Отцы и дети: амойский вариант

Четыре утра. Тот же день. Боль накатывала и накрывала сознание тёмным покрывалом. Била острыми, режущими волнами, подобно ударам тонкого, невидимого стилета. Катце уклонялся от ее ударов, ударяясь спиной о железную стену решетки, как загнанный в клетку раненый зверь; с силой, до крови впивался ногтями в кожу висков, пытаясь перебить боль болью. Отчаянно бросался на удерживающие его прутья, стараясь вырваться на свободу, избежать мучающей мозг пытки и получал новый удар. Кричал от разрывающей голову пронизывающей насквозь боли — до сорванного голоса, надорванных голосовых связок. Обессиленно сползал на пол, когда безжалостная тварь, рвущая сознание изнутри, на время отступала. Тогда, подтянув дрожащие ноги к животу и свернувшись на ледяных плитах в позе эмбриона, переводил дыхание. До нового приступа. Липкий, холодный мрак от очередного болевого всплеска разметался ошметками савана, и над ним, как обычно в этот момент, склонилось равнодушно-бесстрастное лицо блонди с зелеными глазами. Буравящий мозг взгляд, пробирающий своей холодностью и жестокостью до самых кончиков пальцев; взгляд, который невозможно выдержать обычному человеку… И он, ненавидя себя за эту постылую слабость, как последний трус отводит глаза. — Смотри на меня! — резкий окрик, всплеск пощечины. Все как всегда… Катце проснулся от собственного громкого стона и ощущения ягодицами некой твердой части элитного во всех смыслах мужа. Натренированная годами проживания в Кересе и опасности интуиция тяжело заворочалась в груди. И без того учащенно бьющееся сердце панически сорвалось вскачь. Запахло… многообещающими последствиями. Вот только, при всем огромнейшем желании разделить ЭТУ телесную близость с Раулем, после вернувшегося ночного кошмара, психологически он был совершенно не готов к продолжению «знакомства» в столь тесном варианте. Внутри все отчаянно воспротивилось даже намеку на подобную возможность: заиндевели внутренности, затянуло ледяной коркой чувства и мысли, замедлилось сердцебиение, сбившись с уже нарушенного ритма. Блонди — тот самый ночной ужас, длинной в несколько последних лет, лежал за спиной и недвусмысленно прижимался к нему всем горячим телом, ощущаемым даже сквозь тонкую ткань пижамных брюк. Меченый с силой стиснул зубы, готовясь ко всем оттенкам боли. О чем он думал, принимая сумасшедшие предложение обоих Высших? Нееет, ну, какой же он Идиот! Мало ему было болевых ощущений во сне? В реальности захотелось? Да, не проблема!!! Получай! Вот, порвут сейчас кое-что, как Тузик тряпку… С таким-то завидным агрегатом, минутное дело, а то и меньше. И одарила же мамочка "наследством"… В испуганном сознании забилась робкая надежда, а вдруг получиться не разбудить? Любовь-любовью, указания-указаниями, но как-то размеры мужниного достоинства… напрягали, мягко выражаясь. И без того нервного Меченого передернуло от мысленно нарисованной картинки. Поэтому, отважно решив не искушать злодейку-судьбу, он осторожно попытался отодвинуться. Нежно обнимающие за талию ладони вмиг стали властными, прижав к себе посильнее. Не вырваться, не уклониться от их стальных объятий. Поняв, что избежать «внимания» блонди не дадут, дилер обреченно застыл. «Ешкин кот!» — Катце испугано поджал ягодицы. В следующую секунду его осторожно, но властно перевернули на спину. По голосовому приказу нависшего сверху Рауля в комнате загорелось верхнее освещение. Катце вновь дернулся, прикрывая рукой заслезившиеся от яркого света глаза. — Спокойнее, это всего лишь я. Ты кричал во сне. Как давно тебе снятся кошмары? И чтобы доказать самому себе, что он не трус, Катце посмотрел в глаза элитника. Своему страху. Прищурившись, молчаливо всматривался в зеленую радужку глаз склонившегося над ним блонди. Насыщенно-изумрудную. Неожиданно теплую и совершенно незнакомую. Другую. И облегченно выдохнул, только поняв, что задержал на всё это время сбившееся дыхание. Не Эм! Все эти годы во сне к нему приходил нейрокорректор, господин Рауль Ам. Значит, Ясон все же отдал соответствующий приказ и коррекция была. Как он и предполагал изначально. — Катце, ты меня слышишь? — заволновался Советник. — Да, — присевший в постели дилер слабо улыбнулся. — Простите, дурной сон. — Прости, — автоматически поправил отстранившийся блонди. — Завтра же сходим на консультацию к брату и… — Нет! — резко и грубо, даже для себя, окрысился рыжий. — Забудь! Рауль озадаченно нахмурился, всматриваясь в потемневший янтарь. — Уверен? — спросил парой секунд спустя. — Да! — Катце попытался смягчить интонации, устыдившись своей несдержанности, злость ушла. — Прости, не стоит. Все в порядке. — Хорошо. Давай спать, мне рано вставать. Отключить свет. Рауль вновь лег, осторожно потянув мужа за собой. Дилер повторно напрягся. К более тесному «общению», несмотря на всплывшие новые благоприятные обстоятельства, он по-прежнему готов не был. Здесь бы в себя после очередного кошмара прийти, а не с блонди в постели кувыркаться. Стопроцентно ведь теперь до утра не уснет, проверено на многолетнем опыте. — Спи, не трону. В этом плане ты мне совершенно не интересен, — нарушил тишину спальни полусонный голос Рауля. Слова Советника немного успокоили Катце. В звенящей тишине темной комнаты послышался тихий, облегченный вздох, а вслед за ним такой же едва слышимый смешок. — Не пыхти. Реально спать мешаешь. Я уже забыл, когда нормально отдыхал в последний раз. Утром господин Эм собирался навестить брата и разобраться с кошмарами Кандидата, вернее, уже мужа. Иначе, если он прав в своих подозрениях, спать под подобный аккомпанемент будет весьма проблематично. Свой покой в свободное от работы время Второй Консул ценил превыше всего. **** Наступившее очередное утро началось идентично прошлому — со сдернутого одеяла. Правда, на этот раз для разнообразия без предварительной побудки. Несмотря на очередной нервный стресс, Катце все же удалось уснуть. Проникшись за два дня знакомства, величиной стервозности характера второго блонди и ожидающий очередной подлянки в эмовском исполнении даже во сне, Меченый проснулся мгновенно и ловко откатился в сторону. Сев, зло сверкнул миндалевидными глазами из-под челки. — Доброе утро. Подъем! — полуотвернувшись и делая вид, что совершенно не обращает внимание на Катце, Рауль краем глаза ехидно наблюдал за «мечущим молнии» мужем. Вся поза полусонного дилера кричала о сдерживаемом негодовании. Удовлетворенный скоростью нынешней побудки и вертикальным положением последнего, мысленно посмеиваясь над возмущенным выражением лица супруга, Второй Консул направился по проложенному утреннему маршруту — в душевую. Не выспавшийся и от этого еще более злой Рыжий, тихо матерясь, выполз из кровати и потянулся за халатом, лежащим у изножья. Времени, отведенного на сон, катастрофически не хватало, перестроиться на новый график дня пока не удалось. Спать хотелось… адски! Но повторения вчерашнего «внимания», для пятой опорной, категорически не хотелось. Несчастная «облагодетельствованная» ягодица, после первого близкого знакомства с ладонью блонди, побаливала ещё довольно долго. Рука у элитника оказалась тяжелой, а с Эма вполне станется и повториться. Что стоит-то? Судя по всему, элитный муженек оказался не таким уж и ледышкой, каким казался со стороны постороннему взгляду. Да ещё и имеющим хроническую склонность к чёрному чувству юмора. Самое обидное, что даже не нарычишь ведь! — У тебя сегодня гости. Жди напарника, вместе работать будете, — известил за завтраком Советник. Показательно ленивое выражение янтарных глаз сменилось настороженностью. Голос Рауля был спокоен и равнодушен, но Катце отчётливо померещилось в нем откровенная насмешка. В этом был весь блонди — имидж, прежде всего. Элита всегда умело держала себя в руках, пряча истинные черты лица, за маской, выхолощенной без эмоциональности. Правда, иногда, вот как сейчас, их все же выдавали глаза. Мелькающие, всего на пару мгновений, искры иронии во взгляде. Именно поэтому элита редко смотрит людям в глаза и не любит, чтобы смотрели в глаза им. Именно их отблески заметил рыжий, сквозь ледовый щит зеленых глаз. Наблюдая за Советником всего два дня, Катце, откровенно не понимал — зачем притворяться, имея в руках ту власть и влияние, что обладали элитники? Зачем? Их разделяло несколько метров, а Катце показалось — пропасть. Пропасть непонимания, статуса, права рождения, воспитания… — Твой кабинет пока не готов, можете поработать в моём. Я распорядился установить для вас отдельный стол со всей необходимой аппаратурой. Уточнять, что этот самый подготавливаемый кабинет будет ремонтироваться еще долго, блонди не стал. Родители, по его расчетам, должны видеть семейную идиллию — молодые супруги вместе проводят вечернее время. Другое дело, что лично он будет заниматься строго рабочими вопросами в процессе «совместного времяпрепровождения». Но главное в данном случае, исходящая видеокартинка. Да и самому Катце необходимо к нему привыкать понемногу, психологическая привязка Кандидата один из главнейших критериев точного выполнения всех пунктов Плана. А то ишь, глазками он стреляет! Снайпер рагонов! Можно подумать, он сам в восторге от этого вынужденного брака. Ну, да это мелочи. Зато из положительных моментов, можно отметить дополнительную выгоду от присутствия личного белого дилера в поле прямой досягаемости. Любой возникающий вопрос, касаемый курируемого Рынка, можно решить очень быстро или перепоручить Катце. Брат неоднократно нахваливал своего поставщика в лице рыжего за цепкую хватку и оригинальную смекалку, вот пусть тот и работает на благо семьи, и Амои. Да и благодарность ближайшего родственника не помешает. Рал давно жаловался на перезагруженность работой любимого мужа и малое количество времени, что они проводят вместе. За счёт передачи некоторых сфер Рынка под руководство Меченому, красноволосый Ам окажется более свободным во времени. Рауль будет доволен. Знакомство с этим самым напарником — Кадзе, оказавшегося ко всему прочему ещё и законным мужем (к очередному шоку Меченого) самого господина Ама, зашедшим к ним ровно в восемь утра, прошло вполне приемлемо. — Катце Эм, мой муж, — представил он их друг другу, Рауль. — Кадзе Ам, супруг моего брата. Меченый сдержано кивнул. Зато, высокий молодой мужчина с насыщенно серыми глазами и красными волосами, смотрящий прямо и открыто, расплылся в приветливой улыбке и первым протянул ладонь для рукопожатия. — Нашего полку прибыло. Ну, наконец-то! Давно пора. Рад познакомиться! Рауль много про тебя рассказывал. Мы с тобой, теперь, такого наворочаем! — с нескрываемым азартом потряс он руку новому партнеру по работе. — Надеюсь, говорил только хорошее, — ухмыльнулся Катце, косясь на стоящего рядом блонди и пожимая руку гостя в ответ. — Не твой! Мой! — еще больше развеселился гость. — Из твоего порой слова лишнего не вытянешь. Вечно занят, вечно нет времени. Зануда! Катце, в полузаторможенном состоянии, переваривал новую полученную информацию. Этот остроязычный шутник, муж блонди? Как Рики? Ещё один везунчик? Статистика или закономерность? У блонди не бывает случайностей! Все рассчитано и выверено до последнего мини-процента вероятности. Да и слишком уверенно красавчик вел себя в присутствии одного из высших. Не боясь, естественно и даже раскованно. В полной уверенности своей безнаказанности и безопасности. Следовательно, имеет на то значительные основания. Из подобных мелочей складывается очень занимательная картинка. Означает ли это интереснейшее обстоятельство, что и остальная элита так же может иметь жен или мужей? Интересно, кто у кого? Глаза дилера предвкушающее загорелись, а руки откровенно «зачесались» от долгой бездеятельности. — Не буду вам мешать, — благосклонно кивнул Рауль, увидев полные энтузиазма глаза мужа. — Работайте. При более плотном знакомстве, супруг генетика оказался приятным мужчиной с вполне покладистым характером. На первый взгляд, во всяком случае. Катце даже беспардонно протянул руку и прикоснулся к аккуратно подстриженным прядям, поинтересовавшись ради интереса — «зачем краситься так ярко?» Кадзе совершенно искренне рассмеялся, уверив, что цвет его волос, что ни есть самый натуральный. Затем витиевато поздравив со вступление в семью, оккупировал компьютер в выделенном Меченому месте для работы и начал знакомить с делами Белого рынка. Следующие четыре часа пролетели стремительно, словно аэрокар в форс-мажорном режиме. Ничего особо нового Катце для себя не узнал. Жизнь на официальном амойском рынке не сильно отличалась от ее течения на Чёрном. Дебет, да кредит. Приходы, доходы, расходы. И уйма сопровождающих бумаг, согласований, договоров, доверенностей и т.д., и т.п. Короче, те же клыкастые акулы, но в профиль. Только с большим набором острых и длинных зубов, чем у подпольного собрата по бизнесу, установленных и закованных в бронь на законных основаниях. Со своими текущими заморочками и проблемами, естественно. Само собой, довольно значительно отличались суммы и объёмы торгового оборота. Впечатляюще так отличались. Шестьдесят пять процентов валового дохода Амои на этой ниве заставляли проникнуться глобальным уважением не только к самим суммам, но и сидящему рядом мужчине, принимающем в этом прямое участие на ведущих ролях. Введение в курс «боевых действий», как выразился новый коллега, затянулся до самого обеда. Оторвали обоих от работы заявившееся мужья, потребовав обоих трудоголиков немедленно явиться за обеденный стол. Заявив, что они, видите ли, проголодались и ждать, когда дилеры наиграются в «Монополию амойского разлива» больше не намерены, ибо боятся элементарно остаться голодными. Час спустя, сытые и довольные блонди удалились, обсуждая свои проблемы, а насмешливо переглянувшиеся «бизнесмены» вернулись к своим. Покинул Кадзе апартаменты Советника в обществе своего «драгоценного», зашедшим за ним ближе к вечеру. Катце, вновь, был предоставлен в полное расположение господину Эму. Переодевшись и выяснив в процессе ужина, как прошёл день, Советник ушёл в рабочий кабинет, настойчиво-вежливым тоном пригласив присоединиться. Катце отказывать не стал. Смысл? Полюбовавшись с десяток минут на работающего "мужа", от нечего делать Меченый занял свой стол, с головой уйдя в знакомство новой территорией бизнеса. Ровно в одиннадцать часов вечера, блонди дал отмашку — закругляться. Очередное принятие душа и Катце, с неровно бьющимся сердцем, лег в постель. И тут же расстроенно констатировал возмутительный факт — блонди, легший первым, нагло спал!!! Мечта накрылась крышкой, вернее одеялом, и честно про него забыла. *** Очередное утро и традиционно сдернутое одеяло. Кувырок в сторону, язвительная усмешка в ответ. Завтрак. Зашедший за Меченым Кадзе. Ненавязчивые, телохранители за спиной. Полет на аэрокаре в бизнес-центр компании. Свой, внушающий уважение, просторный кабинет с табличкой на двери — Катце Мэлуа, второй вице-президент. Представление коллективу. И работа — встречи, договора, контракты… Обед, в обществе двух блонди и второго Ама/Малуа. Возвращение в офис. Вновь файлы, бумажки, люди… Возвращение домой с заехавшим за ним мужем. Ужин. Работа. Сон. И больше ни-че-го… Меченый, согласившись с просьбой Эма, возвращался домой строго к назначенному времени. Привычно ужинал в компании вечно задумчивого Советника. Время от времени, бросал на «супруга» косые, пристальные взгляды из-под длинной челки, в ожидании очередной подлянки. Но Рауль, по-видимому, успокоился, выполнив программу минимум по доставлению ему неприятностей. После ужина, каждый занимался своими делами: Советник возился со своими документами, Катце — со своими. За час до полуночи, Рауль приказывал закругляться. Они закрывали файлы, убирали документы и шли в спальню. Блонди, сняв верх домашней одежды, под недоуменным взглядом дилера, тем не менее, откровенно любующегося оголенным торсом Рауля, выполнял свою порцию физических упражнений. Затем, оба принимали душ и ложились. Чем больше Катце узнавал Рауля, тем больше элитный муж казался ему вполне адекватным элитником. Не придирался, не оскорблял, нотаций и моралей не читал, свободу не ограничивал. Условия устного договора о фиктивности брака, соблюдал в точности до последнего слова. И судя по всему, как сексуальный партнер, дилер его совершенно не интересовал. Никаких левых поползновений, не смотря на то, что они спали в одной постели. Ешкин кот! К огромному сожалению и не меньшему расстройству Меченого. Катце, даже порой начинало казаться, что хитроумный Советник элементарно переманил его у Минка с целью облегчения собственной второконсульской жизни от проблем и забот Белого Рынка. С него вполне станется свалить свои обязанности на этой ниве на Катце. Прямая обязанность высших управленцев организовать управление подведомственных сфер на соответствующем уровне чужими руками и силами. А самим контролировать полученный результат и отдавать, при необходимости, корректирующие распоряжения и приказы. Чем не вариант? Но всем представителям элиты, Эм его представлял именно, как мужа. Катце Эм. Даже документы новые выдал, с тем же именем и фамилией. Будни текли однообразно и без сильного отклонения от стандартного графика. Жизнь не совсем легко, но вошла в новую колею… Как во всех помещениях Эос, так и в комнатах личных апартаментов, Рауль вел себя, как заботливый молодой супруг. Вежливый, внимательный, обаятельный молодожен. Иногда, даже целовал. По утрам. На прощание. Легкое, едва уловимое, касание прохладных губ в щеку. Строго перед камерами. И сопровождающие слова «до вечера, дорогой». Катце впитывал в себя эти мгновения, как пористая губка воду. Запоминая свои ощущения, выражения глаз Рауля, теплеющих мягкой насмешкой на пару секунд. Стоило переступить порог общей спальни, блонди возвращался в свою истинную ипостась. Холодный, равнодушный, вечно занятой элитник, едва замечающий присутствие дилера. Катце-невидимка, здесь был предоставлен самому себе. Ежедневные отжимания от пола не прекращались. Месяц пронесся стремительно. Ни о каких сексуальных поползновениях со стороны элитника, по-прежнему, речи даже не возникало. Утренний стояк так называемого «мужа» перестал напрягать, зато стал несколько обнадеживать. Активность некоторых частей тела, заметив косой взгляд Катце, блонди объяснил просто — нейрофизиологические процессы организма и посоветовал не обращать внимания. Катце об этой особенности мужского тела знал и принял пояснение вполне спокойно. Уточнять, что и у самого по утрам, и не только, тело исходило в том же томлении, только не столь показательно по вполне понятным причинам он не собирался. Но это не мешало, закрыв глаза, рисовать под веками некоторые видения. Согласно требованиям Первого Консула и своим собственным желаниям. По ночам, Катце, как юный и неопытный мальчишка, замирал в теплых объятьях сильных и властных рук, боясь лишний раз пошевелиться. Спугнуть. Вдруг, повезёт и блонди передумает? Тело ныло и ломило от соответствующего желания настолько, что Катце серьёзно задумался о покупке вибратора, да снятии небольшой квартирки в Мидасе. На случай, когда станет совсем невмоготу. Сны соответствующей тематики с ними двумя в главных ролях снились чуть ли не каждую ночь. Но «вдруг» не происходило. Кроме ночного использования дилера в роли плюшевого мишки, ничего между ними больше не происходило. Правда, Катце радовался и этому. Засыпать в объятьях того, кого любишь разве этого мало? Хотя, да. Было чертовски мало! Но рисковать и лезть первым с намеком на ласку рыжий пока не рисковал, решив выждать. Времени впереди было предостаточно. Ночные кошмары неожиданно прошли сами по себе и больше не возвращались. В конце концов, Катце все же не выдержал. Терпение, натренированное годами службы у Минка, дало-таки сбой и покинуло его в начале второго месяца замужества. Да и смелости поднабрался за минувший месяц. Меченый был более чем уверен: все имеет логическое объяснение и странное поведение Советника, тем более. Элита никогда и ничего не делает без весьма веской на то причины. Гремучая смесь гордости, самолюбия, влюбленности и любопытства плохие качества для монгрела, но его просто распирало от желания поговорить и удовлетворить не дающее покоя любознательность. — Рауль, извини за глупый вопрос, но эти ежевечерние упражнения… Зачем они тебе? Советник мягко усмехнулся. Любопытный муж продержался целый месяц, он давал ему неделю. Максимум. Стойкий попался экземпляр. — Ответ, поддержка физической формы, тебя устроит? Меченому откровенно не понравились снисходительные интонации блонди. — При твоих идеальных внешних данных? Смешно, — скептически ухмыльнулся он. — Я говорил, для чего ты мне нужен при первой встрече. — Разговор шел о партнерстве, но твое поведение не соответствует условиям брачного контракта, — Катце специально не акцентировал внимание об устном договоре, предложенном ему в ресторане. — Письмен-но-го… Но у нас еще имеется в наличии и устный. Не забыл? Желаешь подробностей? Изволь. Я поддерживаю физическую видимость нашего телесного партнерства в одностороннем варианте. Как я уже говорил, твое тело мне не интересно. Не беспокойся, тебе по-прежнему ничего не угрожает. Я удовлетворил твое любопытство? Успокоил? И вновь, Катце, испытал ставшее привычным за последние четыре недели, чувство расстройства и острого разочарования. Бесстрастность Рауля, уколом острой боли отзывалась каждым словом в измученном сердце. — Нет. Я ничего не понял. — Подожди. Рауль окончил серию оставшихся упражнений, полежав неподвижно с минуту, легко поднялся и переместился в кресло. — Видишь ли, Катце… Элита отличается от людей и довольно сильно, но в основе нашего ДНК все же лежат гены людей. Следовательно, нам присущи человеческие эмоции и желания. Несколько в меньшей доле, но тем не менее. Наши родители, — Рауль тяжело вздохнул, — желают видеть нас максимально приближенными к людям. Как ты уже знаешь, большинство из нас женаты. По их же инициативе. Вот только предки не учли, что семья нужна не всем. Мне, например. Я не готов… к подобной ответственности. Дело вовсе не в тебе. Ты приятный, я бы даже сказал, красивый мужчина. Но мне не нужны отношения. И тем более любовь! Спасибо, на Минка я насмотрелся, с меня хватило. Но… если бы я не женился сам… меня бы окольцевали против моей же воли, на кандидате по выбору Правителей. И мне пришлось бы смириться и подчиниться. Поэтому, я был вынужден пойти ва-банк и самому выбрать себе партнёра. Мой выбор пал на тебя, как на наиболее адекватного и интересного человека. Поэтому, давай расставим точки над «И». Ты — честно и добросовестно играешь роль моего мужа. Я — обеспечивают тебе своё покровительство и защиту. Если ты не передумаешь эмигрировать… постараюсь помочь выехать. Но предупреждаю сразу — память придётся стереть. И еще мне понадобиться подобрать кого-то в мужья. Дальше. Как я уже говорил, физическая сторона отношений мне не интересна, так что с моей стороны тебе ничего не грозит. Не бойся, принуждать не буду. Но от интрижек на стороне попрошу воздержаться. Во-первых, пострадает моя репутация. Во-вторых, если родители узнают, обоим влетит. По — максимуму. Слышал, такое слово — нейрокоррекция? Не кривись, морщины будут. Надеюсь на твое благоразумие, Катце. И давай спать, уже поздно. — А упражнения нах? — скривился дилер. — Ещё раз услышу нечто из сленга, спать будешь на полу, — недовольно сверкнул глазами блондин. — Как ты знаешь, у каждого элитника имеется ушной чип. Он используется, как для связи с родителями, так и для контроля нашего физического состояния. Сердечный ритм, дыхание, давления и так дальше. Супружеские пары… нормальные пары… имеют сексуальную связь. Катце заинтересовано приподнял бровь. Предмет разговора, не только заставил учащенно забиться сердце, но и обещал большие перспективы в будущем. При условии, конечно, правильного подхода. — Так вот, — продолжал блонди, — в нормальных семьях присутствует сексуальные отношения. Чип, считывающий данные, передаёт их родителям и те, мягко выражаясь, в курсе наличия или отсутствия у нас этой стороны семейной жизни. Учитывая, что мы с тобой «молодожёны» секс у нас, по их мнению, должен быть каждый день. Вот я и создаю якобы его наличие — с помощью упражнений вывожу физиологические показатели тела на соответствующий сексу уровень. Теперь все ясно? «Лучше бы принудил. Я бы не сопротивлялся, даже», — огорченно кивнул Катце. Разговор, в большей части, все же расстроил, но, во всяком случае, действительно внёс определенность в новую жизнь Катце. Издеваться над ним никто не собирался, Рауль заинтересован в их сотрудничестве даже больше, чем он сам. Причем, долгосрочном сотрудничестве! И это радовало. Оставаться рядом можно столько, сколько душа и сердце пожелают. Можно подумать о перспективах, расценить свои силы. При той зарплате, что установил ему блонди, он очень скоро станет очень богат. Плюс акции, что подарил Эм на «свадьбу». Если трезво оценить ситуацию, то все складывается просто замечательно. Он станет богатым человеком, хотя и сейчас не жалуется на состояние своих счетов. О подобном можно только мечтать. Вот только проблема в том, что его взбалмошной голове далеко от «трезвости». Ему нужны не деньги в кои веки, а намного большее — внимание Рауля. — Жалеешь? — блонди внимательно посмотрел в глаза дилера. — Уже нет, — отводя взгляд, наигранно бодро ответил Катце. — Все намного лучше, чем я мог даже представить. Кажется, мисс Фортуна, мне, наконец, улыбнулась. Все же, я везунчик. — Ложись спать, везунчик, — фыркнул, мысленно рассмеявшись, блонди. То, что Кандидат на него откровенно запал было уже видно невооружённым взглядом, несмотря на все ужимки и игры в непристрастность Меченого. Все шло согласно разработанного Плана. И если продолжать в том же направлении — никто, никуда и никогда не уедет. Люди так предсказуемы в своих желаниях. Всегда хотят иметь то, что им не полагается по статусу или возможностям. И Катце далеко не исключение. После разговора с Раулем спать совершенно перехотелось. Катце и раньше замечал за собой подобное — переволнуешься, перенервничаешь, и сон уходит, несмотря на скопившуюся в теле усталость и желание отдохнуть. Дилер долгое время лежал с открытыми глазами, апатично вглядываясь в ночную мглу. Сон не шел. Мысли появившиеся достаточно давно, не желали уходить, навязчиво возвращаясь вновь и вновь, терзая неугомонное сознание. С тревогой и беспокойством блуждали в голове и искали, подбирали варианты решений проблемы. Катце с силой сжал руки в кулаки, а затем резко выдохнул, разжимая пальцы. Это только его выбор. Он колебался целый месяц, решая, что он хочет больше — свободу или блонди? Эма или свободу? Во все же пришёл к выбору: свобода без Рауля потеряла своё былое значение. Сердце больше не радовали фантастические виды голубых просторов Терры и фантазии о собственном бизнесе, и независимости. Все стало казаться глупым, пустым и, даже в некоторой мере, наивным. Безликим, на фоне рядом с ошеломляющим Раулем. Зачем все без него? Без возможности видеть и слышать Эма? И что тогда остаётся? Предложенная Советником Игра? Но в любой игре с блонди необходимо иметь трезвый разум, иначе последствия могут не порадовать. Он и так, честно пытался быть осторожным, избегал неприятностей, но, кажется, пришло время снова стать самим собой. Вот только, ему иметь хоть бы каплю надежды, что у него есть шанс. Катце, никогда ранее не испытывал ни к кому жалости, даже к самому себе. Считая, что у жизни все нужно брать самому — ловкостью или изворотливостью, хитростью или силой. Как получится. А сейчас, в эту минуту, себя стало все же жаль. Влюбленный монгрел, строящий наполеонские планы по захвату сердца блонди... Глупец! «Что же, пусть будет игра. Пока. А там посмотрим», — тяжело вздохнул дилер, смиряясь с выбором сердца. — Катце, и долго ты собираешься сопеть? Спи, чудо. Физически тебе ничего не светит. Я не Минк и не сплю с монгрелами. «Только с Кандидатом», — мысленно с горькой иронией добавил он про себя. Катце мягко усмехнувшись двуличности ситуации и принятому решению, спокойно уснул. Господин Эм, оторвал голову от подушки и довольно кивнул самому себе, всматриваясь в лицо спящего мужа. Объект, наконец, вышел на финишную прямую. Принуждать Кандидата к сексу, дороже для самого себя, еще не известно, как все обернется в будущем. Нет, уж. Вначале, психологическая привязка. Тот кто любит не предаст, уйти и бросить не сможет. А, следовательно, возможное отцовство отодвигается на неопределённый срок. Развода рыжему, он не даст. Пусть даже не надеется, но знать ему этого не следует. Понадобится нейрокоррекция, будет дилеру нейрокоррекция. Сам искренне будет уверен, что не захотел уходить. Но вначале, они должны найти общий язык сами. Для его же, Рауля, блага. На Амои его считают жестоким и расчетливым. И никому даже в голову не приходило, что он только играет в жестокость. Рауль до сих пор сомневался, что Катце стоило угрожать при первом разговоре. Считал, что недостаточно вник в психоанализ характера будущего мужа, но извечная занятость… Наблюдая за дилером весь минувший месяц, Рауль прекрасно видел, что несколько переиграл. Катце, как и все люди оказался падок на красоту. Грозиться было не зачем, пару свидании и Меченый сам бы упал к его ногам, как переспевший фрукт. Обаяние блонди более чем мощное оружие. Но на все это нужно было время, которого на тот момент как раз не было. Пришлось использовать шантаж, хотя Рауль изначально предпочитал действовать более мягко. Добровольное «рабство» влюбленного намного эффективнее принуждения. Если он все правильно рассчитал и в дальнейшем потребуется изображать перед янтарноглазым пройдохой любовь… Что же, будет ему любовь!