Опера

Москва 1998 год. Проводив Петрова на работу, Кира быстро вернулась в спальню, упав в объятья Грачева, не думая никуда идти, собираясь провести несколько недель в безделии, взяв и сама отпуск на работе, а в университете заочные лекции начинались в декабре и до этого оставалось полтора месяца. Тате она больше не звонила, да и не собиралась, как-то успокоившись после их разговора, не собираясь перед нею извиняться и нисколько не чувствуя своей вины. У нее было все, о чем прежде она могла только мечтать - любимый мужчина - муж, потрясающий секс, а еще милый и трогательный Петров, расхаживающий по дому в фартуке, хотя Кира бы не отказалась, чтобы фартук был один, без брюк и рубашки. Петров был строен, в хорошей форме, прекрасно сложен, конечно, не такой спортивный, как Грачев, но Киру это совсем не волновало. К нему она испытывала, если не такую всепоглощающую любовь, как к Грачеву, то нечто близкое - влюбленность неспешно перетекала в любовь и чем больше времени они проводили вместе, том сильнее становилось притяжение, впрочем не только у нее... - Сейчас сходим в магазин, что-нибудь купим, - захватив Киру в объятья, проговорил Грачев. - Шампанского у нас хватит на месяц, даже если мы будем каждый день выпивать по две бутылки, но надо что-то и поесть, что ты хочешь, детка? - Не знаю, у нас в магазинах теперь пусто, одна килька в томатном соусе, но я такое не ем... - отозвалась весело Кира, дефолт от чего-то не слишком то ее пугал.... - Я знаю, где можно достать нормальные продукты, я же мент, не забывай...- поцеловав Киру в висок, он поднялся с постели, сбросив простынь, полностью обнажившись и взяв брюки, сел в кресло, чтобы одеться. - Погоди... - любуясь его безупречным телом, скользя похотливым взглядом ниже его пояса, промурлыкала Кира, слезая с постели, точно кошка и добравшись до него, не вставая с колен, вырвала из рук возлюбленного брюки, оказавшись между его ног. - У тебя стоит... - Но ты же что-то с этим сделаешь, детка? - пройдясь рукой по ее волосам, он шире расставил ноги и Кира подползла еще ближе. - Сделаю... только если мы задержимся на пару часов, у меня на тебя больше планы, - коснувшись кончиками пальцев его ствола, проговорила заговорчески она. - Ты расскажешь мне, какие? - с иронией спросил Грачев, сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее прямо в это же мгновение. - Сначала я сделаю тебе..., только до конца... не прерываясь... А потом что-нибудь жесткое... очень... и сзади или... что бы ты хотел? В какой позе? - обхватив ладонью его ствол, Кира провела языком сверху, точно бы облизывая мороженое и взглянула на Грачева исподлобья. - Сзади, но не стоя... на кровати.... Хочешь очень жестко? Хорошо, будет жестко, обещаю, моя развратная девочка, - туманно на нее глядя, чувствуя, каждое ее касание, хрипло произнес он. - На коленях, - прибавила она, теперь уже не останавливаясь, возбужденно впившись в его твердый... губами, обхватывая и усиливая проникновение, углубляясь все больше и больше. Едва сдерживая стоны, Грачев откинулся на спинку кресла продолжая поглаживать Киру по волосам, убирая их и от лица, наблюдая за каждым её движением, за тем, как она скользит языком по уздечке, опускаясь ниже, захватывая и чуть сжимая...., пуская в ход и пальчики, с каждый разом делая это все интенсивнее и несдержанней. Поднявшись на этаж, где жила Кира, невысокая женщина, лет шестидесяти, не больше, довольно ухоженная, моложавая для своего возраста, не слишком-то походящая на обыкновенную бабушку, тронув входную дверь и, обнаружив, что она открыта, неслышно зашла в квартиру. С порога услышав сдавленные стоны, она заглянула в спальню, примерно зная, что увидит, но реальность превзошла все ее ожидания. Кира стояла на коленях, у ног какого-то мужчины, который, как поняла незваная гостья, и был тем самым опером, за которого она вышла замуж в Чечне. Обнаженный, идеально сложенный мужчина, фривольно откинувшись в кресле, придерживал рукой голову Киры, едва ли не схватив за волосы, по крайней мере, зашедшей гостье так казалось. Не трудно было догадаться, что Кира делала ему, срывая с его губ сдавленные стоны. Постояв так с минуту, шокированная зрелищем, женщина покинула квартиру, так и не оповестив о своем присутствии. Зайдя в кафе, находившееся неподалеку от квартиры, она заказала себе кофе и ломтик яблочного пирога, не зная в сущности, насколько затянется то действо, которое она увидела в квартире. Выждав около получаса, она вновь вернулась, но теперь Кира стояла на коленях, на кровати, уперевшись руками в подушку, опустив голову, а ее мужчина расположившись сзади, двигаясь с бешенной скоростью, проникал с таким размахом, заставляя ее перейти в крик, удерживая за волосы, временами склоняясь, впиваясь губами в плечо и, отрываясь, вновь продолжал все больше увеличивая темп. - Ты же так хотела, детка? - выпалил он, заставив ее подняться к нему, прижавшись грудью к спине возлюбленной, войдя до основания. - Да, да! Так, еще..., пожалуйста, еще, - закричала она, извиваясь в его руках, настолько распаленная им, истекая от желания. - Люблю тебя, милая, люблю, принцесса! - опустив ее обратно, теперь переместив руку с ее волос на шею, взяв прежний темп, он почти оставил ее, рывком проникнув так, что она в одно мгновение дошла до оргазма, сжав руками подушку и уткнувшись в нее лицом неистово, конвульсивно двигаясь вместе с Грачевым. За их спиною громко хлопнула входная дверь, но ни Кира, ни Грачев не обратили на это никакого внимания, заглушая все своими стонами и криками. Рухнув обессилено на постель, Грачев прижал Киру к себе, еще содрогаясь после полученной разрядки. - Теперь можно пойти в магазин, - выдохнула Кира, опустив голову на его грудь. - Нет, детка, теперь стоя... - пропуская ее волосы сквозь свои пальцы, стараясь отдышаться, произнес он. - Стоя? - подняв голову, весело переспросила она. - И сзади? - Да! Но сначала.... - поднявшись, он широкий раздвинул ее ноги и склонившись, прошелся языком по низу ее живота, спускаясь к ее... - Черт, Женька, как хорошо.... Женечка.... - схватившись руками за края простыни, застонала она.