Радужные крылья

Подарок к празднику любимым читателям ;-) Глава 10. Пусть       Вот вроде и прилетело мне по спине, а болела ужасно почему-то голова. Глаза пока не открывались, но я никуда не торопилась, к тому же, лежать было совсем нескучно. Медленно всплывая в реальности, я слушала радиопостановку "Анна Сергеевна троллит Аллочку". Чем так довела Звезда нашу милейшую тётю Аню – без понятия, но слушать было занятно. Аллочку опять рвало. Вернее даже не так. Её жесточайшим образом выворачивало наизнанку, а Анна Сергеевна нарочито заботливым тоном строила предположения этой уже регулярной реакции на стресс. Пока лидировало – А не брюхата ли ты часом, деточка? Это, кстати, цитата. "Деточка" Аллочка блевала, рыдала, зло огрызалась и опять блевала.       Как потом оказалось, после усекновения упыря, взрывом разнесло всю пещеру, а нас основательно побило камнями. И именно тётя Аня, очнувшись первой, вытащила на себе всю нашу компанию, пристроив отдыхать на зелёной травке.       На мягком газоне отдыхалось замечательно. Свежий ветерок после пыльной пещеры, опять же, только в удовольствие. И если бы не дятлы в голове, было бы совсем хорошо. Утихли они не скоро (Аллочка успела закончить сольное выступление), да и потом нет-нет, а ещё потюкивали в висках. Но всё равно, я оказалась самой здоровой в нашем отряде.       Остальные были не просто помяты камнепадом, хотя и это тоже, – причём ушибы были, хорошо хоть обошлось без серьёзных травм – что было гораздо хуже, так это жуткий упадок сил, наблюдавшийся у всех членов команды. Даже у тёти Ани. Как она в таком состоянии вытаскивала наши тела, Пашку? и в особенности Олега? уму непостижимо. Вот они – наши женщины, и в избу, и коня – во всей красе.       Глядя на их серые, местами даже зеленоватые лица, я прямо-таки стыдилась своего пусть и частичного здоровья. И Звезда, и мы с тётей Аней уже могли сидеть. Зая пристроила голову мне на колени, буркнула "С тобой теплее" и тихо засопела.       Парням досталось сильнее – бедолаги буквально лежали пластом, хрипло дыша. Я, растерянно теребя Заины волосы, оглядывала наше лежбище. В голове было пусто, как в открытой могиле, и только ветер со свистом носился меж ушей.       - Что за блядство с нами происходит, кто-нибудь мне скажет? Почему мы всё время вляпываемся в какое-то говно? – С усилием Оле-ежа оторвал себя от земли, уселся, и обвёл нас больным, лихорадочным взглядом. – И что это за железо?       Я с удивлением проследила за его взглядом и буквально в нескольких шагах от себя увидела тот самый нож-переросток, которым я… Тут мне поплохело.       - А это я его сюда воткнула. Я как Сашеньку нашла, еле его у ней из рук вытащила, так крепко она его держала. А меч-то весь в кровищи. Ой, да что там меч, там вообще всё в кровищи! Натекло с этого упыря, кошмар какой-то! Порося когда резали, столько крови не бывало, как с этого убивца натекло. Да и поделом ему. Ты, Сашенька, всё правильно сделала. Так ему и надо, ироду проклятущему.       Тётя Аня всё причитала, размазывая слёзы по лицу, а я на мгновение зажмурилась. Ой, что щас будет!       - А меч я сюда притащила, мало ли, пригодится ещё. Не дай Бог, конечно, но пусть лучше под рукой будет, ежели что приключится. Я ведь видела, всё видела, если бы Сашенька ему голову не снесла, как есть бы он нас сожрал, упырь проклятый.       Предчувствия меня не обманули.       - Алекса-андра, спасительница ты наша...       О-ле-ежа, сука, был зеленее всех, но видимо и смерть его не остановит.       - В нужном месте, в нужное время и опять всех нас спасла.       - Гриднева, запомни его слова, – бледный до синевы Змей, сипел, как астматик со стажем. ¬– Запомни. И в следующий раз спасай этого героя в последнюю очередь. У меня лично к тебе претензий нет.       - Да уж, деточка, вовремя ты этого убивца остановила. Я вот прям чувствовала, как он из меня жизнь сосёт. Так холодно было. Ужас-то какой. – Тётя Аня ещё раз всхлипнула, но решительно задавив истерику, утёрлась подолом, благо его длина позволяла. – Я как его морду лица вспомню, меня ажно трясёт.       - Так вы ж вообще в стороне были, когда успели его увидеть-то?       - Да я пока вас всех таскала туда-сюда, мимо его и егойной башки всё ходила. Ой, ужас, сколько там кровищи натекло!       Она всплеснула руками и опять уткнулась лицом в подол.       Мне бы такой подол, я бы тоже уткнулась. А лучше одеяло, чтоб завернуться и никого больше не видеть. Действительно, ужас. Я своими руками убила человека! Просто взяла нож, и отчекрыжила ему башку! И да, я в курсе, что если б ситуация повторилась, я бы сделала то же самое. Ибо спасала свою жизнь! Впрочем, не только свою. Но сам факт убийства! Вернее даже не самого убийства, а той лёгкости, с которой я это сделала! У меня ведь даже раздумий не было!       Прикрыв глаза, я вновь почувствовала, как меч легко преодолевает плоть, и под моим ударом отделяется голова упыря. Видела, как его тело выгнуло, а в приоткрывшемся рту блеснули чуть крупноватые клыки. Как подёрнулись тёмной плёнкой серебристые зрачки. Блять!       Я потерла абсолютно сухие глаза, пытаясь стереть эту картину из памяти. Блять-блять-блять!       Мои дрожащие пальцы перехватила тёплая ладонь. Пашка был слаб, как и все, и так же бледен. Он лежал рядом, по другую сторону от Заи, уткнувшись носом мне в бедро и молчал. Молчал и лишь сжимал мою ладонь слабыми пальцами. А мне становилось легче дышать.       - Пожрать бы чего. – Тётя Аня словив наши недоумённые взгляды, независимо пожала плечами. – А чего? Я когда нервничаю, всегда есть хочу.       - Оно и заметно, разожралась, коровища.       Сказано было хоть и в полголоса, но вполне слышно. О-па, Звезда очнулась! До этого она сидела, обняв колени и тихо покачиваясь, глядя куда-то вдаль воспалёнными глазами.       - Тётя Аня, Вы тоже в следующий раз очерёдность спасаемых устанавливайте. Некоторых можно и забыть. Случайно.       Я зло хмыкнула прямо в глаза подлой тварюшке. Сучка неблагодарная! Нет, ну бесила меня эта блонда несказанно!       - И то верно, Санюшка. Сильно напрягаться для организма вредно, можно иной раз и не спешить.       Измученная Анна Сергеевна с царским видом сидела на земле и невозмутимо пыталась уложить свой встопорщенный хаер в подобие причёски. Её потерянную панамку было жалко. Все-таки мастер, стригший тётю Аню, был откровенный рукожоп.       Блонда скривила губы, но огрызаться не стала, а потом и вовсе уткнулась носом в колени. Да и похрен на неё. А вот поесть – это мысль.       Вот я всегда говорила Пашке, что не только лень – двигатель науки, но и естественные нужды. Причём, чем естественнее и нужнее, тем мощнее стимулятор. В нашей ситуации стимул был максимальным.       - Сань, – Всё так же не открывая глаз, Пашка сжал мою ладонь. – Расскажи подробнее, что там было?       - Точно, Гриднева, шевелиться мы сейчас вообще не способны, а вот послушать тебя очень хочется.       Я окинула взглядом нашу потрёпанную компанию и хмыкнула. Чуть живые, а туда же, рассказывайте им.       Вот именно. Меня как пригладило по затылку. Пусть чуть, но живыми остались именно мы. А он сдох. Да, я его убила. Да, возможно, со мной не всё в порядке, раз я так легко это сделала, но я не буду об этом думать. Да. Я его убила. Но мы победили. Мы остались живы. Я села поудобнее, расправив плечи.       - Ну слушайте. Вот я как огонь в этой чаше увидела, меня так и перемкнуло...       Я рассказывала старательно, а по пути всё думала, говорить про ту красную нитку или нет. В итоге решила сказать. Без неё многое осталось бы непонятым.       - А там у стены и стоял этот меч. Тяжёлый, зараза. Я его еле в руках удержала. Ну а потом, когда этот мудак остался без башки, и рвануло во все стороны. Меня снесло, чашу эту снесло, потом камни посыпались, а потом я не помню.       Дальше начались обсуждения и прения по вопросу, окончательно сдох упырь или возможны варианты. А Пашка потянул меня за руку, и тихо, задыхаясь, спросил:       - Сань... меч у стены стоял?       - Да.       - А рядом с ним… больше ничего не было?       - Не помню. У меня в голове тогда только одна мысль билась, на остальное сил не хватало.       - Надо бы посмотреть.       Пашка дышал тяжело, говорил с перерывами, и вообще мне ужасно не нравилось его состояние.       - Куда смотреть-то, там всё камнями засыпало.       Не хочу я никуда смотреть, и на голову эту отрезанную смотреть тоже не хочу!       - Гриднева, подумай!.. Мужик явно проводил ритуал… Что ему было надо в итоге сделать... теперь, поди, узнай. Ты этому упырю всю работу похерила... мало того, что жертвоприношение… сорвала... так ещё и самому башку отрезала. Сань... ну подумай. Мужик, говоришь… в узоре этом ритуальном… почти голый лежал… Да?       - Ну да. Типа юбки у него было и всё.       - Логично… Во всех фэнтези пишут… что ритуалы проводят либо в спецодежде… либо голышом. Ну?       - Что, ну?       - Гриднева, не беси!.. Мужик этот, что... голышом сюда припёрся?.. В одной юбке, босиком и без вещей?.. С мечом наперевес… и с мелком в зубах?       - С каким мелком?       - С тем самым… что он узор рисовал! Санька!.. Ну не тупи!       Оказывается, прения уже закончились, и все с интересом следили за нашим разговором.       - Надо идти в пещеру и искать сумки! – тётя Аня прямо светилась от радости. – Точно, не мог же этот упырь прийти сюда голым и с пустыми руками? Значит, поклажа должна быть. А в этой поклаже наверняка и съестное может быть! Сашенька, детка, ты как его наследница, вполне можешь эту поклажу забрать себе. Это будет правильно.       Я аж опешила:       - С чего это я его наследница?       - Ну как там пишут… по праву поединка и силы.       - Паша, ты дундук. Какой, нахер, поединок?! Мужик тихо себе лежал, а я просто-напросто отрезала ему башку!       - Надо запомнить, что при тебе тихо лежать опасно.       Ну су-ука же!       - Заткнись, Оле-ежа. Учти, ты уже лежишь, и меч тоже рядом.       - Ладно-ладно, – козёл поднял руки, демонстрируя раскаяние. – Уж и пошутить нельзя.       Я прищурилась. Ну, тварь!..       - Не впадай в истерику, Гриднева! – Пашка дёрнул меня за руку, привлекая внимание, и приподнялся на локте. – Ты сбросила с себя его морок и убила врага... который хотел убить тебя! Значит... всё, что его, теперь принадлежит тебе! По праву победы в сражении! Поняла, дурында?!       - Сам дурень! А ну ляг обратно немедленно! Чуть жив, а туда же, воспитывает. – Впрочем, Пашка уже и сам улёгся, заполошено дыша. – Ладно-ладно. Я его наследница. Всё его теперь моё. Лежи уже, юрист недоделанный.       Я оглянулась на народ, выбирая кого-нибудь наименее потрёпанного. По глазам вижу, пошли бы все, но сил на этот подвиг, пожалуй, хватит лишь у...       - Тётя Аня, Вы как? Пойдёте со мной на разведку за наследством?       - А и пойду, Сашенька. Может, и правда найдём чего, полезного. Еды, например.       - Еды – это хорошо, посмотрите ещё, остался ли проход на ту сторону и может, наши вещи какие тоже найдутся.       Мы покивали, и как две пьяные улитки, провожаемые завистливыми взглядами, поползли обратно к разлому. ***       В пещере был обвал. И стало ясно с первого взгляда, нам этот обвал не по зубам. Тут экскаватор нужен, а не слабые, хрупкие мы. Камнепадом завалило всю залу, оставив лишь ту часть, что с постаментом и рисунком на полу. Ну и с трупом, как следствие. Тот вход/выход, через который мы когда-то попали внутрь, завалило так же. И если бы не дыра в стене, пещера стала бы совершенно глухим каменным мешком.       В общем, с нашими вещами, ножами, отвёртками и прочими воспоминаниями о родном мире можно было смело прощаться. А вот поискать наследство было вполне себе реально. Света через разрушенную стену проходило достаточно, что бы всё здесь хорошо осмотреть.       Я легко нашла постамент, правда уже без чаши. Её осколки валялись далеко у стены. Оказывается, чаша была из какого-то любопытного зелёненького камня. Повертев осколок в руках, я признала своё поражение – ни на малахит, ни на оникс он похож не был, а других минералов я не знала. Бело-розовые прожилки в густой травянистой зелени камня красиво поблёскивали, и жаба всё же победила. Я собрала все черепки, что смогла найти – кучка получилась приличной – и теперь прикидывала: во что всё это богатство увязать? Кстати, мелкого крошева не было, черепки были крупными, с ровными краями без сколов. При некотором везении, можно было попробовать сложить чашу обратно. Был бы тут какой-нить супер клей…       - Саша, ну что ты там застряла-то? Иди сюда, я вроде как твоё наследство нашла.       Пока я зависала с черепками, тётя Аня обошла всю пещеру и нашла сумки упыря. Сумки, кстати, как сумки. Интересной такой конструкции. Не чемоданы-саквояжи, а такое вот… такое… вот как в кино про ковбоев показывают! Типа чтоб через седло было удобно крепить.       И это значит… Это значит…       - Это что же, у нашего убивца ещё и транспорт имелся? Интересное кино получается. Сашенька, дорогая, ты, как наследница…       - Тёть Ань, а давайте мы пока с этими сумками разберёмся? Вот еды найдём, можно будет и поисками каравана заняться.       - Ты думаешь там целый караван? А что, очень даже может быть. Всё же наш упырь не последний бедняк был. Так что может и караван со всякими припасами с собой взял. Ну там, шатёр, походная кухня… Что ещё богачи с собой для комфорта берут?       - Так стоп, стоп! – несчастный упырь на глазах обрастал деньгами, караванами, газетами-пароходами**. Тётю Аню несло, что того Остапа. – С чего Вы взяли, что наш труп был состоятельный мужик?       - Ну сама посуди. Волосы длинные, ухоженные. Были. Ткань у юбки далеко не рогожка. И вообще, по моему мнению, в такие авантюры непонятные бедняки не лезут. У них как правило других забот хватает. Не до игр им.       - Да? – Я окинула труп новым взглядом. Если так смотреть, то всё может быть. И караван где-нить в кустах тоже вполне реален. – Если он богач, то в караване могут быть слуги, и тогда фиг нам, а не наследство. Драпать бы не пришлось.       - А вот это как раз не факт. Наш убивец тут не ромашки нюхал, наверняка дело-то секретным было. Так что один, ну может двое доверенных слуг. А то и вовсе никого. Смотря зачем он сюда залез. Может, он здесь такое собирался делать, что не только слуг с собой брать было нельзя, а и думать лишний раз опасно было.       Я с уважением покосилась на Анну Сергеевну. Та заметила и отмахнулась.       - Да ну, я просто читать люблю. Приключения там разные, загадки и чтоб любовь такая, что ух! А в этих историях чего только не бывает.       - Ну это да, это я согласна, – я растерянно почесала бровь. Что-то мои мысли как-то разбежались. Так. Ладно. – А что там с сумками? Вы смотрели?       - Ну… ты вот знаешь, – тетя Аня с удобством уселась на кучу мелких камней. – Если судить по действиям упыря, в этом мире определённо присутствует что-то такое… магическое.       - Угу, – я понятливо кивнула. – А незнание законов ещё никого от последствий не освобождало.       - Вот-вот. Я и думаю, раз ты, деточка, наследница по праву – а в магическом мире такое вроде как автоматически должно фиксироваться – в общем, лучше тебе и лезть с ревизией в сумки. Хозяйской рукой, так сказать.       Моя «хозяйская» рука, потянувшаяся было к фигурным металлическим пряжкам, замерла.       - Стрёмно как-то.       - А чего стрёмного-то? Ты победила? Победила. Значит, твоё по праву.       - Угу. Всё его – моё. Я помню.       По позвоночнику потянуло холодком. И захотелось оглянуться на труп – точно ли тот на месте лежит? Ну да-да, я мимо него отвернувшись шла. Не могла смотреть.       Вот.       Вот в чём проблема.       Не чувствовала я себя победительницей до конца.       Поднявшись, я решительно отряхнула колени, и пошла обратно к трупу.       - Ты куда, Саша?       - Посмотреть на него хочу.       - А-а. Ну давай-давай. Правильно. Такое надо до конца понять. Осознать. Это надо. Да.       Я её уже не слушала. Я уже смотрела на своего врага. Взрывом труп смело не так и далеко. Его фигура осталась лежать в рисунке, только уже не в середине, а на самом краю. Кровищи действительно натекло порядочно, однако луж не было, чего я втайне боялась. Кровавые лужи для меня с некоторых пор персональная страшилка.       Все эти мысли крутились по краю сознания, сама же я не сводила глаз с упыря. Крепкое, сильное тело. При жизни мужик был высоким, и пожалуй да, красивым. И сам костяк крупный, и мышцы развитые… мда. Цвет кожи трудно понять, пыль, грязь, кровь опять же. Но явно светлый. Голова… ну да, голова – предмет тёмный, науке не известный*.       Голова, как и раньше, лежала отдельно. Когда-то светлые, даже, пожалуй, серебристые волосы, веером разметало по полу. Сейчас их покрывала пыль, кровь, копоть. Копоть-то почему? И они закрывали лицо. А мне вот просто необходимо было увидеть его. Посмотреть в его глаза.       Пальцы мои подрагивали, дыхание затаилось где-то глубоко в организме, но я всё же отвела пряди волос с лица. Разочарование ударило под дых. Глаза у этого урода были закрыты. Да и сами черты лица было нереально рассмотреть. Кровь, грязь – всё это ладно, но какая-то не то судорога, не то гримаса настолько их исказила, что даже поставь сейчас рядом его портрет, я бы не узнала оригинал.       Но блять!       Глаза!       Они были закрыты!       А мне было просто необходимо посмотреть ему в глаза!       И не спрашивайте зачем. Я не знаю!       Но мне было надо!       - Сашенька, детка, ты чего тут с ума сходишь?       Действительно. Я только сейчас заметила, как сжаты у меня кулаки, с какой силой, в одной руке зажаты серебристые пряди волос.       - У него глаза закрыты.       Даже голос охрип, словно я долго кричала.       - Да и Бог с ним. Умер он, и пускай.       - Умер, да.       - Убедилась?       Я смотрела на аккуратный срез по шее головы трупа. На срезе виднелись кости, какие-то белые нитки… желчь внезапно подкатила к горлу, и меня вырвало. Хорошо, отвернуться успела. Блевать на того, кого и так убила, было бы ужасно невежливо. Смех рвался наружу какими-то всплесками.       - Ну тише-тише. Это было надо. Ты молодец, Сашенька, – тётя Аня укачивала меня, как маленькую. А я, уткнувшись ей в шею, выла как белуга. Выплёскивая вместе со слезами, весь свой страх, всю свою боль. – Ну всё-всё. Всё прошло.       Я успокаивалась, всхлипывала и всё вспоминала вопрос Оле-ежи. И правда, почему всякая херня происходит именно со мной? Почему я вечно во всё вляпываюсь?! Ответов не было. И кому можно было задать эти вопросы, я не имела ни малейшего понятия.       Ладно. Пусть. Я решительно утерла лицо. И почему у меня нет такого шикарного сарафана? Вот где подол многофункциональный.       - Полегчало?       - Да. Где там моё наследство? Пошли смотреть. ______________ *предмет тёмный, науке не известный Известная фраза из к/ф "Формула любви". **владелец заводов-газет-пароходов фраза из стихотворения "Мистер Твистер".