Пленник

Бьякуран сидел в своём кресле и откровенно скучал. Ещё один унылый вечер с такими же унылыми слугами, которые только и могут лизать ему зад. Все-таки, быть богатым иногда очень скучно. Блондин встал с кресла подошел к окну. Был вечер, и солнце, уже не такое жаркое, медленно начинало опускаться к горизонту. Оставалось немного до захода солнца, на закате дня оно становилось таким ярким, таким неповторимо красивым. Оно будто смешало все оттенки красного цвета: снизу оно багровое, как кровь, потом переходит в алый цвет, а верх отливает оранжевым и розоватым. Облака, окрашенные заходящим солнцем, будто пропитаны малиновым сиропом. Бьякурану всегда нравился закат. В конце концов закат это ведь и не конец и не начало. Это лишь граница, на которой день уступает ночи. Бьякуран всегда смотрит на запад, туда, где появляется и исчезает первая звезда. Эта неописуемая красота заставляет не думать ни о плохом, ни о хорошем. Время просто останавливается на мгновение. И хочется, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось. Бьякуран вдохнул свежий воздух и прикрыл глаза. Прохладный лёгкий ветерок слегка ерошил и без того растрепанные белоснежные волосы. В коридоре послышались топот и дикая ругань. Блондин недовольно поморщился. Он же просил, чтобы его не беспокоили. Ох, сейчас они огребут. Шаги и голоса в коридоре на некоторое время утихли. Бьякуран уже приготовился дальше любоваться природой, когда дверь в комнату с силой ударилась о стенку. В лиловых глазах блондина зажглись злые огоньки. Теперь он по-настоящему разозлился. Он резко развернулся, готовый ударить первого, кто попадется под руку, и замер - перед ним стоял командир охраны и держал закованного в наручники парня лет двадцати пяти с длинными синими волосами, собранными в прическу "а-ля я ананас". Вся одежда на нем была изорвана, а прекрасное стройное тело покрыто ужасными ссадинами и кровоподтеками. По лицу Бьякурана прошла довольная усмешка. Этот глупый вор попался очень вовремя. Теперь ему будет чем заняться. - Бьякуран-сама, этот человек пытался проникнуть в ваш особняк. - Я понял. Оставьте нас наедине. Вознаграждение получите потом. Охранник кивнул и вышел. Блондин подошел к синеволосому и снял с него наручники, а затем ударил кулаком в скулу. Парень дернулся и злобно посмотрел на пленителя. Только сейчас Бьякуран заметил, что у пленника разноцветные глаза: один тёмно-синий, как море перед штормом, другой алый с иероглифом "шесть". Выглядело странно, но довольно-таки красиво. - И как тебя звать, наглец? - с усмешкой спросил Бьяку. - Надо быть совсем безмозглым, чтобы залезть ко мне в дом. Все ведь знают, что у меня отличная охрана, - молчание в ответ. - Понятно... Может, все-таки имя скажешь? Остальное мне неинтересно. Бьякуран не особо рассчитывал на ответ и немного удивился, когда пленник поднял голову и сказал приятным бархатным голосом: - Рокудо Мукуро. Если тебе моё имя что-либо скажет. Блондин гаденько улыбнулся и со всей со всей силы пнул Рокудо по рёбрам. Тот упал на спину, чего Бьяку и добивался. На тело синеволосого посыпались удары со всех сторон. - Конечно мне твоё имя что-нибудь скажет, - усмехался Бьякуран. - Я буду знать кого убил. А умирать ты, к слову, будешь долго, Мукуро-кун. Блондин поставил свою ногу на грудь Рокудо и надавил. Послышался хруст костей. Изо рта парня пошла кровь, глаза затуманились от боли. Бьякуран схватил его за волосы и резко дернул на себя. Рот Мукуро открылся в беззвучном крике. "А он неплохо держится," - довольно подумал блондин. "Ну что ж, это даже к лучшему. Для меня, разумеется." Все с такой же ухмылкой Бьяку подтащил парня к столу и перевернул на живот. Стянул с него штаны. Расстегнул на своих ширинку. Замутненный болью разум Мукуро понимал, что его сейчас окончательно унизят, но ему было на это уже наплевать. У него ничего не получилось, его всё равно убьют, сопротивляться не имеет смысла, да и не имело. Тело Рокудо настолько привыкло к боли, что он даже сначала не заметил, как блондин вошел в его тело. Боль пришла потом, когда Бьякуран начал двигаться, не жалея его, доставляя удовольствие лишь себе. Мукуро вцепился пальцами в стол, стараясь не заорать от боли, не доставить своему мучителю ещё большее удовольствия. Даже когда тот ломал ему кости было почему-то не так больно. Так больно...и унизительно приятно - Бьякуран немного изменил угол и стал задевать особую точку. Рокудо почувствовал горячее дыхание на своей спине и поцелуи на ней, заставлявшие выгибаться, как кошка, причиняя ещё большую боль в груди. Сильная рука сжала член у основания и стала подрачивать в такт движениям. теперь Мукуро стонал не сдерживаясь, насаждаясь на член блондина. А Бьякуран любовался синеволосым парнем, стонущим под ним, его красивым стройным телом, с тонкой бледной кожей, на которой ярко выделялась алая кровь. От этого он ещёсильнее возбуждался и начал двигаться быстрее, чувствуя, что развязка близка. Мукуро тоже понимал, что конец близок и старался насладиться последними мгновениями своей жизни. Он понимал, что такой человек, как Бьякуран не оставит в живых вора. Блондин сделал еще несколько толчков и излился в Рокудо. Тот кончил вслед за ним с едва слышным стоном. - Не думал, что ты такой извращенец, Мукуро-кун, - раздался слащавый голос над ухом Рокудо. Тот промолчал, смотря куда-то вдаль и готовясь к смерти. Бьякуран усмехнулся и ударил его кулаком в челюсть. Потом в живот, солнечное сплетение... Это продолжалось,пока Мукуро не потерял сознание. Бьяку, все так же улыбаясь, вызвал слуг: - Отнесите его в лазарет. Смотрите, чтоб не помер. За его жизнь своими отвечаете. И... - Бьякуран оглядел, комнату, которая была в крови. - И уберитесь здесь. Насвистывая веселую мелодию он вышел из комнаты и пошел в ванну, отмываться от крови. Он сам не понимал, зачем оставил Рокудо в живых. Что-то в нём было такое, отчего Бьяку хотелось, чтобы он всегда был рядом. "Как бы то ни было... Я точно оставлю его в живых. Хотя бы для того, чтобы просто поразвлекаться." - решил блондин.