Анетт

Пыльным раскалённым воздухом невозможно было дышать. Отец Александр шёл по улице, щурясь от ослепительного жёлтого света и рассеянно кивая в ответ на приветствия прохожих. Сегодня во сне он видел её… Анетт стояла на берегу, у самой кромки, и набегающие волны задевали подол её белого платья. Она звонко смеялась и наклонялась, чтоб коснуться пальцами вспененной голубоватой воды. В её счастливом безмятежном лице не было той тени затаённого порока, которую он часто замечал, когда она смотрела на него… Во сне отец Александр подходил к девушке, обнимал её за талию и мягко привлекал к себе. И это не казалось чем-то беззаконным, грешным и чудовищным. Напротив, было странно и дико, что она, его девочка, могла находиться где-то в другом месте, а не в его руках. Анетт улыбалась, приподнималась на носочки, гладила пальцами его седые волосы и тянулась к его губам… Проснувшись, отец Александр испытал острую потребность увидеть её, дотронуться, сжать в объятьях, убедиться, что она – не сон, не болезненная сумасшедшая фантазия, а живая девушка, которой он нужен так же сильно, как она ему. Священник не понимал, как он раньше мог жить без этой нежной девочки, подарившей ему такое наслаждение, о существовании которого он и не догадывался. Во время их тайных встреч Анетт делала такие немыслимые вещи, что отец Александр даже думать боялся, где она могла им научиться… Месса прошла как в тумане. Отец Александр говорил заученные слова, не осознавая их смысла. Она была в церкви, сидела, не сводя с него глаз. Прикосновение горячих губ к руке, сияющий серый взгляд огромных глаз и шёпот: «Сегодня?..» - Да… - выдыхает он, почти не слышно, не раскрывая губ, но она понимает и едва заметно улыбается. *** В ветвях раскидистой ивы заливалась какая-то невидимая птица. От запаха зеленой травы слегка плыла голова. К вечеру жара спала, и на небе , как и ожидалось, вновь сомкнулись предгрозовые тучи. Послышались легкие шаги, и отец Александр приподнялся с земли. Ветки колыхнулись, и под дерево проскользнула светлая фигурка. - Иди сюда… - шепнул священник, протягивая руку. Анетт с готовностью подала свою ладонь и вскрикнула, когда отец Александр резко дернул её на себя. Потеряв равновесие, девушка повалилась на мужчину и расхохоталась. - Тише… - Да ведь нас никто не услышит!.. – влажные губы уже заскользили по его шее, а пальцы зарылись в густые с металлическим отблеском волосы. Отец Александр потянул вверх подол её платья. Почувствовав его ладони, лакающие её колени и бедра, девушка шумно вдохнула и зашептала что-то бессвязное и явно бесстыдное… Сознание мужчины стремительно затягивало чем-то густым и тёмным. Падший ангел, ведьма, бесстыжая девка прижималась к нему всем телом, вызывая в его плоти такое возбуждение, что ему хотелось сдавливать её в руках до синяков, терзать губами до алых кровоподтеков на белоснежной коже. Забыв, что решил быть нежным, отец Александр одной прижал её руки над головой, будто боясь, что она станет сопротивляться, а другой задрал повыше подол платья… Исступленно целуя её грудь, он слышал, как девушка то стонет от блаженства, то вскрикивает от боли… Когда он, тяжело дыша, с наслаждением откинулся на спину, Анетт поправила платье и прижалась головой к его плечу. - Девочка моя родная… - прошептал он, прижимаясь губами к её волосам, от которых едва уловимо пахло каким-то очень знакомым цветком. – Прости меня… Тебе больно? - Немного… Но это ничего… Мне очень хорошо! *** Луна в разрывах чёрных туч висела огромная, полная, будто налитая оранжевым соком. Простившись с отцом Александром, Анетт отправилась не домой. Бабушка, напившись чаю с предусмотрительно заваренной Анетт сонной травой, проспит до самого рассвета, так что до утра её никто не хватится. Цепляясь платьем за ветки и шипя, когда обнаженные руки задевал терновник, девушка пробиралась к домику колдуньи. Время от времени где-то в лесной чаще ухали филины. Анетт любила этих симпатичных птиц, но в сочетании с ночью и полнолунием их крики навевали мрачные образы, о которых девушка старалась не думать. Слишком важна была для неё сегодняшняя ночь. Ведь именно сейчас она может узнать все ответы… Окошко домика ведьмы тускло светилось. Анетт явно ждали. Девушка почти ворвалась в дом, без стука распахнув противно взвывшую дверь. Ведьма сидела за столом. Напротив неё сидел молодой человек лет двадцати – двадцати пяти, темноволосый, смуглый. Он повернул голову на звук открывшейся двери и с интересом уставился на позднюю гостью. Анетт удивленно на него смотрела. Молодой человек был красив, таких называют «смазливыми юношами», однако черные глаза его поражали какой-то нечеловеческой глубиной и будто затягивали в бездонный вековой омут. - Что стоишь? – спросила ведьма. – Заходи, племянница. Садись. Анетт послушно подошла к столу, и, не в силах отвести взгляд от глубоких насмешливых глаз незнакомца, села рядом с ведьмой. - Вот, знакомься… Мой брат. И твой отец. Анетт несколько раз моргнула. Неожиданные слова ведьмы встряхнули её и вытащили из прострации, в которой она находилась. - Вы что, издеваетесь? Он же ненамного старше меня! Незнакомец стукнул ладонью по столешнице и весело расхохотался. Анетт поднялась. - Я не для того шла сюда среди ночи, чтобы вы тут шутили надо мной! – злобно проговорила она, намереваясь уйти. - Сядь обратно, - вдруг сказал незнакомец, и в его неожиданно низком и хрипловатом голосе было что-то такое, что Анетт мигом вновь опустилась на свой стул. – Я не человек. - А кто?.. – выдохнула Анетт, переводя взгляд с мужчины на ведьму. Но та молчала, глядя на девушку с ехидным удовольствием. - Как тебе? – он театральным жестом повел рукой вокруг своего лица. - Симпатично… - искривив в насмешке губы, ответила Анетт. – Не в моём вкусе, правда… - А в её вкусе священник местного прихода! – заявила ведьма, подмигнув брату. - Да что ты говоришь? – брови его поползли вверх. – А что же он?.. - Ну как что… Ты посмотри, какова девица! Конечно же, влюбился без памяти. Бегает к ней на свидания в лес, где они предаются грешной страсти… Анетт испуганно посмотрела на ведьму. - Вы что, подглядывали?.. - Ты забыла кто я?.. Мне не обязательно подглядывать, чтобы знать что-то. - И всё-таки вы надо мной издеваетесь?.. – спросила Анетт уже почти желая, чтобы это оказалось правдой. - Ну, хватит издеваться над девочкой! – махнула рукой ведьма. – Рассказывай. - Я дух. Дух тьмы, из тех, кого люди называют демонами. Собственного… личного, так сказать, тела у меня нет. Но я с лёгкостью могу позаимствовать то, которое мне приглянется. Сейчас я вот в таком обличии… Мне нравится! Дамы без ума… - Я догадывалась, что мой отец какая-нибудь… тварь! – усмехнулась Анетт. Мужчина нахмурился. - Это почему же? - Потому что тот, кто изнасиловал девушку… особенно такую, какой была Анна, моя мать, может быть только отродьем тьмы! И я теперь понимаю, откуда во мне… эти странности. - Моя дочь! – с восхищением воскликнул он. – Сестра, подумай только, она соблазнила священника и к тому же собственного человеческого отца! - Что вы сказали?.. – поражённо прошептала Анетт. - Семнадцать лет назад я пребывал в теле молодого человека, решившего посвятить себя служению Господу. Мне казалось забавным выбрать именно его. Тогда я встретил девушку… Красивую, чистую девушку по имени Анна. Но вот странность – что бы я ни делал, Анна никак не желала проявить ко мне благосклонность! Она, видишь ли, собиралась в монастырь. Но я очень желал её! И однажды вечером, подкараулил её и, воспользовавшись силой, получил то, что хотел. Я надеялся встретиться с ней вновь, но она заперлась дома и, как говорили люди, тронулась умом… А потом она умерла. Но у неё осталась прелестная дочь, которую бабушка назвала Анетт… Он замолчал, пристально вглядываясь в лицо девушки. Ведьма едва сдерживала ухмылку. Аннет думала… - Я, наверное, должна была сейчас прийти в ужас? – наконец сказала она. – Да, наверное… - задумчиво повторила Анетт, поднимаясь. - Ты куда? – встревожено спросила ведьма, перестав, наконец, ухмыляться. Анетт, не обращая на неё внимания, молча ушла. *** Больше Аннет Фламель никто не видел. Весь город обсуждал это таинственное исчезновение. Версии высказывали самые немыслимые. Одни говорили, что Анетт сбежала с каким-то солдатом, другие – что она утонула в море, а некоторые клялись, что своими глазами видели, как девушка летела над городом на метле (причем одни говорят, что была она в ночной сорочке, а другие – что девушка была абсолютно голой). Госпожа Фламель была безутешна. Долгое время она пыталась найти внучку, но следов не было никаких. Странно, но через некоторое время после исчезновения Анетт, бесследно пропал и священник местного прихода отец Александр. Сторонники версии «полётов с метлой» заявляли, что девчонка-ведьма утянула с собой священника. А заядлый охотник Пьер Бернар говаривал, что, забравшись однажды в лесную глушь, набрел на домик. Заглянув в окно, он увидел Анетт и отца Александра, которые пили чай за столом. Но ему, как любителю приложиться к бутылке «Бордо», конечно же, никто не поверил…