Dangerous alliance

Новый Орлеан, 1820 год.       Кровь. Все вокруг было окрашено в ярко-алый цвет: стены, мебель, пол. Даже на окнах были мелкие брызги крови, стекающие по гладкому стеклу, оставляя мерзкие подтёки. Парень, что наблюдал всё это, тяжело вздохнул и вытащил аккуратный платок из нагрудного кармана своего дорогого сюртука, что был безнадёжно испорчен той же кровью.       Лёгкими аристократичными движениями он стёр все следы произошедшего со своего лица и брезгливо выкинул платок, что приземлился в кровавую лужу. Вампир, кем являлся этот парень, поправил ажурные манжеты своего одеяния, криво ухмыльнулся и довольно спокойно произнёс, прекрасно зная, что будет услышан:"Никлаус, дорогой брат, кажется, нам понадобятся новые слуги."       Ирония, прозвучавшая в его голосе никак не вязалась с тем, что увидел Никлаус, спустившись на зов младшего брата: гора тел. Обескровленные мужчины и женщины, лежащие друг на друге. На их мёртвых лицах сохранилось выражение ужаса и боли. Всех их убили так, словно они были овцами на бойне. Жестоко и мучительно. Мужчина обернулся на младшего Майколсона, и его брови угрожали взлететь буквально до самых небес. Кол широко улыбнулся, показывая ряд идеально ровных зубов. -И тебе доброго утра, брат!       Обойдя его и хлопнув по плечу подоспевшего Элайджу, он вышел на красивую террасу величавого дома, выполненном по последней моде нынешнего века. Большие колонны, напоминавшие греческие, дубовые доски, покрывавшие пол, сводчатая крыша с резными молдингами под ней. Всё в духе неоклассицизма.       С крыльца открывался потрясающий вид на плантацию, где сейчас работали люди. Солнце было в самом зените и прямыми лучами освещало лицо первородного, что смежил веки, наслаждаясь его теплом и беззаботно напевая какую-то мелодию, словно не он недавно за считанные минуты перебил десять человек. Кол Майклсон совершенно не боялся, что брат может вновь проткнуть его кинжалом. Видите ли, он только вчера вынул зачарованный клинок из его тела и едва ли стал бы так скоро вновь погружать младшего братца в долгий сон. -Что это было?-прорычал Клаус, влетая на террасу.-Ты убил почти всех наших слуг! Боюсь, что у губернатора начнутся вопросы, когда мы попросим у него ещё крепостных. Как можно скрыть массовое убийство десяти человек, скажи мне, Кол? -Брат, ты слишком печёшься о несущественных делах. Это тебе не к лицу. Будь ты Элайджей, я бы не стал обращать внимание, но проявление подобных...хм...волнений с твоей стороны слегка беспокоит меня. -в карих глазах младшего Майклсона плясали озорные бесенята, когда он невинно улыбнулся.-В любом случае, я не собираюсь об этом задумываться. Вместо этого отправлюсь наслаждаться отведёнными мне часами жизни до тех пор, пока не надоем тебе, и ты не проткнёшь клинком моё израненное сердце.       Схватив из вазочки, стоящей на кованном столе, два красных яблока, он сбежал вниз и прогулочным шагом направился вдоль дороги, желая побыстрее оказаться на плантации, вдалеке от навязчивых родственников. Когда он проходил мимо двух молоденьких девушек-служанок, что не покладая рук трудились на сборе урожая, те смущённо поклонились ему, отводя взгляды. -Дом, милый дом.-произнёс он, смачно откусив приличный кусок от одного из наливных плодов в его руке. Сок стекал по его горлу, оставляя на языке терпкий вкус с ярко выраженной кислинкой.       Парень брёл в неизвестном направлении, стараясь не задумываться о чём-то определённом. Так продолжалось до тех пор, пока да его слуха не донеслись звуки какой-то песни. Он бы её и не услышал, не обладай он чутким вампирским слухом. Насторожившись, вампир последовал за своими инстинктами, в мгновение ока обнаруживая то, что желал найти. Под раскидистыми ветвями ивы, стоящей на берегу небольшого озера, повернувшись к нему спиной, сидела девушка. Голос её, подобный птичьей трели напевал затейливую мелодию. Она явно умела петь и делала это очень правильно. Ни разу голос её не дрогнул, ни разу она не сорвалась ни с одной ноты, даже с самой высокой. -Приятно знать, что среди людей ещё сохранились подобные таланты. -произнёс Майклсон, когда девушка кончила свою песню. До этого момента она не оборачивалась, даже не подозревая о присутствии постороннего лица, так увлечённо наблюдающего за ней. Испуганно девушка вскочила на ноги, прижимаясь к толстому витиеватому стволу старого дерева. Её сердце билось так громко и быстро, что незнакомка стала напоминать Колу маленькую птичку ещё сильнее. Целую секунду он с интересом разглядывал кукольное лицо. Смуглая кожа, молодая и слегка тронутая смущённым румянцем, пухлые персиково-розовые губы и серо-зелёные глаза, глядевшие на него с недоверием. Девушка была ещё юна. Не больше двадцати. -Прекрасно поёте, сударыня.-похвалил он, делая шаг чуть ближе. -Позвольте узнать, c кем я говорю.-дрожащим голосом, мелодичностью которого вампир сумел уже сполна насладиться, протараторила девчушка, сжимая что-то в крохотных ладошках. -Меня зовут Кол. А вы, прелесть моя, кем будете? -Давина.-было видно, что она не теряла бдительности, хотя Кол использовал всё свое природное очарование. -С какой целью вы здесь? -А с какой целью вам нужно знать это?       "Дерзкая..."-подумал Майклсон и улыбнулся своим мыслям. Давно он таких не встречал. Примерно лет с пятьдесят. Парень приблизился ещё на шаг, и Давина крепче сжала в руках предмет, словно собиралась им обороняться. Она пыталась выглядеть смелой, но скорее напоминала напуганного котёнка, жавшегося и загнанного в угол. Кол прямо ощущал себя кровожадной змеёй, что было довольно-таки оправдано. -Я лишь хочу помочь вам.-мягко произнёс он с такой улыбкой, на которую обычно велись все девушки, каких ему только приходилось покорять. Но с Давиной всё не так. -С чего вам помогать мне, мистер Кол? Вы меня не знаете.-неуверенно, но с ноткой присущей ей дерзости почти прорычала она, делая решительный шаг вперёд. Неуверенность в голосе никак не вязалась с уверенность в действиях. Она словно старалась напугать непрошеного собеседника. Увы, она не знала, что сделать это почти невозможно. -А с того, что я обожаю помогать юным девам и...-он не успел договорить, чувствуя на себе лёгкое влияние магии. Ещё одна вещь, которую не знала Давина-это то, что он является первородным вампиром, а потому с легкостью ощущает на себе любое стороннее магическое воздействие. Человек и не заметил бы даже того, как она еле видимо шепчет губами заклятье, пытаясь проникнуть ему в голову. -Вы ведь здесь ради работы, я прав?-нахмурившись, спросил он, успевая в это время обдумывать открывшийся ему факт об этой юной, но весьма милой и дерзкой особе. -Не спрашивайте, как я это понял. Я прав и могу помочь вам, сопроводив в поместье, где сейчас как раз стало свободным место служанки. Как вам такое предложение?       Сначала Давина хотела оказаться. Мать предупреждала её: ни что так просто не достаётся тебе в этом огромном мире. Всё нужно добывать самостоятельно, работать усердно и трудиться, ни на что не жалуясь. Здесь же всё слишком просто. Но Давина слишком молода и слишком наивна, чтобы не поверить такой удаче, буквально свалившейся ей на голову. А потому она быстро соглашается, склонившись в благодарном реверансе. Знала бы эта юная ведьма, на что обрекает себя, согласившись на уговоры этого красивого юноши с тёмным сердцем и исколотой душой.

***

      Они молчали всю дорогу. Ведьма старалась не замечать изучающий и слегка хмурый взгляд своего путника. Давина уже сотни раз успела пожалеть о том, что согласилась пойти с ним невесть куда.       "А вдруг он окажется не благочестивым и сделает со мной что-то дурное?"-думалось ей. В такие моменты она ещё крепче сжимала безделушку в руках.       Спустя какое-то время показался величавый дом. Он выглядел настолько богато, что Давине было страшно даже коснуться его. Нервным жестом она поправила подол своего розовато-кремового платья, самого обычного и простенького. Несколько тёмно-русых локонов выбились из незатейливой косы и мягкими прядями обрамляли лицо, искажённое гримасой глубоких переживаний.       Совершила ли её мать ошибку, позволив своей дочери одной отправляться в столь дальнее и опасное путешествие в одиночку?Несомненно. Но их собственное положение становилось с каждой неделей всё более незавидным, а прокормить четырёх дочерей было всё труднее. Вот и пришлось послать старшую и самую любимую дочку на поиск работы. По крайней мере, если бы её Давине повезло бы, то она устроилась бы работать служанкой или няней в благополучную семью и не знала бы горестей. Была бы накормлена и одета. Это всё, чего любая мать когда-либо желала своим детям. К сожалению, сама этого она дать не могла.       Кол уверенным шагом направился внутрь дома, сопровождая деву к своему старшему брату, что явно был самым благоразумным в их семье. Элайджа, как и ожидалось, находился у себя в кабинете, решая с губернатором земельные проблемы, от которых младшего Майклсона неумолимо тянуло в сон. Не отличаясь особой воспитанностью, он влетел в просторную комнату, обставленную изящной мебелью. -Брат мой, у меня к тебе дело, что не может быть отложенным. Я хотел бы извиниться за тот инцидент, произошедший сегодня утром. Я был неправ, а потому готов искупить вину и даже в доказательство пошёл на путь исправления, прилагая усилия в помощи тебе.-услужливым тоном проговорил вампир, взирая на старшего брата, что так и застыл в позе, в которой усиленно убеждал губернатора пересмотреть свои взгляды на сложившуюся проблему, пока в дело не вступил более темпераментный Никлаус. -Кол, сейчас это немного не ко времени... -Я же сказал, что это дело не может быть отложенным.       Девушка, что слушала всё внимательно за дверью, поражённо прикрыла рот рукой, понимая, что смела дерзить брату хозяина. Мысленно она всеми возможными словами ругала себя за такое бестактное и безответственное поведение, не достойное юной даме, пусть она и не из богатой семьи. -Ладно, я слушаю тебя.

***

      Чего уж точно девушка не могла ожидать, так этого того, что с такой лёгкостью получит должность служанки. Её обязанности были просты и понятны, и на её счастье она не заметила многозначительного взгляда брошенного хозяином дома в сторону своего младшего и непутёвого братца.       Другая служанка, что в основном всегда была на кухне, сопроводила её в комнату, где Давине предстояло жить всё ближайшее время. Она была очень светлой, с высоким потолком, резной лепниной и широкими окнами, выходящими в сад. Кровать в высоту была равна большей половине её роста, и девушка уже начала задумывать о том, как будет забираться на неё. Выглядело всё через чур дорого и роскошно. Особенно для служанки. Но судя по спокойному выражению лица Веры (именно так звали вторую служанку), это было абсолютно нормально. -Сегодня ты можешь отдохнуть, Давина. Завтра я зайду за тобой ровно с рассветом. Если тебе что-то понадобится, то ищи меня на кухне, дорогая. Я там почти круглые сутки.       Вера была доброй женщиной с невероятно нежным взглядом. Но создавалось впечатление, что она больна или же не в себе, так как её поведение было слегка странным. Она вела себя так, словно находилась в опьянённом состоянии, и это насторожило ведьму, что никогда ранее не встречалась ни с вампирами, ни с внушением.       День близился к вечеру. Давина к этому времени уже успела разложить все свои немногочисленные вещи, что заняли в огромном шкафу всего две полки. На столе уже располагались её принадлежности для рисования и парочка блокнотов с чернильницей. Она зажгла свечку на прикроватной тумбочке и погрузилась в чтение одной из книг, взятых с собой из дома. У её матери имелась небольшая библиотека. Книги в их семье передавались по наследству. Конечно, это не те книги, о которых подумал любой из нас. Книги в семье Клэр были несколько другого содержания. Более магического.

***

      Ей снился сон. В нём она шла по тёмной дороге, осторожно ступая по неровной поверхности. Пару раз Давина спотыкалась, едва не подворачивая себе ногу. Чей-то голос звал её, но она не могла определить его природы. Она слышала лишь своё имя. И продолжала идти. Протяжный крик боли прорвался сквозь темноту, заставляя ведьму идти чуть быстрее. Голос уже не звал, а умолял её явиться на зов, но чем быстрее она шла, тем больше уставала. Ей нужно добраться до своей цели. Ей нужно спасти.