Отцы и дети: амойский вариант

Последующие дни после подписания брачного контракта не особо отличались друг от друга, если не учитывать некоторых усилий блонди, предпринятых для более быстрого вливания Катце в семью и рабочий коллектив Белого рынка. Встав в шесть тридцать утра, Рауль лично растормошил сонного, не выспавшегося "молодожена", заснувшего всего пару часов назад. Заставив не привыкшего вставать в такую рань дилера принять вертикальное положение, Советник счел свой супружеский долг выполненным до конца и занялся собой, собираясь на работу. Проводив заинтересованным взглядом привлекательные тылы блонди, к глубокому разочарованию рыжего слишком быстро скрывшиеся за дверями душевой, и не найдя в поле зрения янтаря ничего более интересного, новобрачный честно вернулся в исходное положение. Лицом в подушку. Закончив разбираться с гигиеническими процедурами, вернувшийся в спальню Советник обнаружил молодого мужа, лежащего на животе, и самым возмутительнейшим образом вновь находящегося в процессе глубокого сна! В обнимку с его собственной подушкой! Рауля обожгло изнутри холодной неприязнью. Да-а... как посмел! Негодование окатило яростной волной, как от оккупации личной вещи без хозяйского позволения, так и от неисполнения его же приказа вставать. Недовольно нахмурившийся блонди поджал губы, выбирая из списка возможных решений наиболее оптимальный вариант реагирования на неприятный инцидент. Блондиевская душа настойчиво требовала немедленного восстановления справедливости и соответствующей мести. Тридцатью секундами спустя, иронично усмехнувшись пришедшей в голову каверзной идее по перевоспитанию недисциплинированного дилера, разгневанный блондин приступил к претворению ее в жизнь. Кто сказал, что элита не любит шутить, даже если ее юмор далёк от белого оттенка? Стараясь не шуметь, с предвкушающей полуулыбкой на губах, блонди приблизился к постели со стороны новоиспеченного мужа. Ухватив пальцами край общего двуспального одеяла, одним резким движением рывком сдернул его со спящего. И тут же взмахнув свободной рукой звонко, с изрядной толикой злорадства, шлепнул раскрытой ладонью по оголившимся дилерским ягодицам. - Шикарная задница! Куда я раньше-то смотрел? - задумчиво нахмурив брови откомментировал он "привлекательность" оных полуовалов, когда в распахнувшихся янтарных глазах проявилось осмысленное выражение. Катце, от неожиданности резко подскочивший на кровати, фыркнул. Повторное пробуждение было далеко не из приятных ощущений. Одна из стратегически важных половинок пятой опорной точки, почему-то, обжигающе болела, словно ошпаренная кипятком. Пытаясь понять, где он находится и как здесь оказался, спросонья не совсем понимая, что происходит, полез рукой под подушку за оружием, и, не обнаружив искомое на месте, ошарашенно завертел головой. - Ты че творишь? Больно же! - вникнув в суть произошедшего беспредела, разозлился рыжий, прикрывшись спереди виновницей раздора и растирая ладонью место внимания блондиевской "ласки". - Подъем! День начался, - господин Эм, многозначительно улыбнулся. - Или так заласкаю... - Блонди! - выплюнул дилер, тем не менее, осторожно выбираясь из постели и настороженно косясь на зеленоглазого шутника, но, так и не расставшись на свою несчастную голову, с приглянувшейся вещью. - Одежда моя где? - Я что, по-твоему, похож на фурнитура? - нехорошо прищурившийся элитник заинтересованно наблюдал за передвижениями супруга в обнимку с любимой подушкой прикрывающей самое "интересное" место. Катце настойчиво старался держаться к нему строго лицом и по максимально удаленной траектории обходил по дуге. Возмущенно-растерянное и, даже несколько, обиженное лицо дилера неожиданно доставило элитнику массу удовольствия, развеяв негативные эмоции. Мысленно посмеиваясь удачной шутке и планируя новую мстю за поруганную вещь, господин Эм закончил утренний туалет в приподнятом настроении. Не особо стараясь сделать маску лица "довольный блонди", потребовал одевшегося к этому времени Меченого составить ему компанию за завтраком. - Катце, так как теперь мы будем проживать на одной площади и постоянно пересекаться, у меня к вам возникает пара требований, - начал блонди, беря вилку. - Тебе, - ухмыльнулся рыжий. - Мы женаты, ты не забыл? - Оговорился, - блонди порадовало то, что Катце вел себя естественно, не тушуясь. Родители никоим образом не должны были догадаться о фиктивности их отношений, а видеокамеры согласно стандартам в гостиной присутствовали. - Я не ограничиваю тебя во времени, но являться домой попрошу не позднее 21.00. К ужину. - Если регулярно будут кормить, чем-то вкусным, почему бы и нет? - пожал плечами Меченый. - Не люблю готовить. - И не опаздывать! - блонди удовлетворенно кивнул. - Второе, я подберу тебе гардероб. - У меня есть собственная одежда. Меня все устраивает, - Катце с удовольствием сделал первый глоток любимого "наркотика" - кофе с молоком. - Уже нет. Я приказал её выбросить. - Что? - недоуменно нахмурился дилер. - Как выбросить? - Моему мужу необходима совершенно новая, соответствующая его уровню одежда. Твоя не подходила. Я распорядился её утилизировать. Впервые, когда речь зашла о посягательстве на его собственность, Катце смолчал. Ничего стоящего или дорогого среди личной одежды не было, но менее обидно от этого обстоятельства не стало. Тем не менее, спорить не стал, риторически смиряясь с потерей. Иногда, чувство влюбленности делает человека или слишком глупым, или избыточно расчетливым. Заставляет думать на несколько ходов вперед, совершать поступки или делать вещи, про которые раньше даже бы не подумал. Например, задуматься о своей внешней привлекательности для одного отдельно взятого элитника или придавать ей намного больше значения, чем раньше. Или прощать. Загодя. Чего раньше за ним, вообще, не наблюдалось. Но что взять блонди с их менталитетом и собственническими замашками? Он даже не поймет, в чем суть обиды. Поганое чувство влюблённости и раздражало, и злило одновременно. Оно делало его слабым и мягким. Меченый не хотел ни от кого зависеть. И уже зависит. Он уже все распланировал на годы вперёд. И все сорвалось. Он не хотел никого любить. И все оказалось намного серьезнее. Правильно говорят: человек предполагает, Бог располагает. Умудриться влюбиться в элитника... Смешно. До слез. Горьких и обидных за собственную неосторожность. Большей глупости даже представить себе нельзя... Влюбиться в блонди! Второго в иерархии! Четвёртого по влиянию, после Юпитеров и Минка. Рауль отчаянно красив и дико опасен. Блонди. Высший из высших. Перспективы мрачнее некуда. Самое обидное то, что он предусмотрительный и осторожный, сумел ТАК талантливо вляпаться перед самым отлетом с Амои! Ему не хватило до свободы всего нескольких часов. Свободы для физически вымотанного тела и морально усталой души. Свободы, для самым отвратительным образом похищенного одинокого сердца, у которого даже нет капли надежды на взаимность... - Считаешь, что я самостоятельно не справлюсь со столь непосильной задачей? - не отрывая взгляда от чашки с напитком, подавляя острое чувство обиды и желание резкой отповеди, отстраненно поинтересовался дилер. - Опять накосячишь, - пожал плечами Советник. Дилер резко вскинул голову, чуть не поперхнувшись кофе от подобного словечка в лексиконе блонди. Мозг сигнализировал об опасности, исходящей от элитника, но содержаться не смог. Вернее, не захотел. - Я похож на ребёнка, господин Эм? - отчеканил, одаривая блонди тяжёлым взглядом. - Рауль! Мы женаты, не забыл? - в голосе блондина ясно слышалась улыбка. - Ты не в курсе последних модных течений, раз. У меня собственное требования к моде, два. И я хочу, чтобы мой муж выглядел презентабельно, три. Это вопрос моего статуса и репутации. Достаточный перечень причин? Твой вкус я не знаю, поэтому предпочитаю подстраховаться, сопровождая лично. Цени. После ужина едем в ведущий модный бутик. В нем одеваются самые богатые люди Амои. И не спорь. Ах, да. Не обижай моих фурнитуров, я могу и расстроиться. Ты ведь не хочешь этого? - на последних словах интонации голоса Рауль выбрал мягкие, пробирающие, совсем не подходящие блонди. Катце не хотел: расстроенный блонди синоним слова злой, а учитывая, как блонди просил... Поэтому, легко пообещал не трогать и не задирать местных малолеток. Из чувства самосохранения и во избежание лишних проблем. Да и ссориться с эмовскими слугами он не собирался, больно надо. Помня себя в этом же возрасте и должности, знал - себе дороже выйдет. Пакостить исподтишка фурнитуры умели всегда, они только кажутся бестелесными духами, беспрекословно выполняющими любую прихоть. Подчинятся-то, они подчиняются, вот только и исполнить приказ можно по-разному. Например, плюнуть в подаваемый кофе. Свою ошибку Катце поймёт час спустя, попав после ухода Советника в заботливые руки к бывшим коллегам по фурнитурскому цеху, рьяно взявшимся выполнять приказ хозяина о приведении молодого господина в надлежащий вид. Вырваться, шипя сквозь зубы нелестные эпитеты в адрес вовремя смывшегося блонди, из их ловких и умелых лапок удалось четыре часа спустя, условно живым и основательно измученным. Как физически, так и морально. Словосочетание "общая депиляция", примеренное на любимую шкурку, он запомнит надолго и будет вспоминать с содроганием, прекрасно понимая, что это только начало. И, тем не менее, терпеливо и даже молча вынесет все процедуры - маникюры, педикюры, массажи, втирания, обертывания. Правда, когда дело дошло до стрижки, доброжелательно изогнув губы в своей фирменной улыбке, посоветует не испортить прическу. Услышали, прониклись, не испоганили. Радовало то, что первая и последняя процедура удаления волос с тела больше не повторится. Специализированный крем, втертый в открытые поры кожи сразу после измывательства, разрушит волосяную луковицу раз и навсегда. Чего только не сделаешь ради того, чтобы понравиться блонди? Все говорило о том, что муж подготавливает его к брачной ночи и подтверждению брака. Это заставляло и волноваться, и нервничать. Вопрос о том, почему ему удаляли волосы по старинке, остался на повестке дня открытым... Кто устроил малоприятную пакость при имеющихся новых технологиях? Блонди или домашняя "мебель"? Это он обязательно выяснит. Позже. И отомстит. По-своему, по-монгрельски. Кто сказал, что он не злопамятный? Рауль вернулся за десять минут до начала ужина. Переоделся в цивильное, чем немало удивил. Блонди в гражданской одежде смотрелся... непривычно. Человечнее, что ли? И впервые не вызывал скованности или желания сказать что-то резкое. А затем был салон одежды... Магазины и везде снующая куча народа в них не самое страшное в этой жизни. Хочет блонди тратить деньги, пусть тратит. Ему какая разница? Главное, что Рауль будет рядом. Раньше Катце редко посещал магазины готовой одежды. Во-первых, не любил толпу; во-вторых, навязчивых продавцов. Намного удобнее и быстрее было приобретать вещи в виртуальных интернет-магазинах. Зашёл на сайт, выбрал понравившуюся модель, указал в запросе админов параметры тела, присовокупил к ним личное фото в полный рост и наблюдай себя в уже примеренной одежде, меняя ее цвет по желанию. Все легко и просто. Вот только блонди никогда не ищут лёгких путей. Супермодный бутик, выбранный Раулем для покупок, выглядел, как излишне вычурный дом, светящийся морем неоновых огней. Наблюдая из окна аэрокара за увеличивающимся фасадом строения, в голову дилера даже пришло ехидное сравнение "рождественская ёлка, блин". С собственной охраняемой посадочной зоной для флаэров перед входом, что уже говорило о многом. Не смотря на довольно не позднее для Амои время, площадка была пуста. Ни одного чужого флаера. Катце, понимающе ухмыльнулся. Он был более чем уверен в том, что господин Эм распорядился об отсутствии посторонних во время их так называемого "шопинга". На стоянке флаэров их уже встречали - высокий худощавый мужчина с темно-каштановым волосом, бледным вытянутым лицом. Сам хозяин, судя по качеству дорогой одежды и холеному лицу. Рассыпавшегося в радостных восклицаниях человека, быстро оттеснили в сторону блондиевские телохранители, возникшие за спиной, как по мановению волшебной палочки, освобождая Советнику и его сопровождающему дорогу. Мажордомы, мускулистые двухметровые детины, стоящие у входа в бутик и скорее всего так же представляющие собой охрану, судя по комплекции и габаритам, открыли высоким гостям тяжелые двустворчатые двери. Входя в салон, Катце уже чувствовал себя человеком не этого круга. Чужим. Любопытные, откровенно оценивающие взгляды двух длинноногих девиц, приветствующих их внутри, настроения не прибавляли. От одного представления, что его ожидают многочисленные примерки, оно скатилось значительно ниже отметки ноль. Сердце с ностальгией защемило, стоило Меченому вспомнить тёплые, уютные странички инет-магазинов. С точки зрения Советника, перестраховка в выборе одежды для Катце, выглядела так. Прийти в салон, сесть в облюбованное кресло с видом хозяина заведения и потребовать зелёный чай. А затем заявить во всеуслышание: - Этого красавчика необходимо прилично одеть. Гардероб летний и осенний. Натуральные ткани. Вечерние и дневные костюмы, повседневная и ночная одежда, бельё. Все по фигуре. Ах, да. Обувь. Не ходить же ему босиком. Мальчика не слушать, у него сегодня плохое настроение. Начали. - Я злопамятный, - приблизившись к блонди вплотную и словно невзначай встав рядом, тихо прошипел Катце не глядя на Советника. - Я тоже, если ты не заметил, - губы господина Эма дрогнули в едва заметном намеке на улыбку. - Видишь, как много у нас общего? А ты еще сомневался, стоит ли принимать моё предложение. Катце не был злым, да и жестокостью особой никогда не отличался. Большинство устрашающих слухов, ходящих о нем, пошли гулять в народ с его же подачи. "Вначале ты работаешь для создания репутации, - взял он на вооружение старую пословицу, - затем она работает на тебя". Пара показательных разборок с несколькими тварями в человеческом обличье, в которых он действительно позволил себе опуститься до уровня остальных, надолго отбила желание у большинства конкурентов переходить ему дорогу. А дальше, его руками-исполнителями стали другие, члены ново созданной группировки "Бесы". В одиночку на Рынке не выжить при всем имеющемся желании, даже имея в наличии самую крутую "крышу" в лице Айсмена. Меченый действовал так, как его вынуждали законы и обстоятельства окружающей среды - кереские, рыночные, элитные. Лавируя и маневрируя между их скрытыми течениями, как опытный, прожжённый и закаленный жизнью лоцман. На обман отвечал обманом, на подлость - подлостью, жестокость - жестокостью. И эти самые законы требовали сейчас поставить зарвавшегося обидчика, кем бы он ни был, на место. Впрочем, как и у любого монгрела, цинизма рыжему можно было не занимать, своего хватало вдосталь. Поэтому, самоиронично усмехнувшись и мысленно пообещав себе много позже припомнить этот вечер талантливо нарвавшемуся элитнику, Катце молча прошел вслед за женщинами в примерочную. Череда последовавших примерок, после сытного ужина, с учётом сдвинувшегося графика дня и длительных "измывательств" фурнитуров, добила его окончательно. Меченый никогда не думал, что работа модели - это настолько тяжёлый труд. Изматывающий, нервный и даже не раздражающий, бесящий! Горы одежды сменяли друг друга - рубашки, брюки, пиджаки, майки, ремни, обувь... Благо мерять нужно было не все, больше половины одежды только прикладывали к фигуре и сразу убирали. В некоторых вещах, по приказу Эма, приходилось выходить к блонди, наблюдающему за примеркой через монитор, висящий на стене гостевого покоя, в котором тот обосновался со всеми предоставленными удобствами обслуживающей сферы. Тогда Катце вынужденно тащился в соседнюю комнату на обзор Советника и прохаживался перед ним, бросая на блонди холодные взгляды. Эм только ухмылялся в ответ, заставляя окружающих ежиться от подобных ухмылок. С блондиевскими критериями оценки одежды рыжий запутался сразу. То, что нравилось ему, не нравилось блонди, и наоборот. И, тем не менее, в конечном результате, в список приобретений отправлялись одежды, пришедшиеся по вкусу обоим, хотя Катце даже словом или взглядом не намекнул о желании приобрести именно эту вещь. По походке определял, что ли? Во-всяком случае, при прямой визуальной оценке, если Рауля устраивал полученный результат, он благосклонно реагировал кивком головы, нет - лениво отмахивался рукой. К концу второго часа подобных "смотрин", уставший дилер готов был покусать всех. В том числе и сидящего за стеной вуайериста, явно развлекающегося за его счёт. Молоденькие консультантки, занимающиеся подбором одежды, вначале настойчиво строящие дилеру глазки, к концу примерки начали откровенно шарахаться от каждого движения, поворота головы или прямого, тяжелого взгляда Меченого. Катце прекрасно понимая, что девицы-то как раз и не виновны в происходящем, сдерживал раздражение и, тем не менее, от него чуть ли не искрило негативом. С каждым последующим получасом "подстраховки" в зелёных глазах становилось все меньше и меньшее насмешливых оттенков, а их выражение приобретало все больше задумчивости и холодности. К наступлению полуночи Катце двигался строго в режиме глубокого автопилота. Исключительно из чувства упрямства и самоуважения не просящий о "пощаде", не желая сдаваться первым, дилер, наконец-то, вздохнул с облегчением, услышав спасительное блондиевское "хватит". И не только он, судя по радостным улыбкам продавщиц. - Все отобранное упаковать и прислать ко мне в апартаменты. Катце, сделай проще лицо, мелочь дома распугаешь. Мне заикающиеся фурнитуры не нужны. Иначе новых покупать и воспитывать будешь сам. Меченый опешил от такого заявления и впервые не нашёлся, что ответить. Имея в собственном лексиконе полный набор разнокалиберных колкостей и метафор на все случаи жизни, он неожиданно для себя не нашел подходящих слов. Даже его язвительности на ЭТО не хватило. Да и не было никакого желания и сил задираться. Усталые, натруженные ноги "горели огнём" от непрерывного двухчасового марафона, ощущения в области спины ушли от них не очень далеко. Так долго он не находился непрерывно на ногах уже очень давно. Единственное желание, которое Катце испытывал на данный момент времени, сесть. И, пожалуй, спать. Поэтому, стоило блонди двинуться в сторону выхода, с удовольствием последовал следом. Довольный объёмом покупки и количеством нолей в чеке, хозяин магазина провожал их до самых дверей салона, как самых дорогих и уважаемых родственников. Весь путь до Эос, дилер был непривычно тих, откровенно засыпая на ходу, прислонившись виском к стеклу. Рауль с разговорами не лез, в свою очередь, задумавшись о чем-то своём. Блондиевском. Дома новоиспеченные супруги приняли душ и легли в постель. Ни о каком сексе, лично для дилера речи уже не шло. Он уснул сразу, едва коснувшись головой подушки.