал мне противозачаточные таблетки для регулировки цикла. Итачи не заслужил ещё одного ребёнка. Он ничего не заслужил. Ни моей ласки, ни улыбки нашего сына. И может, моё тело и испытало оргазм, но душа рыдает. — Я так скучал по твоим прикосновениям, — шепчет муж и целует меня во вспотевший висок. Он гладит меня по волосам, пропускает их меж пальцев, поправляет с лица. Нужно поскорее уйти от него в душ. — Знаешь, у меня через месяц будет свободная от работы неделя, и я подумал, что мы бы вместе могли поехать на отдых. Только ты и я… — И Тэтсуя, — добавляю я, сползая с тела Итачи на кровать. — Я не оставлю сына на попечение няни! — Тебе не стоит волноваться об этом, у нас опытная няня, с Тэтсуей ничего не случится. — Для меня мой ребёнок важнее любых развлечений, — холодно отвечаю я, беру свой халат и накидываю сверху. — Как я оставлю его на целую неделю? Неделю, Итачи? Я даже не решаюсь поставить колыбельку в детскую, а ты говоришь о длительном отъезде! — Я всего лишь хотел провести немного времени с тобой, — всё недавнее наслаждение окончательно пропадает с лица мужа. — Что ж, раз ты против, я поеду отдыхать один. Да, уезжай! Оставь меня одну, подари возможность побыть с любимым человеком, которую ты так жестоко отобрал сегодня! Я ничего не отвечаю и иду в душ, чтобы поскорее смыть с себя запах некогда любимого одеколона. Когда я возвращаюсь из ванной, Итачи уже нет, а няня укладывает ребёнка в кроватку. Чую, что сегодня вечером меня снова ждёт пустой стеклянный взгляд и запах перегара. Может, мне стоит быть с мужем милее, чтобы самой себе не портить жизнь? Но я вряд ли смогу притворяться и с улыбкой подчиняться его прихотям. А ещё мне лучше поскорее написать Наруто, что наша встреча отменяется. *** Я не прогадала, когда подумала, что Итачи вернётся пьяный. Сегодня он напился настолько, что даже до спальни не добрался и рухнул прямо на диван в гостиной. И хорошо, я хоть спокойно посплю ночью, и наш ребёнок не будет дышать этой вонью. Хотела бы я воспользоваться этим шансом и сбежать к Наруто, пока Итачи спит без чувств, но вышедшую из строя камеру сегодня днём починили, а это значит, что я не выйду незамеченной. Как же я устала от этой золотой клетки! Да гори огнём вся эта роскошь! Я хочу свободы действий, а не жить там, где каждый мой шаг будет записан и передан мужу-тирану. Ну, хоть в своей спальне я могу избежать слежки и спокойно поговорить с Наруто по телефону, пока никто не слышит. — Он не обижал тебя? — грозно интересуется мой возлюбленный. — Нет… Сегодня он вёл себя приемлемо, — я решаю не говорить о нашем с ним сексе сегодня днём. Это будет для Наруто неприятно. Он и так знает, что как жена я вынуждена исполнять супружеский долг. Увы, пока я живу в этом доме, секса с Итачи мне не избежать. — Я так жалею, что у нас не получилось увидеться… Думала, что разрыдаюсь от отчаяния, когда увидела мужа. — Всё хорошо, — я чувствую, что Наруто улыбается. — Мне тоже жаль, но будут и другие встречи, а потом и долгая совместная жизнь. — Ты должен был влюбиться в нормальную и свободную девушку, — мне так паршиво на душе от осознания того, что я знатно порчу этому парню жизнь. Если бы не я, его жизнь была бы совсем другой. — Я влюбился в самую лучшую, — отвечает он мне, а я хоть и нахожусь одна в комнате, но словно ощущаю его тёплые ладони на своих плечах. — Хината, я никогда не жалел, что полюбил именно тебя. Просто знай это. И не смей сейчас плакать! Мне остаётся лишь усмехнуться в трубку и вытереть слёзы краешком одеяла.