Victim

Ан Лин не понимала, что значит это сообщение, о чем она должна поговорить с Джей-Хоупом. Точно так же она не понимала этого, когда он распахнул входную дверь и подбежал к ней. Он начал как-то внимательно вглядываться в ее внешность, Ан Лин не могла понять, что он делает, думала, что это какая-нибудь из его шуток, но лицо Хосока было слишком серьезным. - Что такое? – опасливо спрашивает она. Но ответом ей служит только резкая пощечина. Ан Лин буквально отлетает назад и боязливо смотрит на Джей-Хоупа, прикладывая ладонь к щеке. Сразу вспомнились те самые дни в школе, тот ужасный день во дворе, эти избиения. - Почему ты не сказала?! – крикнул Хосок. Его глаза буквально горели гневом, он был готов разнести все вокруг. - Что? – только тихо спрашивает Ан Лин. На ее глазах уже наворачиваются слезы, но она не может дать им показаться, ни за что. - Почему ты не сказала, что ты та Ан Лин, которую я избивал в школе?! «Он помнит?» - единственно, что могло сейчас быть в голове у Ан Лин. С одной стороны, ей даже стало приятно, что Хосок не стер ее из памяти, но то, что сейчас он так кричал, был настолько зол… ей казалось, что он вот-вот вновь поднимет руку и изобьет ее, но в этот раз уже до смерти. - Я думала… ты забыл все, - прошептала Ан Лин, а Джей-Хоуп посмотрел на нее с такой злостью. Как он мог забыть? Как он мог забыть те времена, когда был полным идиотом, когда просто так избивал девушку? Да, ему хотелось забыть, но он не мог этого сделать. Он хотел бы больше никогда не вспоминать ничего из своего прошлого, просто начать жить заново. - Забудь о том, что я существую! – это было последнее, что сказал Хосок, прежде чем уйти. Он громко хлопнул входной дверью, но Ан Лин отчетливо слышала его шаги в подъезде, как он несся к лифту, сломя голову. Она ненавидела себя, она ненавидела его, она ненавидела все на свете. Она все еще держалась за то место, куда Джей-Хоуп дал ей пощечину. И разозлиться бы на него, захотеть дать сдачи, но нет. Нет, она жалеет, что он ушел, она хочет, чтобы он вернулся. Это невыносимо больно, Ан Лин понимает, что совсем не нужно было так сближаться с Хосоком, а тем более давать ему проникнуть в ее сердце. Понимает, что не нужно было вообще с ним связываться, но время уже не отмотать, ничего уже не вернуть. На улице сверкнула молния, на окнах появились капли воды, Ан Лин сидела на полу, поджав ноги к себе. Слез не было, было только ужасное самобичевание.

***

Джей-Хоуп шел под ливнем, ему было все равно: мокнет он или нет. Сейчас было плевать на все, сейчас было самое противное настроение, сейчас в голове отчетливо стояла только одна сцена – он дал Ан Лин пощечину. Хосок готов возненавидеть себя за то, что снова ударил девушку, за то, что снова слетел с катушек. Он не может выдержать все это один, ему срочно нужна поддержка, ему срочно нужны друзья. Когда он добирается до общежития, то уже весь промокает до нитки, дверь открывает так, будто она вот-вот слетит с петель. В комнате находятся все остальные шестеро парней, они резко переводят свои взгляды на Джей-Хоупа, тот только хлопает дверью, подходит к своей кровати, а потом резко пинает ее ногой. - Что такое, хен? - спрашивает Чонгук. - Она! Ан Лин! Это она! – кричит Хосок. Юнги и НамДжун тут же переглядываются друг с другом и понимают, что случилось то, чего они столько времени не хотели. Сейчас они ни в коем случае не должны говорить Джей-Хоупу, что знали все про Ан Лин, должны сделать вид, что тоже удивлены. - Что она? – спрашивает Чимин, вставая с кровати. - Она та самая девушка, которую мы избивали в школе, - произносит Джин. – Вы все этого не знали? На его лице чистое удивление, он не понимает, как можно было не узнать Ан Лин, а еще он не понимает, почему РэпМон и Шуга смотрят на него сейчас так, будто вот-вот убьют. - А ты догадался? – спрашивает Юнги. - Он сказал мне об этом, - бросает Хосок. НамДжун встает со своей кровати и идет к нему, просит присесть. – Не хочу я сидеть! Как я мог быть таким идиотом?! - Тебе нужно успокоиться, - говорит лидер. Чимин, Тэхен и Чонгук же смотрят на все это настолько удивленно, они не понимают, как сами могли не узнать ее, как Ви, сидящий рядом, не мог узнать Ан Лин. Юнги внезапно встает, наклоняется и достает из-под своей кровати какую-то стеклянную бутылку. Он вертит ее в руках и подходит к Хосоку. - Тебе нужно выпить, - говорит он, а Джей-Хоуп смотрит на бутылку в его руках. Эдрадауэр Фэйри Флаг, достаточно дорогой виски пятнадцатилетней выдержки. – По такому случаю можно и самое дорогое из всех вещей в этой комнате выпить, - усмехается Юнги. Джей-Хоуп просто кивает, они все всемером берут стаканы и наливают. Первый, второй, третий, Хосоку хватает совсем не много, чтобы опьянеть. Ему уже все равно на мокрую одежду, ему уже все равно на Ан Лин, все равно на все. Вкус алкоголя не заглушает боль, он лишь лишает голову способней мыслить, говорит: «Я подумаю об этом завтра». Пока это все происходит, НамДжун и Шуга просят Джина выйти с ними в коридор, что тот и делает. - Зачем ты ему об этом сказал? – строго спрашивает лидер, смотря на хена. - Откуда я знал, что он не знает. - Мы ничего не говорили только потому, что боялись вот такого прекрасного конца, - произносит Юнги. – Он там Ан Лин хоть в живых оставил? - Сами у него и спросите, - отвечает Джин. - Как прикажешь, - проговаривает РэпМон, а потом входит обратно в комнату. Он присаживается к другу, берет свой стакан с виски, а потом спрашивает: - Ты что-нибудь сделал с Ан Лин, после того как узнал? - Я дал ей пощечину – с горечью говорит Джей-Хоуп. – Опять! Почему вся эта хрень происходит именно со мной?! Почему я не могу нормально жить?! - Все будет хорошо, хен, - протянул Ви. Через час бутылки виски уже будто и не было. Джей-Хоуп засыпает, ему не снится ничего, у него внутри пустота, заполненная алкоголем. А еще осознание того, что он любит Ан Лин. Но он не может смириться с тем, что она та, кого он избивал. Она – ходячее напоминание о его прошлых грехах, а его ужасной жизни.

***

Хосок просыпается с сушняком и головной болью, а еще тяжестью во всем теле. Парень трет глаза и скидывает с себя Тэхена, которому решили больше никогда в жизни не наливать. Хосок умывается и смотрит на себя в зеркале, у него отвращение просыпается с моментальной скоростью, и рука, которой он давал пощечину Ан Лин, начинает гореть, словно это случилось минуту назад. Парень усмехается качает головой и плещет водой себе в лицо, а потом что-то гремит в комнате, и Хосок хватается за голову. - Что вы творите там? – кричит шатен из ванной, а когда он открывает дверь, то в него летит подушка. Чонгук издает смешок и идет в коридор, чтобы не видеть разборок между Юнги и Тэхеном, который случайно заехал хену пяткой в нос. - Как обычно, - пожимает плечами Джин и хлопает Хосока по плечу, а потом кидает портфель тому в руки. – Пошли, нам в универ пора. Между парнями была идеальная тишина на протяжение всего короткого пути: Хосок думал об Ан Лин, Джин просто знал, что другу сейчас нужна тишина. Чон и так на нервах, и даже алкоголь, который не совсем выветрился не отрезвляет. Хосок изменился сильно, для него многое стало недопустимым и запрещенным, а та ситуация с Ан Лин могла запросто его сломать. Джин до сих помнит, как они все вместе убеждали Хосока, что он не сволочь и не так ужасен. Парень долго не мог этого принять, у него почти ломка была, состоящая из сожаления и удушающего осознания своей былой никчемности. И сейчас он винил себя в десятичном размере, почти снова чуть ли не возненавидел себя. Ан Лин, как ходячее напоминание о том, кем он был раньше, что он творил раньше. - Что мне делать? – спрашивает Хосок и пинает алюминиевую банку под ногами. - А какие отношения ты хочешь дальше? – спрашивает Джин и смотрит на друга, который краснеет, что выглядит смешно. - Я… она мне нравится, кажется, - добавляет Хосок неуверенно, чем вызывает у друга улыбку. Брюнет треплет младшего по волосам и смеется над серьезным видом Чона. - Поговори с ней, потерпи ее избиения, потерпи ее крик, а потом само пойдет, - пожимает плечами Джин. - Смотрю, вы с Джои часто ссоритесь, - смеется Хосок и идет быстрее, чтобы ему не влетело от хена.

***

Джей-Хоуп стоял перед дверью Ан Лин и не решался позвонить; он даже не позвонил девушке перед тем, как прийти к ней. Он боялся, что Ан Лин сбежит, испугается и спрячется (хотя здесь Хосок не удивился бы). Переборов внутренние страхи, парень протягивает руку и нажимает на звонок, а потом прислушивается к звукам в квартире – но тишина. Сначала Хосок решает уйти и больше никогда не возвращаться, не портить больше жизнь беловолосой и оставить ее в покое, но что-то щелкает внутри. У него, как на кинопленке пробегают кадры из совместной жизни с Ан Лин Она смеется над его кавер-танцами девчачьих групп, прикрывает рот ладошкой и выглядит очень мило. Потом утыкается Хосоку в плече, пытаясь усмирить свою панику. Парень переводит дыхание и гладит девушку по волосам почти невесомо. Ан Лин раздраженно качает головой и отбирает у шатена лопаточку, а потом начинает учить готовить. Ан Лин улыбается; обнимает его со спины; убирает челку с глаз, смотрит доверчиво, опять улыбается; а еще у нее ямочка на щеке. А еще Хосок ее любит. Парень наклоняется и достает ключ из-под коврика (не самое лучшее место), а потом отпирает дверь. Хосок находит Ан Лин в гостиной, она сидит на диване и рассматривает селки, которые они делали с парнем вместе. Шатен не решается ничего сказать и просто смотрит на беловолосую, а потом кашляет, привлекая к себе внимание. Девушка резко оборачивается и удивленно распахивает глаза, замечая Хосока в дверном проеме. У нее в глаза ни отвращения, ни страха, лишь удивление и немного с облегчением. Будто она ждала его, будто надеялась, что он придет. - Ан Лин, прости меня, - неуверенно произносит Чон, а потом не успевает сообразить, как его щеку обжигает резкая боль. Парень прижимает ладонь к горящему месту и смотрит на девушку перед собой, которая упрямо сжимает губы, а в уголках глаз у нее скопились слезы. - Ты! Сколько можно?! – Ан Лин упирается пальчиком ему в грудь и делает еще один шаг вперед, вставая почти вплотную. – Сколько можно появляться в моей жизни, менять все кардинально, а потом исчезать?! Сколько можно?! Я не знаю, что мне делать – ненавидеть тебя или любить! Ты чертова истеричка, останься хотя бы один раз на месте и реши все сразу! Чон Хосок, ты полный придурок! – Ан Лин толкает его в грудь, наступает на него и уже не сдерживается: говорит все, что накипело. Она хочется выговориться, хочет высказать все, что у нее внутри кипит и бурлит. Хосок терпит, как ему говорил Джин, а потом надоедает. Он перехватывает руки беловолосой и прижимает к себе; Ан Лин бьет его в спину, но все равно. - А теперь подумай, каково мне, - шепчет Хосок и прижимает девушку к себе ближе, - я влюбился в тебя, как школьник из началки, я уже хотел предложить встречаться, а потом… Меня мучила вина все это время, каждый день. Я не знаю, почему не узнал тебя. – Хосок гладит по волосам и шепчет все это так тихо, что почти не расслышать. – Я люблю тебя, идиотка. Я так разозлился в тот день, когда узнал, в основном на себя, та пощечина… Черт, я не могу нормально речь сложить, - смеется парень и отрывается от Ан Лин; он обхватывает ее лицо руками и смотрит в глаза. - Прости, - он усмехается от иронии, - я знаю, что это просто слова, но я говорю это искренне, потому что не хочу быть без тебя. Без тебя хреново, правда, прости. – Ан Лин накрывает его ладони своими, а потом тянется к его губам. Поцелуй получается медленный и осторожный, с привкусом слез, но в нем слишком много чувств. Столько, что начинает щемить сердце от нежности. Ан Лин первая прерывает поцелуй и улыбается, смахивая слезы. - Идиот, - шепчет она и утыкается носиком парню в грудь. - Еще тот, - подтверждает Хосок и гладит девушка по волосам.