Хочу верить

Четверг, 23 июня Расследование — это цепь подозрений, которые требуют проверки. Приходится заходить в множество гаваней, пока найдешь нужный порт. Люк Босси. Манхэттен по Фрейду

Мариус уже в который раз заглядывает в копировальный кабинет, но Алан так и не появился на месте. И его уже не было с понедельника. «Либо что-то случилось, либо сдался,» - сделал вывод мужчина. Он зашел в кабинет и прикрыл за собой дверь. Бумага разных форматов лежала, сложенная в аккуратные стопки. Банчки с красками уже стояли наготове. Разные канцелярские принадлежности лежали тут же, на небольшом столике. Весь порядок портила лишь желтая кружка с разводами застывшего кофе. Мариус вновь достал телефон и набрал номер Льюиса. В ответ ему был лишь механический голос женщины, возвещающей, что абонент находится все также в не зоны действия сети. Мужчина чертыхнулся и прошелся по кабинету из угла в угол. Его друг просто так исчез, а его подопечный тоже неизвестно где ходит, когда должен быть на работе. Хотя, отчеты, которые поручили доставить парню в воскресенье, были доставлены в срок, ничего не было испорчено или украдено. А ведь в папке лежали и деньги! Набрав воды в маленький электрический чайник, мужчина поставил греться воду и пока вымыл чашку. На ручке он заметил выцарапанные инициалы «А. Х.». - Вот, и где тебя черти носят? Пока вода грелась, Драган решил пролистать сданный сегодняшним утром отчет одним из сотрудников. Речь в нем шла о новом директоре завода по рыбным заготовкам, полуфабрикатам, консервам... Короче говоря, все вилось вокруг рыбы. И вокруг этого директора летало множество слухов. В отчете же, ничего из сказанного не было подтверждено. Да, в юности у него были проблемы с полицией. Но парень быстро исправился. Сейчас не курит и не пьет, ведет активную жизнь, живет с семьей, имеет гостиницу на Гаваях, выступает на фестивалях против наркотиков, занимается благотворительностью и мечтает о мире во всем мире. Драган хмыкнул и достал сигариллы. Курил он очень редко. И только тогда, когда внутренне начинал нервничать. Сейчас он переживал о пропаже друга. Дверь тихо приоткрылась. Мариус даже не сразу этого заметил. Только когда поднял взгляд, был крайне удивлен возникшем на пороге Аланом. Парень выглядел абсолютно также, как в день их первой встречи. Разве что рубашка была на нем теперь светлого кофейного цвета. - Ничего не хочешь объяснить? – Вместо приветствия, начал Драган, хмуро глядя на Алана. Внутренне, он чувствовал себя отцом, который встретил блудного сына. Хамфриз же молча смотрел на Мариуса и не двигался. Мужчина отложил папку и скрестил руки на груди. - Ну? - Кофе хотите? Драгон был обескуражен. Мало того, что парень прогуливал работу, так еще и смел над ним издеваться! Мужчина взял себя в руки и медленно посчитал до десяти, выдохнул и продолжил. - Кофе? Ты прогуливал работу, а сейчас спрашиваешь меня, хочу ли я кофе? Где ты вообще был? Предупредить нельзя было? Парень посмотрел прямо на Мариуса, будто видел его впервые. Мужчина хотел уже схватить наглого мальчишку и хорошенько встряхнуть, чтобы вся дурь вышла из головы, а мозги встали на место. - Нет. - Знаешь, это уже… - Послушайте, - Мариус закрыл рот и удивленно посмотрел на парня. – Послушайте, вы в праве меня уволить или просто выставить за дверь. Я и сам могу спокойно уйти и больше не терпеть тупизну этих хваленых детективов вашего агентства. Лишь нескольких я могу назвать, а остальные только просиживают штаны и подают пустые отчеты, по директорам консервного завода, который на самом деле педофил и вор. - Что… - Но Мариуса вновь перебили. - Да, папка, что лежит рядом с вами сейчас. Именно я делал ксерокопии с нее. - Но тут секретная информация! Ты не должен был этого видеть! - И, тем не менее, ваш сотрудник Брукс швырнул мне его и ушел в стрип-бар развлекаться, пока я печатал. А потом я отнес их ему в кабинет. - Откуда у тебя ключи от кабинета мистера Брукса? – Мариус будто бы видел перед собой совершенно другого человека. Это был не оборванец, который совершенно ни в чем не понимал и не был образован. Сейчас, заглядывая ем в глаза, Драган больше убеждался, что этот парень еще сыграет на шахматном поле. - Брукс дверь вообще не запирает. Я открыл сейф… - К-как? – Вновь глаза мужчины округлились. – Он дал тебе код… - Он мне ничего не давал. Его коды записаны на стикерах и приклеены к экрану монитора. Компьютер он, кстати говоря, тоже не выключил. Уж не знаю, как вы его принимали на работу и проверяли ли его биографию, но заставка на рабочем столе доказывает его скотское отношение. - А что не так с заставкой? - Лично я против грубого отношения со слабым полом. Если вам так интересно, я могу потом показать парочку фотографий с его компьютера. Безответственная скотина – такой вывод я могу сделать об Эрене Бруксе. Парень замолчал и тяжело дышал. Мариус и сам глотнул воздуха. Слушая Алана, он и сам забыл дышать. Почему то он поймал себя на мысли, что может доверять этому хрупкому существу с фарфоровой кожей и невероятно большими глазами на детском лице. - Если вы считаете и теперь, что мое место здесь, - парень обвел взглядом помещение, - то считайте, что я в вас разочарован. - Кхм… - Мариус кашлянул, подбирая правильные слова. – Я хочу, чтобы ты мне доказал, что этот директор – темная лошадка. А мой работник… - Озабоченная свинья. - Да… - Мариус понимал теперь, что действительно недооценивал парня. - Докажи мне это. Парень налил в чашку кипятка и насыпал сахара и кофе. - Сколько у меня времени? - До понедельника? – Алан вручил чашку с ароматным напитком мужчине. - Идет. - Если же не справишься, я тебя уволю. Алан стоял в дверях. На последних словах он замер и медленно обернулся. Парень долго изучал взглядом Драгона, будто пытался запомнить каждую черточку. Мариус даже поежился, почувствовав себя впервые не в своей тарелке. Этот взгляд был… - Я согласен. – Кивнул парень и вышел. Марис вновь выдохнул, достал платок и протер лицо от выступивших капелек пота. Впервые он столкнулся с человеком, который был настолько противоречивый всем объяснениям. В отношении к Алану, почему-то возникали родительские чувства, хотя иногда мужчина и бросал другие взгляды, изучая тонкие линии тела, угадываемые под одеждой. Теперь, увидев этого парня с другой стороны, мужчина готов был потереть руки и почему-то плясать, как чокнутый исследователь, нашедший что-то редкое и необычное. И Алан был таким. Драган сделал глоток кофе, задумчив глядя на папку с витиеватой подписью золотой ручкой «Э. Брукс. Личное дело директора завода по рыбному производству Г. Гешику». Драган был уверен - Алан справится. Он верил этому странному и темному парню. И сейчас жалел о своих словах. Он не сможет просто так вышвырнуть этого парня, только потому что... А почему? Парень заслужил такое наказание. Но в груди что-то защимило, стоило вспомнить это детское лицо со взрослым взглядом. - И да, - Мариус вздрогнул и чуть не выронил чашку с кофе. Алан возник на пороге будто бы из неоткуда. – Льюис в больнице. Что-то с сердцем. Завтра должен быть выписан. Жаловался на легкую боль в груди. Врачи ничего серьезного не обнаружили и записали ему переутомление и стрессы. Тут адрес. Алан положил на столик блокнот с эмблемой компании. И, больше не говоря ничего, вновь покинул помещение. Драган поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы парень вернулся и поговорил с ним чем-нибудь. - Прочь из моей головы. – Он взял блокнот и пробежался взглядом п идеальному красивому почерку. – Это ж тут, неподалеку. Мужчина подхватил папку и блокнот и поспешно вышел, закрыв дверь на замок, как это было и положено по инструкции. В темном кабинете осталась стоять лишь кружка с ароматно дымящимся кофе на столе.

***

Уилл сидел в кресле и курил, выпуская вьющийся седой дым в потолок. Его мысли вились вокруг спящего, напротив, на кровати Греллем, который умудрился даже в такой душный вечер спать, завернутый в простынь. Губы мужчины чуть дрогнули, складываясь в легкую улыбку. Это красноволосое чудо действительно было и остается для него самым дорогим. Спирс теперь откровенно не понимал, как могло произойти такое недоразумение, что они просто возьмут и разойдутся. А ведь Грелль ждал его, он это чувствовал. Врать талантливый актер так и не научился, хоть и мог пустить правдоподобную слезу и сыграть на публике маленькую сценку. Но, глядя в зеленую пропасть этих глаз, мужчина понимал одно – он вновь околдован им. Тогда он уже пытался сбежать, но хитрые дороги судьбы вновь соединили их. И теперь Уилл ни за что не хотел выпускать замершую в кошачьих лапах мышь. Грелль перевернулся на другой бок. Уилл знал, что парень не спит, а просто нежится, зная, что он сейчас не спускает взгляда с него. Ресницы медленно трепещут и распахиваются. Полумрак комнаты не дает рассмотреть эту колдовскую зелень. - Чего не спишь? Завтра на работу. – Его голос хриплый со сна. Уилл тушит сигарету и возвращается в постель. Грелль кривится и отталкивает его. - Я же просил тебя не курить больше! - А говорил, что запах вишневых сигарет тебе больше нравится. – Грелль притягивает к себе мужчину за плечи и принюхивается. – Убедился? - А вкус вишни будет? – Даже в полумраке Уилл может представить этот взгляд. И как красноволосый прикусывает губу. - Ты хочешь попробовать? - Я хочу ее полностью съесть. И вновь водоворот поцелуя, смешанный с запахом вишни и зеленого чая, затягивает этих двоих. Руки движутся по телу, пальцы задевают чувствительные точки. Грелль запрокидывает голову и чувствует легкие шажки губами по шее до ключиц и по плечам, напоминающие касание бабочки. Сатклифф жмурится, чувствуя телом нарастающий жар, нежась, как кот в лучах ласкового солнца. И он также урчит от удовольствия, когда по позвоночнику пробегает ток, вызванный легким касанием кончиков пальцев. Уилл вновь изучает любимое тело, что так доверчиво жмется к нему, даря ответные ласки. Миг, и он уже лежит на спине, любуясь, как в тонком касании серебристого света луны, кожа Грелля становится фарфоровой и будто светится миллионами маленьких светлячков. Но это только видение. Грелль ложится рядом, ластится к нему, утыкаясь носом в плечо. - Сил у меня больше нет. – Спирс слышит по интонации, что парень действительно устал, что на тонких губах играет блаженная улыбка. Он наклоняется и целует. Угадал. - Тогда поспи. - Нет уж… - Хихикает он. – Я усну, а ты вновь пойдешь в кресло травить воздух моей комнаты. - Нашей. – Поправляет Спирс. - А? – Грелль приподнимается на локте. – Ты это серьезно? - Я редко шучу. А в таких делах не шутят. Я готов вернуться к тебе, я это доказал. Но Грелль чуть покачивает головой и ложится рядом. В уме всплывают призраки прошлого, те спрятанные скелеты, которые уже давно пора вынести на мусорку вместе со старыми шторами и забыть. Он прогоняет мысли, загоняя их в самый дальний угол своего сознания, оплетая паутиной и пряча под семью замками. Это только его тайна, которой он не намерен делиться. Сатклифф поворачивается, чтобы видеть лицо Спирса. Тот дышит ровно. Уже уснул. - Прошлое остается в прошлом. – Тихо шепчет он, чтобы не разбудить возлюбленного. – Прошлое создает историю. Мы в нее никогда не попадем. Она только наша. Спирс спит, его лицо расслабленно. Грелль улыбается, прижимаясь к нему и вновь чертыхается, браня этот вишневый дурманный запах, которым теперь пропиталось в доме абсолютно все, начиная штор и заканчивая нижним бельем. Глаза сами начинают слипаться. Завтра начнется новый день. Они разъедутся. И никто не знает, окажутся ли вновь обретенные под одной крышей в этой маленькой комнате.