Часть 4
19 ноября 2015 г., 15:55
***
Как оказалось, очень трудно полюбить город, с которым тебя ничего не связывает. Полюбить так, как ты любила Нью-Йорк, каждая улочка которого была связана с воспоминаниями, где даже трещина в асфальте хранила в своих объятиях частичку энергии мегаполиса. Той энергии, что так была жизненно необходима тебе сейчас. Чтобы держаться. Чтобы не чувствовать, как пуст город, в котором нет дорогих тебе людей. Как пуст твой дом. И ты сама. Без него.
Ты не понимаешь разницу между свободой и пустотой. Между одиночеством и забвением. Ты впадаешь в него, не чувствуя грань, тонкий бортик не впивается в нежную кожу и ты вязнешь в болоте из чувств, ожиданий, нелепых картинок, что без конца рисует твоя память. Неважно, что именно ты делаешь в тот момент - встречаешься с новообретенными друзьями или просматриваешь объявления о работе, попивая кофе в летнем кафе на углу, ты чувствуешь себя такой жалкой, мелкокалиберным подобием той настоящей себя. И тогда в твой ум закрадывается фраза, смысл которой ты никогда не применяла к себе лично.
Ты не можешь быть собой без него.
Время не имеет значения. Время года - осень, время суток - бессонница, время чувств - не время. Ты вливаешься в другую жизнь, как хамелеон, приобретаешь новые навыки, пытаешься отрастить волосы, и полностью меняешь свои гастрономические привычки. Перемены всегда к лучшему. Ты проводишь субботы в парке, с радостью шурша опавшими листьями, наслаждаясь буйством красок сочных кленов и рябин. И ты ненавидишь ленивые воскресенья перед телевизором с пачкой попкорна. И думаешь, думаешь, думаешь.
Ты скучаешь, порой так сильно, что это причиняет вполне реальную боль. Но ты справишься, как всегда делала для этого все возможное и, как никому нет дела, скольких титанический усилий тебе стоило не упасть, не сломаться. В тот день, когда первый снег покрывает мелким бисером желто-оранжевый ковер из листьев, ты запахиваешь плотнее свое коричневое пальто, поднимаешь воротник, и, выходишь из кондитерской на углу с полным ощущением счастья в руках. Именно в тот день все рухнуло.
Это на уровне эмоций и ощущений. Ты знаешь все наперед, еще до того, как заворачиваешь за угол, приближаясь к дому - это словно ты стоишь на пороге чего-то очень важного и боишься открыть глаза и переступить, словно уговариваешь себя, что это не может быть правдой. Ты вышагиваешь осторожно, опасаясь спугнуть наваждение, не веря глазам своим, не доверяя ни одному из пяти своих чувств. Но он все продолжает стоять там, вглядываясь в окна квартир, будто пытаясь угадать среди них нужную ему. И даже когда ветер доносит до тебя запах мужского парфюма - неизменной его привычки, ты все еще считаешь себя сумасшедшей. Тогда он оборачивается, и ты готова упасть в обморок. Или закричать.